Шквальный ветер бил в лицо так, что коже было больно, но Мин Юэ И уже не обращала на это внимания.

Взвалив на плечо так и не пришедшее в сознание тело женщины, она с полным ужаса сердцем неслась сквозь лес, а в голове крутились лишь увиденные недавно картины.

Человек с размозженной головой, превратившийся в змею, и змея, пожирающая змею.

На этот раз это точно не было иллюзией. Пу Юэ Минь не человек, нет, или же он вообще не Пу Юэ Минь.

Она не знала.

Мин Юэ И не вернулась в обитель. Вместо этого она отнесла тело Ся-нян в другое место, положила на камень, а бушующее сердце еще долго не могло успокоиться.

Пока Ся-нян не открыла глаза и в панике не ощупала лицо.

Тело было целым.

К счастью, она действовала осмотрительно и послала внутрь лишь часть души, иначе сейчас бы уже сгинула в этом мире.

Она никак не ожидала, что тот, кого искал господин Чжу Янь, окажется настолько ужасающим яо, способным из-за малейшей оплошности заживо сожрать сородича.

Лишь убедившись, что тело не покалечено, Ся-нян заметила, что находится вовсе не в своем укрытии, а рядом сидит женщина, с которой она виделась всего раз.

Возможно, под ночной луной всё увиденное невооруженным глазом легко приобретает жутковатые очертания.

Женщина сидела на камне. Вокруг шеи и руки была обмотана длинная железная цепь. Под тонкими веками скрывались каштаново-черные зрачки неописуемой глубины, отчего ее прекрасное лицо отдавало мрачной жутью.

Женщина была чем-то похожа на юношу, которого она только что встретила.

Если бы Ся-нян не помнила, что сидящую перед ней зовут Мин Юэ И и она шимэй Хэ У Цзю, а яо полагаются на обоняние, а не на внешность, она бы чуть не подумала, что Пу Юэ Минь так быстро ее настиг.

— Очнулась?

Слегка хрипловатый голос женщины прервал размышления Ся-нян. Она тут же отпрянула и с толикой настороженности посмотрела на нее:

— Как вы здесь оказались?

Мин Юэ И звякнула железной цепью в руке и, прищурившись, с улыбкой ответила:

— Почувствовала демоническую ци, вот и вышла ловить яо.

Взгляд Ся-нян упал на звенящую цепь. Она, естественно, решила, что речь идет о ней, и уже собиралась что-то сказать, но Мин Юэ И опередила ее.

— Но яо я не нашла, зато увидела тебя, лежащую в кустах. Не знаю, яо ли тебя схватил, но ради твоей безопасности я перенесла тебя сюда. — Черные глаза Мин Юэ И, подобные осенним водам, посмотрели на нее. — Как самочувствие? Я только что проверяла твое дыхание и ничего не почувствовала. Чуть не подумала, что ты умерла.

Услышав это, Ся-нян опешила, с затаенным подозрением глядя на сидящую перед ней женщину.

Эти слова означали, что она не поняла, что перед ней яо. Но раз не поняла, тогда почему, не нащупав дыхания живого человека, принесла ее сюда?

Выражение лица Мин Юэ И оставалось неизменным, она спокойно встретила ее взгляд.

— Всё в порядке, — в голове Ся-нян проносились тысячи мыслей, а на лице расцвели растерянность и еще не утихший страх. — Я и сама не знаю, что произошло, открыла глаза — и увидела даоцзюня. Ой, точно.

Она бросила на Мин Юэ И слабый взгляд, невзначай поинтересовавшись:

— Почему же даоцзюнь не отнесла меня обратно в обитель даоцзюня У Цзю, а принесла сюда?

Мин Юэ И покачала головой, на ходу выдумывая ответ:

— Я подозревала присутствие яо, поэтому выбрала случайное место.

— Вот как? — задумчиво произнесла Ся-нян.

Спустя пару вздохов Ся-нян наконец вспомнила, что еще не поблагодарила ее.

