Однако это длилось всего лишь мгновение. Взгляд мужчины, не задерживаясь на ней, естественно скользнул куда-то в сторону, будто у него и в мыслях не было смотреть на Лилию. Девушка смущённо опустила голову, испытывая неловкость от собственной чрезмерной мнительности.

“Этот мужчина просто невероятно равнодушен.” — Так было всегда. Лилиана уже несколько раз пела перед ним на сцене, но Теодоро не проявлял никакого особого интереса или какой-либо ответной реакции. Порой, разговаривая с кем-то, он прерывал собеседника и молча слушал пение. В такие дни Лилия внутренне готовилась, напрягаясь в ожидании, что мужчина заговорит с ней, однако всё ограничивалось лишь этим.

Однако мужчина никогда не спрашивал ни о том, как ей новый дом, ни о том, не замечала ли она подозрительных лиц вокруг. Ни единого дежурного слова. Поэтому, временно отложив нерешаемый сейчас вопрос с Уэйном, последние несколько дней она ломала голову над тем, как глубже проникнуть в организацию.

“Если он и сегодня поведёт себя так же… Я не могу просто так это оставить.” — Если, несмотря на потраченное время, дело не сдвигалось с мёртвой точки, ответ был только один: она должна была действовать сама. Теодоро явно не мог этого предвидеть. Мужчина точно не ждал, что Лилия, которая никогда не заговаривала с ним, вдруг придёт к нему сама с явным источником головной боли…

***

Спустя примерно час после раннего вечернего выступления Лилия подошла к столу, за которым сидели Пол и Теодоро. Само собой, первым её поприветствовал Пол.

— Мисс Моретти? В чём дело?

— Мне нужно кое-что сказать господину Теодоро. — Пол Гальяно был крайне удивлён неожиданным ответом, но сидящий рядом мужчина равнодушно поднял взгляд на Лилиану. Хотя девушка смотрела на него сверху вниз, его ленивая поза и отстранённый взгляд делали её до невозможности маленькой. — Это касается господина Антонио. — Сглотнув, проговорила Лилия, чувствуя, как сжалось сердце.

Это означало, что она хотела поговорить с ним наедине, ведь дело было серьёзное. Теодоро, похоже, это понял, и небрежно кивнул Полу. Пока вокруг освобождали место, Лилия мысленно пробежалась по последним новостям связанных с Антонио: о том, что с мужчиной случилось после того дня, она узнала от членов организации по слухам. Стоило отметить, что ничего особенного не произошло. Теодоро не стал разрушать бизнес Антонио, как она ожидала, и всё закончилось лишь тем, что тот просто попал в больницу с несколькими подручными. Наказание оказалось гораздо мягче, чем девушка предполагала.

“Может быть, у него не хватило веских причин, чтобы сокрушить Антонио так, чтобы тот уже не смог оправиться?..” — Сейчас только и оставалось, что сожалеть. Лилия надеялась, что он сполна заплатит за то, что так испортил её старт. — “К тому же, нужно отплатить той женщине.”

Энн — работница клуба Lora, подменившая инъекцию, что предназначалась Лилиане; Лилия обещала помочь ей выбраться из клуба, но… Поскольку Теодоро не проявил ожидаемой активности, обещанное Лилианой вознаграждение пока что было совершенно невыполнимым, потому она никак не собиралась спускать дело Антонио на тормоза.

“Пускай в изначальном плане этого не было… Быть может, это сыграет мне на руку.” — Месть за то, что он посмел её тронуть, и благодарность за небольшую помощь Энн. Вдобавок ко всему, она собиралась использовать Антонио, чтобы спровоцировать первое столкновение между Теодоро и Лучиано.

— Итак, что ты хочешь сказать? — Вокруг уже было пусто. Теодоро, отославший всех, кто был поблизости, тихо спросил, и Лилия еле заметно приподняла уголки губ.

— Есть одна вещь, на что я бы хотела получить разрешение. — Мужчина промолчал. — Господин Теодоро, вы желаете, чтобы клуб, которым руководит господин Антонио, продолжал существовать?

Брови мужчины чуть заметно сошлись, словно вопрос ему не понравился.

— Ближе к делу. — Похоже, он не собирался отвечать охотно. Но Лилия уже знала ответ: конечно же, Теодоро не желал этого. И если он не мог действовать опрометчиво, и у него не было на это оснований…

— Я хотела бы привнести «изменения» в бизнес господина Антонио. — От этих слов лицо Теодоро скривилось, словно он съел что-то горькое. Ответ, выплюнутый с таким выражением, был, как и ожидалось, крайне неприятным.

— Совсем спятила.

— Я говорю серьёзно. Мне не нужна ваша помощь. Если дадите разрешение, я сделаю всё са…

— Что за чушь. — Теодоро устало потёр глаза, словно уже вдоволь наслушался её упрямых требований. В его запавших глазах залегла мрачная усталость. — Откуда столько самоуверенности? — Лилиана промолчала. — Просто добросовестно выполняй свою работу, если только не хочешь тотчас оказаться в гробу из-за опрометчивых действий. — Безэмоциональным, зловещим голосом Теодоро без обиняков высказал всё, что думал. В его словах не было и тени колебаний.

