Никогда ещё пробуждение не было таким лёгким, как сегодня. Воздух был прохладен, постель – тёплой и уютной, а дом наполняли далёкие голоса, которые скорее подчёркивали, нежели усиливали всепроникающую тишину. Мама, верно, уже навалила ей кучу дел, но сегодня был день, не похожий ни на какой другой. Ей казалось, она способна свернуть горы.

Рай потянулась так, что спина сладко хрустнула. А потом ещё и ещё. Ну и ладно. Она так долго не спала уже… ну…

"Даже не помню, когда. Ого."

И это ещё до того чудесного сна. В нём ровным счётом ничего нельзя было понять, кроме редких мелькающих картинок, где кошки вели себя как кошки. Они были странно пушистыми и бесчешуйчатыми, но кошка оставалась кошкой – её можно было узнать даже под покровом инопланетной диковинности.

Большинство снов Элии были странными, но оттого они казались ей ещё увлекательнее. Низко висели мигающие вывески, звуки, каких она и представить себе не могла, обрушивались на все её чувства, а повсюду светился текст, будто магия выходила из моды. Окна у неё были стеклянные и такие огромные, что она, должно быть, жила в особняке.

Была ли Элия принцессой? Разговаривала она уж точно не как принцесса. Да и о своём доме она вообще почти ничего не рассказывала. И хотя вежливость требовала уважать её желание молчать, распирающее любопытство превращало попытки сдержаться в заведомо проигранную битву.

Поднявшись и окинув взглядом свои скудные покои, она лишь через три секунды смогла осознать настоящее, и ей потребовалось всё её самообладание, чтобы не закричать. Картины проносящихся стрел, рычащих зубастых пастей, хрустящих костей, кричащих и умирающих легионеров смешивались с бесконечной чередой опасностей на волосок от гибели и смеющимся лицом Руны, той самой Руны, Руны Ужасной.

А потом были смерти. Быстрые, долгие, мучительные, безмолвные…

Сосредоточься. Сосредоточься. Найди что-то хорошее, приятное, милое.

Солдаты-легионеры были славные. Особенно Секст.

Элия к ней теплела. Один раз даже извинилась!

Они уб… одолели гигантскую псину.

Далёкие голоса стихли, пока эта фраза крутилась у неё в голове.

Они убили псину.

Эта ужасная тварь, Вита, Пожиратель Святынь, была мертва. Путь к цитадели был свободен. Они сделали это.

Она снова погрузилась в радостные мысли. Чудовище, убитое её собственными руками. Ну, в основном руками Элии, если честно. Даже её отец не мог похвастаться таким, не то, чтобы он вообще любил хвастаться. Это был героический подвиг, испытание, достойное, как минимум, осколка души, а может, и двух, если боги расщедрятся. Ходили легенды о юных пастухах и ткачихах, которые, вооружённые лишь пращой или иглой, побеждали талианских горных львов или биклопов, и боги признавали их заслуги.

Она опустилась на колени в молитве, обращаясь ко всем божествам, чьё внимание она могла бы хоть как-то привлечь, и благодаря их за помощь. В конце концов, пращой или иглой не одолеть волка, не говоря уже о лесной твари, без какого-нибудь божественного вмешательства. А она была всего лишь простой дочерью фермера. Кто-то из них точно вмешался в её судьбу.

"…За то, что присматривали за мной и провели через самые тёмные времена, я благодарю вас, Рутэ, Ворга, Вроти, Аурана, Валти."

Предсказуемо, ответа не последовало. Она вознесла ещё одну запоздалую молитву, на этот раз прося о защите. Вся эта… вчерашняя встреча с лже-рыцарем Руной до сих пор отзывалась в ушах, словно скрежет ножа по металлу. И снова она чувствовала себя не в своей тарелке. По крайней мере, Элия была уверена в себе, а это хороший знак, ведь так?

Ведь так?

Вместо того чтобы отвлечься от ответа, она приняла ванну. Ключевая вода в погребе была освежающей и прохладной, и, хотя Элия старалась лучше, чем в прошлый раз, она всё равно была далеко не так основательна, как хотелось бы Рай.

