30 ноября 2088 года.

После этой битвы я ненадолго потерял сознание, пока не восстановил свои силы. Герои, без сомнения, настоящие читеры. Все, с чем я боролся - лишь невероятно ослабевший пережиток былой силы, стеревшийся за тысячи лет. Ее тело по какой-то причине восстало как зомби, один из самых слабых и наиболее часто встречающихся в природе видов нежити.

Тип восставшей нежити зависит не от самого тела, а от количества обитающей в нем души, и от остаточных воспоминаний этой души. Немертвые с почти нетронутыми душами и большей частью их воспоминаний имеют человеческий уровень интеллекта и даже более могущественны, чем когда они были живы. Тело либо увеличивает, либо ограничивает силу нежити и некоторые ее особенности. А это значит, что Героиня-зомби была намного медленнее, слабее и глупее, чем в своей прежней жизни. Но среди зомби она, вероятно, самая сильная в истории.

Я подобрал метательные ножи, арбалет, мечи-бабочки и эсток. Каждый из них - бесценное магическое сокровище. Будь то качество материалов, мощь содержащейся магии или мастерство изготовления, каждый аспект просто невероятен. К счастью, зомби не хватало ума использовать магические возможности оружия. Но даже будучи настолько ослабевшей, она заставила меня полностью израсходовать свою ману и выносливость ради победы. И это, вероятно, было едва ли 1% от того, что сила Клары представляла собой в ее расцвете. Я скажу это снова: Герои, без сомнения, настоящие читеры.

Ворча себе под нос, я достал черный как смоль оникс, в который обратился Демон. Тронный зал в этом дворце находился точно в центре города, и потому - идеально подходил для проведения моего ритуала. Все сожаления, гнев и печаль в городе будут поглощены вместе с отрицательными эмоциями Героя. Я начал выводить на полу огромный магический круг. Создание магических кругов требует использования символов, имеющих значение для заклинателя. И значение одного и того же символа может отличаться от волшебника к волшебнику. Это вопрос личного вкуса.

Я всегда делал свои дизайны максимально простыми. Обыкновенный круг для сбора и циркуляции маны, четырехконечная звезда для фокусировки, и 4 бриллианта между узлами звезды соединены линиями в квадрат, усиливающий магический круг и стабилизирующий входящую ману. Наконец, я нарисовал разбитое сердце в самом центре круга, чтобы отфильтровать все, кроме негативных эмоций. Демон в форме оникса и переполненный сапфир души были помещены на две половинки сердца. Мне понадобилось некоторое время, чтобы подготовить этот десятиметровый в диаметре круг.

Я встал на краю магического круга и начал произносить импровизированное заклинание. Первоначально я хотел просто использовать круг, не говоря ни слова, но после борьбы с Кларой у меня появилось некоторое подобие чувства товарищества с ней. Говорят, воины способны общаться с помощью своих клинков, и во время нашей схватки я понял, что она разделяет мою ненависть к этому миру. Она заслуживает того, чтобы кто-то признал ее. Поэтому я решил высказать свои чувства, даже если никто не сможет услышать. “Здесь лежит жертва этого гнилого мира, преданная и своим народом, и самой историей. Она была проклята стать Героем и была поглощена этой ответственностью. Пусть тьма, что жила в ее сердце и прошла сквозь века, обретет новую цель. Пусть эта тьма исполнит желания, которые она никогда не могла осуществить. Пусть эта тьма станет моим спутником, когда я отправлюсь в новый мир. Возможно, эта тьма вырастет вместе со мной, когда мы будем преследовать личную выгоду и цели. Я не герой, так пусть и тьма, что я призываю, будет такого же рода.” Говоря это, я начал снабжать магический круг маной и открыл сапфир души.

Круг засветился зловещим темным светом. Я почувствовал, как все отрицательные эмоции, до сих пор находившиеся в городе, начинают стекаться прямо сюда. И вскоре все закружилось в радужном вихре, втягивающемся в ониксовый камень Демона. Моя мана просто использовалась для поддержания контроля над ритуалом, в то время как я сам полагался на энергию души и окружающую ману, чтобы добавить мощи. В конце концов я заметил, что радужный вихрь начал тускнеть - это означало, что я почти закончил, но вдруг произошло нечто неожиданное.

По-видимому, слова моего заклинания вошли в резонанс с душой Клары, и мана из окружающей среды начала в безумных количествах собираться здесь. Ее было намного больше, чем все, что я смог собрать до сих пор. Поток маны взбунтовался и вызвал взрыв, с ревом ударивший в магический круг, разрушив его. Во всем городе исчезли тени, когда свет неизвестной природы на мгновение озарил его.

В этот момент передо мной появился призрак черноволосой, красноглазой женщины-дворфа. Она просто беззаботно улыбнулась мне, как будто вся ноша была снята с ее плеч и исчезла вместе со светом. Оникс начал раздуваться до размеров пляжного мяча. Затем он лопнул, и я почувствовал, как дремавшая связь между мастером и фамильяром проснулась с ревом. И я смог ощутить действительно впечатляющую мощь моего фамильяра. Этот уровень силы мог бы соперничать с высококлассными дикими духами.

Я стоял в темноте, прежде чем мой магический свет осветил разбитые платформы пола, на которых когда-то был нарисован магический круг. В самом центре лежал маленький лисенок. У него был черный как смоль мех с белыми отметинами на лапках, кончиках пушистого хвоста, ушах и груди. Он открыл небесно-голубые глаза, и я понял, что те наполнены разумом. Лисенок мило наклонил голову, ожидая, что я дам ему имя.

Когда дух обретает разум, он либо выбирает имя, либо получает его, чтобы закрепить свою идентичность. Поскольку это был мой фамильяр, он ждал, что я сам дам ему имя. Мгновение я молчал, обдумывая варианты, но все, что приходило мне на ум, было мужскими именами. А я чувствовал, что этот фамильяр - женского пола.

Я еще раз взглянул на демонического фамильяра, рожденного моими собственными чувствами и усовершенствованного чувствами павшего героя. Судя по нашей связи, я мог бы предположить, что эта демоническая лиса обладает хитрой, шаловливой и игривой личностью. Она настоящая бесчестная плутовка, которая пойдет на все, чтобы получить желаемое, но в то же время - обладает определенными нерушимыми правилами, по которым она живет. Мне она уже нравится.

И тут, когда я посмотрел на ее черный мех и знакомые небесно-голубые глаза, мне в голову пришла забавная мысль. Я поднял лису и прошептал: “Я Минато Кросс. Приятно познакомиться, Рин.” В свою очередь, Рин мило тявкнула в ответ и исчезла, слившись со мной. Она очень молодой дух, так что для нее немного рановато общаться словами. Как демонический лисий дух, она, вероятно, сможет говорить, когда отрастит свой третий хвост. Бедняжка тоже устала после своего появления, я дам ей немного отдохнуть. Скоро ей предстоит много работы.