Глава 3

— Улыбнись, Шуриэль.

Я послушно растянула губы в слащавой улыбке. Старалась выглядеть как можно изящнее.

— Шуриэль.

В зеркале отражалась девушка в роскошном наряде. Её волосы были ярко бардовые, словно свежая кровь.

Это была я, но не моё лицо.

— С момента, когда ты ступишь во дворец, ты — Шарлотта.

Шарлотта.

Имя настоящей невесты.

В зеркале я копировала её черты.

С улыбкой, будто я — самое счастливое существо на свете.

***

Это был сон.

Я резко открыла глаза. Первое, что ощутила, — запах духов. Тот самый, пронизывающий лёгкие.

В комнате царила тьма.

Лежа без движения, я чувствовала, как сердце бешено колотится: *тук-тук-тук*. Даже после того, как запах рассеялся, пульс не успокоился.

Прокляла шёпотом, затем стёрла с лица холодный пот, а заодно и остатки видения в голове. Всё это — лишь отголоски прошлого. Пять неудачных попыток, пять прожитых судеб. Нельзя позволить им сковывать меня.

Приподнялась и осмотрелась.

Последнее, что помнила, — шла на встречу с герцогиней Рюнне, но почему-то оказалась в постели. Нахмурившись, уставилась в темноту, и воспоминания начали возвращаться.

Я снова откатила время назад. Проснулась недавно, мать вызвала меня, но по пути я рухнула на пол. С кровавым кашлем.

Механически взглянула на ладонь. Даже в темноте было видно: она чиста. Одежду, видимо, служанка уже сменила — на мне была ночная рубашка.

Когда шла кровь из носа, я не придала этому значения, но, похоже, моё состояние хуже, чем я думала.

Впервые кровь хлынула горлом без видимой причины.

«Неужели с каждым возвращением во времени я теряю часть себя?»

Провела рукой по животу. Пока неясно, где именно сбой, что именно не так. Чувствовала лишь, что сил меньше, выносливость на нуле.

Хоть бы не дошло до ползания на четвереньках. Если буду падать после каждого шага, в одиночку не выживу.

Пока размышляла о здоровье, во рту пересохло. Сглотнула пустую слюну.

Рот был сух, как пустыня.

Потянулась к кувшину на тумбочке по привычке, но тот оказался пуст. Лишь несколько капель упали в стакан: *кап-кап*. Видимо, никто не долил воды.

Уже собралась дёрнуть шнур звонка для служанки, но остановилась.

Провела рукой по волосам и перевела дыхание. Ходить хотя бы должна сама.

Решила проверить силы и медленно поднялась с кровати. Как и ожидалось, ноги дрожали, будто подкошенные. Несколько раз едва не рухнула вперёд, но, шатаясь, всё же выбралась из комнаты.

Поздний час — коридор был безмолвен. Стояла лишь гробовая тишина. Опираясь на стену, шла, насторожившись, боясь снова упасть. Только моё дыхание нарушало покой.

На лестнице встретила кого-то.

В такой тишине шаги были слышны сразу.

Осторожно спускалась, но вскоре разглядела фигуру. Старший брат, Ремиджио.

Наши взгляды встретились. Хотела пройти мимо, но, чтобы не плодить слухи, слегка кивнула. Думала, он проигнорирует, но Ремиджио остановился.

— Говорят, ты падала в обморок.

— Да.

— Бледная, как смерть. — Его голос был ровен и холоден. Он окинул меня взглядом. — Куда идёшь одна?

— За водой.

— Разве служанки не для этого? Самолично спускаться… Видно, низкое происхождение не скроешь даже в шёлках. — В его глазах читалось отвращение. Он даже не пытался его скрыть.

Привычный взгляд с того дня, как я здесь появилась. Хотя, не то чтобы он меня задевал.

— В любом случае, не перенапрягайся. Завтра въезд во дворец — не вздумай устроить скандал и опозорить имя нашего дома.

«Не перенапрягайся».

Раньше эти слова могли бы обмануть меня — показаться заботой. Я бы утешала себя, что хоть капля родственных чувств во мне есть.

Ведь мы — семья.

— Брат.

Он был первым, к кому я потянулась за любовью.

«Потому что семья. Потому что я тоже часть дома Рюнне».

Думала, если буду покорной, они станут добрее. Поэтому так старалась быть Шарлоттой, поэтому стояла перед императором, зная, что это — путь в могилу.

