Для тех, кто обделен магическим даром, колдовство всегда остается объектом тайного восхищения.

Я и сам, пока окончательно не отчаялся из-за собственного ничтожного таланта, безумно хотел стать чародеем. Когда в родной деревне мне единственному вынесли вердикт «абсолютно безнадёжен», я принялся тенью ходить за Люсией. Едва в ней разглядели задатки мага, она начала проводить дни за упорными тренировками, а я — докучать ей своим присутствием.

Тогда, по малолетству и глупости, магия казалась мне безусловным чудом, способным воплотить в жизнь любой каприз.

Сейчас-то я понимаю, что это чушь собачья. Но в детстве я с самым сияющим видом пихал младшей сестренке «Список моих самых крутых и непобедимых заклинаний», доводя её до белого каления. А когда дарил ей самодельные посохи, а она отказывалась их использовать, я демонстративно дулся и строил из себя обиженного. В общем, творил что хотел.

Люсия же была девочкой серьезной и прилежной. С трудом скрывая раздражение, она упрямо комбинировала уже известные формулы, чтобы оживить и воссоздать весь бред из моего списка.

Я прыгал от радости, хлопал в ладоши, кричал «как круто!», а потом начинал критиковать её за мелкие недочеты, за что тут же получал от неё болезненный тумак.

Сейчас мне за это детское поведение стыдно до глубины души.

Конечно, те детские шалости вряд ли были прямой причиной, но со временем Люсия накопила такой колоссальный объем маны и магических знаний, а также изобрела столько собственных заклинаний, что ее официально признали одним из сильнейших магов во всей Империи Зебулдия. Я же к тому моменту к магии перегорел и полностью переключился на реликвии — вещи, которые мог использовать даже такой слабак, как я.

Тем временем Ситри притащила небольшую стеклянную баночку и аккуратно опустила туда Тино, бережно подцепив её двумя пальцами. Крошечная черная лягушка сидела на дне прозрачного сосуда и жалобно смотрела на меня своими выпученными, полными слез глазами.

— Вот теперь все в порядке… — с улыбкой резюмировала Ситри.

Да ни черта подобного! Что здесь в порядке?!

Я сокрушенно вздохнул и поднял банку с усохшей до размеров земноводного ученицей, и тут же нахмурив брови сказал:

— Значит, «Тайное ведьминское искусство, глава о лягушках»… Она всё-таки его доработала?

Это ведь то самое заклинание! В детстве я прочитал о нем в какой-то сказке и замучил Люсию требованиями показать его вживую. Сестра тогда клятвенно заверила, что это невозможно. Данный бред числился в третьем или четвертом томе моей самодельной «Книги сильнейшего архимага». Помню, как Люсия отчитывала меня, крича, что такой магии не существует, интересовалась, куда денется масса тела при трансформации, и взывала к моей морали. Главным её аргументом было: «Даже если я кого-то превращу, обратно вернуть уже точно не получится!».

Кто бы мог подумать, что спустя столько лет я увижу этот кошмар воочию. И, честно говоря, когда сталкиваешься с этим в реальности, даже не знаешь, как реагировать.

— …А вернуть её в человеческий вид вообще получится?

— !?? К-ва?! — в панике издала Тино.

— По-моему, можно оставить всё как есть. Она ведь такая миленькая… — Ситри кровожадно улыбнулась, не отрывая взгляда от банки. — К тому же, в таком виде на ней куда удобнее тестировать новые экстракты. И места занимает меньше.

— Ква-а?! Ква-ква-ква! — Тино-лягушка принялась в абсолютном ужасе колотить лапками по стеклу.

Для алхимика любая лягушка — это прежде всего первоклассный ингредиент для целебных зелий, так что её мотивы понятны. Интересно, если скормить ей «Божественную панацею», это сработает?.. М-да.

И вообще, хоть убейте, не пойму: если Люсия в ярости, то почему в лягушку превращается Тино?

Моя сестра и Тино всегда ладили и были близки, как настоящие сестры. Люсия, в отличие от старших сестер Смарт, никогда не распускала руки и относилась к девочке мягко, так что Тино была к ней искренне привязана.

Ситри вдруг радостно хлопнула в ладоши, будто ей в голову пришла гениальная мысль:

— О! Давайте пойдем и встретим Люсию! Думаю, её гнев сразу утихнет, когда она вас увидит.