Плавно поднявшись, она изящно поклонилась:

— Благодарю вас, даоцзюнь. Если бы не вы, боюсь, я бы уже неизвестно где рассталась с жизнью.

Мин Юэ И улыбнулась, обнажив острые клыки.

— Ничего страшного. Ты человек, которого привел шисюн. Я по всем правилам не могла бросить тебя в беде.

Ся-нян чуть не забыла об этой связи. Если подумать, то причина, по которой Мин Юэ И спасла ее, обретала смысл.

Она с любопытством разглядывала молодую женщину-даоцзюня, вспоминая слова, нечаянно услышанные на днях.

Все на Пике Очищающего Пламени говорили, что Мин Юэ И нравится Хэ У Цзю, и они, если не случится ничего непредвиденного, станут дао-спутниками. Но из-за ее вмешательства Мин Юэ И впала в уныние и уже несколько дней не выходила из обители.

Шимэй влюблена в шисюна — банальная история.

Поэтому, как бы та ни была ей неприятна в глубине души, она всё равно спасла её ради того, кого любит.

Глаза Ся-нян сверкнули. Она кокетливо прикрыла губы рукой, слегка усмехнувшись:

— Как бы то ни было, я должна поблагодарить даоцзюня. Позже я всё расскажу даоцзюню У Цзю, чтобы он тоже пришел отблагодарить вас.

Улыбка Мин Юэ И оставалась прежней:

— В этом нет нужды.

Ся-нян настаивала:

— Обязательно. Даоцзюнь У Цзю всегда очень заботится обо мне. Он говорил, что не хочет, чтобы я оставалась в долгу. Говорил, что я не иду по пути совершенствования и не смогу вынести бремя кармы.

От природы она больше всего обожала смотреть на женскую ревность. И сейчас нарочно произнесла эти слова, желая увидеть, как Мин Юэ И проявит зависть.

Мин Юэ И давно знала натуру Ся-нян. Услышав это, она, казалось, слегка опешила, а затем покачала головой, и голос ее упал:

— Не нужно.

— Нужно, — взгляд Ся-нян скользнул по ее лицу, не сумевшему скрыть разочарование, и улыбка в глазах стала еще заметнее.

Ревность. Как же она будоражит яо.

Видя ее непреклонность и не в силах отвертеться, Мин Юэ И кивнула в знак согласия:

— Хорошо. Только не забудь как следует рассказать шисюну о сегодняшней ночи.

Э-э?

Ся-нян думала, что та продолжит отнекиваться. Следующая фраза уже вертелась на языке, готовая сорваться с губ, но вдруг она услышала такой ответ.

Мин Юэ И подняла полные непонимания прекрасные глаза и с сомнением посмотрела на нее:

— У тебя какие-то проблемы с этим?

Ся-нян прибыла с заданием. Хотя Пу Юэ Минь только что чуть не сожрал ее, она не могла выдать его существование Хэ У Цзю.

Знай она, что Мин Юэ И так быстро сдастся, не стала бы повторять это снова, а теперь придется как-то обманывать Хэ У Цзю.

Вспомнив о бдительности мужчины, Ся-нян почувствовала, как начинает болеть голова. Но показать этого было нельзя, поэтому она с улыбкой кивнула.

Воистину, сама себе на ногу камень уронила.

Мин Юэ И проигнорировала натянутую улыбку на ее губах и на удивление сладко улыбнулась:

— Госпожа Ся, время позднее, позвольте мне проводить вас обратно.

— Благодарю, — настроение Ся-нян было уже не таким легким, как прежде. Она лихорадочно соображала, какую бы причину выдумать, чтобы одурачить Хэ У Цзю, и не заметила улыбку на лице женщины.

— Не за что, так и должно быть. — Мин Юэ И покачала головой, призвала длинный меч и, встав на лезвие, протянула ей руку: — Поднимайтесь, госпожа Ся.

