Ангрия, почти уничтоженная гневом Богини, наконец сумела разорвать связь и ахнула.

[Как ты могла так поступить с родной сестрой!]

Если бы она была хоть немного медленнее, её бы действительно убили.

Несмотря на ограничения причинно-следственной связи из-за чего большая часть её силы была урезана, Богиня всё ещё была так сильна, вновь ощутив огромную разницу в силе, Ангрия вгрызлась в ногти.

[За что мне это...! Но нет, она определённо слабее, чем прежде.]

Если бы это была Богиня, существовавшая до ограничений, её демоницы были бы уничтожены в одно мгновение, а сама Ангрия, скорее всего, осталась бы в предсмертном состоянии — если бы конечно ей повезло.

[Но я не ожидала, что она зайдет так далеко, безрассудно бросив прямой вызов причинно-следственной связи.]

Ей нужно было подумать.

Если она хотела победить такую чудовищную по силе Богиню, Ангрии пришлось бы положиться на хитрость и стратегию.

Для слабых стратегия была оружием.

Подавляя чувство неполноценности, Ангрия попыталась успокоить свой разум.

[По крайней мере, мне удалось избежать худшего наказания.]

Причинно-следственная связь — первое ограничение, которое связывало как богов, так и демонов.

Правило причинно-следственной связи было простым: не вмешиваться напрямую в дела противоположной стороны.

Это правило даже демоны усвоили на горьком опыте: в тот момент, когда они осквернили первую героиню, Ангрия потеряла почти половину своей силы из-за причинно-следственной связи.

[И всё же моей сестре удалось создать систему героев! Несправедливо, что у меня нет такой силы!]

Она пыталась отстаивать свою позицию, но, непосредственно развратив человека, избранного самой Богиней, Ангрия оказалась бессильна предотвратить последствия.

Она чувствовала в себе силу, но когда пыталась использовать её, её количество и качество было ограничен. Уже ослабленная, богиня демонов была вынуждена приспосабливаться к новым ограничениям, наложенным на неё.

В то время как Богиня могла без труда создавать героев и даровать особые предметы, Ангрия испытывала трудности даже с этим, её собственная демоническая раса могла лишь размножаться благодаря порче творений Богини.

Это был нечестный бой.

Это была не та битва, в которой можно было выиграть с помощью грубой силы.

Потеряв значительную часть власти в обмен на создание Королевы Демонов, Ангрия не имела иного выбора, кроме как положиться на интриги, внутреннюю борьбу и порчу для достижения своих целей.

[Хотя пытки Тианы и запускали наказание, я заметила, что усиление отрицательных эмоций у людей не провоцировало причинно-следственную связь.]

Отчаянно желая увеличить число демонов под своим началом, Ангрия пробралась в мир людей до прибытия героини и с помощью едва уловимых шёпотов подогревала негативные эмоции и развращала население.

[Ха! Значит, срабатывание причинно-следственной связи зависит от того, является ли вмешательство прямым или косвенным? Какое простое и абсурдное правило!]

Она проверила теорию.

Результаты имели ошеломительный успех.

Лишь подогревая амбиции вора, второй отряд героя был полностью уничтожен и хотя ей не удалось захватить Герреро, это всё равно была крупная победа, ибо она не получила наказания от причинно-следственной связи.

[И так, пока я не являюсь непосредственной причиной или исполнителем действия, я в безопасности?]

Закон причинности был таким же извращённым и поверхностным, как и она сама, там была лазейка, словно созданная для чьего-то развлечения.

[Как они смеют пытаться использовать меня.]

Ангрия не знала, кто или что стоит за этими правилами, но они были садистами.

[Ладно, если они хотят танца, я устрою им танец с лезвиями.]

Богиню демонов не волновали методы.

Пока она могла эксплуатировать человеческие желания и первобытные инстинкты, её замыслы всегда приносили плоды.

[Даже если мне не удастся заполучить нового Короля демонов, создание низших демонов всё равно будет лёгкой задачей.]

