Вернувшись с визита в Львиный Замок, граф Эван сразу же принялся собираться в Город Цветов.

Теперь, оглядываясь назад, он всё больше убеждался, что Колин намеренно использовал этот предлог, чтобы выпроводить его из Винтерфелла.

Впрочем, граф Эван не слишком удивился этому.

Когда Джойс в сопровождении рыцаря Вебера явился к нему, он уже понимал, что это вызовет подозрения Колина.

Но он ничего не мог с этим поделать.

Салья хотела найти принца Лекси, и граф Эван, даже будучи её женихом, не мог её удержать.

К тому же это было необходимо и ему самому.

Когда принц Лекси бежал из Города Летящего Дракона, граф Эван уже сделал свой выбор. Раз он решил поверить в невиновность принца, ему оставалось лишь идти по этому пути.

Только найдя принца Лекси и помогая ему снять обвинения, граф Эван мог получить желаемую поддержку и положение.

Для него это было важнее всего; всё остальное — посеять смуту на Севере, заложить пару мин — было лишь делом второстепенным.

Собрав вещи с максимальной скоростью, граф Эван нашёл Салью, которая всё ещё укладывалась:

– Продолжай сборы, я выйду ненадолго, скоро вернусь.

– Хорошо.

Попрощавшись с Сальей, граф Эван переоделся в скромную одежду и вышел.

Бесцельно побродив по улицам Винтерфелла, он как бы невзначай зашёл в один трактир.

Поднявшись на второй этаж, он занял отдельный кабинет с богатым убранством и принялся в одиночестве потягивать поданное слугой вино.

Но странно: при том, что он был один, на столе стояли два бокала.

Вскоре в комнату бесшумно вошёл глава Северной Торговой палаты Арнольд и поклонился графу Эвану.

– Садись, – граф Эван налил ему вина.

Арнольд сел, поблагодарил, осушил бокал и спросил:

– Граф, вы хотели меня видеть?

Граф Эван сделал маленький глоток и спокойно сказал:

– Я уезжаю из Винтерфелла.

Глаза Арнольда блеснули, и он поспешно спросил:

– Так скоро? Вы возвращаетесь на Восток?

– Нет. Я еду в Город Цветов. Так что если понадобится — ищи меня там.

– Хорошо, – кивнул Арнольд.

Граф Эван взглянул на него и спросил:

– Как продвигается дело с привлечением северных купцов на нашу сторону?

Арнольд нахмурился, явно затрудняясь с ответом:

– Граф, вы знаете ситуацию на Севере. Я старался, но этот Оливер, пользуясь поддержкой графа Англера, раздаёт места в Северной компании внешней торговли и переманивает к себе влиятельных купцов.

Так что…

Заметив недовольство графа Эвана, Арнольд поспешно добавил:

– Граф, я думаю, что открытая борьба с родом Сент-Хильд за компанию слишком опасна и заметна. Мы легко можем раскрыться, а граф Англер, как вы знаете, не из тех, кто прощает обиды.

Тем более что положение Джойса сейчас шаткое. Если разозлить графа…

Граф Эван задумчиво постучал по бокалу.

Он понимал: последние события напугали этого купца.

Но у него не было достаточных аргументов, чтобы заставить Арнольда рисковать дальше.

Видя, что граф молчит, Арнольд снова заговорил:

– Граф, я думаю, нам стоит пойти другим путём, более скрытым, но смертоносным, чтобы отсечь руку рода Сент-Хильд, тянущуюся к северной торговле.

Граф Эван насторожился:

– Говори.

– Граф, цель слишком велика, и граф Англер слишком за неё держится. Бороться с ним в лоб на этом поле — неразумно.

Я долго думал и пришёл к выводу, что лучше ударить через облигации.

– Облигации?

– Да. Это новая мера, которую граф Англер собирается ввести на Севере. Вы не слышали?

– Я знаю, что такое облигации. Говори суть.

– Слушаюсь. – Арнольд прочистил горло и с волнением объяснил: – Граф, обратили ли вы внимание, что эти облигации может купить кто угодно?

То есть даже купец с Востока может обменять зерно на облигации рода Сент-Хильд.

Если действовать осторожно, можно даже не привлекать внимания — через надёжного посредника обменять зерно на облигации.

Граф Эван оживился, поняв намёк.

Арнольд, воодушевлённый его реакцией, продолжил с ещё большим жаром:

– Таким образом, вы сможете использовать средства Востода, чтобы вмешаться в дела Севера.

Если мы накопим достаточно облигаций, у нас в руках будет рычаг давления на род Сент-Хильд.

Когда приблизится срок погашения, мы скупим зерно, взвинтим цены — и эти облигации станут для Сент-Хильдов серьёзной проблемой.

Если они решат погасить облигации, им придётся покупать зерно по завышенным ценам — вы всё равно останетесь в выигрыше.

А если они откажутся или не смогут найти достаточно зерна — это подорвёт их репутацию и даже может вызвать новый кризис на Севере.

Конечно, Восток тоже понесёт потери — ваши облигации превратятся в бумажки.

Но, учитывая богатство Востока, граф, не стоит ли заплатить эту цену, чтобы посеять хаос на Севере?

– Безусловно, стоит! – немедленно ответил граф Эван и, подняв бокал, чокнулся с Арнольдом, на лице его читалось одобрение.

В глазах графа Эвана этот план был и впрямь хорош — скрытный и коварный.

Что бы ни решили Сент-Хильды, Восток не останется в проигрыше.

Военная мощь Севера вызывала у Востока трепет — долгие годы без угрозы извне развратили восточных рыцарей. Граф Эван не хотел бы столкнуться с северянами в открытом бою.

Но сравнивать экономическую мощь — тут Восток был намного богаче.

Даже если Сент-Хильды откажутся платить по облигациям, граф Эван не слишком расстроится.

Заплатить немного денег, чтобы разрушить тысячелетнюю репутацию рода святых рыцарей — слишком выгодная сделка!

Чем больше граф Эван думал, тем больше воодушевлялся. Они с Арнольдом чокались, и вскоре бутылка вина опустела.

Арнольд уже собирался позвать слугу за новой, но граф вспомнил, что его невеста ждёт, и остановил его:

– Не нужно. На сегодня хватит. Мне ещё в Город Цветов.

Арнольд с сожалением вздохнул, но настаивать не стал.

Граф Эван дружески похлопал его по плечу, сказав, что тот всегда может найти его в Городе Цветов, чтобы выпить вдоволь.

Арнольд, изображая глубокую признательность, проводил графа до выхода.

Вернувшись в кабинет, Арнольд увидел, что на месте графа Эвана уже сидел другой человек.

Но он ничуть не удивился и не испугался — почтительно поклонился:

– Граф Англер, я сделал всё, как вы приказали.

Колин вертел в руках бокал, из которого только что пил граф Эван, и с улыбкой произнёс:

– Господин Арнольд, вы сделали правильный выбор. Я доволен.