Ся-нян не смогла отказаться. Взяв ее за руку, она встала на меч.

Ночной полет на мече прочертил в бездонном небе остаточный след.

Мин Юэ И проводила Ся-нян лишь до окрестностей обители Лю Сэнь.

На ее лице отразилась вина:

— Прошу прощения, госпожа Ся, я должна пойти и выследить ту демоническую ци, поэтому не смогу проводить вас внутрь.

Эти слова пришлись как нельзя кстати. Ся-нян как раз ломала голову над тем, что сказать, чтобы Мин Юэ И не пошла внутрь и не разоблачила ту ложь, которую ей еще предстояло с трудом сочинить.

Ся-нян изобразила сожаление и, поклонившись, произнесла:

— Ничего страшного. Даоцзюнь и так занята, это я вас задержала.

Мин Юэ И слабо улыбнулась беззащитной с виду Ся-нян, развернулась и улетела на мече.

Ся-нян смотрела, как ее силуэт исчезает в долгой ночи. Напускная слабость на лице испарилась. Постояв на месте и поправив волосы на висках, она с виноватым видом, кокетливо покачивая бедрами, вошла в обитель.

Едва она приблизилась к главной комнате, как длинный меч, несущий в себе сильное намерение убийства, пролетел в волоске от ее плеча.

Прядь прекрасных волос мягко спланировала на землю. Всё еще пребывая в шоке, Ся-нян схватилась за ухо и уставилась на пробитую мечом дверь.

Хвала небесам, срезало только волосы, а не полголовы. Это же ее истинное тело. Если его повредить, восстановить будет крайне сложно.

— Куда ты ходила?

Юноша вышел наружу. Он холодным взглядом окинул стоящую в дверях женщину-яо, поднял руку, поймав вращающийся длинный меч, и всё его существо по-прежнему излучало привычную внушительную праведность.

Почувствовав исходящее от него убийственное намерение, Ся-нян тайком ахнула, но постаралась выглядеть естественно и бросила на него укоризненный взгляд:

— Конечно же, дышать свежим воздухом. Ты запер меня здесь и не позволяешь выходить, чтобы я не навредила твоим шиди. Разве я не могу просто выйти и посмотреть на что-нибудь другое?

Брови Хэ У Цзю оставались холодными, а взгляд — равнодушным:

— Ся Цзи, ты снова забыла мои слова.

Ся-нян послушно признала вину:

— Я помню. Не причинять вреда людям, не излучать демоническую ци, не...

Сказав это, она вскинула прекрасные глаза. Ее взгляд скользнул к его талии, и она лукаво рассмеялась:

— А тем более не приближаться к твоей шимэй. Видишь, я всё помню. Но даоцзюнь, кажется, кое-что забыл. Твоя рана снова начала гнить, из нее уже сочится демоническая ци. Если твоя шимэй это увидит... ц-ц. Даже представить страшно. — Ся-нян покачала головой.

Хэ У Цзю молча буравил ее взглядом.

Ся-нян испугалась, что и правда его разозлила. Отвесив холодную колкость, она тут же поспешила сгладить углы:

— Ой, даоцзюнь, скорее заходи внутрь. Я вытяну из тебя демоническую ци. Если промедлить, она проникнет во внутренние органы. Тогда ты уже будешь не бессмертным мечником, которому все завидуют, а настоящим яо.

Ресницы Хэ У Цзю едва заметно дрогнули, а лицо стало еще холоднее:

— Пока в этом нет необходимости.

С этими словами он закрыл дверь.

Увидев это, Ся-нян криво усмехнулась. Люди такие сложные существа: очевидно же, что он уже еле держится, но всё равно упорствует в следовании этому ненужному праведному пути.

Вот когда его с головой накроет демонической ци, она посмотрит, как с ним обойдутся эти его шиди да шимэй.

Ся-нян покачала своей осиной талией, развернулась и пошла прочь.