Но разве это могло стать неожиданностью? Её пребывание здесь исчислялось всего лишь неделей. Конечно, Лилиана знала, насколько дерзкой покажется её попытка вмешаться в дела организации, которая ей не по плечу.

“Что ж, ничего не поделаешь. Придётся настаивать до последнего.” — Лилия сжала и разжала кулаки, стеснённые от напряжения.

— В-вы ведь абсолютно ничем не рискуете. Если умру, вы, господин Теодоро, ничего не потеряете, а если преуспею, достигнете желаемого. — Мужчина молчал. — Разумеется, я преуспею. Я знаю, что это смешно слышать от меня, у которой нет никаких выдающихся способностей.

— Если знаешь, то на этом… — Однако в этот момент Лилиана крепко зажмурилась и прервала Теодоро.

— Поэтому я собираюсь найти человека, с которым буду работать. Если вы считаете меня недостаточно способной, то, пожалуйста, судите по человеку, которого я приведу: он определённо сможет противостоять господину Антонио. — Наступила короткая тишина, после которой раздался короткий, безжизненный смех Теодоро. Разумеется, в нём не было ни капли веселья.

— Кого? — мужчина с явной насмешкой поднял стакан. — Собираешься использовать Пола?

— Нет. Попытаюсь убедить Сильвано Джаконе. — В этот момент свободно двигавшаяся рука мужчины замерла в воздухе; задрожала только тёмная жидкость в стакане. Теодоро застыл, словно само время остановилось, и над столом повисла леденящая тишина.

— Повтори… Кого?

— Сильвано Джаконе, — чётко произнесла Лилия.

***

Деревянный стол грохотал, словно вот-вот развалится, каждый раз, когда мужчина двигал бёдрами. И всякий раз вверх поднималась густая белая пыль.

— Агх, мн! Ещё, ещё немного!

Из затхлого, грязного склада доносились глухие непрерывные стоны. Женщина, распростёртая на столе, судорожно извивалась в такт движениям партнёра. Непрерывно с силой входя в неё, мужчина, который всё это время пристально смотрел только на неё, в какой-то момент двинул конечностью. Рука, сжимавшая её бедро, медленно поднялась вверх и резко схватила женщину за покрасневшую от натуги шею.

— Хн-н!.. — Она крепко зажмурилась и задрожала: даже такой садистский акт доводил её до исступления. Но когда яростное давление на шею усилилось, та явно почувствовала, что что-то идёт не так. — Ыгх, хн! С-стой!.. — С покрасневшим лицом она исступленно била мужчину по плечу. Когда уголок его губ, смотрящих на женщину сверху вниз, приподнялся, её дыхание снова восстановилось. — Кха, ха-а!.. Ха-а!

— Что, испугалась? — прошептал мужчина вкрадчивым голосом.

В такт этому его яростные толчки стали чуть более размеренными. Он плотно прижался верхней частью тела, уткнувшись лицом ей в плечо, и легко толкал бёдрами; от слабых движений, входящих и выходящих из лона, женщина на мгновение забыла о боли и снова погрузилась в наслаждение. Она обняла мужчину за шею, тяжело дыша.

— Думала, что умру… Хн! Мн!.. — И снова на губах мужчины появилась мутная усмешка.

— Ты пока не можешь умереть. — При его тихом бормотании женщина тяжело выдохнула и нахмурилась.

— М-мн!.. Что, что ты сказал? Не расслышала, ыгх!.. — Несмотря на вопрос, мужчина не повторил сказанного.

Вместо этого он прошептал ей на ухо нечто совершенно неожиданное.

— 319 долларов.

— Мгх, что?

— 430 долларов.

— А-агх! О, о чём ты? — задыхаясь, спросила женщина, но мужчина не дал никаких объяснений. Он продолжал активно двигать бёдрами, бессвязно шепча суммы, и эти числа постепенно увеличивались.

— 576 долларов. Не помнишь?

— О чём ты всё!..

— 1048 долларов. Думаю, ты должна знать, о чём я говорю.

— А-агх! Что?

— 1870 долларов. Всё наглее и наглее, а? — лениво усмехнулся мужчина. Возможно, женщина слишком поздно поняла значения этих сумм. Её лицо постепенно бледнело от ужаса. Мужчина, глядя на это, опустил на губы более отчётливую улыбку. — Это те деньги, что ты присвоила. Не так ли?

— Постой! Это, это не… Агх!

— Я что, похож на идиота, просто потому что управляю этим старым, разваливающимся контрабандным складом в таком захолустном районе? Настолько, что даже не заметил бы, как ты целый год потихоньку присваивала деньги?

Лицо женщины моментально побледнело. Она отчаянно забилась, пытаясь вырваться из его объятий, к которым ещё недавно так и льнула.

— Пусти!.. Нет! Нгх, п-прекрати! — Но она никак не могла вырваться из сильной хватки, державшей её за бёдра, и, чем сильнее она извивалась, тем грубее и настойчивее становились движения мужчины.