Фан Юань слегка нахмурился. Основываясь на интуиции и 500-летнем жизненном опыте, он почуял заговор.

Холодный свет вспыхнул в его глазах, и он расслабил брови.

— Я немного проголодался, ты пришла как раз вовремя. Входи, — сказал он.

За дверью, неся корзинку с едой, Шэнь Цуй холодно улыбнулась, услышав его ответ. Но когда она открыла дверь, на ее лице остался только нежный румянец.

— Молодой господин Фан Юань, еда и вино пахнут очень вкусно. Я чувствую этот запах, пока держу корзину в руках.

Ее голос был сладок, в нем слышались нотки тоски и лести. Она поставила корзину с едой на маленький столик и достала блюда, аккуратно расставив их. Еда действительно была очень ароматной и вкусной. После этого она достала два бокала и налила вино.

— Проходите, молодой господин. Присаживайтесь. Ваша служанка сегодня набралась храбрости и хочет выпить вместе с молодым господином.

Улыбаясь, как цветок, она подошла к Фан Юаню. Смело взяв его за руку, она потянула его за собой, чтобы усадить на стул у стола.

Затем она села ему на бедро и, прислонив свое нежное тело к груди Фан Юаня, как робкая и любящая женщина, прошептала ему на ухо:

— Молодой господин Фан Юань, вы всегда нравились вашей прислуге. Неважно, какой у вас талант, я всегда хочу быть рядом с вами, полагаться на вас и утешать вас. Сегодня ночью ваша служанка хотела бы отдать вам свое тело.

Сегодня она действительно принарядилась.

Ее губы, накрашенные румянами, были похожи на вишневую пудру. Когда она шептала ему на ухо, нежное и юное дыхание защекотало мочку уха Фан Юаня. Поскольку она сидела у него на коленях, Фан Юань мог легко ощутить ее стройную фигуру. Ее упругие бедра, ее тонкую талию и мягкую грудь.

— Молодой господин, позвольте мне угостить вас вином. Шэнь Цуй взяла бокал с вином, подняла голову и сделала глоток. Затем ее взгляд остановился на Фан Юане, ее маленькие вишневые губки слегка приоткрылись, медленно наклоняясь к его рту.

Выражение лица Фан Юаня было безразличным, словно на его коленях сидела не юная девушка, а скульптура.

Увидев выражение лица Фан Юаня, Шэнь Цуй сначала почувствовала себя немного неловко. Но когда ее губы оказались на расстоянии пальца от губ Фан Юаня, она почувствовала уверенность, усмехаясь в глубине души: “Все еще притворяется”.

В этот момент Фан Юань презрительно усмехнулся:

— Значит, это просто соблазнение.

Лицо Шэнь Цуй стало напряженным, и она проглотила вино, которое было у нее во рту, пытаясь изобразить фальшивую лесть.

— Молодой господин Фан Юань, о чем вы говорите...

Глаза Фан Юаня излучали холодный свет. Он пристально посмотрел в глаза Шэнь Цуй, одновременно положив правую руку на ее белоснежную шею, и медленно, с силой надавил на нее. Зрачки Шэнь Цюй сузились, а в ее голосе послышалась паника.

— Молодой господин, вы делаете мне больно.

Фан Юань ничего не ответил, но его хватка на ее шее стала сильнее.

— Молодой господин Фан Юань, ваша прислуга немного напугана!

Шэнь Цуй уже было трудно дышать; она выглядела взволнованной. Пара мягких рук подсознательно схватили руку Фан Юаня, пытаясь вырваться из хватки. Но рука Фан Юаня была крепкой, как железо, и не поддавалась.

— Похоже, дядя и тетя позволили тебе прийти, чтобы соблазнить меня и подставить? Это значит, что внизу уже собрались люди, — Фан Юань презрительно усмехнулся. — Но кем ты себя возомнила, раз решила соблазнить меня? Да еще с этими двумя кучами мусора из гнилой плоти на груди!

Как только он это сказал, его левая рука поднялась вверх по ее груди и безжалостно схватила ее мягкую грудь, отчего она вдруг невероятно деформировалась.