Оставшись в комнате, Хэ У Цзю стоял на месте с нечитаемым выражением лица, опустив глаза на свою поднятую руку.

Яо? Уж я-то ни за что не стану монстром.

---

Лунный свет струился, словно белый шелк.

Мин Юэ И еще немного побродила снаружи, прежде чем вернуться в обитель.

Подойдя к дверям, она бросила взгляд и увидела неподалеку высокий мужской силуэт. Ее шаги тут же замерли, а рука настороженно сжала рукоять меча.

До тех пор, пока темная фигура, прислонившаяся к двери, не подала голос.

— Шимэй.

Голос юноши звучал подобно тому, как чистый источник бьется о камни — мягко, но с легким оттенком прохлады.

Это был не Пу Юэ Минь. Это был Хэ У Цзю.

Напряженные плечи Мин Юэ И тут же расслабились. Незаметно убрав меч, она подошла к нему:

— Старший шисюн, почему вы здесь?

Юноша произнес спокойным тоном:

— Я приходил днем, но увидел, что ты крепко спишь, поэтому не стал беспокоить. А недавно услышал от Ся-нян, что она тебя встретила, вот и зашел.

Приблизившись, Мин Юэ И заметила, что на лице юноши нет улыбки. Невольно вспомнив о произошедшем недавно, она спросила:

— Старший шисюн приходил? Почему же я не знала?

Неужели днем я спала настолько крепко, что даже не заметила прихода Хэ У Цзю?

Взгляд Хэ У Цзю остановился на ее лице. Вместо ответа он спросил:

— Почему шимэй так поздно бродит на улице? Что-то случилось?

Мин Юэ И знала, что Ся-нян не станет рассказывать о Пу Юэ Мине, но не ведала, что именно та наплела, поэтому ответила уклончиво:

— Ночью захотелось поупражняться с мечом. Случайно наткнулась на госпожу Ся и немного поболтала с ней.

— Кстати, шисюн, госпожа Ся уже вернулась? — Мин Юэ И с любопытством посмотрела на стоящего перед ней юношу, всем видом показывая, будто совершенно не догадывается, что Ся-нян — яо.

Выражение лица Хэ У Цзю было естественным:

— Уже вернулась.

Мин Юэ И тихонько отозвалась «о», не став расспрашивать дальше. У Хэ У Цзю тоже не было желания обсуждать с ней Ся-нян. Так тема с Ся-нян между ними и замялась.

Мин Юэ И хотела войти в дом, но, заметив, что Хэ У Цзю продолжает молча стоять в дверях, в ее прекрасных глазах мелькнуло недоумение:

— Раз шисюн пришел так поздно, случилось что-то срочное?

Хэ У Цзю склонил голову и слегка изогнул уголки губ:

— Ничего особенного. Просто днем видел, что шимэй, кажется, взяла задание на Пике Снежных Облаков. С чего бы тебе вдруг понадобился снежный лотос?

Задание на Пике Снежных Облаков она взяла совсем недавно. Изначально она хотела сорвать тысячелетний снежный лотос, чтобы снять с Пу Юэ Миня яд лисы-яо. Кто же знал, что прямо перед уходом она столкнется с такой сценой.

Не подав виду, Мин Юэ И объяснила:

— Ничего такого. Просто в последнее время изучаю лис-яо. Увидела снежный лотос, который может успокаивать разум и очищать желания, и стало любопытно, как он действует. В конце концов, я, как и шисюн, следую Пути Бесстрастия. В будущем мне тоже понадобится снежный лотос в качестве вспомогательного средства для постижения Великого Дао.

Снежные лотосы на задней горе обители Хэ У Цзю были посажены как раз на случай непредвиденных обстоятельств при прорыве на новый уровень. Ей же не хватало совершенствования, поэтому она еще не выращивала их, дабы не растрачивать духовную энергию вокруг своей обители.

Такое объяснение звучало вполне естественно. Неизвестно только, поверил ли он ее словам.