"Раз, два, трём, два, три, трём."

У неё внутри всё замирало от восторга, когда она любовалась своим преображением. Уродство всё ещё цеплялось к её коже – мертвенно-бледной и лиловой, – а волос было решительно недостаточно для какой-либо укладки, но, по крайней мере, она не выглядела измождённой.

Она закрыла глаза и некоторое время слушала умиротворяющее журчание текущей воды. Лишь когда прохлада пробрала её до костей, она закончила и принялась за одежду. Коричневая туника была и вполовину не так красива, как красная. Если бы кто-нибудь сказал, что она выглядит так, будто её пожевала гигантская собака, он был бы прав.

В таком виде Сексту её точно не вернёшь.

Поднявшись по лестнице, она пожелала доброго утра служительнице и свернула за угол, к обитой тканью лавке морифуртского торговца. Подушки и товары всё ещё лежали там же, где она их помнила. Сам же мужчина крепко спал, вовсю похрапывая.

"Здравствуйте? Сэр?"

Он зашевелился и проснулся, когда она громко кашлянула. Рай постаралась выглядеть как можно лучше, хотя с её рваной туникой и доспехами это было пустым занятием, но всё же лучше, чем простыня.

Ещё одно приятное событие. И будут ещё. Стоило лишь присмотреться. Купец увидел её, и она тут же поняла, что легко не будет.

"Снова так скоро, чтобы оскорбить мой товар? Или, быть может, меня самого? Мой родной город?"

"Эм, н-нет, я на этот раз просто по делу."

Она прикусила губу, проклиная себя за оплошность. Она – камень, воплощение сдержанной, суровой манеры своего отца. Она – Рай-Отец. А Рай-Отец, чёрт возьми, не заикается!

"И ни единого извинения," — заявил он, отворачиваясь.

"Тьфу! Тьфу, говорю! Непогоды на тебя и твоё потомство, пусть они захлебнутся в потопе из лягушек и…"

"ПРОСТИТЕ! Простите, сэр, мне действительно жаль. Я… не знаю, что на меня нашло в наш прошлый разговор. Будто в меня… вселился злой дух."

Хотя технически это не было ложью, вывалять Элию в грязи не принесло ей облегчения, даже если это всё была её вина. Не все отмахивались от её… грубых и неотёсанных выражений, будто это пустяк. На самом деле, многие, и поделом, назвали бы её безмозглой пустобрёхкой. А быть безмозглой пустобрёхкой опасно.

Такие мысли лучше держать при себе. Она была в долгу перед Элией за… ну, за многое только вчера, и ещё за гораздо большее, если они действительно доберутся до Лофтена и вернутся домой. Победа над одним рыбо-огром этого не искупала. Жизнь – это 'ты мне, я тебе', и теперь была её очередь отдавать сполна.

Торговец, ранее известный как Харрис, искоса взглянул на неё.

"Ну, раз вы так искренни, так и быть, окажу вам честь – можете ознакомиться с моими товарами."

"Благодарю вас, сэр."

Как только она найдёт другого торговца, она бросит этого типа. Каждое слово из его уст казалось склизким, маслянистым. Всё это было частью силовой игры в переговорах, и его быстрый, сальный взгляд почти наверняка был её частью – чтобы заставить её почувствовать себя ничтожной, неуверенной. Но она сразилась с Пожирателем Святынь (пусть и с заднего сиденья) – и выжила.

Инициатива. Она должна была вернуть себе инициативу.

"Торговец, эти сапоги. Когда-то они были мне как раз впору, но недавно я резко подросла."

Она скрестила руки на груди, одновременно прикрываясь и стараясь держаться прямо и властно.

"Их подгонят, разумеется, бесплатно."

Он улыбнулся, и Рай выругалась. На щедрость следовало отвечать щедростью, так было вежливо.

"Очень хорошо. Я намерена потратиться, торговец. Скажите-ка."

Она указала на три круглых предмета, лежавших на самой дорогой подушке, расшитой красным и золотым.

"Это… настоящие жемчужины?"

Он улыбнулся.

