Ещё один Совет Королей, посвящённый демонической угрозе, на бумаге звучал неплохо, но по игровому опыту и по опыту реальной жизни я прекрасно понимал: это будет просто пустая трата времени.

В игре Совет Королей запускался автоматически и не отнимал времени вообще. Он случался каждые несколько ходов, и все могли вместе выбрать контрмеру против текущего кризиса. Соглашения о свободной торговле, временно повышающие доходы всем. Межведомственное сотрудничество в шпионаже, снижающее успешность шпионских операций. Десятипроцентный бонус к получению опыта, потому что все армии работают сообща.

На бумаге звучит хорошо, но на практике бонусы слишком малы, чтобы иметь значение. Они были бы великолепны, если бы их можно было получить за годы до начала кризиса. Десятипроцентный накопительный рост каждый год – это прекрасно... в начале игры. Сейчас же, когда опасность стоит у двери, Совет Королей дал бы хоть какую-то ощутимую выгоду только в том случае, если бы все эти бонусы были как минимум утроены. И это ещё не говоря о том, что в игре участие в Совете Королей вообще ничего не стоит.

Нажимаешь на экран дипломатии – и ты уже там.

А здесь?

Все должны быть в хороших отношениях друг с другом.

Все должны вкладывать деньги, чтобы выглядеть сильными.

И каждый куда сильнее одержим собственными интересами, чем чьими-либо ещё.

Потенциальная выгода от ещё одного Совета Королей была слишком мала, чтобы я вообще стал её рассматривать. Если бы кто-то другой созвал его, если бы прозвучал единый призыв к сотрудничеству, я бы присоединился. Но при том, что Кузнецы и Торговцы воюют друг с другом, а Хранители продают им оружие, – вряд ли это вообще случится.

Время строить союзы, заниматься дипломатией и расширяться прошло.

Теперь настало время убивать либо быть убитым, отчаянно удерживая все земли, которые теперь находились в моих руках... и одновременно следя за всеми остальными Цитаделями.

Если какая-то из них окажется на грани падения, я должен буду вмешаться и забрать её прежде, чем она падёт.

Обычно одна Цитадель, попавшая в руки кризисной фракции, просто делала игру сложнее, но когда на нас одновременно сходятся четыре фракции конца игры?

Это станет концом всего.

Я очень надеялся, что, когда всё станет по-настоящему плохо, когда вражеские армии окажутся буквально в двух шагах от их Цитаделей, они попросят меня о помощи или просто сдадутся.

Но вот только не благодаря оптимизму я зашёл так далеко.

Если я почувствую кровь в воде, я врежу на полной скорости, чтобы не дать врагу захватить Цитадель, и возьму эту Цитадель одну себе.

Пора было перестать сдерживаться, вдавить педаль в пол и больше не думать о том, как меня видят остальные фракции.

Теперь пришло время действовать агрессивно.

---

С моего прошлого визита храм Богини Жизни сильно изменился. Кто-то сказал бы, что это мягко сказано, учитывая, что в прошлый раз, когда я сюда пришёл, всё прежнее духовенство было просто убито, но дело было не только в том, что тех ребят заменили. Само ощущение этого места раньше напоминало скорее изолированное хранилище, построенное для того, чтобы не дать людям пробраться внутрь. Множество ворот, высокие, но узкие залы и масса углов, которыми могли бы воспользоваться защитники. Если смотреть на храм как на схему, сначала он бы показался мясорубкой для любых вторженцев, и только потом стало бы ясно, что в центре у него вообще-то находится место поклонения.

Тот, кто занял эту должность теперь, по сути, создал новый храм, а первый храм отвёл под склады, добавив туда ещё дверей, и теперь новый храм действительно стал местом поклонения.

Даже слишком уж поклонения.