Сильная боль вспыхнула в ее груди; глаза Шэнь Цуй стали круглыми и остекленевшими. Боль была настолько сильной, что ее глаза наполнились слезами. Она хотела закричать, но Фан Юань так сильно сжал ее горло, что в итоге она смогла лишь несколько раз всхлипнуть. Тогда она начала сопротивляться, ведь если она не будет сопротивляться, то действительно задохнется!

Но в этот момент Фан Юань медленно ослабил хватку.

Шэнь Цуй тут же открыла рот и жадно втянула воздух. Ее дыхание было слишком учащенным, что привело к сильным приступам кашля. Фан Юань слегка рассмеялся и, протянув ладонь, нежно погладил Шэнь Цуй по щеке, его тон был беззаботным, когда он заговорил:

— Шэнь Цуй, как ты думаешь, я могу убить тебя?

Если бы Фан Юань взревел на нее злым и громким голосом, Шэнь Цуй возможно, и стала бы яростно сопротивляться. Но когда Фан Юань улыбнулся и негромко, мягким голосом спросил, сможет ли он убить её или нет, Шэнь Цюй почувствовала глубокий страх в глубине души.

Она была напугана!

Она с ужасом посмотрела на Фан Юаня и увидела, что подросток с улыбкой смотрит на нее.

В этот момент Шэнь Цюй поклялась, что никогда не забудет глаза Фан Юаня. В этих глазах не было ни малейших эмоций, они были темными и глубокими, напоминая глубокий древний водоем, в котором скрывался ужасающий зверь.

Под пристальным взглядом этих глаз Шэнь Цуй почувствовала себя так, словно оказалась обнаженной посреди льда и снега!

“Человек, стоящий передо мной, определенно осмелится убить меня, он способен убить меня… О небеса! Зачем я пришла и спровоцировала этого дьявола?!”

Сердце Шэнь Цуй было полно раскаяния в этот момент, ей не терпелось развернуться и убежать. Однако она все еще сидела у него на коленях; она не осмеливалась убежать, даже не могла набраться смелости предпринять какое-либо действие.

Все мышцы ее тела были напряжены, ее изящная фигура дрожала. Ее лицо было бледным, как бумага, и она не могла произнести ни слова.

— За то, что ты столько лет служила мне в качестве личной служанки, я не стану убивать тебя в этот раз. Раз уж ты хочешь вырваться из рабства, иди и найди моего младшего брата, он глуп и наивен.

Фан Юань сдержал свою улыбку и погладил ее по щеке, его тон был ровным, как вода.

Вздохнув, он наконец сказал:

— Ты можешь уйти.

Шэнь Цуй послушно вышла в оцепенении. Она была напугана до смерти и не понимала, как ей удалось сбежать от дьявола по имени Фан Юань.

Мужчины, прятавшиеся в тени, в замешательстве посмотрели друг на друга, когда увидели Шэнь Цуй.

“Они действительно устроили такую красивую ловушку, она даже более инновационная, чем в моей предыдущей жизни. Хе-хе, тетя и дядя, я глубоко запомню вашу доброту!”

Вскоре после того, как Шэнь Цуй ушла, Фан Юань тоже встал и ушел. Несмотря ни на что, он больше не мог оставаться здесь. Джентльмен не стоит под опасной стеной [1], что же говорить о дьяволе? При не хватки сил, только глупец станет подвергать себя опасности.

***

— Трактирщик, есть свободные комнаты? Фан Юань пришел в единственный трактир [2] в деревне и спросил цену.

— Да, да. Есть комнаты на втором и третьем этажах, они не только дешевые, но и все убраны. На первом этаже находится столовая; гости трактира могут приходить сюда и перекусывать. Также можно попросить работников трактира принести еду в вашу комнату, — хозяин трактира вежливо поприветствовал Фан Юаня.

Этот трактир был единственным в деревне, но дела в нем шли не очень хорошо. На самом деле он был несколько заброшен. Только когда на гору Цин Мао прибывал ежегодный торговый караван, трактир был полон людей.

