[Детский дом общины города Эштон]

В небольшом, залитом солнцем дворике детского дома раздавался смех: молодая женщина с короткими взъерошенными каштановыми волосами увлечённо играла с детьми.

— Не убегай слишком далеко, Рики. Вернись!

Погода была идеальной: лёгкий ветерок покачивал яркие цветы в саду, а пение птиц дополняло радостную атмосферу.

Эмма присела на корточки, её глаза лучились теплом и добротой, пока группа детей с азартом окружала её. На их лицах сияли широкие улыбки, а глаза горели от предвкушения.

В руках она держала потёртую скакалку; один её конец был крепко зажат в ладони, а другой свободно свисал.

— Так, кто готов к соревнованию по прыжкам? – окликнула их Эмма, и её голос был полон игривого энтузиазма.

— Я! Я! Я хочу, я хочу!

Дети ответили восторженным хором криков и поднятых рук, соревнуясь за право первыми присоединиться к веселью. В уголках глаз Эммы собрались лучики морщинок, пока она заботливо выбирала первого участника.

— Ладно, начнём с Джейн.

— Ура-а!

Маленькая девочка в выцветшем комбинезоне и с двумя хвостиками шагнула вперёд, её глаза блестели от восторга.

— Держи скакалку за оба конца. Не махай руками слишком сильно, просто вращай кистями.

Эмма протянула ей скакалку, показывая, как правильно её держать, и произнося слова поддержки.

— Хм-м... Хорошо.

— Да, вот так, отлично!

Когда Джейн неуверенно начала прыгать, Эмма ритмично захлопала в ладоши, напевая задорную считалочку под прыжки. Остальные дети собрались полукругом, хлопая и подбадривая свою подругу, создавая атмосферу единства и поддержки.

Вскоре их сменили другие дети; каждого из них дружно поддерживали товарищи по игре.

— Прыгайте в ритм! Пока вы держите ритм, прыгать будет намного проще!

Эмма без труда взяла на себя роль наставницы, проявляя терпение, понимание и направляя их в этой простой, но замечательной игре.

Некоторые дети прыгали грациозно, их ноги едва касались земли, тогда как другим не хватало координации, что вызвало смешки и веселье. Это не имело значения – Эмма радовалась каждой попытке, создавая обстановку, где ошибки воспринимались лишь как шаги к успеху.

По мере того как игра продолжалась, дети становились всё более раскрепощёнными, их стеснение таяло под ободряющим присутствием Эммы.

Они прыгали с возрастающей уверенностью, а их улыбки становились всё шире по мере того, как они открывали в себе скрытые способности. Эмма, неусыпно наблюдая за ними, подбадривала их, хвалила за старания и напоминала, что их радость – это и есть главная цель.

— Да, замечательно!

— Это намного лучше, чем в прошлый раз. Отличная работа, Джейсон!

Казалось, время летело незаметно, и прежде чем она успела опомниться, солнце отбросило длинные тени через весь двор, знаменуя скорый конец игры. Запыхавшиеся и румяные дети сгрудились вокруг Эммы, их глаза лучились благодарностью.

«Это того стоит».

Глядя на их улыбки, Эмма почувствовала, как к горлу подступил ком, хоть она и не подала вида.

Она делала всё это не только ради них. Она делала это и ради самой себя. Она была благодарна им ничуть не меньше, чем они ей.

— Ну что, вам было весело? – спросила Эмма, смотря на детей с простой улыбкой на лице.

— Да-а! - ответили они хором, всё ещё тяжело дыша.

Улыбка Эммы стала ещё мягче, когда она повернулась к зданию детского дома позади себя.

Оно совершенно не походило на то место, в которое она приехала год назад. Вместо разрушенной часовни, занимавшей этот участок, теперь возвышалось просторное, современное белое здание.

Внутри располагалось самое передовое оборудование, на которое она потратила огромные деньги. Начиная от кинозалов и заканчивая отдельными комнатами для каждого ребёнка – в комплексе было всё необходимое, чтобы дарить детям радость.

«Хотя это и не загладит того, что сделал мой отец... По крайней мере, это начало».

Действительно, о существовании этой часовни она узнала от Рена. Даже спустя год после войны ей всё ещё было трудно осознать истинную природу своего отца.

До сих пор до неё не до конца дошло, что он был вовсе не тем человеком, каким она его считала.

По сей день она с трудом могла нормально спать, и только в обществе этих детей находила утешение. Только благодаря им она сохраняла рассудок.

Вот почему она была им благодарна.

— Проголодались? Ужин уже должен быть готов, так что как насчёт того, чтобы вернуться, умыться и отдохнуть перед едой?

