—Яспрашиваю ещё раз: Естьли способ, при котором Ромио иЗерайс неумрут?

—Нет. —Незамедлительно ответила Уинналейн, несбавляя своей гнетущей ауры.

Казалосьбы, тут больше иухватиться незачто, однако кое-что явэтом ответе распознал… Японял, что этими словами она пытается скрыть правду.

(Фран… Она лжёт)

*(Что? Уинналейн сейчас солгала?)*

(Да, верно)

Значит всё-таки есть способ, при котором непридётся жертвовать Ромио или Зельсридом.

—…Это ложь.

—Нет, это неложь.

(Да, всё-таки она лжёт)

Еёслова отом, что это неложь тоже были ложью.

—Расскажите мне, как избежать ихсмерти!

—…Это невозможно.

—Неправда.

—…тс.

Видя, скакой уверенностью Фран утверждает это, Уинналейн, кажется, поняла, что еёлож полностью раскрыли. Эльфийка сурово прищурилась.

Одновременно сэтим возросла имощь еёподавляющей ауры. Теперь еёужточно можно было называть «кровожадной».

—Яуже сказала, что такого способанет. Тычто, всё ещё несобираешься смириться сэтим?

—Угу.

—… Ха, вот как.

Она очевидна была раздражена. Тем неменее, ейпока ещё хватало благоразумия, чтобы непопытаться избавиться отФран наместе.

Впрочем, быть может, она неможет атаковать впроцессе ритуала?

Учитывая это практически материальное желание убивать, исходящее отнеё, было удивительным то, что она всё ещё сдерживалась. Зловеще.

Неужели это правда Уинналейн?А, быть может, такова была еёреальная натура ссамого начала?

Уинналейн вновь заговорила впрезрительном тоне:

—Хорошо, втаком случае, как насчёт того, чтобы погиб другой человек?

—Всмысле?

—Давай предположим, что есть способ разрешить проблему, нетребуя смертей Ромио или Зельсрида, новитоге всё равно придётся принести вжертву кое-кого другого. Что тытеперь ответишь?

—Когоже?

—Яимею ввиду гипотетически.

—Тогда…

—Неволнуйтесь обэтой жертве.

Вмомент, когда Фран уже была готова ответить, чей-то голос прервал еёнаполуслове. Это был знакомый девичий голос.

—…А?

Взглянув заспину Фран, Уинналейн широко распахнула глаза отудивления. Еёлицо приняло целую серию различных выражений— шокированное, холодное, раздражённое, и, наконец, остановилось наозадаченном.

—…Лейн… Это ты…?

—Произнесла Уинналейн сбивчивым шёпотом. Идействительно, обладательницей этого внезапно вторгнувшегося внашу беседу голоса была прекрасная девочка-элементаль сразноцветными глазами, Лейн.

—Секунду, почему вытак выглядите?

—Хотя став элементалем, яосвободилась оттаких бренных понятий, как «облик», новкаком-то смысле можно сказать, что это иесть моя настоящая форма.

Как исказала Фран, парящая над землёй, как всегда, Лейн выглядела совсем нетак, как мыеёзапомнили. Неостанься цвет глаз темже, мыбы даже, наверное, сразубы еёинепризнали.

Поеётеперешнему облику вней можно было легко признать сестру-близнеца Уинналейн, обладая исконно эльфийским изящным телосложением. Уши унеё тоже были длинными.

—Ярада, что тывыжила, Фран.

Хотя такая фраза могла звучать двусмысленно, ноянечувствовал вней нисарказма, низлобы. Она искренне радовалась, что Фран осталась невредимой.

—Давно невиделись, Уинна.

—Это точно! Кажется, несколько сотен лет прошло…

—Чтож, Великий зверь теперь вырвался наволю. Уже неимеет значения точто я, инаходящаяся втебе Лейн сольются воедино.

Кстати говоря, Уинналейн упоминала, что если она приблизится козеру, тосдерживающая Великого демонического зверя печать придёт внегодность.

Поэтому Лейн инемогла встретиться сУинналейн. Однако раз его возрождение неудалось предотвратить, уже неимело смысла держаться друг отдруга поодаль.

Однако выражения ихлиц контрастировали друг сдругом. Уиннален, казалось, была готова расплакаться. Однако наеёлице читалась неподдельная радость

Лейнже держалась совершенно безэмоционально. Более того, отнеё неисходило даже никакой радости. Ябы даже сказал— она казалась разочарованной.

Однако вчём причина? Даиянедоконца понимал смысла недавно сказанных ейслов.

—Послушайте, ачто выимели ввиду под «Неволнуйтесь ожертве»?

—Хм-хм. Ясама стану жертвой, Фран.

—Э?

Пролетя мимо недоумевающей Фран, Лейн приблизилась кУинналейн.

—Уинналейн… Тысобиралась заново запечатать Великого зверя, верно?

—Верно. Вмоём распоряжении даже есть «Таинство Тёмного Бога». Яправильно поступаю?

—…Пожалуй. Наверное, повторное запечатывание удастся.

—«Наверное»?

—Ну, тыведь сама это понимаешь?Я нехочу, чтобы всё произошло так.

Услышав слова Лейн, Уиннален обратила свой несчастный взор нанеё:

—…Лейн, что тызадумала?Что тысобираешься делать теперь, когда зверь пробудился?

—Яхочу сгинуть слица этого мира. Именно поэтому явмешалась втвой ритуал.

—Почему тыхочешь сгинуть?

Изначально ядумал, что Лейн решила пробудить зверя, так как устала находиться взаточении. Вконце концов, будучи неразрывно связанной сВеликим зверем, она сама сняла печать.

Однако еёмотивы, судя повсему, были совсем иными.

—Хватит, яхочу, чтобы тыменя освободила.

Несамой освободиться, адать Уинналейн освободитьеё? Чтоже это значит?

—Уинналейн… Только тыможешь даровать мне покой.

—…

Отэтих слов Уинналейн навремя потеряла дар речи. Однако поструйкам крови, потёкшим изеёкрепко сжатых кулаков, было очевидно, что внутри неё бушуют сильнейшие эмоции.

—Уинналейн…

—Нет!Почему ядолжна убивать тебя?!

—Потому что яобэтом прошу.

—Нет! Низачто! Янизачто недопущу, чтобы тыисчезла! —Выкрикнула Уинналейн, будто капризная девочка.