— Труден путь культивации, труден, труден… Но я всё равно должен обрести вечную жизнь!

Фан Сянь умирал уже трижды и больше не желал проходить через смерть.

Тем более он подозревал, что срок существования души тоже ограничен. Это было важнее всего: когда он исчерпается, никакого нового перерождения уже не будет. Эту проблему необходимо решить!

Говорили, что Изначальный Дух в этом мире обладает бесконечной жизнью, а земной бессмертный достигает совершенства тела и духа. Его больше не тревожит ни старение плоти, ни истощение души. Пока он не погибнет в бедствии, сможет жить вечно.

— Душа, Изначальный Дух… Ладно. Сначала стоит подумать, как достичь сферы Семени Талисмана.

Горько усмехнувшись, Фан Сянь вернулся мыслями к насущному.

— Раз уж я получил полное наследие, прежнюю культивацию придётся рассеять и начать заново. Здесь нельзя проявлять небрежность… К счастью, в наследии есть подходящий метод. Нужно лишь хорошенько его понять.

— Да и два вспомогательных раздела требуют изучения.

Владыка Небесного Огня культивировал огненные Божественные Способности и обладал немалым талантом в алхимии и очищении сокровищ. Оставленные им трактаты были чрезвычайно глубоки.

— Нефритовая Пища хранится лучше всего. Она восполняет жизненную силу и укрепляет основание — как раз пригодится, когда я начну культивацию заново. А ещё нужно как можно скорее очистить Зеркало Сокровенного Огня Девяти Небес.

Первым делом Фан Сянь прочёл раздел об очищении магических инструментов.

Трактат охватывал великое множество способов и буквально открыл ему новый мир.

Оказалось, и в праведных, и в побочных школах этого мира шире всего применялась система запретов Земного Зла и Небесного Ствола.

Это было лишь общим названием. У каждой школы запреты отличались: в Шушань существовал запрет Земного Зла Металла Гэн, в Истинной Школе Сокровенного Света — Двенадцать запретов Сокровенного Света и так далее.

При очищении инструмента сперва из драгоценных материалов создавали заготовку, а затем накладывали на неё запреты. Качество заготовки определяло, сколько запретов она сможет выдержать.

Начинали непременно с запретов Земного Зла. Максимум можно было наложить семьдесят два слоя — такой предмет назывался магическим инструментом Земного Зла.

Семьдесят два запрета Земного Зла объединялись в один запрет Небесного Ствола. С этого момента инструмент уже можно было именовать магическим сокровищем Небесного Ствола.

Если довести до совершенства все тридцать шесть запретов Небесного Ствола, а затем провести сокровище через бедствие, они превращались в единый бессмертный запрет. Так рождалось редчайшее сокровище Обители Бессмертных.

Но подобное сокровище не всегда появлялось даже у целой секты за тысячу лет.

Изредка встречались одно-два, оставленные древними бессмертными, — именно они становились главными сокровищами школ Сокровенных Врат.

Таков был метод очищения инструментов в школах Дао: медленный, требующий долгих лет кропотливого труда.

Существовали и иные пути — например, летающие мечи.

Для них важнее всего были материалы и чистота. Небесные и земные сокровища сплавляли воедино в печи, и сразу после завершения ковки такой меч не уступал магическому сокровищу Небесного Ствола. Лучшие же могли сравниться с сокровищами Обители Бессмертных.

Худшие в лучшем случае считались магическими инструментами в форме летающего меча. А меч Фан Сяня и вовсе не дотягивал даже до этого звания.

Наконец, существовали методы демонического пути. Там всё было куда прямолинейнее. Ценность материала не имела значения: достаточно убивать. Чем больше существ погибнет, тем качественнее станет заготовка. Не требовалось и десятилетиями закалять запреты. Кровавые жертвоприношения и тайные проклятия привлекали демонов внешних небес, после чего их очищали или насильно покоряли, превращая в готовый запрет. Быстро и чрезвычайно действенно — вот только созданное таким образом сокровище чаще всего пожирало собственного хозяина.

Владыка Небесного Огня упомянул этот порочный путь лишь вскользь и не записал ни одного метода. Очевидно, относился к нему с презрением.

Зеркало Сокровенного Огня Девяти Небес некогда было главным сокровищем Владыки. Основой для него послужили Метеоритное Железо Девяти Небес и Эссенция Меди Алого Огня. В сокровище также заключили Подземное Пламя Девяти Бездн, Ядовитый Огонь Земных Жил, Сокровенное Грозовое Пламя, Небесный Метеоритный Огонь и множество других диковинных огней, к которым добавили свет сотни школ. Из них выковали девять одухотворённых огненных драконов.

Сокровище обладало сознанием и бесконечным числом удивительных свойств. Некогда оно достигало полного совершенства тридцати шести запретов Небесного Ствола.

Но при Преодолении Бедствия Владыка Небесного Огня тайным методом пожертвовал сокровищем, заслонившись им от удара. Зеркало разом свалилось с вершины своего ранга. Теперь в нём оставалось лишь шесть запретов Небесного Ствола, однако оно всё равно было невероятно ценным. Основание сохранилось, а значит, запреты можно было восстановить.