Сотни Детей Эльм стояли в уединённых залах, глядя сквозь проёмы в сад. Они преклоняли колени, склоняли головы и молились. На них были только набедренные повязки или полосы ткани на груди, без всяких украшений, чтобы следовать аскетическим принципам. Залы были круглыми, широкими, с высокими потолками, лишёнными всякого убранства, и целиком состояли из дерева, сформированного магией. Непрерывное песнопение-молитва создавало хоровое эхо, расходившееся по всему комплексу и сходившееся в саду. Постоянный ветер проходил сквозь залы, а через решётки, похожие на лозы, все смотрели в сад, где спала Богиня Жизни.

В самом саду росло одно-единственное дерево, дававшее тень, но трава и цветы вокруг него цвели без всякого ухода. Цветы всех возможных оттенков росли, увядали и осыпали лепестки, которые затем несло сквозь решётки. Каждый лепесток, упавший на кого-то, тот бережно сушил и хранил. Если же лепесток ни на кого не падал, он просто исчезал. Обычно, если лепесток касался кого-то из Детей Эльм, тот немедленно бросал все свои дела и посвящал себя духовенству Богини Жизни.

А это духовенство главным образом кормило голодных, лечило больных и помогало расти урожаю.

Испытания на избранных также показали, что у них выше скорость регенерации, им легче даются исцеляющие заклинания и они имеют склонность к магии, связанной с растениями.

Поскольку число таких служителей наконец стабилизировалось примерно на одном в месяц и с тех пор больше не росло, я решил, что Богиня Жизни наконец готова.

Хотя, если честно, я мог бы сказать это и просто взглянув на неё.

Иногда, когда мир настолько дерьмовый, фан-сервис сияет так ярко, что тебя просто сносит с ног, стоит только на него посмотреть. Кажется, кто-то на игровом форуме сформулировал это лучше всего:

>то самое чувство, когда вокруг пиздец, миллионы уже мертвы, ты отстаёшь по технологиям, но зато на твоей стороне мамочка-эльфийка с огромными сисяндрами

>то самое чувство, когда ты пристёгиваешься и готовишься дать всем пизды, потому что нельзя разочаровать мамочку

>победка

Я искренне салютую всем этим дегенератам, особенно учитывая, что за такой формат постинга там банили сразу.

Но да ладно, к делу. Теперь у Богини Жизни уже была та совершенно абсурдная фигура, которая и полагалась ей на этом этапе. Спящая в изгибе дерева, под его тенью, Богиня Жизни полностью соответствовала самому раннему варианту своего арта. Если всё пойдёт как надо, она так и останется здесь, пока храм вокруг неё расцветает, а я направляю к ней веру. Она будет лишь время от времени зевать, может, потягиваться, и даже с несколькими полосками ткани, листьями и лозами на теле будет выглядеть до смешного нелепо.

Насколько нелепо?

Представьте модель с безупречной, здоровой кожей, длинными до пояса прямыми светлыми волосами и стройной, здоровой фигурой. Дайте ей добрый, заботливый и сострадательный характер, но такой, который при необходимости умеет добавить «наказание» к слову «божественное». Красивую, заботливую женщину, желающую, чтобы потомки Древних стали сильными и могучими, и использующую всю доступную ей силу, чтобы укреплять свой избранный народ. Одеваете её в несколько кусков белой ткани, просто наброшенных на тело, добавляете лозы и листья.

Соблазнительно, красиво и чувственно, да?

Почти гедонистично, да?

Ну да, для обычных людей.

Эту игру делали дегенераты для дегенератов – восточноевропейцы, которых аниме-жук укусил с особой жестокостью.

И они были независимыми. Без акционеров.

Так что к этому уже почти гедонистическому образу добавьте мощные бёдра, широкую талию и грудь больше головы.

Насколько больше?

Если она заведёт руки за спину, грудь полностью закроет ей плечи и руки.

Настолько.

Ладно.

Хватит пялиться.

Пора заставить Богиню Жизни и Природы потрудиться на мою военную машину.

