Гатрин поднял руку, останавливая мои извинения. — Если ты попытаешься попросить прощения у каждого из нас, ты простоишь здесь весь день. Если ты действительно испытываешь такую потребность, просто передай свои чувства Хейвену, как при Речи Души.

— А, точно! — Я перевела дыхание и сделала то, о чем он просил, стараясь не вливать свои эмоции в царство слишком сильно. В прошлый раз, когда я попыталась сделать это, они отчитали меня за подобное. Всё же извиняться стоит постепенно.

За моей спиной раздался легкий тихий свист, и я повернулась, чтобы поприветствовать вошедшего Бетива. Он был здесь далеко не впервые, ведь провел немало долгих дней, планируя наши кампании в этом царстве, но все равно огляделся с искренним благоговейным трепетом.

— Оно разрослось, — тихо произнес он, после чего обратился к Гатрину уже громче. — Лорд Гатрин, если я правильно помню. Похоже, мы на некоторое время станем вашими обузами.

Он протянул руку, и Гатрин спустился повыше, пока его ступни не оказались в дюйме от земли. Он все еще возвышался над Бетивом на целую голову, но его улыбка была радушной, когда он сжал его руку.

— Друзьям Оракула всегда рады в этом священном месте. Входите и будьте желанными гостями.

Оба мужчины удерживали рукопожатие еще мгновение, не отводя взглядов, пока одновременно не отпустили руки, обменявшись кивками. Я переводила взгляд с одного на другого, крутя хвост в руках и чувствуя, что между ними только что произошло что-то важное, хотя и не совсем понимая что именно.

— Джасрин, отведи их передовой отряд к цитадели. Я буду ждать прибытия их основного войска, — сказал Гатрин. — Ах да, Хейвен, пожалуйста, сообщи Фейт об их прибытии.

Хейвен кивнул, хотя я подозревала, что это уже было сделано.

— Не желаете ли составить нам компанию, Оракул? — спросил Джасрин, одарив меня лукавой улыбкой.

Не имея причин для отказа, я последовала за своенравным следопытом. Аврасс пошел рядом с нами, помахав рукой нескольким остаткам, которые собрались, чтобы поприветствовать нас.

— Ты их знаешь? — спросила я.

Он пожал плечами. — Некоторых, если не по именам. Многие любопытствовали на наш счет, пока мы находились здесь.

— Они ведь не... ну, сам понимаешь...

Он взглянул на меня, и на его губах заиграла веселая улыбка. — Боюсь, что нет. Что именно вы имеете в виду?

Я покраснела, а Джасрин громко расхохотался, повернувшись к нам и двигаясь спиной вперед, пока мы пересекали Сердце Хейвена.

— Вы были первыми настоящими посетителями за тысячи лет, — произнес он, все еще посмеиваясь. — После тебя, конечно. Но ты не в счет. Ты принадлежишь этому месту не меньше любого из нас.

— Я... спасибо. — Я опустила голову, и мой хвост слабо дернулся.

Джасрин задавал им самые разные вопросы, ответы на которые мне тоже терзали любопытство: от их роли во вторжении Восставших до того, за какими солдатами ему придется присматривать. Но их улыбки были заразительны, и вскоре тени в моем сердце рассеялись.

Наш путь уводил нас все глубже в Хейвен, далеко за пределы тех архипелагов, что я успела исследовать с Люком. Острова полнились красотой. Густые сосновые леса, грохочущие водопады, уединенные луга и многое другое. Один остров особенно притягивал меня, хотя мы и миновали его на расстоянии. Пологий холм поднимался с одной стороны, а мягкая зеленая трава переходила в дюны белоснежного песка. Океанские волны разбивались о берег, и море затопляло почти три четверти острова. Оно было таким же бесконечным, как и водопады, полумесяц воды, уходящий в Бездну внизу. Я сделала себе мысленную пометку посетить его вместе с Коррой. Я уже практически видела ее улыбку.

— Ну вот мы и пришли, — произнес Джасрин, когда мы пересекли особенно широкий и длинный мост, приближаясь к большому горному острову.

Я с изумлением уставилась на взмывающие ввысь пики, оценивая, что они уходят как минимум на милю в звездные небеса Хейвена. Сам остров должен был быть в два или три раза шире, заставляя остров с городом возле Сердца Хейвена казаться крошечным. Горы были покрыты редкими лесами и каким-то образом припудрены снегом на самых вершинах, я вздрогнула от прохладного ветерка, спускающегося из верхних долин. Несколько небольших ручьев вытекали из-за деревьев, устремляясь за край острова.

На холме у моста возвышалась каменная сторожевая башня, обветшалая и старая, но все же стоящая. Она служила стражем, предупреждающим о нашем приближении.

Когда мы миновали ее, следуя по вымощенной мостовой из булыжника, нам попались и другие укрепления, казалось, поглощенные самим островом.

— Насколько они стары? Я никогда не видел ничего подобного, — спросил Аврасс, разглядывая низкую стену, обрушившуюся в овраг. — Эти брустверы... они шире, чем потребовалось бы для любого лука.

— Потому что они никогда не предназначались для существ вашего роста, — ответил Джасрин. — Мы редко сражались в такой ничтожной форме. Не тогда, когда несли честь нашей Богини.

— Это была ваша крепость? — спросила я.

