Курс акций продолжал топтаться на месте вплоть до начала апреля.

Чуть поднимется — тут же откатится назад.

Резко упадёт — и снова начинает расти.

— Акции US Steel сегодня выросли аж на 3%. Похоже, цена за акцию скоро пробьёт отметку в пять долларов.

— Босс! Тот тип, насколько я знаю, вложился в этот актив по-крупному.

Ирландская троица была нетерпеливой по натуре. Именно поэтому они болезненно реагировали на каждодневные колебания котировок и в режиме реального времени докладывали мне о происходящем.

Я же лишь молча наблюдал.

Ведь напрямую на Джесси Ливермора они пальцем пока не тыкали.

— ……

Поначалу и сам Джесси Ливермор игнорировал поведение братьев.

Но с течением времени, когда тревога начала понемногу подтачивать и его, он стал остро реагировать даже на мелочи.

— Цена упадёт. Обязательно упадёт.

— Но ведь не падает же.

— Да упадёт, вот-вот упадёт!

В конце концов ирландская троица и Ливермор сцепились.

Я тут же велел позвать братьев и заставил их замолчать.

Это могло помешать шорт-позициям Джесси — а такого допускать было нельзя.

— Ваше Высочество, я уже говорил вам… нужно набраться терпения и спокойно ждать.

Знаю. Я всё знаю. Это ты, Ливермор, торопишься.

— У-у-у…

Но на следующий день…

Акции US Steel снова пошли вверх. То же самое происходило и с другими бумагами.

Похоже, это сильно ударило по Ливермору — он ещё не успел ничего сказать, но уже сжимал голову руками, мучаясь:

— Анализ безупречен… так почему же цена не падает?

Я подошёл к нему и слегка похлопал по плечу.

— Поверь. Даже на мой взгляд, твой анализ идеален.

Услышав мой ответ, Ливермор словно нащупал решение — он резко вскочил и направился в тесную каморку.

— Точно! Всё из-за веры! Мне не хватает веры! Ваше Высочество, благодарю вас. Я некоторое время буду молиться в этой комнате. Прошу, не мешайте.

Ливермор юркнул в каморку, не надев на себя ни нитки. И, не выпив даже стакана воды, начал молиться.

От этого неожиданного и странного поведения вся моя свита зашумела.

— Бросить торговлю и начать молиться… да ещё и голышом… Вау, у этого типа, кажется, совсем крышу сорвало.

— Совсем чокнутый. Натурально чокнутый.

Аарон с тревогой в глазах поглядывал на меня.

— Босс, вы уверены, что всё в порядке? Этому человеку… правда можно доверять?

Всё нормально. В эту эпоху кто торгует лучше Ливермора? Да, выглядит он странно. Но это, считай, дедушка Доктора Дума. А уж более безумных людей я повидал предостаточно, так что внезапные выходки Ливермора не вызвали у меня особых эмоций.

«В Нью-Йорке и без того полно сумасшедших…»

На рынке, где за одну секунду проходят сделки на сотни миллионов, трейдеров с ясной головой почти не встретишь. Даже если входишь в Нью-Йорк с нормальной психикой — долго она не выдерживает.

Кто-то торгует, глядя мангу или аниме.
Кто-то возвращается домой, чтобы страстно провести время с любовницей.
Есть и такие, кто тайком балуется травкой или кокаином.

В «день четырёх ведьм» — важнейший день экспирации опционов — некоторые надевают женское бельё. А кто-то в обеденный перерыв идёт в боксёрский зал и возвращается оттуда избитым в кровь.

В общем…

Нью-Йорк в моей памяти — это сборище всевозможных безумцев. И что, сто лет назад должно быть иначе? Люди везде одинаковы.

Так что тип, который вдруг начал полагаться на «молитвенный билд», был ещё относительно спокойным вариантом — и я не стал придавать этому большого значения.

— Ваше Высочество. US Steel пробил отметку в пять долларов.

— Босс, похоже, мы влипли. Бумаги, в которые вложился тот тип, всё растут и растут.

Купили по четыре доллара, а сейчас уже пять… Ну да, убыток есть.

«Я же вложил в траст Ливермора миллион долларов. Сколько мы сейчас теряем?..»

