Маколифф, судя по всему, оказался более осторожным человеком, чем ожидалось. Иван продолжал настаивать на том, что выходцы с Востока опасны и нужно сохранять бдительность, но Билли был иного мнения. Даже играя в шахматы, он предпочитал превращать пешку в коня или королеву, и в данном случае тоже полагал, что его стратегия сработает.

— У людей есть одна явная черта — предвзятость, — сказал Билли.

Он твердил это уже несколько дней подряд.

— Наряд в какой-то мере демонстрирует социальный статус. Поэтому, каким бы благородным ни был человек, если на нем одежда простолюдина, никто не признает в нем важную персону, как бы статно он ни выглядел. Конечно, внешность — это немного другая история, но я к тому, что обмануть других с помощью одной лишь одежды довольно просто.

Сказав это, Билли слегка отвел взгляд и спросил: «Вы закончили?»

— Отвернитесь, Билли, — распорядилась фрейлина.

В поместье Вудпекер тоже были фрейлины. Просто их редко видели. Поскольку здесь жил только герцог, у них почти не было работы по части сопровождения дам. В этом смысле фрейлины, получив возможность наконец-то исполнить свой долг, к которому долго не могли подступиться, замерли на своих местах, раздумывая, как украсить Ади.

Все остальное было в порядке, но их явно огорчали ее сравнительно короткие волосы. В итоге фрейлины решили их собрать и уложить наверх. Так не будет очевидно, что они короткие.

Фрейлины подобрали украшения под прическу, а затем выбрали наряд, подходящий к драгоценностям. Обычно порядок был обратным, но сейчас такой вариант казался лучшим.

— Еще долго? Его Светлость ждет, — поторопил Билли.

На его слова фрейлина выкрикнула: «Наберитесь терпения, Билли!» А у Ади в этой ситуации права голоса не было.

То ли из-за упавшей влажности, то ли по другой причине, но жара в поместье Вудпекер, казалось, немного спала. Однако солнце по-прежнему палило беспощадно. Юлс находился в самом центре садовой рощи. Словно специально оставленное незасаженным, среди деревьев пустовало пространство, где стоял один-единственный небольшой столик.

За спиной сидящего Юлса замерли Димитрий и Гэвин, а на ветвях деревьев устроились птицы. Их собралось столько, что само слово «стая» казалось слишком скромным для такого полчища. Ади направилась туда в сопровождении Билли. Следом за ней шли горничные.

Взоры всех птиц разом обратились к приближающимся. Словно они пытались удостовериться, кто именно к ним идет.

Когда Ади подошла, Димитрий отодвинул для неё стул. С неловким выражением лица она села. Ей было трудно уловить момент, когда стоит подвигаться вместе со стулом. Слуги и горничные отступили на расстояние, с которого не было слышно разговора двоих. Димитрий остался подле них, чтобы прислуживать. По крайней мере, внешне.

— Улыбнитесь.

— ...

— Ваша улыбка будет выглядеть многозначительно.

Димитрий произнес это, разливая чай.

Так или иначе, Маколифф попытается сблизиться с Ади. Никто не знал, когда и где это произойдет, но на совет подготовиться заранее Билли вызвался первым и предложил ей одеться подобающе статусу невесты. Он рассудил, что смена одежды повлечет за собой и смену отношения: к Ади в платье подойти будет гораздо проще, чем к Ади в рыцарской форме.

Вот только Ади, чувствуя себя в платье беззащитной, потребовала предусмотреть места, где можно было бы спрятать ножи. Юлс тоже решил, что так будет безопаснее, и дал свое согласие.

Под этим платьем скрывалось множество орудий убийства.

Горничные приложили немало усилий, чтобы их совсем не было видно.

— Мне нужно просто улыбаться?

Ади спросила это. Оставив в стороне то, что Маколифф приближался, она не знала, что он скажет или как себя поведет. Предложит ли он объединить усилия? Или будет проявлять осторожность? Юлс с самого начала говорил, что тот не станет действовать так прямолинейно.