"Ах, разумеется, столь уважаемая нежить не могла не заинтересоваться этими сокровищами. Жемчужины, да, но внутри них заключена эссенция чистейшей формы, мысли и эмоции. Одни говорят, их добыли в потаённых уголках мира, другие – из самих наших умов. Диковинки, любопытные диковинки. Вас интересует? Всего десять тысяч за жемчужину."

Не развернуться и не уйти тут же – это уже была победа Рай на сегодня. Поглазеть на украшения и красивую одёжку, которые ей не по карману, она сможет и позже. А пока в списке были предметы первой необходимости. По сути, хозяйственные товары, только вместо лопат и граблей она покупала мечи и кольчужные доспехи.

Её бюджет?

⟨ Счётчик душ: x8180 ⟩

Душ было немногим больше, чем в прошлый раз, но она знала, что это куда существеннее. У неё был посох, моргенштерн и кинжал. Всё, что ей требовалось, – это броня, желательно полный комплект и как можно более надёжная. В глубине лавки стояло пять комплектов: от почти полностью кольчужных до толстых гамбезонов, некоторые с пластинами из грязных доспехов.

Когда тебя протыкают копьями и кинжалами сквозь кольчугу – это, мягко говоря, неприятно. Её выбор сузился с пяти до двух комплектов, которые надёжнее прикрывали её грудь. С одной стороны, она заприметила толстый чешуйчатый доспех, закрывавший почти всё её тело. С другой – сборный комплект из металлического нагрудника, кольчужной рубахи, шлема и наплечников, на котором всё ещё виднелось изображение собаки, хотя жёлтая краска поблекла и облупилась.

Она чуяла выгодную сделку. И, что ещё важнее, шанс на стиль.

"Я возьму синюю тунику и две неокрашенные коричневые, набор игл и цветных ниток, сапоги и тот комплект из лат и кольчуги, что в глубине. И плащ. Лазурный."

Харрис следил за ней, пока она поочерёдно указывала на каждый предмет.

"Понимаю. Я бы никогда не осмелился предположить, но вы ведь были здесь не далее как вчера, юная леди. У вас действительно есть средства…?"

"Есть."

"Тогда это будет… тринадцать с половиной тысяч душ."

Чёрт. Сейчас бы очень пригодился кто-нибудь, кто мог бы определить качество одним прикосновением пальца, но та её половина всё ещё спала. И не для всего же ей нужна Элия.

"Семь тысяч, не больше. Мне не нужен шлем из этого комплекта, а доспехи всё ещё воняют мертвечиной."

"Всё воняет мертвечиной, и мужчинами, и женщинами. Двенадцать тысяч пятьсот."

"А я нет."

Купец сморщил нос. Очко в её пользу.

"Восемь с половиной."

"Одиннадцать."

Она метнула в него свой самый зловещий, осуждающий взгляд, и он примирительно поднял руки.

"Я не стану дальше спорить с той, кто может собрать столько душ за такое короткое время. Девять тысяч пятьсот, моё последнее предложение."

Снизить цену настолько – это, по сути, признать, что он пытался её надуть, но даже сейчас это было немного больше её бюджета. Что же делать, что делать? Неужели придётся продать одно из её оружий, кинжал, например?

Её руки зашарили по карману и наткнулись на что-то тёплое. Оно светилось даже сквозь кожу. Это была большая окроплённая душа и маленькая – скопления множества мелких душ, только безликие, не великие. Их нельзя было использовать для её собственной души. Единственная их польза – как валюта, которая сохранялась между смертями.

О боги, теперь она говорила совсем как Элия. Может, они и вправду становились всё больше похожи, одна душа притиралась к другой. Элия в этой сделке точно оставалась в выигрыше. Рай и представить не могла, чтобы та захотела перенять какие-то из её черт.

Она раздавила их обе и запоздало запаниковала, надеясь, что на самом деле не уничтожила души, а лишь разделила их. Да простят её боги, если случилось первое.

⟨ Вы получили: Душа x1200 ⟩

⟨ Вы получили: Душа x300 ⟩

⟨ Счётчик душ: x9680 ⟩

Едва хватило. А ей хотелось гораздо большего.