Немного тревожно, но я всё равно намерен верить в Джесси Ливермора до конца. Я и сам знал — общий тренд будет нисходящим.

«Неужели из-за меня история изменилась?»

Сомневаюсь.

Скорее наоборот — именно из-за меня британские страховые компании активнее скупали золото, вынудив Банк Англии резче поднять ставку.

«Нужно верить. Сейчас нельзя колебаться.»

Я же регрессор. Я знаю будущее. Разве я могу дрогнуть?

— Ваше высочество! Акции, в которые мы инвестировали, наконец-то начали падать.

Спустя два дня…

Небо сдвинулось.

— US Steel. Закрытие — 3,98.

— Сегодня общее падение превысило 20%.

— Босс, а в чём причина? Почему так резко?

Бах—!

Именно в этот момент Джесси Ливермор вышел из комнаты для молитв.

С сияющими от восторга глазами он принялся изучать сведения, принесённые людьми Джаннини.

— Потому что пришло время падать — вот и падают. И дальше будет ещё хуже. Посмотрите. Не только US Steel, но и индекс Доу-Джонса рухнул, разве нет?

Да.

Одним этим падением мы полностью перекрыли все предыдущие убытки. Ливермор с победоносным выражением лица посмотрел на ирландскую троицу и объявил нам следующий шаг.

— С этого момента начинаем по-настоящему. Используем весь трастовый фонд и максимальное кредитное плечо.

* * *

Стоит рынку пойти вниз — и он валится с пугающей скоростью. Индекс Доу-Джонса, который в начале года держался на уровне 95 пунктов, всего за три дня рухнул до 80. Некоторые бумаги падали куда сильнее среднего значения индекса.

— Ничего себе… Сегодня минус 45%.

Один из пяти активов, в которые инвестировал Ливермор, уже потерял половину стоимости.

«Только за сегодня — сто тысяч долларов прибыли.»

Теперь я кожей ощущал: рынок действительно вошёл в фазу жёсткого спада.

И тут…

Бум—!

Снаружи раздался звук, словно с высоты упал мешок с мукой.

Мы переглянулись и открыли окно, чтобы понять, что происходит.

— Господи…

— Ваше Высочество, не смотрите.

— Что там такое?.. А…

Мы увидели то, чего видеть не следовало. Один из постояльцев отеля покончил с собой, выбросившись вниз.

Прибыла полиция, и через них стало известно — как и ожидалось, причиной стала резкая просадка акций. Отчаявшись, человек свёл счёты с жизнью.

Я мысленно помолился за упокой его души… и одновременно почувствовал нарастающую тревогу. Похоже, ситуация развивается куда серьёзнее, чем я предполагал.

«А ведь настоящая игра ещё даже не началась…»

Как я помнил, финансовая паника 1907 года длилась не так долго, как Великая депрессия 1929-го. Но по силе удара она ей ничуть не уступала.

Минимум — это когда индекс Доу-Джонса опустится до 50. А сейчас он всё ещё на уровне 80.

Я с беспокойством посмотрел на Джесси Ливермора.

«Это всё равно что вручить канистру с маслом в руки Нерону — безумному императору Рима.»

Я дал ему миллион долларов. В оригинальной истории он начинал с суммы меньше ста тысяч и заработал на падении рынка миллион.

Если Морган в своё время был настолько потрясён, что запер Ливермора и почти угрожал ему, значит, влияние Джесси на рынок было поистине колоссальным.

— Почему сегодня банк внезапно закрыт?!

— Верните мои деньги, ублюдки! Какого чёрта банк просто закрылся?!

Пока что банки в целом функционировали. Но в некоторых уже начали проявляться тревожные признаки.

Внезапные закрытия.

Ограничения на сумму ежедневного снятия.

«Чем больше думаю, тем яснее понимаю — всё куда опаснее, чем я рассчитывал.»

Можно ли и дальше спокойно наблюдать за этим из Нью-Йорка? Не получится ли так, что, любуясь пожаром, я сам сгорю вместе со всеми?

Чтобы успокоить разъярённую толпу, местные элиты вполне могут свалить вину на меня.

«Чувствую… чувствую это.»