К счастью, Хэ У Цзю больше ничего не спросил. Казалось, заметив, что в последнее время она изучает информацию о лисах-яо, он подумал, что у нее что-то случилось, и просто пришел поинтересоваться на правах шисюна.

Хэ У Цзю улыбнулся и, словно в шутку, предложил:

— Если шимэй так интересуется снежным лотосом, можешь взять парочку из обители Лю Сэнь и выращивать.

Мин Юэ И поджала губы, застенчиво улыбнувшись:

— Не нужно, мне просто любопытно. Шисюн скоро совершит прорыв, вот снежный лотос и нужен для успокоения разума. А мне еще слишком рано.

Хэ У Цзю не стал настаивать и кивнул. В его черных, словно тушь, глазах мелькнула нежность:

— Тогда скорее заходи. Не буду больше беспокоить шимэй.

Мин Юэ И озарила его лучезарной улыбкой:

— Хорошо.

Взгляд Хэ У Цзю задержался на ее лице. Изящные черты источали яркую красоту, которую не могла скрыть даже ночная тьма.

Мин Юэ И прошла мимо него. Не успела она переступить порог, как густая, еще не усвоенная духовная энергия, хранящаяся в ее даньтяне, словно под каким-то воздействием, внезапно забурлила.

— М-м... — Мин Юэ И пошатнулась. С мертвенно-бледным лицом она схватилась за дверной косяк, и ее тело, качнувшись, завалилось назад.

Перед тем как потерять сознание, она смутно услышала прохладный, но обеспокоенный голос юноши.

— Шимэй, что случилось?

Хэ У Цзю подхватил внезапно упавшую назад Мин Юэ И. При свете луны он увидел ее бескровное лицо. Положив руку на ее запястье, он обнаружил, что в ее теле бушует сгусток колоссальной духовной силы.

Его взгляд потемнел. Он тут же подхватил ее на руки, перешагнул через порог и понес внутрь.

По пути Мин Юэ И в его объятиях тихо и жалобно стонала, а ее изящные брови были нахмурены, словно она испытывала страшную боль.

— Потерпи, шимэй, мы уже почти пришли. — Хэ У Цзю было не до того, чтобы открывать дверь руками; он распахнул ее пинком, напрочь забыв о манерах.

Мин Юэ И уже не слышала, что он говорит. Она чувствовала лишь невыносимую боль во всем теле. Каждую жилку распирало от духовной энергии. Казалось, ее разорвет на куски в любую секунду.

Тело на третьем уровне не могло переварить базу совершенствования четвертого уровня. Она давно об этом знала, но так как раньше отдачи никогда не случалось, думала, что разрыва тела от избытка силы не произойдет.

Как же больно.

Мин Юэ И намертво стиснула зубы. В ушах звенели бесполезные утешения Хэ У Цзю, шумом заполняя ее разум.

Всё ради того, чтобы изменить концовку, в которой ее принесут в жертву его мечу. Вот почему она докатилась до такого состояния.

Эта похожая на черную грязь ненависть и мечущаяся по телу духовная сила, казалось, готовы были разорвать все ее духовные меридианы.

Не сдержавшись, Мин Юэ И открыла рот и во что-то свирепо вцепилась зубами.

— Ш-шимэй?..

Раздался едва слышный шепот, а затем Мин Юэ И перестала слышать вообще что-либо. Мир погрузился в тишину.

Только что уложенная на кровать женщина разжала губы, и ее рука бессильно свесилась с края. Мертвенно-бледное лицо снова стало спокойным, лишь изредка тело содрогалось в судорогах, не в силах вынести буйство духовной энергии.

Зрачки опустившегося на колени перед кроватью юноши слегка дрожали. Он поднял руку и коснулся челюсти: след от зубов был отчетливым, и на нем словно всё еще оставалась влажная мягкость от укуса женщины.

Секунду назад он просто хотел положить ее на постель, чтобы с помощью духовной силы успокоить это буйство, но стоило ему наклониться, как она вдруг подняла голову и изо всех сил вцепилась ему в лицо.