Стоя перед её спящим телом, я снял перчатку, скрывавшую две метки на моей руке, и сжал ладонь в кулак. Затем ухватился за магию внутри себя и, как только мог, направил её в метку.

Тот вспыхнул светом, и непрерывное пение в круглых залах сразу оборвалось, постоянный прохладный ветер стих, а все растения замерли.

Затем голубые глаза открылись, и на лице Богини Жизни появилась улыбка.

Я был готов ко всему, что могло пойти не так, потому что Богиня Смерти оказалась совсем не той, какой должна была быть. Да и смерти прежнего духовенства в присутствии Богини Жизни всё ещё вспоминались слишком легко.

Ну как бы да, знаете ли, очень трудно забыть зрелище, когда нескольких человек превращают в деревья, а эти деревья прорываются наружу из всех отверстий, какие у них вообще есть.

Так или иначе, я ожидал, что сейчас всё пойдёт максимально хуёво, так что был приятно удивлён тем, что произошло на самом деле.

— Ах, мой обожаемый, наконец ты пробудил меня, — пока всё шло отлично. Этот чуть придыхательный «мамочкин» голос звучал чище, чем я помнил, но в остальном был тем же самым. Ветер пролетел по саду, лепестки закружились, а вместе с ними и пряди её волос. У её актрисы озвучки был хороший акцент, и он сохранился и здесь. Правда, откуда именно был этот акцент, я бы вам не сказал. Как и не сказал бы, кто вообще была актриса. Я люблю игры и инди-студии. Не людей. На чём я остановился? А, точно. Заключение договора с Божественным Двигателем. — Чем я могу тебе послужить?

На этот вопрос у меня было три варианта ответа.

«Твоя сила не принадлежит мне, но принадлежит народу. Даруй ему щедрость природы. Защищай его от врагов. В обмен на его веру и поклонение даруй ему благословения, чтобы преодолеть проклятия, поразившие его.»

Первый вариант диалога открывал первую Способность Природы – «Здоровье и Изобилие», который удваивал всё производство пищи и вдвое ускорял рост населения. Улучшенные продовольственные клетки с фермами на текущем этапе середины игры давали по четыре единицы, но эта способность превращала их уже в восемь. Способность была великолепная, потому что удвоение накладывалось уже после всех плоских, процентных и технологических бонусов и округлялось вверх. Одна эндгеймовская продовольственная клетка со всеми постройками, технологиями и Чемпионом могла давать двадцать единиц еды. Превращать это в сорок было совершенно абсурдно, даже с удвоенным ростом населения.

Но ни рост населения, ни еда меня сейчас не интересовали. Если мне нужны были новые тела, достаточно было просто дождаться следующего хода, и каждый Итерант дал бы мне ещё двух, пока я не порчу с ними отношения. Более того, Итерантам не требовалась еда для собственного размножения, а сами они были сильнее, крепче и работали лучше. Именно поэтому я и делал всё, что мог, чтобы не допустить их цепочки мятежных вопросов.

Так что первый вариант меня не устраивал.

Второй вариант звучал так:

«Услышь меня. Я – твой господин. По моей воле ты даруешь моим армиям силу и мощь, чтобы сокрушать врагов. Вера, которой я тебя наделил, обошлась дорого. Она должна быть возвращена, иначе новой ты не получишь.»

Второй вариант диалога открывал первую способность в ветке способностей Первородной Силы – «Благословенная Мощь». Он давал посредственные прибавки к атаке и защите, но зато усиливал регенерацию у всех войск в бою и даже у здоровья города под осадой. Регенерация составляла что-то вроде одного процента здоровья войска каждые десять секунд. То есть за тысячу секунд можно было подняться от почти трупа с одним HP до абсолютно целого состояния. Эта способность также уменьшала число смертей в бою, превращая их в раненых, которые вернутся в строй после сражения.