Если я останусь здесь — до естественной смерти не доживу. Я подготовил несколько страховок, но этого явно недостаточно. Моё звериное чутьё било тревогу — и я начал срочно продумывать следующий шаг.

«Первым делом нужно покинуть Нью-Йорк. Уже одно моё отсутствие решит половину проблем.»

Но уйти просто так было нельзя. Если сбежать ночью, словно вор, подозрения только усилятся.

Все должны видеть: я уезжаю по делу. Только тогда в будущем не возникнет последствий.

«Лучший вариант — уехать по государственным делам.»

Как ни крути, я — принц Чосона. В эту эпоху принц — это живой дипломат. Кто посмеет осуждать меня за то, что я покидаю город ради государственных задач?

Пока я об этом размышлял, в мою комнату внезапно вошёл Макс.

— Босс, мистер Ан прибыл в Нью-Йорк. Он срочно вас разыскивает.

Мистер Ан?

Ан Чханхо пришёл ко мне? Но зачем?

Я немедленно велел пригласить его в мою резиденцию.

— Ан Чханхо.

— Ваше Высочество.

Это и правда был Ан Чханхо — и он находился в Нью-Йорке.

— Почему ты здесь? Тебе следовало быть в Сан-Франциско.

Я украдкой осмотрелся.

Рядом с ним стоял незнакомый восточный юноша — совсем молодой.

Хм.

Одет дорого, держится уверенно даже передо мной. Похоже, выходец из хорошей семьи.

Пока я оценивал незнакомца, Ан Чханхо заговорил:

— Возникло срочное дело, поэтому я немедленно прибыл в Нью-Йорк… кхм.

Закончив фразу, Ан Чханхо откашлялся и перевёл взгляд на спутника.

Я последовал за его взглядом.

— Ваше Высочество, это Ли Виджон. Молодой человек, превосходно владеющий иностранными языками.

Сын Ли Бомджина, посланника Корейской империи в России. С детства жил за границей и, несмотря на юный возраст, в совершенстве владеет семью языками.

— Ваше Высочество, я прибыл сюда из Ханъяна, чтобы передать вам это.

Ясно. Не просто так его привели аж в Америку.

И, разумеется…

— Это тайное послание Его Величества. Прошу принять.

Как и ожидалось.

«Да что ж ты за человек такой… В прошлый раз в Мексике так ловко мной воспользовался — и, похоже, вошёл во вкус?»

В обычное время я бы так и подумал. Но не сейчас. Это было словно прочная верёвка, брошенная мне с небес.

Тук-тук.

Сердце забилось быстрее. Я чувствовал — внутри скрыт ключ к побегу из Нью-Йорка.

«Принять участие в Международной мирной конференции и донести миру несправедливость договора Ыльса»?

Пока я читал послание, ирландская троица с любопытством наблюдала за мной. Раньше мы уезжали в Мексику — теперь, мол, куда?

Я дочитал письмо до конца и молча вернул его Ли Виджону.

Тот достал зажигалку и сжёг послание, уничтожив все улики.

— Всем собирать вещи.

— Что?

— Я сказал — собирайтесь.

Ирландская троица тут же выбежала из комнаты.

Джаннини, наблюдавший за происходящим издалека, подошёл ко мне.

— Вы срочно уезжаете?

— Возникли обстоятельства. Нужно немедленно пересечь Атлантику.

— В… Европу?

Он выглядел разочарованным и уже собирался вернуться к себе.

— А ты останешься. Здесь, с Ливермором, и будешь изучать передовые финансовые методы.

— Но…

— Это пойдёт тебе на пользу. Впереди грядут события, которые случаются нечасто. Это будет бесценный опыт. Оставайся в Нью-Йорке.

С сомнением на лице Джаннини спросил:

— Тогда хотя бы скажите, куда вы направляетесь? Европа ведь большая.

— Полагаю, в Нидерланды.

— В Нидерланды?

Треть территории Нидерландов — это земли, отвоёванные у моря, лежащие ниже уровня воды.

Недаром же страна так и называется.

— У меня появилось срочное совещание. Загляну туда — и затем вернусь. А ты пока присмотри за Нью-Йорком.