Почти в тот же момент, в другом месте.

— Отец, мать, так все и было, — Фан Чжэн стоял прямо, его тон был уважительным и осторожным.

В зале дядя Фан Юаня, Гу Юэ Дон Ту, а также его тетя сидели на креслах с широкими спинками и хмурились.

Тетя заскрежетала зубами. Чувствуя несправедливость по отношению к Фан Чжэну и в то же время злорадствуя по этому поводу, она сказала:

— То, что этот ублюдок Фан Юань вымогает деньги у других — это одно, но подумать только, что он не пощадил даже собственного младшего брата. Какой бессердечный и бесчувственный! Однако в этот раз он допустил большую ошибку, и я думаю, что вскоре его исключат из академии.

— Ладно, хватит болтать, — дядя глубоко вздохнул и сказал Фан Чжэну. — Ты потерял только первобытный камень, не волнуйся. Сходи в учетную комнату [1] и получи еще один, сейчас тебе здесь нечего делать. Иди и усердно занимайся культивированием. С твоим талантом класса А вполне возможно, что ты станешь первым Гу Мастером средней стадии. Не растрачивай впустую свой талант, мы с твоей матерью с нетерпением ждем, когда ты станешь первым.

— Да, отец и мать. Ваш сын уходит, — Фан Чжэн уходил с трепетом в сердце.

Втайне он размышлял: “Брат сегодня заблокировал ворота академии и ограбил всех учеников. Боюсь, что его действительно могут исключить из академии. Когда придет время, мне нужно будет молить о его пощаде?”

В его голове раздались два голоса.

Один голос сказал: “Молить о чем? Он ограбил своего младшего брата. Даже если его исключат, он сам виноват. Грехи Небес можно пережить, но грехи, совершенные самим собой, пережить невозможно [2]!”

Другой голос сказал: “Но он твой родной брат, у него такое же лицо, кровь гуще воды [3]. Даже если ты отречешься от него, ты все равно должен молить о пощаде. Если ты этого не сделаешь, как на тебя посмотрят посторонние? Боюсь, что они сочтут тебя бессердечным и неблагодарным человеком”.

Увидев, что Фан Чжэн покидает зал, тетя не удержалась и радостно воскликнула:

— Муж, мы лишили Фан Юаня средств к существованию. Этот маленький ублюдок не выдержал и совершил большую ошибку! Он осмелился заблокировать ворота академии и устроил публичную драку, а также вымогал деньги. Это равносильно провоцированию старейшины академии. Осмелюсь предположить, что его скоро исключат из академии.

Однако дядя покачал головой.

— Ты слишком просто смотришь на вещи. Фан Юань не будет исключен, более того, его даже не накажут.

— Почему? — недоумевала тетя.

Дядя фыркнул.

— Потасовки и драки поощряются, если они не приводят к серьезным последствиям. В этой драке кто-нибудь из учеников погиб? Нет.

Тетя не согласилась.

— Муж, откуда ты знаешь, что там не было жертв? В драках всегда происходят несчастные случаи.

Дядя закрыл глаза, откинувшись на спинку стула.

— Сука, какая ты наивная. Неужели ты думаешь, что старейшина академии — это просто показуха? Когда начали действовать стражники? Они вышли в последний момент, значит, вся ситуация была под контролем. Если бы кто-то был серьезно ранен, они бы уже давно выбежали и не стали бы дожидаться конца.

— Ты не Гу Мастер, поэтому тебе не понять. В академии не запрещены драки между учениками, наоборот, они даже поощряются. Чем больше драк, тем больше от них пользы. Некоторые ученики могут даже создать прочные узы посредством драк. Старейшина не будет заниматься этим вопросом. Это уже стало обыденностью. Если кто-то захочет принять меры в интересах своих детей, это будет нарушением правил.

Тетя была ошеломлена, услышав это, и нехотя сказала:

— Значит, с Фан Юанем, который награбил такое огромное количество первобытных камней, ничего не случится? Его так просто отпустят? Такое количество первобытных камней окажет большую помощь его культивации.

Дядя открыл глаза, его лицо омрачилось.

— Что еще мы можем сделать? Неужели ты думаешь, что я сам приду и заберу все его первобытные камни? Однако это не то дело, которым мы не можем воспользоваться. Если Фан Юань будет грабить и вымогать деньги даже у своего брата Фан Чжэна, это станет ключом к его падению. Фан Чжэн — талант класса А, и однажды он станет сильнее Фан Юаня. Мы используем это дело, чтобы спровоцировать Фан Чжэна. Заставим Фан Чжэна полностью отвернуться от Фан Юаня и используем его в наших интересах!

