Было бы здорово, если бы Арсиль могла что-то сказать вместо того, чтобы просто проливать слезы.

Но её губы не шевелились.

Её сердце, отяжелевшее от беспомощности и пустоты, запоздало напомнило ей о чём-то, называемом стыдом.

Она знала, что должна извиниться перед ним, но боялась того, что он может сказать в ответ.

«Ах…»

«Лин!»

Лин, не в силах больше держаться, рухнул из-за в раны на плече, которая пояивлась, когда он отразил атаку Агрея, Равин, встревожившись, быстро подхватила Линя на руки, а Арсиль испытала огромное чувство вины, увидев огромные капли пота, что стекали по лицу Линя.

В тот момент, когда умение Арсиль перестало действовать, сфера святой силы также рассеялась.

«Верни её!.. Святую силу!»

Агрей, увидев, что Арсиль пришла в себя, ещё больше разозлился. Яд, использованный для раздувания его тела, очистился из-за святой силы, уменьшив его форму, однако Демоническая богиня не собиралась позволять Агрею и дальше усугублять ситуацию.

[Ты дурак, ты даже ещё не восстановился!]

Ангрия, зная, что без этого отвратительного тела она не сможет проявиться в мире, силой подавила Агрея.

[Похоже, чтоб всё пошло по плану, требуется моё личное руководство]

Агрей был вынужден вернуться в плотскую массу, и голос Ангрии снова заполнил комнату.

[Передайте Линя мирно, и возможно, я оставлю вас всех в живых.]

«Ты хочешь, чтобы мы в это поверили? Я больше никогда не буду твоей пешкой!» — дерзко крикнула Равин, её голос был полон ярости.

[Вот как? Что ж, ты отвергла мою милость, не говори, что я не давала тебе шанса.]

Демоническая богиня лениво подняла щупальца.

«Арсиль! Эта штука создана нечестивыми методами — она уязвима для святой силы! Используй своё мастерство, немедленно!» — крикнул Лин, его голос был полон отчаяния.

Как только Арсиль собрала в руки свою святую силу, её ждало леденящее душу предупреждение.

«Ещё одно движение — и Равин умрёт».

Слева от Ангрии появилась Саломея, вращая своё копьё.

«Как жаль, Равин, я думала, мы могли бы быть хорошими друзьями» — пошутила Саломея.

Справа от Ангрии вперёд с улыбкой вышла Адора, её короткие седые волосы развевались.

«Тебе стоило согласиться на милость Демонической богиней» — сказала она, шагая с уверенностью.

Равин в отчаянии выплюнула:

«Ты действительно думаешь, что Лин когда-нибудь полюбит тебя после того, как ты вот так пожертвовала невинными людьми?»

Демоницы обменялись взглядами и небрежно пожали плечами.

«Для нас Лин важнее любого невиновного человека» — ответила Саломея.

«Окружение Линя всё равно к нему хорошо не относилось, так почему нас должно волновать их выживание~?»

Их слова пронзили сердце Арсиль, словно тысяча игл.

Так ещё столкнувшись с наступающими демоницами, Арсиль впала в отчаяние, над ней уже доминировала Саломея, а ведь это был всего лишь один член Демонического отряда.

Теперь ей предстоит столкнуться и с другой демоницей, так ещё помимо этого и их богиня тут?

Но она не могла отступить, только не сейчас.

Она должна была защитить Линя, несмотря ни на что, если она потеряет его, у неё не останется смысла жить.

«Богиня, пожалуйста...»

Она знала, что это безнадежно, но если бы только можно было спасти Линя.

Её жизнь не имела значения — важна была только жизнь Линя.

[Лин! Наконец-то я тебя поймала!]

Когда бесчисленные щупальца потянулись к Линю вместе с демоницами, Арсиль призвала свою святую силу на максимум.

«На что может надеяться самая слабая из вас~?»

В мгновение ока копье Саломеи полетело в её сторону.

Ах... так вот как я умру.

Но, по крайней мере, она могла умереть за Линя.

Она ругала себя за то, что не смогла оказать больше помощи.

Но нашелся кто-то, кто не позволил ей умереть.

[Не сегодня!]

Из уст Арсиль вырвался не её собственный голос.

Повелительный голос, исполненный непоколебимой власти, и вместе с ним из её тела вырвался непостижимый свет святой силы.

Бум!

Святая сила образовала огромный столб, снёсший потолок и стены подвала.

[Ты думала, я буду сидеть сложа руки и смотреть, Ангрия?!]

Шторм святой силы отбросил Адору и Саломею назад, оставив демониц настолько ослабленными, что они едва смогли встать обратно.

Когда сила утихла, и Лин и Равин снова смогли увидеть окружающее, Лин услышал знакомый голос: нежный и полный печали.