Подталкивая детей к зданию, Эмма наблюдала, как они уставшей, но довольной ватагой поплелись внутрь. Глядя на их счастливые спины, её опустевшее сердце немного наполнялось теплом.

«Я действительно приняла правильное решение».

Чем дольше она смотрела на них, тем больше обретала покой. Этот мир... он казался ей одиноким.

У неё были друзья, но все, кто был ей искренне дорог, уже покинули её. Её мир был полон одиночества, но, по крайней мере, теперь оно стало переносимым.

***

— Ха-а...

Слышимый вздох вырвался у меня, когда я устремил взгляд на фигуру перед собой.

Его глаза оставались прикованы к детскому дому вдалеке, губы были слегка сжаты, а на лице сменялась целая гамма эмоций. Он пристально смотрел на здание, погрузившись в глубокие раздумья.

«Да ради всего святого...»

Я ощутил лёгкое раздражение в перемешку со странным весельем, глядя на него.

— Ты действительно так её боишься?

Мои слова, похоже, задели какую-то струну в его душе, заставив вздрогнуть. Медленно повернув голову, он уставился на меня.

— Я н-не боюсь...

Его голос, дрогнувший на середине фразы, выдал его истинные чувства, и я едва не расхохотался. Разумеется, я подавил этот смех и лишь серьёзно кивнул.

— Ну, вообще-то стоило бы.

Я намеренно сделал упор на свои слова. И, как и ожидалось, видя, насколько я серьёзен, он вздрогнул ещё сильнее.

«А-а... Как же я скучал по этому».

Я получал истинное удовольствие от зрелища перед собой. Хотя и старался этого не показывать.

Было крайне важно не выдать себя. Только так я мог развлечься ещё сильнее.

— Как я уже говорил тебе раньше, я показал ей всё. Она знает, что ты сделал и чем пожертвовал. Хотя я и уважил твой выбор оставить воспоминания всех о тебе запечатанными, как, по-твоему, она отреагирует, если ты внезапно возникнешь перед ней из ниоткуда?

Прошёл целый год с момента моего возвращения на Землю, и, учитывая мои новые силы, я был способен вернуть Кевина. Ну, в некотором роде.

— Быть Защитником означает жертвовать многим. Всё твоё существование должно вращаться вокруг поддержания баланса во Вселенной, чтобы она оставалась стабильной. В текущем положении ты всё ещё Защитник. Однако в тот миг, когда ты откажешься от этого статуса, ты станешь обычным человеком и потеряешь всё, что у тебя есть. Ты готов к этому?

Только став Смотрителем, я по-настоящему осознал всю сложность доли Защитника. Вселенная была необъятна, и хотя они могли слиться с любым обществом, они никогда не могли ассимилироваться с ним полностью.

Срок их жизни был бесконечен, что являлось одновременно и благословением, и проклятием. Долгая жизнь – далеко не всегда благо...

— А разве нельзя сделать Эмму Защитницей тоже?

При этом внезапном вопросе Кевина я задумался на мгновение, а затем кивнул.

— Это возможно.

Мои силы позволяли мне наделить семерых человек титулом Защитников. Они получили бы доступ к невообразимой мощи и смогли бы жить до тех пор, пока существую я.

— Я могу, но ты правда думаешь, что Эмма этого захочет?

Лицо Кевина изменилось при этом вопросе, и он опустил голову. В глубине души он уже знал ответ.

— Если... Я имею в виду, если бы я ушёл, что станет с тобой? Ты справишься без меня? Что произойдёт, если Джезебет вернётся... или кто-то вроде него?

— Со мной всё будет в порядке.

Я улыбнулся в ответ на его слова. В этой Вселенной Джезебет был мёртв. Я лично позаботился об этом. Никого похожего на него не появится до тех пор, пока такова моя воля.

— Что ж...

Кевин долго стоял неподвижно, обдумывая всё услышанное, пока наконец его плечи не расслабились, и он не выдохнул.

— Ха-а-а...

Выражение его лица немного смягчилось.

— Думаю, я хочу немного отдохнуть. Я жил слишком долго, преследуя лишь одну цель, и ни разу не был счастлив. Позволишь ли ты мне побыть эгоистом, хотя бы в этот раз?

— Так каков ответ?

Я изогнул бровь, подавляя улыбку, подступавшую к губам. Я мог с одного взгляда определить, каким будет его решение.

Встретившись со мной взглядом, он улыбнулся в ответ:

— Ты и сам знаешь мой ответ.

***

— Ну же, чистите зубы и ложитесь спать.

Эмма взглянула на часы – 22:00 – и вздохнула. Глядя на детей, которые всё ещё носились вокруг, полные энергии, она выдохнула снова.

«Разве они не должны были устать после всех этих игр?»

Запас их энергии не поддавался логике. Когда она была в их возрасте, у неё не было и половины подобной гиперактивности.