Одного лишь разжигания жажды чести было достаточно, чтобы отправить отряд третьего героя напрямик в атаку на армию демонов, не оставив от них и следа… ну, разве что несколько пальцев.

С этим опытом развратить отряд четвёртой героини стало ещё проще.

«Я хочу стать хранителем равновесия, без добра и зла мир станет неравновесным».

Сначала она заманила наивного рыцаря-щитоносца такими разговорами.

Ну и дурак, баланс — это не выравнивание сил, а их взаимодействие.

Затем, по одному за другим, она разжигала желания каждого члена отряда сразу после того, как они получали от Богини особые предметы, так метод ещё был банальным: просто напоминала им, чего они на самом деле хотят.

Будь то амбиции, мечты или цели, как только фокус внимания людей сужается, они перестают видеть что-либо ещё и отдавать отчёт своим действиям.

Вот как ей удалось так легко оторвать руки и ноги четвертой героине, Люси.

Конечно, появилась проблема, Богиня сбросила временную шкалу.

[Подождите, что?]

Сначала Ангрия понятия не имела, что происходит.

К третьему повторению она поняла, что история четвёртой героини разворачивается снова, а вскоре Ангрия обнаружила, что её сестра создала игру-симулятор и распространила её по другим измерениям.

Если бы она не была осторожна, она бы проиграла.

В отличие от своей наивной сестры, Ангрия всегда работала за кулисами, поэтому она лучше, чем кто-либо другой, знала, что нужно быть начеку.

[Только один патч...? Я настолько ослабла?]

Это была всего лишь игра — симуляция, простой калькулятор — но Ангрия не могла создать более одного патча для игры.

Повлиять на другие измерения было нелёгкой задачей даже для неё.

Если бы её власть не была ограничена, Ангрия распространила бы по меньшей мере десять копий, хотя и не так эффективно, как её сестра.

Но её опасения оказались напрасными.

[Эта... эта душа ощущается как...!]

Тот, кто сыграл единственную ограниченную версию игры, был не кем иным, как душой, принадлежавшей Герреро.

[Ха-ха! Значит, ты отправила его сюда, сестра, хм, его душа несовершенна, да?]

И всё же это была душа, которую стоило поглотить.

Богиня демонов выжала из себя ещё больше сил, поскольку вышел новый загружаемый контент (DLC).

Не сумев предотвратить смерть четвертой героини, богиня создала DLC, к большому разочарованию Ангрии.

Её дура-сестра запустила бесконечный сценарий регрессии, постоянно накапливая всё больше ограничений, обусловленных причинно-следственными связями, её сила сократилась до менее чем одной десятой от изначальной, и всё же она создала DLC.

[Видишь? Если бы я не использовала свой мозг, эта битва давно бы закончилась.]

Ангрия приложила все усилия, чтобы выпустить свой специальный DLC по IP реинкарнатора.

И реинкарнатор не разочаровал.

Он вернул Люсиену к жизни и великолепно прошёл DLC.

Узнав, что богиня призвала второго героя обратно в этот мир, Ангрия была в восторге.

[На этот раз я сделаю Герреро своим.]

Это было естественно — всё это было частью её плана.

В конце концов, на самом деле отряд героя обращался с Линем, как с грязью, из-за чего даже Богиня демонов поначалу придерживалась сценария Богини, воздерживаясь от своих обычных манипуляций.

Ей не пришлось ничего делать.

Оставшись один, Лин рано или поздно превратился бы в демона.

Причём естественным образом, по сути, он стал бы первым демоном, рождённым без чужого вмешательства.

Будь это душа Герреро целиком, это было бы невозможно, но теперь это стало более чем осуществимо.

Однако на этот раз Богиня не была столь пассивна, как прежде.

[Она запечатала его негативные эмоции?!]

А поскольку Лин всё ещё был человеком, Богиня не понесла никаких штрафных санкций за влияние на свое собственное творение.

[Сестра, ты действительно нечто особенное, не так ли?]