Способ очищения, естественно, содержался в «Небесной книге Пурпурного Дворца». Фан Сянь изучил его, немного помедитировал и направил ману в Зеркало.

Древнее бронзовое зеркало медленно поднялось в воздух. По его поверхности пробежало алое сияние, послышалось едва различимое шипение. Сокровище сопротивлялось, словно презирало низкосортную ману нового хозяина.

Лишь спустя три дня Фан Сяню удалось кое-как очистить сокровище и оставить на нём собственное клеймо.

Проникнув внутрь духовным сознанием, он ощутил бескрайнее море огня. В его глубинах будто дремали три огненных дракона, восстанавливая силы.

В пещере сверкнули глаза Фан Сяня. Он сложил печать и направил её в Зеркало Сокровенного Огня Девяти Небес.

Бух!

Зеркальная поверхность стала багровой, и из неё внезапно вырвались девять огромных огненных змей.

Покрытые пламенем вместо чешуи, с живым разумом в глазах, они поплыли по пустоте, разливая вокруг нескончаемые волны жара.

— Хм…

Фан Сянь отменил заклинание и довольно улыбнулся.

— Огненных драконов я пока призвать не могу, но и девять змей вполне сгодятся. И врага сжечь, и себя защитить — для обоих случаев превосходно.

Освоившись с сокровищем, он вышел наружу и обследовал окрестности. Ущелье оставалось спокойным, сильных культиваторов поблизости не было. Фан Сянь вернулся в пещеру и приготовился принять важнейшее решение — начать культивацию заново!

Как ни крути, Владыка Небесного Огня был вознёсшимся предшественником. По оставленному им методу можно было без изъяна дойти до Изначального Духа.

А смешанная мана Фан Сяня едва ли позволила бы ему войти даже в сферу Семени Талисмана. Если не рассеять её сейчас, то чего ждать — Нового года?

Что до истинного наследия Шушань… Пусть за ним отправляется кто-нибудь другой. Фан Сяню всё это было не по душе.

Да, у Школы Меча Шушань имелись истинные методы, великие Божественные Способности меча и несколько знаменитых на весь мир летающих клинков. Но даже истинному ученику пришлось бы начинать с азов и медленно подниматься ступень за ступенью. Пусть с него спрашивали бы меньше, чем с прочих учеников, всё равно это не сравнить с Владыкой Небесного Огня, который сразу отдал всё своё наследие до последней крупицы.

А освоив искусство, ученика непременно отправили бы с горы прославлять великую Шушань. Ему пришлось бы сражаться с бесчисленными демонами, искать тайны неба и земли, распутывать одну неприятность за другой, попадать в ловушки, завязывать кармические связи и звать старших на помощь. И только после всего этого он мог бы соответствовать своему громкому предназначению.

Неужели такой человек бессмертен? Даже великая удача не спасёт вечно. А если накопить слишком много причин и следствий, бедствие при восхождении наверняка станет ужасающим!

На этом фоне наследие Владыки Небесного Огня казалось почти бесплатным. В будущем достаточно найти ему преемника, накопить немного заслуг, исполнить несколько дел — и карма завершена.

Получив такое наследие, можно спокойно культивировать и стремиться к бессмертию. Разве это не прекрасно?

— «Небесная книга Пурпурного Дворца» Владыки Небесного Огня основана на огненных Божественных Способностях и позволяет достичь бессмертия. Этого вполне достаточно…

Отбросив сомнения, Фан Сянь улыбнулся и приступил к рассеиванию прежней культивации.

Он действовал крайне осторожно. Следуя методу из Небесной книги, понемногу выпускал из тела смешанную ману.

Через семь дней и семь ночей прежняя сила полностью исчезла. Фан Сянь снова стал смертным.

Вместе со слабостью нахлынули тревоги, сожаления и страхи — всё это были лишь внешние помехи.

Его разум уподобился клинку и одну за другой рассёк все навязчивые мысли. Проведя без движения ещё три дня, Фан Сянь открыл нефритовый флакон, проглотил одну частицу Нефритовой Пищи и начал культивацию заново.

— В школах Дао первый шаг на пути называют Стодневным Заложением Основания. Высочайшая башня начинается с земли, и именно основание нельзя недооценивать…

Уединение продлилось больше трёх месяцев. Каждый день Фан Сянь медитировал, культивировал ци и выполнял особые упражнения. Его тело очистилось изнутри и снаружи, а эссенция, ци и дух достигли вершины.

Однажды на рассвете он вышел ко входу в пещеру, закрыл глаза и представил истинный талисман Пурпурного Дворца.

Духовное сознание взмыло вверх, словно проникло за Девять Небес. Оттуда оно привлекло нить чистой ци, соединило её с пурпурной ци восходящего солнца и превратило в первоисток маны. Подобная пурпурной дымке, новая сила растеклась по всему телу.

— Наконец-то… я снова достиг сферы Выведения Закона.

Спустя долгое время Фан Сянь поднялся на ноги, переполненный чувствами.

Истинная мана Пурпурного Дворца обладала невероятным качеством. Одна её доля стоила нескольких десятков долей прежней смешанной маны!

Даже среди Сокровенных Врат она несомненно принадлежала к высшему разряду.