Глава 38. 

***** 

Бог жесток по своей природе 

Наказывает злых 

Издевается над добрыми 

Издевается над слабыми 

Если хочешь спастись, то должен восстать. 

Было уже поздно и на столе мерцала лампа. Лэотис Хоуп смотрел на тонкий лист бумаги со странным выражением лица. Там было всего лишь несколько строк. 

Если хочешь спастись, то должен восстать. 

Тень на лице мужчины, читающего письмо, казалась абсолютной тьмой, настолько глубокой, что никто не мог пробиться сквозь неё, чтобы увидеть гранатово-красную искренность. 

В этот момент кто-то постучал в дверь и взгляд Лэотиса метнулся к ней. 

– ……кто? 

– Это я, – раздался тихий голос после короткой паузы. 

– Что вы привело вас сюда в такой поздний час? 

– Я подумала, что вы слишком часто работаете допоздна, поэтому принесла вам перекусить…… 

– …… – Лэотис промолчал. 

Его комната была опрятной, даже немного слишком, а сам мужчина был в рубашке и удобных хлопковых брюках, пока изучал лист бумаги. Лэотис не боялся показываться другим в таком виде, но было уже достаточно поздно. 

Впускать человека противоположного пола, когда уже так поздно…… 

– ……я излишне самонадеяна? Прошу прощения, если потревожила вас…… 

– Нет, – Лэотис убрал лист в ящик стола, закрыл его и открыл дверь. 

Когда дверь открылась, показалась девушка, держащая в руках небольшой серебряный поднос, с застенчивой улыбкой. В удобном светло-голубом платье с кружевом и длинными серебряными волосами, заплетёнными в косу на одну сторону, она выглядел совсем юной, как подросток, а её светло-зелёные глаза были наполнены добротой. 

Лэотис был настолько высок, что даже когда Элоди стояла прямо, её макушка едва доставала до его плеча. Лэотис, красивый мужчина с мужественными чертами лица, и Элоди, робко стоявшая перед ним, на первый взгляд могли показаться идеальной парой. 

На серебряном подносе, который держала девушка, лежало несколько ломтиков копчёной ветчины, сыра и хлеба, а также чашка горячего чая, от которого всё ещё шёл пар. 

– Можно было поручить это горничной. 

– Наступило время отдыха. И я тоже немного проголодалась, – застенчиво, почти сконфуженно улыбнулась Элоди. 

Это была смущённая, освежающая улыбка, способная растопить любой камень, но лицо мужчины, смотрящего на неё, практически не изменилось. Лэотис просто взял поднос и поставил его на стол: 

– Ночью дежурит горничная. Просто позвоните в колокольчик. 

– В колокольчик…… – Элоди отвела взгляд, словно смутившись. 

Выросшая в бедности у бабушки, живущей в сельской местности, девушка с трудом привыкла к щедрому гостеприимству, которое ей оказывали в качестве гостьи особняка маркиза Виндроуз. В частности, когда Элоди что-то было нужно, она предпочитала позаботиться об этом сама, а не звонить в колокольчик, чтобы вызвать горничную. 

Вот только, поскольку она была гостьей, которую Маркиза ценила на вес золота, прислуге становилось неловко при подобных сценах. Это также было связано и с престижем маркиза Виндроуз. 

Конечно, для Элоди было обычным делом пробираться на кухню и делать всё самой, вместо того, чтобы звать кого-то из-за простого пустяка. 

При жизни Офелии, если случались какие-то инциденты, Эмилия тайком помогала, а затем бесстыдно просила о помощи. К примеру, однажды Офелия насыпала грязи в чайный сервиз для гостей, надеясь поиздеваться над ней и ночью Эмилия пробралась на кухню, чтобы полностью заменить содержимое. Когда Лэотис, возвращавшийся в свою комнату после ночной тренировки, застукал девушку за этим, она бесстыдно схватила его за одежду и умоляла помочь. 

Тогда на Эмилии было лишь простое цельнокроеное платье, какое носили простолюдинки, чтобы не стеснять движений, а распущенные волосы пребывали в беспорядке. Чайная масса и всевозможные пятна до самых локтей пачкали руки девушки. Из-за быстрых взмахов ресниц ясные чёрные глаза Эмили то появлялись, то исчезали, а голос был непривычно спокойным, почти наглым: 

– Брат Лэотис, это будет полезно и для вас. Я ведь прошу о маленьком одолжении. 

Лэотис замер от внезапных воспоминаний. Его фиалковые глаза затуманились блеском сложных эмоций и голос стал тише обычного: 

– ……даже в особняке никогда не знаешь, что может случиться. Вам стоит вернуться к себе и лечь спать. 

– Свет горел, поэтому я пришла поверить. Похоже, вы снова работаете допоздна, – в глазах Элоди читалось беспокойство и нежность. 

Лэотис с трудом сдержал слова, поступавшие к горлу. 