— Я бы с радостью, но у нас тут вообще-то осада в самом разгаре…

Хотя, раз Люсия уже в городе, мне действительно лучше не дергаться и посидеть на месте.

Моя сестра страшна в бою. В составе «Плачущего призрака» она уступает по силе разве что Ансему с его 7-м уровнем. Люсия — маг 6-го уровня квалификации, причем стоящий на самой границе с 7-м. Её разрушительная сила идеальна для сражений против толпы. Из-за специфики своего класса она удерживает абсолютное лидерство по количеству убитых монстров в нашей команде.

Против обычных разбойников Люсия — это ультимативное оружие. Ей ничего не стоит выкосить или усыпить целую армию бандитов. К тому же, раз пришла она, значит, Люк и остальные тоже где-то рядом. За Ансема и Элизу я спокоен, а вот Люк… Главное, чтобы он опять не увлекся и не разнес половину курорта.

Тино-лягушка, чей окрас в точности повторял цвет волос моей ученицы, продолжала неистово барабанить по стеклу, умоляюще глядя на меня. Ладно, раз Ситри со мной, с разбойниками мы как-нибудь разберемся.

Но стоило мне подняться с татами, как дверь в комнату с грохотом распахнулась.

В помещение буквально влетел Арнольд. Его доспехи были по уши залиты чужой кровью — ветеран явно дрался как не в себя. Вот только выражение его лица разительно отличалось от того пафоса, с которым он уходил на передовую. Парень был бледным как смерть, словно повстречал самого дьявола.

— Ха… Ха… Хек… Край… Нам крышка. Здесь… творится какое-то безумие. Я вообще не понимаю, что происходит… Черт… Что это за чертовщина?!

Выдавив эту бессвязную тираду, он протянул вперед свою огромную ручищу и раскрыл окровавленный кулак.

На его ладони, испуганно копошась, сидели семь разноцветных лягушек.

…Дело дрянь. Главное теперь — не перепутать их с Тино.

Затаив дыхание, мы шли по улицам Сиула, собирая в плетеную корзину ошарашенных земноводных, которые заполонили окрестности дружным «ква-ква».

Роль сборщика Ситри великодушно поручила своему ручному голему — Килу. Стоило серой махине заметить в траве или на брусчатке очередную лягушку, как он тут же аккуратно отправлял её за спину, в корзину.

Кил, как обычно, фонтанировал энергией. Его бугрящееся, мертвенно-серое тело выглядело гротескно, а ярко-красные трусы вызывающе пылали на солнце. Добавим к этому бумажный пакет на голове с нелепым праздничным бантиком — и сразу становится понятно, почему Ситри когда-то предупреждала меня, что за прогулки с ним по Столице можно легко загреметь за решетку.

Обычно, когда они выходят в свет, Люсия накладывает на голема мощную иллюзию, скрывая это непотребство от людских глаз. Но когда мы уходили из гостиницы, Килнайт вылетел из дверей на такой бешеной скорости, что показался мне в сто раз страшнее всей банды Бареля вместе взятой. Ситри, конечно, с радостным визгом бросилась к нему обниматься, но её вкусы и стандарты нормальности всегда вызывали у меня кучу вопросов.

Впрочем, раз Кил, который должен был охранять Люка, ошивался здесь, наш буйный мечник точно вошел в город. Как они умудрились найти нас на этом курорте — загадка, но их появление пришлось как нельзя кстати.

Арнольд, который и без того едва не лишился чувств, когда его команда превратилась в лягушачий хор, после личного знакомства с Килом окончательно сломался. Его разум просто отказался принимать эту реальность. Парень безропотно уложил остатки своего отряда в баночки и теперь бледной тенью плелся за моей спиной.

Лягушачий концерт гремел по всему Сиулу. Похоже, Люсия вовсе не целилась в Тино — её заклинание шарахнуло по площади без разбору. Масштаб этой магии превосходил всё, что я видел в её исполнении до сегодняшнего дня.

Прежде чем восхититься силой сестры, я почувствовал, как к горлу подступает привычный ком тошноты от ужаса.

— Как и ожидалось от Люсии… — с улыбкой заметила Ситри. — Похоже, она накрыла заклинанием добрую половину города. Наш архимаг сегодня явно не в духе.