— Чтобы понять, стоит ли заключать с кем-то союз, нужно сначала узнать этого человека. Поначалу он будет лишь проверять твои намерения. И заодно выяснять, верны ли его догадки.

С этими словами Юлс отпил чаю. Юлс больше не принимал яд. Дальнейшее употребление яда уже не могло изменить его тело. Однако иногда он разминал шею или плечи, словно чувствуя скованность в теле.

— Если он не начнет действовать, пока окончательно не убедится, что я предала Ваше Превосходительство... нельзя ли просто сказать об этом в таком ключе?

— Это не должно быть слишком очевидно. Нам нужно, чтобы ты выглядела искушенной в политике.

— И я знаю, что подобные слова прозвучат неучтиво.

Тогда заговорил Димитрий.

— Вы похожи на графа Гримальди.

— ……

— Особенно когда улыбаетесь.

Как же часто она это слышала. Раньше у нее не было сил возражать, а теперь казалось, что, даже если она и попробует это сделать, все остальные всё равно будут думать так же.

— Маколифф тоже это поймет.

Если нечего сказать, лучше улыбнуться. В конце концов, это казалось самым верным решением.

Оставалось лишь дождаться, когда и как Маколифф начнет действовать. Иван пытался разузнать подробности, но виконт оказался куда бдительнее, чем предполагалось, и настороженно относился ко всем, кто приближался к нему.

В итоге пришлось прибегнуть к хитрости и подослать к нему слугу. Ребенок, совсем еще юный и не привыкший к этому месту, казался тем, кто вызовет у Маколиффа меньше всего подозрений; он выполнял мелкие поручения виконта и докладывал о каждом его шаге. Одна монета за каждое сведение. У мальчика оказалась поразительная жизнестойкость.

— Говорят, он следит за вами, так что, если вы останетесь одна, он скоро приблизиться.

— Будет лучше отослать фрейлин в подходящий момент.

И днем исполнения этого плана был назначен сегодняшний. Нужно было место, достаточно уединенное, где можно было бы остаться одной, не привлекая лишнего внимания. Конечно, просто так стоять там без причины было бы странно, поэтому они создали предлог. Сначала встреча с герцогом, затем маленький слуга заманит Маколиффа в сад. После этого герцог уйдет по делам, а Ади останется одна, отослав своих фрейлин.

Как же поступит Маколифф после этого?

Знать наверняка было нельзя. Оставалось только наблюдать. Иван, впрочем, твердил, что Маколифф легко почует любого человека, и настаивал на ином способе слежки.

— Ведьмы...

Юлс облокотился на стол. Его крупному телосложению такая поза не слишком подходила, но это не имело значения. Он мягко улыбнулся. Гэвин наблюдал за ними издалека. Казалось, он кого-то заметил. Ади было любопытно, но она не стала оборачиваться.

— ...дружат с животными.

— Друзья… Это достигнуто по обоюдному согласию?

На вопрос Ади Юлиус лишь рассмеялся. Обоюдное согласие — об этом речи никогда не шло, но так или иначе животные охотно исполняли просьбы ведьм. Возможно, из-за того, что в его жилах текла та же кровь, с Юлиусом дело обстоят так же.

По этой причине он никогда не заводил питомцев. Даже у того же Клода в детстве была собака, которую он лелеял. Однако Юлиус слишком остро чувствовал их эмоции и мысли, что было для него невыносимо.

— Не знаю насчет согласия, но пока что мои просьбы они исполняют.

Это были воспоминания из детства. Сейчас ситуация иная.

— Вам нравятся животные, господин рыцарь?

— Лошадей я люблю, но с другими животными мне почти не доводилось контактировать, так что не знаю.

На самом деле маленькие зверьки ее пугали. Казалось, стоит дотронуться — и они сломаются. Она не знала, с какой силой их можно гладить или как с ними обращаться. Можно ли их вообще касаться?

— Лошади, значит. С ними вряд ли получится спать вместе.

— Есть те, кто спит вместе с лошадьми. Например, конюхи.