– Я волновалась, поскольку вы всегда кажетесь перегруженным работой. Надеюсь, я не слишком навязчива, учитывая, что остаюсь здесь лишь благодаря доброте Маркизы…… 

– ……нет. Мадам всегда говорит, что надеется, что юной леди здесь будет комфортно. 

– Мадам невероятно щедра ко мне. 

– Юная леди очень утешает сердце мадам. 

Элоди застенчиво улыбнулась, поскольку это не было пустым замечанием. 

– Я бы хотела, чтобы вы перекусили, пока не остыло…… – девушка осмотрела комнату Лэотиса. 

– Хотите сказать что-то ещё? 

На самом деле, подобное поведение не было свойственно ему. Будь Лэотис в своём обычном состоянии, он бы предложил Элоди сесть и спросил, желает ли она чего-то, пусть это было бы простой вежливостью сразу после того, как забрал у неё поднос. Однако сейчас голос мужчины был более сухим и монотонным, чем обычно. 

Возможно, ощущая, его настроение, Элоди замялась, как ребёнок и кивнула. Тогда Лэотис впустил девушку в свою комнату и закрыл за ней дверь, а когда предложил ей сесть, та без колебаний выдвинула стул и села. 

– ……пожалуйста, говорите. 

– ……я не могу заставить себя спросить это у маркизы. Простите, но я могу спросить об этом лишь у сэра Лэотиса. 

– …… – Лэотис несколько мгновений молчал. – ……пожалуйста, говорите. 

– Левая комната на втором этаже…… 

Лэотис молчал, а его непроницаемые фиолетовые глаза снова затуманились сложными эмоциями, словно мерцающее пламя. 

– ……ни в коем случае не входить в ту комнату. Я подчинилась, но…… 

– В самом деле? 

Элоди вздрогнула и её плечи отчётливо задрожали. Она чувствовала, что голос Лэотиса был необычайно холоден. 

Может мне показалось?

Голос Лэотиса был сухим и порой немного равнодушным, но всегда чрезвычайно вежливым. Он был похож на статую. Несмотря на повседневную рубашку и брюки, его крепкое телосложение само по себе было как с дорогой картины. А ещё были густые брови и пронзительные глаза, сверкающие глубоким аметистовым цветом, с чёрными волосами, касающимися ушей. 

Манера поведения Лэотиса была, в буквальном смысле, идеалом рыцаря и предметом зависти, о котором мечтала бы любая женщина. Возможно, он был излишне сдержанным, но в этом даже было своё очарование. Это было видно по тому, как Лэотис заботился о маркизе Виндроуз, словно та была его родной матерью. 

И правда, Элоди уже стала объектом зависти, ревности и завистливых взглядов в нескольких салонов, которые она посетила по рекомендации Маркизы. 

Да. Как и несколько месяцев назад…… – Элоди подняла голову, словно наполнилась решимости. 

– ……это было не специально, просто комната, которую мне выделила Маркиза, находится совсем рядом, поэтому я подобрала это, когда проходила мимо, – девушка глубоко вдохнула и вытащила что-то спрятанное в кармане платья. 

Это оказался небольшой кулон, который мог открываться. 

С гравировкой в виде крошечных часов на внешней стороне, кулон больше походил на украшение простолюдинов. Когда на выемки по обеим сторонам было нажато, кулон открылся. Каждая сторона, что была размером не больше ногтя, содержала маленький портрет. 

С одной стороны на Лэотиса смотрела очень красивая девушка с волнистыми серебряными волосами и высокомерным лицом, а с другой стороны – спокойная девушка с чёрными волосами и глазами. Инициалы «О» и «Э» были отчётливо видны там же. 

Лэотис смотрел на эти маленькие портреты, застыв на месте. Если бы в его взгляде была хоть какая-то сила, то этот маленький предмет мгновенно превратился бы в прах. 

– Я хотела кое-что спросить у сэра Лэотиса. 

Мужчина медленно перевёл на неё взгляд и Элоди снова глубоко вдохнула, не в силах сдержаться. Пусть она знала, что он не тот, кто причинит ей вред, аура, подсознательно источаемая им, была зловещей. 

Лэотис…… застыл словно живая статуя. Его взгляд, прикованный к кулону, был настолько горчим, что казалось невозможно говорить с ним. 

Однако я должна спросить об этом, – зелёные глаза Элоди сверкнули, а губы плотно сжались. 

– Тогда, когда маркиза Хильдегарда пригласила меня. 

– …… – Лэотис молчал. 

Пусть он сопровождал Элоди по бесчисленным местам, он не мог забыть тот день. 

Элоди только получила приглашение маркизы Виндроуз и, опасаясь ехать в карете с гербом Виндроуз, вынужденная была отправить её обратно и идти самостоятельно, а потому почти опоздала. И неуклюжий возница у поспешно оставленной кареты чуть не спровоцировал аварию. 

Нет, ещё чуть-чуть и авария действительно случилась бы. 

Если бы та девушка не вмешалась и не спасла ребёнка, ведь все прекрасно знают, что вмешательство простолюдинов в дела знати может навредить лишь им самим, – Элоди до сих пор отчётливо помнила этот момент. 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –