Рейнхольд поднялся с кровати и вышел на террасу, ведь несмотря на сверхчеловеческую скорость восстановления, которую обеспечивала ему принадлежность к отряду героя и позволявшая ему свободно передвигаться даже сейчас, его раны открывались и кровоточили, если он перенапрягался: жгучая боль, словно раскалённое железо прижимали к телу, постоянно мучила его, но он устал лежать в постели целыми днями.

Тяжело облокотившись на перила террасы, он заметил внизу Гьялнал, отдающую служанкам точные указания.

«Понравилась ли благодетелю вчерашняя еда?»

«Да, миледи, он всё съел, что само по себе необычно из-за состояние его здоровья».

«Похоже, ему понравилась каша с моллюсками, давайте будем добавлять её ему на завтрак или ужин раз в три дня, чтобы она ему не надоела».

Рейнхольд не мог не улыбнуться, увидев её заботу и внимание, чем больше он наблюдал за ней, тем сильнее ему нравилась эта молодая леди, однако он не пытался открыто выражать свою симпатию, в конце концов, она уже была помолвлена.

Джендри, её жених, был простолюдином, но при этом сыном капитана стражи, у него было добрый характер и глубокая взаимная привязанностью к Гьялнал, поэтому Рейнхольд знал, что лучше не вмешиваться, у него была Линачиен, и любые попытки приударить лишь бы нарушили хрупкое равновесие, которое он стремился поддерживать.

«Морган! Тебе не следовало вставать!»

Его краткий миг покоя был нарушен внезапным появлением наследной принцессы, которая ворвалась в комнату, будь это Гьялнал, она бы заговорила тихо, а её обеспокоенный взгляд мягко остановился бы на нём, уговаривая вернуться в постель, а он бы смягчился, позволив себе отдохнуть, лишь бы успокоить её беспокойство.

Но почему Линачиен всегда была такой дерзкой? Рейнхольд намеренно не отрывал взгляда от вида за окном, и выражение его лица смягчилось лишь тогда, когда он повернулся к ней, однако он всё ещё не отходил от перил.

«Сегодня прекрасная погода, не правда ли? В такой день мне следовало бы прогуляться по берегу с Вашим Высочеством, но, поскольку это невозможно, я просто наслаждаюсь видом».

Ослепительная улыбка светловолосого юноши заставило сердце Линачиен сжаться: раздражение, вспыхнувшее всего несколько мгновений назад, исчезло, оставив лишь чистую озабоченность.

«Тебе нужно отдохнуть и побыстрее восстановиться, чтобы мы могли вместе прогуляться».

Да, именно так женщина должна заботиться о своём муже, подумал Рейнхольд, успокаиваясь и готовясь вернуться в постель, но следующие слова Линачиен заставили его нахмуриться.

«Во дворец поступило сообщение от волшебницы, она и носильщик вернутся в столицу сегодня вечером».

«Зачем? Если она схватила носильщика, ей следовало бы тайно вернуться в столицу и ожидать нас, но раз сообщение пришло во дворец, предполагается, что они собираются вернуться публично, не так ли?»

Линачиен выразила ту же обеспокоенность, однако новость, которую передела Равин, содержала доводы, который и Линачиен, и Рейнхольд сочли убедительным.

«Они столкнулись с демоницей были вынуждены пробиваться с боем, похоже, она решила вернуться, пока противник не собрал подкрепление, а из-за спешки это пришлось делать публично».

«Хм».

Пока щитоносец размышлял об этом, его раны снова начали кровоточить, а Линачиен больше всего на свете хотелось заставить его вернуться в постель, но она знала, что он погружен в раздумья, обдумывая дальнейшие действия, поэтому ей оставалось лишь с тревогой наблюдать.

[Ситуация кажется правдоподобной, но остатки желания, которые я чувствовала от волшебницы, исчезли]— прошептала Демоническая богиня Ангрия, которая была связана с ним.

Я думал, что её будет легче всего контролировать, но как ей удалось освободиться первой?

Хитрая, как всегда, Ангрия скрыла от Рейнхольда тот факт, что Тигрия — клон второй волшебницы и не подозревающий об этом, Рейнхольд продолжал с большим доверием относиться к словам Ангрии.

Ладно, эту девчонку можно заманить обратно обещанием новых исследований, но что ещё важнее — это члены Демонического отряда, разве они не находятся под вашим прямым контролем? Разве вы не можете ими как следует командовать?