"Ладно," — вздохнула она и очень медленно вытащила кинжал, словно это была самая драгоценная вещь на свете.

Вовсе нет. Элии, вероятно, потребовалось бы минут пять, чтобы 'найти' такой же на другом трупе. Может, им удастся подзаработать мародёрством?

"Девять тысяч шестьсот и кинжал, за всё вышеперечисленное."

Когда он коснулся рукояти, она крепко сжала её и посмотрела ему в глаза.

"И один мешочек засахаренных абрикосов."

Они довольно долго сверлили друг друга взглядами.

"Вы грабите меня дочиста, меня, несчастного калеку! Ни сердца, ни сострадания!"

Хорошо. Слова, слетающие с уст торговца, ничего не значили. Никакой пощады. Стоны и причитания были комплиментом.

⟨ Счётчик душ: x80 ⟩

Она долго и пристально смотрела, как поток светящегося тумана душ меняет владельца. Каким-то образом ей снова удалось потратить почти всё сразу.

"У вас есть дар для торга?" — спросила она.

"Возможно," — протянул торговец; все признаки сетования исчезли в мгновение ока.

У него точно был такой дар. Он всё ещё обдирал её, в этом она была абсолютно уверена.

За эквивалентную сумму серебром она могла бы купить поместье и много земли. Пока торговец передавал ей доспехи и сапоги, она с пристальным вниманием наблюдала, как те тряслись, изгибались и сжимались, пока не сели на неё как влитые.

Это было здорово. За исключением того, что это показывало, насколько среднестатистический человек крупнее её – эта часть была слегка оскорбительной. Неужели здесь у всех были предки-гиганты, и они ели только красное мясо? А что вообще ела нежить? Суп из душ?

Её уверенность поубавилась, когда она одну за другой надевала покупки, и уступила место беспокойству, пока её мысли уносились домой. Хоть бы с её семьёй всё было в порядке. Хоть бы она не заставляла их ждать слишком долго.

Потусторонний зевок сотряс её, когда она как раз пришивала колосок пшеницы к своему новоприобретённому плащу.

"Элия! С возвращением, соня. Можешь коснуться моего нагрудника, пожалуйста?"

"Тьфу."

---

⟨ Нагрудник Двух Вершин ⟩

Металлический нагрудник, закалённый в ледниковой росе и отделанный простыми стальными желобками поверх хорошо набитого гамбезона. Обычно носится капитанами Гленрока, обозначая их ранг и защищая от стихий.

---

"Капитан Рай."

Она хихикнула, кружась и наблюдая, как её плащ развевается туда-сюда.

"Командор Рай."

Воистину, её судьба была благословенна. Она чуть не испортила следующий ряд стежков, когда вернулась к шитью, но вовремя заметила ошибку, прежде чем исправление потребовало бы настоящих усилий.

"Пока ты там дрыхла, я сегодня столько всего сделала! Приняла ванну, раздобыла нам новую броню и плащ. Теперь мы выглядим как цивилизованные люди, и смотри, смотри сюда!"

Она топнула ногой.

"Сапоги!"

"Ох. Сапоги. Ура-а-а~."

Довольная состоянием туники, она сложила её и вышла на улицу, чтобы попрактиковаться в магии. Это занятие никогда ей не наскучит, даже если попадание в цель всё ещё было маловероятным. Практика вела к мастерству.

"Что-то не так?"

Голос Элии звучал не просто немного, а очень сонно.

"Можешь рассказать, если хочешь, или нет, как тебе больше нравится."

Элия выбрала молчание, пока Рай раз за разом выпускала по пять Тяжёлых Градневых Снарядов. Лишь однажды Элия вмешалась – метнула десять ножей в корявое дерево, которое Рай использовала для тренировки.

Все они попали точно в центр. Два даже угодили в рукояти предыдущих. Тем временем её собственный снаряд пьяно вильнул вправо. Она поморщилась, когда он разнёс вдребезги выцветший обломок надгробия.

"Выпендрёжница," — пробормотала она, повторяя свои подходы по пять выстрелов без тени спада энтузиазма.

"Очень надеюсь, что ежедневная практика делает меня лучше. Я бы предпочла учителя или хоть какие-нибудь наставления, но, думаю, и так смогу немного поднатореть. Одно попадание из пяти с четырёх с половиной метров – это ведь неплохо, правда?"

"Угу."

"Конечно, мне всё ещё нужно много времени, чтобы сосредоточиться. Наверное, было бы намного проще, будь моя душа сильнее. Интересно, какую они используют систему мер. Ты знаешь?"

"Не-а."

Она остановила снаряд на полпути и с тревогой посмотрела налево. Там никого не было, но ей помогало представлять, будто маленький человечек шепчет ей на ухо, когда она разговаривала с Элией. Это помогало сгладить острые, часто горькие уколы её слов. Они слишком напоминали ей отца.

"Тебе никогда не кажется, что твоя жизнь бессмысленна?"

Неважно всё это, она была полной противоположностью своего отца.

"Я… право, не ожидала от тебя такого сегодня. Сейчас не время грустить, а время праздновать! Ты даже не прокомментировала мой плащ или остальной наряд. Смотри, синий и жёлтый, собака и символ – колосок… ржи. Понимаешь?"

"Знаешь что? Забудь, что я сказала."

Так, с ней явно что-то было не так.

"Нет! Нет-нет, пожалуйста, скажи, что у тебя на душе."

Наступила пауза, затем вздох.

"Я рыжая, Рай, а, по общему мнению, у рыжих нет души."

"Угу."

Снова воцарилось молчание.

"Бывают дни, я встаю. Пытаюсь сделать хоть что-нибудь, хоть одну вещь. У меня не получается. Я ложусь спать и чувствую себя дерьмом, потому что не смогла добиться даже этого. Тебе знакомо это чувство?"

Рай тоскливо вздохнула.

"Не было ни дня, чтобы я такого не чувствовала. Не знаю, как ты, но работа на ферме никогда не заканчивается. Вечно какая-нибудь работа по хозяйству, забор или загон починить, сбежавшего груга поймать – на всё это уходит весь день, кроме нескольких часов под вечер, да и те уходят на учёбу. Редко, когда удаётся сделать что-то для себя, просто для души. Но это нормально. Любой, кто чего-то стоит, делает как минимум столько же, верно?"

"Угу. Мощная энергия трудоголика прямо-таки."

Она прицелилась, сильно сощурившись в надежде, что это улучшит её точность. Снаряд срезал ветку. Рай поморщилась, когда он разлетелся вдребезги о другое далёкое надгробие, и пробормотала извинения.

"Я не трудоголик. Я совершенно нормальная, для примы."

"Большие ожидания от первенца?"

Она сделала паузу, несколько раз перевела дух, целясь.

"Да. Это… нелегко."

Ещё два снаряда. Оба мимо.

"Когда Пожиратель Святынь умер, я не чувствовала, что заслужила победу. Потом эта Руна, су… рыцарша, неважно, я думала, она такая же, как я. Я ошиблась, она была лишь очередным вестником моей неудачи, посланным, чтобы обнадёжить и растоптать. Какое значение имела эта псина-сороконожка, если кто-то вроде неё мог просто появиться и испортить мне день? Такое чувство, будто бог теперь и мои победы отбирает. Не всё зависело от меня, не всё от мастерства, что мы выбрались оттуда с целыми душами и осколками, – просто удача."

Если бы это продолжалось дольше, Рай и самой потребовалось бы утешение.

"Элия, я скажу тебе то, что ты сказала мне: ты хорошо справилась. В основном это была ты, а разве 'в основном' недостаточно?"

В ответ она удостоилась лишь потустороннего фырканья и чего-то вроде холодного отчуждения.

"Не унывай, нам осталось преодолеть всего одно последнее препятствие – саму цитадель. Где твоя авантюрная жилка, та Элия, что вечно несёт чушь и отпускает… шуточки, кажется?"

Послышался смешок, в котором сквозь грустные нотки пробивалось веселье.

"Что, даже не можешь отличить? Неужели я настолько несмешная?"

"Твоё постоянное юморное настроение уж точно не облегчает понимание того, когда ты серьёзна."