— …И как думаешь, кто в этом виноват?

— …Думаю, все дело в том, что она рассчитывала на цивилизованный отпуск с горячими источниками, а вместо этого ей пришлось с ходу зачищать целый синдикат разбойников.

Моей вины тут нет! Все претензии к Барелю!

— …Вот бы рыцарский орден Гладиса прислал подкрепление вовремя. Абсолютно бесполезные ребята. Зачем вообще было оформлять этот контракт как совместную миссию?!

Ну, вообще-то, я и не собирался за него браться.

Курорт был буквально усыпан лягушками, но кое-где мелькали и обычные люди. Причем это были исключительно мирные жители без оружия. Сбитые с толку, они блуждали среди домов и звали на помощь, не понимая, куда делась угроза.

Прислушавшись к их крикам, я понял: бандиты, державшие их в заложниках, просто испарились в один миг.

— Думаешь, у заклинания есть скрытый фильтр?

— Скорее всего, магия Люсии бьет только по тем, кто готов к бою.

— И как она это реализовала?

— …Она как-то жаловалась мне, что господин Край заставил её страдать над созданием формулы, которая бы не вредила гражданским. Назвала это вашим очередным испытанием.

…Точно. Было дело. Я действительно просил её об этом.

Мне это требовалось, чтобы зарядить мою реликвию — «Высвободитель» артефакт, способный скопировать и выдать одно мощное заклинание. Но поскольку эта штука просто выпускает магию по площади, контролировать урон на ходу невозможно. Вот я и взмолился, чтобы Люсия придумала фильтр, исключающий мирных жителей из зоны поражения.

— Если не ошибаюсь, её магия сканирует уровень концентрации маны в теле. А то, что господин Арнольд остался человеком, вполне логично.

Искатели его ранга обладают колоссальной сопротивляемостью к подобным ментальным и трансформирующим чарам, это вам не какой-нибудь примитивный яд. Вы как всегда безупречны, Арнольд! Я не ошиблась, делая на вас ставку!

— ……Ага, — до смерти уставшим голосом отозвался лидер «Серебряного грома».

Вот оно как… Значит, именно поэтому заклинание проигнорировало и меня с моим ничтожным, почти гражданским уровнем маны. На похвалу Ситри Арнольд даже не попытался выдать свой привычный пафос. Надо будет при случае подбодрить парня, а то у него кажется начался экзистенциальный кризис.

Главное, чтобы Люсия знала, как вернуть всех обратно. Если этот сброд навсегда останется лягушками, мы превратимся в преступников похлеще Бареля. И Гарк стопроцентно вызовет меня на ковер в Гильдию. От одной этой мысли меня снова потянуло блевать.

Когда наша корзина заполнилась лягушками наполовину, мы наконец вышли к главным воротам Сиула. И в этот момент прямо с неба на нас рухнула Лиз. Не успел я и пикнуть, как она на лету отвесила мощный пинок Арнольду, крутанулась в воздухе и мертвой хваткой вцепилась в меня. Абсолютно неуправляемый монстр.

Лидер «Серебряного грома» от неожиданности издал какой-то нечленораздельный хрип и покатился кубарем по земле.

Я рефлекторно обнял её миниатюрное тело. Лиз с силой прижалась своей щекой к моей и оглушительно, на весь город, завизжала:

— Кра-а-айчик, я, на, ко, нец, то, до, ма, ма-а-а-а-а-а-а-а!!

— …Лиз, ты вообще-то ушла всего пару часов назад.

Мы эту сцену буквально недавно в «Приюте Серого Волка» проходили, ну сколько можно.

— Ой, да какая разница! Не занудствуй!

Сквозь тонкую ткань юкаты я почувствовал, как её сердце бешено колотится в груди. Её ладони принялись неистово наглаживать мою спину, пока улыбающаяся Ситри аккуратно не потянула Лиз за волосы, возвращая мне личные границы.

И только тогда, подняв глаза к надвратной башне, я наконец разглядел массивную голову Ансема, возвышающуюся над стеной, а также Люка. Наш буйный мечник прямо посреди площади умудрился устроить шуточную дуэль: вооружившись обычной палкой, он лихо фехтовал против гиганта с топором и огромным мечом.

Облегченно выдохнув, я широко улыбнулся и изо всех сил замахал им руками.