Охваченная болью Мин Юэ И не вложила много силы в укус. Она походила на новорожденного детеныша зверя, у которого еще не до конца выросли зубы — ее укус казался скорее тем, словно она его лизнула.

В этот миг по всему его телу пробежала дрожь. Потеряв равновесие, он упал прямо на колени перед кроватью.

Хэ У Цзю поднял глаза и уставился на лежащую без сознания женщину. Он медленно моргнул густыми ресницами и, казалось, лишь спустя долгое время вспомнил, что она всё еще мучается от боли.

Отбросив неподобающие чувства, Хэ У Цзю приподнял ее и прислонил к спинке кровати. На первый взгляд его лицо вновь обрело привычное спокойствие, но руки, придерживающие ее за плечи, заметно подрагивали.

Он пустил в ход свою духовную силу, чтобы усмирить взбунтовавшуюся ци Мин Юэ И.

То ли она была слишком осторожна, то ли просто внутренне сопротивлялась, но его духовная сила никак не могла проникнуть в ее тело.

Они оба шли по Пути Бесстрастия, по логике вещей отторжения возникнуть не должно было. Но сколько бы раз Хэ У Цзю ни пытался, у него ничего не выходило, а буря в ее теле лишь усиливалась.

Глядя на женщину с пылающими щеками, чье дыхание стало тонким, как шелковинка, Хэ У Цзю потерял остатки спокойствия в глазах и плотно сжал тонкие губы.

Такое состояние можно облегчить через двойное совершенствование.

Но...

Хэ У Цзю снова пустил в ход духовную силу, пытаясь успокоить хаос внутри нее, но результат остался неизменным.

Она сопротивляется.

Погрузившись в раздумья, Хэ У Цзю вспомнил о младшем шиди, который тоже практиковал Путь Бесстрастия. Взвесив всё, он в итоге послал бумажного журавлика, чтобы позвать его.

Когда дверь распахнулась, наступила глубокая полночь: время, когда энергия инь и холод достигают своего пика.

Высоко висящая в чернильно-сером небе холодная луна, казалось, готова была вот-вот упасть. Скрипнула дверь, и вместе с холодным лунным светом внутрь скользнула длинная тень.

— Старший шисюн, вы искали меня?

Голос вошедшего был тихим и медленным, словно он еще не совсем привык к горлу в новом теле.

Хэ У Цзю поднял голову и посмотрел на стоящего в дверях юношу: поверх красных одежд был накинут белый халат, черные волосы, белоснежная кожа, а на лице играла кроткая и приветливая улыбка.

Второй шиди и младшая шимэй всё еще находились у подножия горы, поэтому сейчас на Пике Очищающего Пламени оставался только младший шиди Пу Юэ Минь.

— У шимэй по неизвестной причине взбунтовалась духовная энергия. Я позвал тебя, шиди, чтобы ты помог усмирить этот хаос в ее теле. — Хэ У Цзю отступил, открывая вид на лежащую на кровати женщину.

Взгляд Пу Юэ Миня скользнул мимо него и остановился на бледнолицей женщине. Его зрачки на мгновение, казалось, сузились в вертикальные щели, но, когда он снова посмотрел на юношу, это были обычные, чисто-черные круглые глаза:

— Что мне нужно сделать, шисюн?

Хэ У Цзю ответил:

— Мы оба практикуем Путь Бесстрастия. К тому же она сама тебя обучала, поэтому ваша духовная сила должна быть схожей. Проверь, не станет ли шимэй отторгать твою энергию. Если нет — просто используй свою духовную силу, чтобы успокоить бурю внутри нее.

Хоть он сам когда-то обучал Мин Юэ И, прошло уже много лет. Она давно освоила иные техники совершенствования, и даже ее духовная сила перестала быть похожей на его собственную. Именно поэтому он и вспомнил о Пу Юэ Мине.