Игра была всего лишь рассчитанной возможностью — симуляцией.

Реальность должна была быть иной.

Это было несправедливо.

[По всем правилам он должен быть моим.]

Богиня демонов не была ни с кем связана, но всегда жаждала одного человека.

[Как ты смеешь пытаться отобрать то, что принадлежит мне?]

Учитывая мягкий характер Линя, оказавшись рядом с ней, он служил бы ей верой и правдой.

Вместе с Линем, Ангрия победили бы Богиню и правила бы этим миром бок о бок с ним.

Разъяренная этим предательством от сестры, богиня демонов обезумела, охваченная яростью и отчаянием.

Вот так и началась чистка церкви и инцидент с одержимостью.

Ангрия, которой не терпелось забрать Линя сейчас, не дожидаясь финальной главы, совершила безрассудный поступок.

Даже имея на своей стороне Равин и двух других демониц, так ещё обладая этой гротескной массой плоти, она всё равно потерпела неудачу.

Её враг, получивший право спуститься на землю для очищения своей церкви, разгромил её.

В конце концов она ничего не добилась, а два её союзника получили тяжёлые ранения.

[Это были мои лучшие фигуры на доске.]

Хотя их магия восстанавливалась так быстро, как это было возможно, божественная сила Богини нанесла им серьёзную рану.

Особенно пострадала иллюзионистка — она едва цеплялась за жизнь.

«Моя госпожа».

Не осознавая сложившейся ситуации, рыцарь-щитоносец небрежно обратился к Ангрии.

«Когда будет завершена работа над моим особенным предметом?»

Этот парень, должно быть, шутит.

[Ты… понятия не имеешь, что происходит, да?]

«О чём вы говорите?»

[Церковь… она потерпела неудачу, нет, она была фактически уничтожена, сама Богиня сошла.]

«Что?!»

Его шок был жалким.

Он всегда вел себя так, будто всё знает, но, в конце концов, он был всего лишь ребёнком.

[И поскольку она вмешалась в дела демонов, Богиня станет еще слабее.]

«Тогда, похоже, мне придется нести ещё большую ношу».

Богиня тебя дери, ты многое на себя берёшь.

Ты всего лишь замена Линя, не более чем временная пешка.

[Ты физически восстановился?]

«Я могу бежать без проблем, но я пока не готов к бою».

[Начинай готовиться, хотя я и действовала в Церкви, мы с Богиней сразились в ничью и обе отступили, чтобы восстановиться.]

Это была ложь.

Богиня демонов была полностью побеждена.

Ложь была её второй натурой.

[Когда придёт время, возвращайся в столицу, возьмите под контроль дворянство и общественное мнение.]

«Но безрассудные действия кронпринцессы до моего отъезда также испортили общественное мнение обо мне».

[Тогда используй стратегию, которая работает с древних времен.]

Ангрия сказала это так, как будто это ничего не значило.

[Я начну мобилизацию армии демонов на передовую, когда появляется внешний враг, люди естественным образом объединяются.]

«Итак, вы хотите, чтобы я стал объединяющим фактором».

[Точно.]

По крайней мере, он не был совсем тупым.

Хорошо.

Хотя Ангрия всё ещё кипела от злости из-за того, что ей не удалось забрать Линя, она утешала себя мыслью, что её сестру ждёт ещё одно наказание.

С этими словами она вновь погрузилась в создание особого предмета Рейнхольда.

[Хм?]

Но что-то было не так.

Процесс создания замедлился.

[Ни за что…]

Она не сделала ничего, что могло бы повлечь за собой наказание по закону причинности, она не вмешивалась напрямую…

[Ах.]

За исключением того, что она это сделала.

[Лин.]

Она коснулась его плеча, обрадованная возможностью наконец поговорить с ним.

И он всё ещё был человеком.

[Вы, должно быть, шутите!!!!!!!!!!!]

Теперь изготовление особого предмета Рейнхольда займёт ещё больше времени.