[Ой, не будьте так строгим, они ведь находятся под прямым контролем Королевы Демонов, а не под моим, поэтому они автономны и могут действовать по своему усмотрению.]

//Ред: принцип - вассал моего вассала – не мой вассал

Я слышал от волшебницы, что ты превратила первую героиню в Королеву Демонов, это правда?

[У меня не было выбора! Сила моей сестры была подавляющей, я даже не могла с ней сравниться. Героиня? Какая нелепая система! Нам нужна была Королева Демонов, чтобы поддерживать равновесие!]

Рейнхольд был недоволен падением первой героини, но, если нужно было сохранить равновесие, он не мог спорить, в конце концов, он предал четвёртую героиню по той же причине.

[Только посмотри на неё сейчас, она всё ещё держится несмотря на всё это безумие, выдерживая чудовищные силы причинности! Это так несправедливо! Несправедливо! Несправедливо!]

У меня от тебя голова болит. Пожалуйста, прекрати.

[И в довершение всего, она мгновенно создала уникальные предметы для всех членов отряда героя! Даже у меня нет возможности так быстро создавать предметы!]

Ангрия был искренне разочарована, с самого начала Богиня была гораздо могущественнее её, она создала этот прекрасный мир и все его расы, а Ангрия же, напротив, могла контролировать лишь тех, кого ей удалось развратить, а после долгой борьбы, движимой завистью и обидой, ей всё же удалось поставить мир на грань, создав демонов, монстров и даже Королеву Демонов, но этого было недостаточно, и на протяжении веков она прибегала к бесчисленным уловкам, чтобы помешать героям.

[Чёрт возьми, из-за этого ненормального носильщика! Всё это случилось из-за крошечного насекомого!].

Ты же говорила, что в конце концов всё наладится, да? Хотя мне и суждено стать стражем, я всё ещё многого не понимаю.

[Не беспокойтесь об этом.]

Ангрия взглянула на незаконченное уникальное оружие, которое она изготавливала, и причмокнула губами.

[Нам нужно как следует обучить этих демониц, как только этот уникальный предмет будет готов, мы сможем поглотить их тела и силу, да, мы с тобой даже сможем контролировать силу обиды.]

Обиды?

[Разве ты не знал? Вот что разъедает твоё тело и не даёт быстро исцелиться - это обида, уникальная сила Королевы Демонов, проявление обиды на меня за то, что я её превратила в чудовище, и на мою сестру за то, что она не смогла её спасти.]

Так Люсиена уже стала Королевой Демонов?!

[Нет, но меч, которым она владеет — проклятый клинок Королевы Демонов, должно быть, она получила его на архипелаге Зрамун.]

Рейнхольд вспомнил, как они преследовали героиню до архипелага Зрамун, где отряд вновь собрался, Люсиена, должно быть, отправилась туда специально, чтобы заполучить проклятый клинок, но откуда она знала, что он там?

Героиня, которого он знал, не была сведуща в истории, даже он, изучавший летописи, не знал, откуда у волшебницы были знания о падение первой героине.

В конце концов его мысли остановились на скромном носильщике в маске.

Но даже Демоническая богиня обозвала его лишь маленькой букашкой, несмотря на его недавние впечатляющие действия, хм, как всё странно.

[Ни святая сила, ни моя магия не могут исцелить тебя, потому что твои раны были нанесены обидой, третьей силой. Я делаю всё, что могу, но старайся полагаться на естественное восстановление, насколько это возможно.]

«Хм… носильщик»

«Рейнхольд!»

Резкий тон Линачиен вырвал Рейнхольда из раздумий, она смотрела на него с явным гневом.

«Размышлять — это хорошо, но как насчёт того, чтобы уделять больше внимания своей невесте?»

Куда делась её прежняя покладистость? Она снова разозлилась, момент, когда он почти понял что-то важное, но был прерван, и Райнхольд не собирался оставлять это без внимания.

«У нас чрезвычайное положение, отряд героя уходит в экспедицию без меня, а Ваше Высочество настояли на том, чтобы приехать сюда, оставив столицу бесконтрольной».

«Папа Церкви — мой союзник, а такому раненому человеку, как ты, нет нужды отправляться на простое перегруппировочное задание, я уже разместила там своих агентов, так что тебе не о чем беспокоиться!»

«Твои агенты? О ком ты говоришь?»