[Извини за опоздание, Лин.]

Богиня спустилась в мир через тело Арсиль.

[Сестра!]

Ангрия кипела от разочарования.

Несмотря на все ухищрения и хитрости, Богиня без труда спустилась через святую.

Это не имело ничего общего с жалкой попыткой Ангрии, которая с трудом сумела завладеть неудачным экспериментом.

[Это так несправедливо, даже со всеми этими ограничениями причинно-следственной связи тебе удалось спуститься? Почему ты всегда так со мной поступаешь?]

[Зачем ты так со мной поступаешь, Ангрия? Куда делась клятва, которую мы дали, чтобы уладить всё справедливо, используя только наше влияние?]

[Это я тебя спрашиваю! Как тебе удалось спуститься?]

Охваченная чувством неполноценности, Ангрия взмахнула щупальцами, но Богиня не планировала молча принимать удары.

[Ты можешь создавать героев и святые мечи, моделировать бесконечные вычисления для бесчисленных регрессий и при этом страдать от меньшего количества ограничений причинно-следственной связи?!]

Утверждение Ангрии о том, что Богиня менее ограничена причинно-следственной связью, является чепухой.

Богиня уже приняла на себя гораздо больше боли и тягот, чем мог вынести любой иной бог.

[Теперь ты ещё и спускаешься?! Это так несправедливо! Причинно-следственная связь всегда на твоей стороне!]

Щупальца Ангрии бешено двигались, но как только они коснулись сияющего света богини, они увяли и рассыпались.

Однако истерика Ангрии не прекратилась.

[Условие нисхождения простое, Ангрия.]

Но Богиня, которая когда-то молча всё терпела, теперь была другой.

[Я могу спуститься, чтоб спасти тех, кто служит мне напрямую.]

Богиня была в ярости.

[Ты проникла не просто в мою паству, ты проникла в мою церковь! Вот почему причинно-следственная связь позволила мне спуститься!]

[Ну и что?! Я не виновата, что ты сама не справилась с руководством своих подчинённых!]

Ангрия перед Богиней была всего лишь капризным ребенком, который винил её во всём, хотя прекрасно понимала, что она неправа.

[Герои, святая этой эпохи, даже прихожане твоей церкви — все они пали, потому что ты не смогла о них позаботиться! Существовала ли причинно-следственная связь или нет, это всё твоя вина — ты невнимательна! Я разве не права?!]

[Я...]

Богиня дрожала от вины и гнева.

[Я доверяла тебе, Ангрия!]

Святая сила и демоническая энергия столкнулись в битве двух божеств.

Пока боги боролись за власть, Адора не забыла о своей миссии.

«Мне нужно обеспечить безопасность Линя».

Даже отряд Люси, последовавший за демоницами в подвал, был поглощён битвой богинь.

Сейчас, пока их внимание отвлечено, возможно, у неё появился шанс.

Адора создала приманку и, спрятавшись за иллюзией, устремилась к позиции Линя.

Она не могла рисковать, отправляя клонов — священный свет Богини лишит их сил.

Она продвигалась медленно, но верно.

Когда она подошла достаточно близко, чтобы увидеть Линя, она заметила, что обе руки Линя почернели.

«Лин!»

Даже несмотря на то, что ему больше не нужно было страдать, он всё равно жертвовал собой.

Теперь ей нужно его спасти.

Она не собиралась убивать Равин, из уважения к её чувствам к Линю она грубо, но не причиняя ей вреда, оттолкнула бы её, а затем забрала бы Линя.

Однако.

[Как ты смеешь!?]

«Ааааааа!»

Богиня, уже готовая к демоническим уловкам, тут же почувствовала Адору и опалила её святой силой.

Адора скорчилась и рухнула, дёргаясь от боли.

«Адора!!»

Саломея, видя, что её союзник тяжело ранен, не могла оставаться спокойной.

Она бешено бросилась в бой и размахивала копьем, пытаясь спасти иллюзионистку.

Но даже её отправили в полёт одним ударом ноги богини, которая теперь занимала тело Арсиль.

«Уф… уф…!»

[Ха, у тебя даже есть силы, чтоб наказать демониц, сестра!]

Даже когда её приспешники были на грани смерти, Ангрия издевалась над сестрой из-за своей неполноценности.

Но Богиню это не волновало.

[Не только демониц.]

Голос Богини был леденящим, полным тихой угрозы, когда она стояла, окутанная сияющим светом.

[Я могу наказать даже тебя, Богиню демонов.]

[Ч-что? Погоди, сестра! О чём ты говоришь?]

[Пора положить этому конец, я устала от этой бессмысленной войны.]

[Ты дура! Ты предлагаешь нам всем умереть вместе?!]

[Если это то, что нужно.]

Впервые Ангрия почувствовала страх.