Однако, договорив, он так и не услышал от юноши ответа.

Хэ У Цзю с сомнением посмотрел на него.

Луну заволокло туманом. Юноша лениво прислонился к дверному косяку. Его взгляд, устремленный прямо на Хэ У Цзю, был донельзя странным — словно у затаившегося зверя, готового в любую секунду броситься в атаку.

Хэ У Цзю заметил, что его взгляд прикован к следу от зубов на его лице. Помолчав пару секунд, он спокойно спросил:

— Шиди, ты осмотрел её?

— Угу... — Пу Юэ Минь отвел взгляд от отчетливого отпечатка зубов и слегка улыбнулся: — Я понял, я помогу шицзе.

Он перешагнул через порог и шаг за шагом направился к кровати. Чем ближе он подходил, тем гуще становились эмоции в глубине его глаз.

Откуда следы зубов шицзе на чужом лице? Что здесь произошло?

Зачем шицзе кусать другого мужчину?

Заметив его скованную походку, Хэ У Цзю решил, что тот нервничает, и попытался успокоить:

— Не бойся, я буду рядом.

Только присевший на край кровати Пу Юэ Минь взглянул на него и дружелюбным тоном спросил:

— А шисюн не выйдет?

Хэ У Цзю покачал головой:

— Шимэй может начать сопротивляться. Я останусь, чтобы, если что, подсказать тебе, как правильно направлять потоки ци.

Идиот, да кому нужны его подсказки.

Они с шицзе были невероятно близки, от самого нутра и до внешнего облика, она ни за что не станет ему сопротивляться.

Их языки и губы сплетались бессчетное количество раз, они давным-давно изучили друг друга.

Идиот.

Юноша надменно и холодно усмехнулся. Мерзкие мысли клубились в нем, словно грязная вода. Легким движением пальца он подозвал ядовитую змею, которая тут же заползла внутрь через окно.

Когда змея оказалась прямо за спиной Хэ У Цзю, он внезапно передумал.

— Старший шисюн. — В невинно-чистых глазах юноши расплылась приветливая улыбка, останавливая Хэ У Цзю, который уже почуял неладное за своей спиной.

Хэ У Цзю пристально посмотрел на него.

— Старший шисюн, мне не нравится, когда кто-то стоит над душой. Могу я попросить вас подождать за дверью? Если что-то не получится, я обязательно спрошу совета, хорошо? — Пу Юэ Минь сидел на краю кровати. Его длинные волосы струились, словно водный шелк, ниспадая на пол, отчего его фигура казалась изящной, как у девушки.

Хэ У Цзю помолчал с минуту, затем кивнул в знак согласия.

Перед выходом он строго добавил:

— Если с шимэй что-то пойдет не так, немедленно скажи мне. Я буду ждать за дверью.

— Угу. — Пу Юэ Минь с улыбкой смотрел, как он переступает через порог, и добавил вслед: — Будьте любезны, закройте за собой дверь.

В груди Хэ У Цзю мелькнуло смутное чувство дискомфорта. Подняв руку, он захлопнул створки и, заложив руки за спину, остался стоять во дворе перед дверью.

Одна из свечей в комнате погасла, словно кто-то нарочно пытался скрыть отбрасываемые тени.

Юноша скинул расшитые золотыми нитями сапоги из оленьей кожи. Босыми узкими ступнями он опустился на колени рядом с Мин Юэ И. Вытянув изящную шею, он оперся руками о колени, и длинные волосы водопадом ниспадали на тыльную сторону его ладоней.

— Шицзе, ты такая жалкая. — Его глаза были полны сострадания к ней, но вскоре с тонких, цвета бледной розы губ сорвался холодный и мрачный упрек.

— Но как ты могла укусить кого-то другого? И к тому же укусить его уродливое лицо? Я так зол. Я хочу наказать тебя.

Он наклонился, прижавшись прямым носом к кончику ее носа, и тихо спросил:

— И как же мне наказать непослушную шицзе?