"…К чёрту всё, мой двадцатиминутный перерыв на нытьё окончен. Я почувствую себя гораздо лучше, когда убью какую-нибудь дрянь нашим новым, улучшенным, офигенным телом. Интересно, смогу ли я теперь сделать сальто назад с места? Какова наша смертельная высота падения? Смогу ли я выжать от груди корову?"

"…Я бы предпочла, чтобы ты просто сосредоточилась на том, чтобы доставить нас в Лофтен."

Рай вернулась в храм, сделав несколько глотков целебной воды от магической усталости.

"Кто знает, может, люди внутри цитадели не все безмозглые нежити. Может, они славные."

Цепкая пара рук вцепилась в подол её плаща.

"Жемчуг," — простонала нежить учёного вида.

"Ай!"

"ЖЕМЧУГ!"

"АЙ-АЙ! Элия! Он, он схватил меня за плащ! Сделай что-нибудь!"

"Расслабься. Посмотри на этого чувака, Рай. Думаешь, он сможет тебя удержать? Просто пни его через всю комнату."

Её нога затрепетала и приготовилась к самому смачному пинку. Она попыталась сопротивляться, но обнаружила, что хватка Элии над одной частью тела так же сильна, как её собственная – над всем остальным.

"Элия, прекрати."

К её чести, та прекратила.

Нежить всё ещё сжимала в руках кончик её нового аксессуара. Быстрый рывок – и он с удивительной лёгкостью выскользнул из его хватки.

"Жемчуг…" — уныло простонала нежить, прежде чем опуститься ниц перед ней.

Этого было достаточно, чтобы она почувствовала себя так, будто пнула щенка. Он хотел жемчужину? Единственными круглыми предметами в её распоряжении были жаба Квибблс и эссенция верности. Она достала эссенцию из кармана и опустилась на колени, чтобы посмотреть, как он отреагирует.

"Вот, ты это хочешь?"

Нежить подняла взгляд. Он выглядел как отброс: впалые глаза, костлявые щёки, сморщенная кожа и тонкие, как веточки, конечности. Но там, в глубине его глаз, сияла искра разума.

"Жемчуг."

Он протянул палец, чтобы коснуться жемчужины размером с шарик. Та соскользнула, без какого-либо эффекта. Когда она в следующий раз посмотрела ему в глаза, они были такими же тусклыми, как у всех остальных.

"Рай, не надо просто так раздавать наши с трудом добытые трофеи первому встречному отбросу. У них может быть бешенство."

"Мне его жаль."

Она встала, глядя на жемчужину.

"Что это вообще такое?"

"Они могут усиливать некоторые дары. Никогда таких не видела в прошлой жизни?"

"Нет. Нет, потому что дары были редкостью. Даже обычные были… ну, обычными в некоторых кругах, но я никогда… этому меня не учили, и… может, я бы знала, если бы выросла в городе побольше."

"Не парься, это, вероятно, просто штука, чтобы увеличить разрыв в силе между богатыми и бедными, вроде аэрогрилей или финансовой ответственности."

Какая глупая мысль.

"Можно мне это съесть прямо сейчас? Мой [Тяжёлый Градневый Снаряд] будет с этим работать?"

"У него есть пустое гнездо?"

Она быстро проверила.

"Да? О, можно мне его использовать, пожалуйста?"

"Валяй."

Она закинула эссенцию в рот. На вкус… приятно. Словно тёплый цитрус с острым покалыванием в задней части дёсен. Покалывание превратилось в огненное пламя, и мгновения спустя она окунула голову под воду, так как вся её голова раскалилась докрасна.

Она вынырнула, отплёвываясь и кашляя, чувствуя, будто её тело избавилось от пота за целую неделю. И всё же, спускаясь принять ещё одну ванну, ей удалось отдышаться.

---

⟨ [Дух] Тяжёлый Градневый Снаряд [Необычный] [Эссенция Верности] ⟩

Сконцентрируй свой Дух, чтобы выпустить Тяжёлый снаряд из Градневого Камня, который будет искать указанную тобой цель.