Оглядевшись по сторонам, Эмма поджала губы.

— Думаю, мне пора нанять помощника.

Она занималась этим уже больше года, и только сейчас до неё по-настоящему дошло, насколько катастрофически ей не хватает рук.

Уход за дюжиной детей был далеко не простой задачей. На самом деле это было чертовски тяжело. Оставалось только удивляться, как ей удавалось справляться в одиночку целых двенадцать месяцев.

Тук-тук!

Внезапно Эмма услышала тихий стук, донёсшийся со стороны входной двери детского дома, и её брови удивлённо взметнулись вверх.

— О, кто бы это мог быть?

В детский дом редко приходили посетители. Изредка наведывались один-два человека с намерением усыновить ребёнка, но это было редким зрелищем. Со времён войны финансовое благополучие, когда-то присущее Эштону, пошатнулось, и многие изо всех сил пытались просто вернуться к нормальной жизни.

Усыновление было далеко не на первом месте в умах людей.

И всё же, подумав о потенциальных усыновителях, Эмма повеселела и направилась к двери.

— Иду! – крикнула она, поправляя платье и натягивая тёплую улыбку.

Ничто не доставляло ей большего счастья, чем видеть, как дети наконец обретают семью.

Хотя она и делала всё возможное, чтобы они были счастливы, она понимала, что не сможет заменить им настоящую, полноценную семью. Ничто не могло.

Протянув руку к дверной ручке, она медленно потянула её на себя и светло улыбнулась.

Клац!

— Здравствуйте! Вы хотите кого-то усыв...

Её фраза оборвалась на полуслове, а всё тело мгновенно одеревенело. Прежде спокойный разум превратился в чистый лист, и она поймала себя на том, что с трудом осознаёт происходящее.

Перед ней стоял человек, которого она видела в своих снах каждый божий день. Возможно, он и хотел, чтобы она забыла его, но она просто не могла этого сделать.

Она не позволила бы ему исчезнуть из её памяти.

— ...

Его алые глаза сияли подобно драгоценным камням под звёздным небом.

Он выглядел точно так же, как и в её воспоминаниях. Эмма медленно зажмурилась и снова открыла глаза, надеясь, что когда она откроет их, он всё ещё будет там.

И он действительно никуда не исчез.

Это не было сном или миражом.

Он стоял прямо перед ней.

Кап! Кап!

Тишина, окутавшая всё вокруг, была нарушена горячими струйками, которые покатились по её щекам и упали на землю.

Постепенно её зрение затуманилось, и она почувствовала, как крошечная разбитая часть её души медленно наполняется светом.

Прямо здесь и сейчас ей не хотелось ничего сильнее, чем просто броситься в его объятия и выплакать все слёзы на его тёплой груди.

Однако она удержала себя. Её охватил страх.

Что, если всё это лишь сон? Что, если это не он, а просто кто-то, похожий на него?

Подобные мысли были разрушены знакомым голосом.

— Эм-м... Ну...

Его голос звучал точно так же, как и в её воспоминаниях, и когда она вытерла слёзы, то смогла разглядеть явное замешательство и нервозность в его взгляде, когда он опустил глаза и смотрел куда угодно, но только не на неё.

— Ну, в общем… – он нервно почесал затылок, явно изо всех сил пытаясь подобрать слова. — А-а-а... У меня была заготовлена целая речь, но... кажется, я забыл все слова.

Эмма с первого взгляда поняла, насколько он нервничал, и её сердце начало постепенно успокаиваться. Он ничем не отличался от того человека из её воспоминаний.

— Фух-х.

Сделав глубокий вдох, он наконец встретился с ней взглядом и поджал губы, прежде чем произнести:

— Я... Я слышал, что ты искала помощников.

***

====

Holocene

Bon Iver

0:00 ----------------------- 05:36

Громкость – +

=====

.

.

.

『Воспроизведение』

? [Нет]

? [Да]

.

.

.

? [Нет]

? [Да]

.

.

.

『Воспроизводится...』

.

.

.

«Усилия никогда не предают».

Эта фраза пользуется уважением и повторяется по всему миру как мантра.

Одни воспринимают её как жизненный принцип, другие лишь усмехаются, считая пустым звуком.

Ну серьёзно, зачем стараться, если у тебя есть папа-миллиардер, готовый купить всё, что душе угодно?

Большой дом?

— Папочка, купи мне виллу!

Новая машина?

— Па-а-ап, я тут присмотрел одну модельку…

А есть и те, кто живёт в роскоши просто по счастливому стечению обстоятельств, – например, сорвавшие джекпот. Разве для этого нужны усилия?

— Поздравляем! Ваш выигрыш – 200 миллионов!