Фан Юань был немного голоден, поэтому он передал трактирщику 2 полных круглых куска первобытных камней.

— Выделите мне хорошую комнату и приготовьте 2 кувшина вина, 3-4 разных блюд и верните все излишки.

— Хорошо.

Трактирщик взял два куска первобытного камня и спросил:

— Вы хотели бы поесть в своей комнате или в столовой?

Фан Юань посмотрел на небо. Дождь прекратился, и время близилось к вечеру. Он мог бы просто перекусить в столовой и, закончив, отправиться прямиком на окраину деревни, продолжая поиски сокровищ Монаха Цветочного Вина. Поэтому он ответил:

— Я поем в столовой.

Столовая на первом этаже трактира была обставлена дюжиной квадратных столов, вокруг которых стояли четыре длинные скамьи. Между столами стояли толстые колонны, поддерживающие трактир. Пол был покрыт большими мраморными плитками, но он был влажным; трудно было скрыть влажность горы.

Там было три столика, за которыми сидели люди. У окна сидел старик и пил вино, любуясь закатом и оставаясь в полном одиночестве. За столом в центре сидели пять или шесть охотников. Они громко обсуждали свой охотничий опыт, а у их ног лежала груда различных видов горной добычи, таких как фазаны и зайцы.

В другом углу стоял столик с двумя молодыми людьми, которые, казалось, что-то тайно обсуждали. Их фигуры были скрыты в темноте, их было трудно разглядеть, и еще труднее определить их пол.

Фан Юань выбрал место возле двери и сел, в тот же миг на стол принесли вино и еду.

“С моим талантом класса С, чтобы усовершенствовать Лунный Свет Гу, мне придется позаимствовать первобытные камни. Если мне повезет и этот Лунный Свет Гу не будет обладать сильной волей, мне понадобится всего 5 штук. Если же он будет упрямиться, то с ним возникнут проблемы, и потребуется не менее 8 штук”.

Гу — живые существа, поэтому для них естественно обладать волей к выживанию.

Некоторые из них обладали сильной волей и всегда сопротивлялись процессу совершенствования. У некоторых была слабая воля, и они сдавались в отчаянии в конце совершенствования; как только сопротивление прекращалось, процесс совершенствования становился очень легким.

“Прямо сейчас у меня с собой только 6 первобытных камней, но я отдал 2 трактирщику, так что у меня осталось 4 штуки. Этого недостаточно”.

В этом мире первобытные камни являются местной валютой, и их покупательная способность очень высока. Обычная семья из трех человек за месяц тратила не более 1 первобытного камня в месяц. Но если речь шла о Гу Мастере, то расход первобытных камней был гораздо больше. Возьмем, к примеру, Фан Юаня; только на совершенствование Гу ему требовалось в среднем 7 первобытных камней или около того. И это только на Лунный Свет Гу, если бы он действительно нашел Винного Червя, то для его усовершенствования с талантом Фан Юаня ему понадобилось бы еще как минимум дюжина.

“Иными словами, даже если я найду Винного Червя, у меня не будет первобытных камней для его усовершенствования. Тем не менее, нужно продолжать поиски, потому что существует огромная вероятность того, что в сокровищнице Монаха Цветочного Вина содержится огромное количество первобытных камней”.

Сделать такой вывод было несложно. В конце концов, Монах Цветочного Вина был Гу Мастером пятого ранга. Как у такого известного сильного воина демонической фракции не могло быть первобытных камней, которые являются обязательным предметом для культивации Гу Мастера?

***

[1] Джентльмен не стоит под опасной стеной(君子不立危墙之下) — включает в себя два аспекта: первый — предотвратить проблемы до того, как они возникнут, заранее обнаружить потенциальную опасность и принять превентивные меры; второй — вовремя уйти, оказавшись в опасной ситуации. В конфуцианстве джентльмен — идеальная личность , в отличие от злодея. Ключом к различению этих двух является то, что джентльмен выбирает добро, а злодей — ориентируется на прибыль.

[2] Трактир — устаревшее название гостиницы или постоялого двора с харчевней или рестораном, обычно дешёвого класса. Трактирщик — хозяин трактира.