Богиня была серьёзна.

Но она не могла здесь умереть.

Она не должна умереть.

Напуганная мыслью о смерти, Ангрия отчаянно пыталась найти выход.

[Фу, ладно! Я его отдам! Я даже отдам тебе предателя! Как только ты его убьёшь, твоё очищение закончится, и ты больше не сможешь спуститься, ты же это знаешь, да? Просто выплесни на него свою злость!]

[Ангрия, боль мимолетна, но покой вечен.]

[Ты с ума сошла! Разорвать связь! Разорвать связь — немедленно!]

Она кое как успела.

Прежде чем богиня успела разорвать и сжечь массу плоти, Ангрия разорвала связь, положив конец одержимости.

Если бы одержимость продолжилась, даже основное тело Демонической богини было бы непоправимо повреждено божественной силой Богини.

Только чистая удача спасла её.

Богиня печальным взглядом посмотрела на горящие останки плоти, прежде чем обратить внимание на оставшихся демониц.

Она знала, что закон причинности возьмет своё, если она атакует их, но это был лучший способ помочь Линю.

Но она не смогла этого сделать.

[Денаруа….]

Появилась единственная женщина, перед которой Богиня была в неоплатном долгу, она прорвалась сквозь пространство, чтобы спасти Адору и Саломею.

«Что же, думаю, это значит, что все твои долги передо мной уплачены».

Вампирша, голос которой был холоден как лёд, в одно мгновение исчезла, забрав с собой демониц.

Богиня, охваченная горем, не смогла поднять на неё руку.

Всё разваливалось.

Как бы она ни старалась всё исправить, даже если бы она хотела полностью размотать этот клубок ошибок, ничего не изменится.

[Я причинил вам всем зло.]

Богиня посмотрела на каждого члена отряда героя, задерживая взгляд на каждом лице.

Ей так много хотелось сказать каждому из них, но причинно-следственная связь уже тянула её назад, сокращая её время.

[Но пожалуйста, не сдавайтесь, делайте то, что должно.]

Её последний взгляд остановился на Лине и Равин.

[Ты должна его защитить и исцелить, ибо я этого больше не могу.]

Когда священный свет начал угасать, Лин понял, что Богиня покидает тело Арсиль.

[И свершите свою месть]

Такого наставления не ожидали от Богини, олицетворяющей прощение и любовь, но они сочли это оправданным.

Свет полностью исчез, и её спуск был завершен.

Хотя разум Арсиль остался нетронутым, она дрожала и задыхалась.

И вот трое мстителей медленно приблизились к павшему Папе.

«Хм… уф…! Погоди, я всё ещё полезен! Арсиль! Если я немного изменю это заклинание, я смогу дать тебе бесконечную святую силу!»

«...»

Арсиль не произнесла ни слова.

Она просто крепче сжала кулаки, на которые были надеты перчатки из драконьей чешуи.

«Я могу благословить всех вас! Благословение Папы! Я могу дать вам всё, что вам нужно! Меня избрала сама Богиня!»

Когда-то благочестивый и праведный священник Агрей теперь превратился в жалкого негодяя, молящего о пощаде.

«Из-за тебя… из-за тебя…!»

«Арсиль! Я твой отец!»

«Из-за тебя я совершила непростительные грехи против тех, кого люблю!»

Треск.

Кулак Арсиль ударом раздавил глаз Агрея.

И в этот же момент кинжал Равин резко вонзился ему между ребер.

«Уф! Агх!!»

Наконец, Лин пнул кинжал ещё глубже в рёбра.

От силы удара клинок пронзил сердце Папы.

«Куууух…!»

Тело Папы сильно задрожало, а затем окончательно застыло.

Отчаянно желая жить, он сделал глубокий вдох, но в конце концов не смог выдохнуть.

«…хех, это всё так бессмысленно».

Равин, осуществив часть своей мести, ощутила лишь глубокое чувство опустошённости.

После столь долгого и мучительного путешествия, всё, что ждало её в конце — это всего лишь увидеть смерть её врага.

«Ах… хнык…»

Почему текут эти слёзы?

Она подумала о Джеке, чья шея была разорвана.

Она подумала о Лафеме, у которого был вспорот живот, оставив после себя только голову.

Она подумала о детях из Грязного Переулка, которых перебили.

«Ничего… ничего не изменилось!»

Мёртвые не могут вернуться.

Их могилы могли быть освящены только смертью их врага.

«Я убила своего заклятого врага, но не чувствую облегчения…»

Лин обнял Равин.

Её блуждающие руки нашли его спину, и она крепко прижалась к нему, крича от боли.

Арсиль тоже хотелось прижаться к плечу Линя и заплакать.

Но вместо этого она прикусила губу и опустила голову.

И вот, только звук горестного плача разносился по опустевшему собору.