При чём тут «усилия не предают»?

Конечно, если отбросить эти примеры, случаев, когда фраза оправдывала себя, немало.

Вспомните хотя бы фильм… как его… А, точно, «В погоне за счастьем».

Идеальная иллюстрация принципа. Трогательная история о бездомном отце, который ради сына пробился с улицы к миллионам.

Но что насчёт меня? Что я могу сказать об «усилиях»?

Полная чушь. Точка.

Ну... По крайней мере, именно так я думал в прошлом.

Сейчас? Наверное, уже не совсем.

Раньше во мне было много обиды.

Возможно, из-за того, что мои воспоминания были изменены, и я нёс в себе мысли «другого себя», который оказался в этой бесконечной петле без конца и края вопреки всем своим усилиям, но в итоге...

Я больше не считаю это полной чушью.

В тот миг, когда «другой я» передал мне всё, и весь его опыт и тяготы слились воедино со мной, я осознал, что он не был просто ещё одной моей версией.

На самом деле он никогда не был другой версией или иным существом.

С самого начала он был мной, а я был им.

Будь то прошлое, настоящее или будущее.

Я был Реном.

— Кажется, это здесь?

Я остановился на мгновение и посмотрел вперёд, где моему взору открылся длинный пролёт лестницы. Казалось, она тянулась бесконечно вверх, окружённая густой зеленью, пока вокруг веял приятный ветерок.

— Что ж…

Вздохнув, я шагнул вперёд и начал подниматься по ступеням.

«Она убьёт меня, если я опоздаю».

Вообще-то я уже опоздал, но пока я не заставил её ждать слишком долго, она вряд ли сделает со мной что-то страшное... По крайней мере, я на это надеялся.

Так или иначе, как я и говорил...

Усилия никогда не предают.

Возможно, в этих словах было куда больше правды, чем я сначала осознавал. Хотя усилия не гарантировали успех, они гарантировали прогресс и рост.

Будь то Кевин, я или даже Джезебет.

Усилия не предали нас.

Мы все добились того, чего хотели добиться. Никто из нас не потерпел неудачу в своей цели, и именно благодаря приложенным усилиям мы оказались там, где находились.

«Смешно, как цитата, которую я когда-то презирал, оказалась именно тем утверждением, с которым я не могу не согласиться. Неужели это называется развитием персонажа?»

Я усмехнулся этой мысли и продолжил подниматься по ступеням.

Я не знал, как долго продолжал идти по этой бесконечной лестнице, простиравшейся передо мной, но почему-то не возражал против этого. Я находил своеобразный покой в этом долгом подъёме.

Погружённый в свои мысли, я продолжал идти вверх.

Медленно.

Шаг за шагом.

Точно так же, как и по тому пути, что привёл меня к текущему моменту.

Прежде чем я успел осознать это, я достиг вершины лестницы, где меня встретила захватывающая дух панорама. С этой точки я стоял на вершине мира, созерцая раскинувшийся внизу город.

Мой взгляд не задержался на городе надолго: шаги замедлились, а взор устремился на знакомую фигуру, стоявшую ко мне спиной. Каскад чёрных волос, доходивших до плеч, грациозно развевался на ветру.

Она изящно опиралась на металлические перила, устремив взгляд на город внизу, и время, казалось, замёрзло на мгновение.

В эту секунду рой мыслей заполнил мой разум, заставив руку инстинктивно потянуться к правому карману, где я чувствовал присутствие небольшого футляра.

Множество воспоминаний пронеслось в моей голове, и я не мог не вспомнить весь тот путь, который привёл меня к этому решающему моменту.

От первой нашей встречи до времени, проведённого вместе, и всех испытаний, через которые мне пришлось пройти.

Внезапно я почувствовал волнение.

«Это действительно был долгий путь...»

Он был долгим, но в то же время наполненным смыслом. Всё это вело именно к этому моменту, и я не мог не чувствовать, что оно того стоило.

Напряжение на моём лице сменилось мягкостью, и, поджав губы, я сделал шаг вперёд, вынимая руку из кармана.

Пока я перебирал футляр в ладони, улыбка постепенно расплылась на моём лице, и я ощутил новую уверенность в своём решении.

«Пусть я и не горжусь каждым сделанным шагом, но я знаю, что все они привели меня к этому мгновению. Не все истории заканчиваются счастливым концом...» – подумал я про себя, медленно прикрыв глаза.

С обновлённой убеждённостью я опустился на одно колено и поднял взгляд. Я разомкнул губы, готовясь заговорить.

— Но, думаю, моя история заканчивается именно им… – пробормотал я, поджав губы. — Мои усилия не предали меня.

Сделав глубокий вдох, я открыл глаза и окликнул её:

— Эй... Аманда.