Неуклюжая схема сотворения; этот снаряд подчиняется законам гравитации в обмен на больший потенциал. Нелюбим заклинателями за его грубый дизайн, хотя его эффективность неоспорима.

---

Вот оно, крошечное изменение в первой строке текста.

"Будет искать цель? Это великолепно! Мне больше не нужно целиться!"

И это исключит вероятность случайного попадания во что-то ещё.

"Оставь немного удачи и нам, бедным, а?"

"Ой, да замолчи, тебе с псиной и так повезло."

Это заставило что-то в её сознании буквально ощетиниться.

"Прости. Неправильно выразилась. Ты хороший воин, Элия. Гордись собой."

"Ага. Горжусь, что могу уложить какого-нибудь безмозглого нежитя, десятилетиями ничего не делая. Настоящее мастерство, настоящее достижение. Как перебоксировать младенца."

"Они играют нечестно! Нежити, а не младенцы. Они нападают на тебя вдвоём, втроём, вшестером. Ты – мы – маленькая девочка, Элия, нельзя ожидать, что мы свернём горы."

"Выбраться из нищеты душ было бы достаточно. Или из не-жизни."

Разговаривать с Элией сегодня было труднее обычного. Что бы ни говорила Рай, казалось, та упорно вела разговоры так, как хотела, и к тем выводам, которые ей были нужны. Она дулась? Ну, если уж она смогла подвести упрямого груга к воде, то и Элию заставит напиться.

"Мне кажется, ты слишком далеко заглядываешь. А как же то, чего ты уже достигла? Посмотри на маленькие победы, и как только научишься перескакивать с одной на другую, большие придут сами собой."

"Рай, я знаю, что у меня не всё отлично, но всё, что ты предлагаешь, я пробовала тысячу раз. Я не играю в игру, в которой могу выиграть. Я просто стараюсь не проигрывать слишком уж сильно."

После слишком долгого молчания Рай наконец набралась смелости задать вопрос, который давно вертелся у неё на уме.

"Ты не пробовала найти спутника?"

"…что?"

"Прости, неловко выразилась. Я… у меня часто бывают трудные времена. Когда домашние дела, учёба, ответственность становятся непосильной ношей, и ничего не ладится. Я поняла, как хорошо, когда есть кто-то, на кого можно положиться – для утешения, доверия, веселья."

Она улыбнулась, раскладывая свою одежду и доспехи аккуратными стопками.

"Ты не поверишь, но о некоторых вещах я просто не могу говорить ни с мамой, ни с братьями и сёстрами, даже с Кали."

"И ты хочешь, чтобы я справилась с этим, заведя, что ли, отношения?"

"Я не говорю тебе кого-то кадрить, боже, никогда не делай этого необдуманно, и всегда предохраняйся."

Если бы таким, как Элия, позволили размножаться, мир закончился бы большим взрывом.

"Но задумайся. Может, ты сможешь найти кого-то, у кого есть то, чего не хватает тебе. Или, если нет такого, то просто человека со стабильной психикой, друга, на которого можно положиться."

"Кого, тебя? Прости, мозговая подружка, но помимо того, что мы буквально делим одно и то же сморщенное тело-грейпфрут, наша дружба исключительно платоническая. Ты хочешь, чтобы я вылезла из твоей головы, и я здесь, чтобы этому поспособствовать."

Следующая фраза Рай застряла у неё в горле.

"Т-ты не это имеешь в виду. У тебя просто плохой день. Теперь и я расстроилась. А знаешь, что я делаю, когда расстраиваюсь?"

Она посмотрела на своё отражение, позволила одной из своих более-менее целых прядей упасть на лицо и легла в (надеюсь) соблазнительную позу.

"О нет~, я такая неуклюжая нежить, не могу дотянуться до спины. Неужели никто не окажет ей услугу, которой она заслуживает?"

Прошло не больше тридцати секунд, как у входа в ванную появилась служительница с полотенцем в руке. Рай улыбнулась, когда их взгляды встретились, и, прежде чем та успела что-либо сказать, откинула волосы назад (не обращая внимания на выпавшие и прилипшие к рукам пряди) и глубоко вздохнула.

"Мне требуется массаж."