— Но вы же не конюх, — произнес Юлиус.

«Раз любит лошадей, подарить ей коня было бы неплохо». Понравится ли ей смирный скакун? Или она предпочтет лошадь с характером? Быструю? Или ту, что поумнее? Пока Юлиус раздумывал над тем, какая лошадь подойдет лучше всего, к нему сзади снова подошел Димитрий.

— Ваша светлость, это Маколифф.

Юлс перевел взгляд. Маколифф старался держаться незаметно, но стоявший рядом слуга с торжествующим видом замахал рукой, словно хвастаясь, что привел этого человека. Юлс с усмешкой поднялся с места.

— Было бы лучше, если бы он пришел чуть позже.

Однако нужно было действовать по плану. Димитрий и Гэвин подошли к Юлсу, чтобы поправить его одежду. Взгляд Юлса по-прежнему был прикован к Ади. Она тоже смотрела на него. Когда последние приготовления были закончены, Юлс шагнул к Ади.

— Тебе нужно лишь немного подыграть обстановке. Спасибо, что согласилась на мою просьбу.

С этими словами он склонился и поцеловал сидящую Ади в щеку. Затем Юлс выпрямился и опустил руку, которую порывался было протянуть к ее волосам. Он не мог позволить себе испортить прическу, которую так тщательно укладывали.

— Что ж, удачи, любовь моя.

Ади тоже посмотрела на Юлса и улыбнулась. Увидев, как он первым развернулся и ушел в сопровождении слуг, Ади перевела взгляд на оставшиеся на столе чайные чашки и начала считать. Не слишком долго, но и не слишком быстро. Чуть больше трех минут будет в самый раз.

Досчитав до двухсот, Ади жестом велела горничным удалиться. Вскоре после этого приблизился Маколифф. Звук шагов тонул в шуме ветра. Подумав, что при отключении зрения чувства обострятся, она закрыла глаза, но из-за посторонних шумов распознать его движения стало лишь труднее.

— Леди Адрина Дин.

Подошедший Маколифф заговорил первым. Она и для него была загадкой. Сначала он думал, что это просто смазливый рыцарь, но оказалось, что она — дочь Гримальди и та, кто подпоил герцога ядом. Когда и как она внедрилась? Берт Дин был человеком, преданным герцогскому дому. Как же удалось его переманить? Деньги? Потому что он простолюдин?

— Мы ведь виделись пару раз, верно?

— Виконт Маколифф.

— Это удивительно.

— Что именно?

— Ваше присутствие здесь.

Он многозначительно улыбнулся. Будто знал обо всем на свете.

— Его Светлость герцог в курсе?

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— И как же вам это удалось?

Неужели нашептывала герцогу слова любви? Судя по тому, как легко он ей поверил, между ними должно быть что-то серьезное. А если нет…

«Все-таки дело в этом лице».

Такая вероятность тоже существовала. Говорят, во все времена, независимо от места и эпохи, правители всегда держали при себе красавиц.

— Слышал, вы похожи на Графиню.

На слова Маколиффа Ади не ответила ни единым движением лица.

— Что ж, скоро я увижу ее сам.

Но когда он закончил вторую фразу, Ади усмехнулась. Словно спрашивала, представится ли ему вообще такой шанс. Она не произнесла ни слова, но в этой усмешке читалось: у него нет на это права. Ади поднялась с места. Виконт Маколифф отступил на шаг.

— Виконт.

Когда она стоит, она кажется высокой. Маколифф знал об этом, но почему-то сейчас это ощущалось иначе. Ади подошла к нему вплотную и произнесла:

— Не знаю, чего вы добиваетесь.

Виконт Маколифф осознал, что ее глаза находятся почти на одном уровне с его собственными. Когда их взгляды встретились, он невольно сглотнул, ожидая продолжения.

— Желаю удачи.

Обычные слова. Простое прощание. Однако в ее тоне не было и капли искреннего пожелания удачи.

— ……

Ади развернулась и покинула Сад. Маколифф молча смотрел ей в спину.