Был ли кто-то, о ком он не знал? Рейнхольд искренне удивился, когда спросил, а Линачиен уперла руки в бока, торжествуя.

«Почему это так странно, что у принцессы и наследницы Империи есть шпион?»

Рейнхольд отвернулся, лицо его застыло, но Линачиен не отступила и пристально посмотрела на него.

«А ещё в столице остаётся Ирен Декарлун, она — верная подданная Императора и скоро станет уже моей подданной»

«Хотя она и относится к тебе с большим уважением, она пока не поклялась тебе в верности».

«Она как простолюдинка, которая заботится только о благополучии своей семьи, если я буду о них заботиться, у неё не будет никаких жалоб».

«Планы должны быть более надёжными».

«Мы хоть и застряли здесь, я уже поместила кого-то в отряд героя, а мой союзник удерживает столицу, какая ещё надёжность тебе нужна?»

Каким бы этот план не был надёжным, у неё не было причин позволять Ирен закреплять свою власть в столицу и несмотря на то, что голова у Рейнхольда раскалывалась, сегодня ему не хотелось уступать кронпринцессе и всё доходчиво её объяснить.

Стук, стук.

«Благодетель, это Гьялнал Протект, я принесла завтрак».

«О, пожалуйста, входите!»

«Подожди… Рейнхольд!»

Пренебрежение Рейнхольда к протесту Линачиен, позволив посторонему войти, привело её в ярость, а Гьялнал, вошедшая с подносом в руке, скромно опустила глаза, приближаясь, что лишь сильнее разозлило Линачиен.

«Вам не обязательно приходить на каждый приём пищи».

«Было бы неприлично, если бы хозяйка дома послала простого слугу, чтобы тот прислуживал Вашей Светлости и Её Высочеству».

Рейнхольд удовлетворённо кивнул, явно довольный ответом, не замечая растущего раздражения Линачиен, которая сердито смотрела на Гьялнал, а молодая леди, почувствовав напряжение, поспешно извинилась и вышла из комнаты.

«О, это каша с моллюсками, которую я ел вчера вечером, она была очень вкусной, хочешь присоединиться?»

Но настроение Линачиен уже испортилось безвозвратно.

«Хмпф!!!»

Она выбежала, захлопнув за собой дверь, а затем с новой яростью выкрикнула приказы.

«Кто-нибудь, принесите завтрак в мою комнату!»

Рейнхольд тяжело вздохнул.

С ней было трудно иметь дело и как бы он ни старался найти баланс, она никогда не была бы удовлетворена, если бы всё не вращалось вокруг неё. Если бы не её красота, он бы давно пересмотрел помолвку.

[Если так подумать, она ведь в одностороннем порядке объявила о вашей помолвке, не так ли?]

Головная боль усилилась.

[Стресс — корень всех болезней, постарайся расслабиться] — посоветовал голос Ангрии.

Как вообще можно расслабиться, когда контроль над ситуацией почти потерян?

[Я же сказала, не волнуйся.]

Ангрия была гораздо более расслабленной, чем прежде.

[Как только этот уникальный предмет будет готов, ты сможешь использовать не только силу демониц, но и мою, Мы будем непобедимы!]

«Это правда?» — удивлённо спросил Рейнхольд, на что Ангрия игриво усмехнулась.

[Ты спрашиваешь Демоническую богиню, правда ли это? Тебе просто придётся поверить мне, потому что другого выбора нет, верно?]

Затем раздался более зловещий шёпот.

[Как только вернутся волшебница и носильщик, дайте им не больше суток, прежде чем отправить их в церковь, Папа, может быть, и выглядит скромно, но он мой верный слуга.]

«Вы даже распространили своё влияние на Церковь?»

Удивление Рейнхольда, похоже, обрадовало Ангрию.

[Конечно, чтобы сохранить равновесие, мне приходится распространять своё влияние повсюду.]

Наконец, Рейнхольд успокоился, к нему вернулось спокойствие и аппетит, и он без посторонней помощи прошёлся по коридору к покоям Линачиен, где нашёл её плачущей в одиночестве. Он обнял её и извинился.

«Если ты ещё раз заставишь меня плакать, я разорву помолвку!»

«Это была моя вина, пожалуйста, простите меня, моя госпожа».

«Идиот… идиот…!»

Линачиен долго плакала у него на руках, только ближе к обеду они наконец сели вместе за поздний завтрак.