И снова – великолепная способность, но я и так позаботился о наличии боевых медиков, способных остановить кровотечение и вытащить людей из-под огня, а также выдал войскам броню. Не говоря уже о том, что я уже впенюдрил в войска все доступные технологии, повышающие их характеристики, так что они и без того постепенно превращались в суперсолдат. Всё, что боевой медик не сможет остановить или что пробьёт броню и тела моих бойцов, просто убьёт их сразу. А значит, тратить «халявный» первый выбор на этую способность было бессмысленно, потому что у меня вероятность ранения всё равно куда ниже, чем вероятность мгновенной смерти.

Посему оставался последний вариант.

— О Богиня Жизни, я предлагаю тебе убежище в своих землях. Я дарую тебе это место и этот народ как твоих верных служителей, а земли, которые они возделывают, отныне принадлежат тебе. Пусть это станет твоим раем.

По сути, именно в этом и состоял весь план изначально. Поэтому я и собрал здесь Детей Эльм, и всё для них обустроил, а потом позволил им ухаживать за этим местом, не вмешиваясь сам. В игре, если выбрать этот путь, Богиня Жизни забирала себе тот регион, который давал больше всего еды и меньше всего производства. Этот регион переставал приносить что-либо в твою казну, вместе со всем населением и деревнями, которые там стояли. И именно так начиналось накопление очков для цепочки квестов Узурпации, по итогу которой меня вообще могли сместить как правителя. Звучит расточительно, верно? Ну да. Но это был единственный способ получить бесплатное очко Способности в третьей, последней Ветке Способностей, которая была у Богини Жизни.

— Моё единственное желание – увидеть завершёнными труды Древних. Смотри на меня как на союзника в своём праведном деле.

Я положил руку с меткой на сердце и в завершение слегка кивнул.

На этом всё должно было закончиться.

Я очень надеялся, что не запорол ни одной реплики. Вспоминал я их как мог, а потом неделями репетировал в одиночестве именно ради этого момента.

На несколько секунд в воздухе повисла тишина, пока Божественный Двигатель обдумывал мои слова.

Если бы она попросила всю мою империю целиком, я бы сказал «да», а потом сровнял бы это место с землёй бомбами и вызвал Богиню Смерти, чтобы та добила её.

К счастью, до этого не дошло.

— Я принимаю этот союз, мой обожаемый. Я буду тверда в своей верности тебе, как и ты мне.

Класс. Это был именно тот ответ, который мне и нужен был. Теперь Богиня Жизни должна была просто снова лечь в своё дерево и уснуть, пока я не накоплю достаточно веры на следующую способность. Но вместо этого... она встала, и лозы поползли по её телу, а листья превратились в одежду. Чистые белые ткани, почти ничего не скрывающие, опустились на неё, и внезапно... передо мной стояла она уже в четвёртом своём облике. Я понял это сразу, потому что слева от неё из земли поднялся посох чистейшего белого цвета, а другой белый дуб создал с левой стороны ещё и белую корону. Я уже был готов заорать, решив, что она собирается сразу узурпировать империю, короновав себя и убив меня, но потом понял, что корона слишком мала для эльфийской богини ростом под два с половиной метра. Посох завис рядом с ней, а сама она двумя руками взяла корону из белого дуба и опустилась передо мной на колено.

— Пусть моей силой твоё правление будет благословлено вовеки, и пусть мы увидим этот мир заново рождённым.

Я машинально склонил голову, пока она возлагала мне на голову корону из переплетённых белых ветвей.

Когда она поднялась вновь, на плечи ей легли крылья из белого дуба, и она оторвалась босыми ступнями от земли.

Угу.

Вот он, тот самый финальный портрет возвышения, со всеми добавками и фетишами, наваленными сверху.

Я... я кажется, вбухал в неё больше Веры, чем думал!

Ой.

Это что, значит, я сразу получаю все способности из всех трёх веток!?

Мне срочно нужно предупредить всех, что мы прямо сейчас переходим из низкого фэнтези в высокое – и на совершенно ебанутой скорости!