Всё началось ради Рюнне.

— Если бы вы родились девушкой, вы бы относились ко мне лучше?

Бесполезно лизать пустую миску — лишь собственную слюну проглотишь. Грустно было вспоминать, как я цеплялась за крохи внимания.

Ремиджио слегка нахмурился.

— Видно, ты ещё не очнулась.

— Да, глупый вопрос.

«Будь ты женщиной, меня бы не удочерили. Мы бы даже не встретились из-за разницы в статусе».

Возможно, вся эта порочная связь началась из-за того, что в доме Рюнне не было дочерей.

— Хватит нести чушь. Возвращайся в комнату. — Он слегка раздражённо бросил это, ведь его единственный комплекс - рождение мужчиной.

Для высокомерного и холодного Ремиджио пол был единственным уязвимым местом. Родись он девушкой — дом Рюнне по традиции выдал бы невесту императору, а мне не нашлось бы места.

Или, если бы император, как его предшественник, был женщиной, второму сыну, Джереми, досталась бы роль супруга. Но по странной традиции императорской семьи, где чаще рождались мужчины, судьба была предрешена с того момента, как герцогиня Рюнне произвела на свет лишь сыновей.

— Даже если рухнешь, дату въезда не перенесут.

— Знаю. Не стану ныть, не переживайте.

— Ты что…

— И не настолько жалка, чтобы покончить с собой. — Неожиданно для себя успокоила его.

Они годами давили на мою самооценку, чтобы я покорно шла на убой, но со смертью — другая история. Завтра отъезд во дворец, и он нервничает, что я могу всё испортить.

Я сразу поняла: Ремиджио на взводе.

И не без причины. Если я стану настоящей невестой и выношу императору наследника, дом Рюнне получит привилегии, равные императорским, до совершеннолетия следующего правителя.

Временные привилегии для семьи, давшей супругу.

Ремиджио — главный кандидат в наследники дома, и он уверен, что поведёт Рюнне в будущем. Если всё сложится, он дольше всех будет купаться в золотом веке семьи. Но из-за меня — позорного пятна — его жизнь может перевернуться. Должно быть, он в смятении.

Я смотрела на его нахмуренное лицо.

«Этот человек, казавшийся таким недосягаемым… Ничтожество. Всегда считала его хладнокровным, а он не может скрыть эмоций».

Глядя на него сверху вниз, я осознала: раньше смотрела на него сквозь пелену обожания.

— Если больше нечего сказать, я пойду. — Так же легко кивнув, я прошла мимо.

Во рту вообще пересохло. И без того хотелось пить, а тут ещё разговорилась.

За спиной почувствовала его взгляд. Но не обернулась. Вместо этого выпрямила спину. Старалась идти ровно, скрывая слабость. Не хотела показывать ему свою немощь.

Даже когда он исчез из виду, я шла, гордо подняв голову.

Только спустившись на первый этаж и войдя в пустую кухню, позволила себе расслабиться. Дрожащими руками схватила кувшин. Нашла первую попавшуюся кружку и наконец напилась.

Прохладная вода оросила пересохшее нёбо.

Я жадно глотала, заливаясь, отчего в глазах потемнело. Неужели дойти до кухни — уже подвиг?

Едва не падала несколько раз. Сжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

Разжала пальцы — следы от ногтей остались. Видимо, до завтра, до отъезда, врача не позовут. Придётся разбираться уже во дворце.

Если мне и осталось недолго — не страшно.

Важнее другое: на что ещё способно это тело. Если смогу лишь сидеть и улыбаться, как кукла, это плохо. В таком состоянии нужно укреплять здоровье. Нельзя изнашивать себя, как в прошлых жизнях.

Выпив ещё воды, я отправилась обратно.

По пути никого не встретила. Но шла ещё медленнее — обратный путь дался в два раза тяжелее.

Не засекала время, но, наверное, потратила вдвое больше.

Наконец добралась до двери.

Осталось лишь открыть её и рухнуть на кровать, но руки не слушались. Острая боль, будто меня режут, пронзила всё тело. Пальцы разжались, и я осела на пол.

Крови не было, но сознание уплывало.

Уткнувшись лбом в дверь, подумала:

«Больше не будет возвращений — нужно беречь здоровье».

Шестая жизнь после пяти ошибок.

Увы, теперь даже прогулка по особняку даётся с трудом.

Перевод: Капибара

П/п: ох, как мне нравится стиль писателя~~