Так прошло три дня.

Беспорядки, вызванные грабежом и вымогательством Фан Юаня, не распространялись и не разрастались, а наоборот, постепенно утихали.

Старейшин, нарушивших правила и пришедших лично выяснять отношения с Фан Юанем, не было, и старейшина академии, естественно, закрыл на это глаза.

Хотя за это время нашлось два-три подростка, которые были недовольны тем, что у них забрали первобытные камни и они бросили новый вызов Фан Юаню. Но после того как Фан Юань с легкостью одолел их, все поняли, что, если не будут усердно заниматься боевыми искусствами, им не победить Фан Юаня.

Подростки с энтузиазмом взялись за изучение основ боевых искусств.

Инструктор по боевым искусствам был вне себя от радости: он еще никогда не видел столь увлеченных и преданных боевым искусствам учеников. До этого, когда он преподавал, ученики не проявляли интереса и зевали весь день. Сейчас же они постоянно обращались за советом с глазами, полными энергии.

Старейшина академии специально подошел поинтересоваться, как у него дела.

Инструктор по боевым искусствам взволнованным тоном сообщил:

— Ученики проявляют неожиданный энтузиазм, и эти перемены слишком велики. Только один ученик по имени Фан Юань остался таким же ленивым, как и прежде.

Старейшина академии рассмеялся и похлопал его по плечу. Он сказал:

— Этот ученик, о котором ты говоришь, является причиной трансформации других учеников.

Инструктор по боевым искусствам был удивлен и озадачен. Но, конечно, изменения заключались не только в этом.

После инцидента Фан Юань, несомненно, стал врагом всех учеников. Все относились к нему враждебно, а сам он оказался в изоляции. С ним больше не разговаривали, и никто не здоровался с ним.

Все подростки усердно трудились и отрабатывали базовые техники наедине. Подбадриваемые и вдохновляемые родителями и старшими, они решили, что должны восстановить свою честь собственными руками.

Под спокойной поверхностью бурлило подводное течение [4].

Прошло еще четыре дня.

Старейшина академии снова распределял субсидии в виде первобытных камней, и для Фан Юаня снова наступило время действовать.

— Фан Юань, одного раза было недостаточно, ты хочешь снова лишить нас первобытных камней?! — ученики были потрясены и разгневаны, когда Фан Юань снова преградил им путь у ворот.

Фан Юань стоял посреди входа, заложив руки за спину, выражение его лица было холодным, а тон спокойным.

— По одному первобытному камню, и вам не придется страдать.

— Фан Юань, твои издевательства чрезмерны. Я хочу бросить тебе вызов! — гневно прорычал Гу Юэ Мо Бэй, выходя первым.

— О? — Фан Юань слегка приподнял брови.

Мо Бэй поднял кулаки и бросился вперед. После нескольких раундов он потерял сознание и упал на землю.

— Мо Бэй, ты слишком бесполезен! Смотри как надо! — прорычал Гу Юэ Чи Чен и бросился на Фан Юаня. На мгновение переключившись с атаки на защиту, он присоединился к Мо Бэю.

Боевой опыт Фан Юаня был в десятки миллионов [5] раз больше, чем у них; несмотря на то, что он только начал заниматься культивированием, каждая частица его силы использовалась именно так, как нужно.

Между тем, эта группа подростков только начала свой путь. Если бы они набросились на него всей толпой, то, возможно, смогли бы доставить ему небольшие неприятности. Но когда они один за другим подходили, чтобы бросить ему вызов, это было даже легче, чем при первом ограблении.

Через пятнадцать минут Фан Юань неторопливо ушел с набитым деньгами мешком, оставив после себя подростков, лежащих на земле. Некоторые из них лежали без сознания, а некоторые держались за животы или промежность, стоная и завывая.

— Братья, пора привести в порядок это место! — кричали стражники и бросались вперед один за другим.

***
[1] Учетная комната(账房) — место, где в старину распоряжались деньгами и товарами на предприятиях или в частных домах.

[2] Грехи Небес можно пережить, но грехи, совершенные самим собой, пережить невозможно(天作孽尤可活，自作孽不可活啊) — это значит, что бедствий с небес можно избежать, но грехов, причиненных самим собой, не избежать.

[3] кровь гуще воды — пословица, означающая, что семейные узы всегда будут крепче, чем другие отношения.

[4] Под спокойной поверхностью бурлило подводное течение(平静的表面下，暗流在汹涌) — описывает вещи, которые на первый взгляд кажутся нормальными, но на самом деле очень опасны.

[5] десять миллионов(千万) — описывает огромную разницу.