Джасрин оскалился в ухмылке. — Дом Поклявшихся Судьбе. Но это лишь окраины. Подождите, пока не увидите цитадель.

В моей голове пронеслась целая россыпь вопросов, но я не стала их задавать. Тропа в некоторых местах была крутой и каменистой, и я уже тяжело дышала. Остальные, казалось, ничего не замечали, но от моего внимания не укрылся их довольно размеренный шаг, удерживающий меня в самом центре отряда. Я и так была достаточной обузой. Не имело смысла тратить попусту дыхание.

Казалось, мы шли часами и поднялись на высоту вдвое большую, чем, как я помнила, имелось у этого острова, прежде чем наконец миновали хребет. Мне пришлось остановиться и перевести дух. Мое дыхание клубилось паром в воздухе, иней покрывал деревья. Но несмотря на это, мой лоб покрылся капельками пота, я тяжело дышала, а горло саднило от холода.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы Хейвен перенес тебя? Он мог бы подхватить тебя ветром, — спросил Джасрин, и на его лбу появились тревожные морщины.

Я покачала головой, с решимостью подхватив хвост. — Я хочу пройти этот путь со всеми.

Джасрин вскинул бровь, всматриваясь мне за плечо. Я повернулась и проследила за его взглядом, рефлекторно ахнув. Вся безбрежность Хейвена распахнулась за нашими спинами, окаймленная горами, на которые мы взобрались. Длинная серебряная колонна марширующих солдат чертила парящий небесный мост между этим островом и предыдущим, исчезая в лесах у подножия. Слабый лязг стали и сдавленные ругательства долетали до моих чутких ушей, приносимые ветром снизу. Бетив практически догнал нас.

Но мы сделали это. Повернувшись и воодушевившись увиденным, я созерцала то, что лежало перед нами. Горные пики образовывали впереди массивную долину. Их склоны были слишком крутыми и каменистыми для подъема, а налет инея искрился в звездном свете. Единственный вход в долину находился прямо перед нами, но его перекрывала массивная стена высотой почти в триста футов [90 м]. Сооружение венчали башни, оснащенные баллистами и турелями, а в центре находилась пятидесятифутовая [15м] опускающаяся решетка. Рваные знамена из золотистой ткани с эмблемой в виде звезды в центре свисали по обе стороны от нее.

Ворота были открыты, решетка поднята, настоящее окно в долину за ними. Но мои глаза были прикованы к стене, и я запрокинула голову, пока мы приближались к ней, онемев с приоткрытым ртом. Никогда прежде я не видела столь грандиозного сооружения. Не говоря уже о высоте, стена имела толщину более пятидесяти футов [15 м], а ворота представляли собой скорее вход в тоннель, чем обычную дверь.

Я сжалась, когда наши шаги гулко разнеслись в полумраке. Воздух казался застоявшимся, а массивный тоннель давящим. Даже Божественный Трон не мог похвастаться такой стеной. Зачем вообще нужна была подобная защита? Кто вообще мог напасть на вас в Божественном Царстве?

— Созерцайте, — произнес Джасрин, величественно взмахнув обеими руками, когда мы наконец вышли с другой стороны.

Я думала, что не может быть ничего более впечатляющего, чем эти ворота. Вот что я думала. И вот в чем я ошибалась.

В самой долине располагался настоящий город. Он должен быть занимает почти милю [1,6км] в ширину, а значит, весь наш подъем не составил и половины острова. Поля и сады простирались снаружи, извиваясь вдоль небольших ручьев, вытекавших из святилищ-фонтанов, разбросанных повсюду. Пятиэтажные каменные казармы были встроены в самые скалы гор, и на всех развевались знамена Поклявшихся Судьбе. Другие укрепленные строения образуют внутренний регион, а у дальних скал возвышалась небольшая цитадель.

Архитектура цитадели была более чем практичной, полукруг, врастающий прямо в скалы. Стены огибали внутренний двор, но были далеки от сплошных. Они больше напоминали плетеную корзину из ивовых прутьев, образованную десятками отдельных арок, которые спиралью уходили вверх, придавая цитадели форму сферы. Ажурная решетка расширялась, а колонны сужались по мере приближения к вершине, открывая взору массивную статую Фейт внутри, указывающую Последней Звездой в небо, к открытому верху сферы.

Каменная кладка стен была плавной и совершенно бесшовной, словно вылепленной из единого куска глины. Ее дизайн напоминал заклинание: ленты камня, большинство из которых превышали двадцать футов [6 м] в толщину, переплетались между собой подобно нитям маны. Камень искрился вкраплениями звезд, сияя точно так же, как сам небосвод. Сам размах ошеломлял, цитадель была меньше Божественного Трона, но ничуть не уступала ему по величию.

— Почему... почему сам город не такой? — это было единственное, что я смогла спросить.

Ухмылка Джасрина стала еще шире, пока он купался в нашем благоговении. — Фейт всегда любила простоту. Но, имея в распоряжении вечность, у нас, остатков, появилось несколько задумок. Эта стала нашей величайшей. Мы назвали ее Цитаделью Звездопада, и когда-то она охраняла вход в Божественное Царство Фейт. — Его улыбка померкла, сменившись светлой грустью. — Сейчас она представляет собой не так уж много, но если вы примете ее, она станет вашим домом.