— Это не я причиняла неприятности, - поправила её Мин Шу. — Это была моя нога.

— …

‘Где мой нож?’

Эйлин так разозлилась, что её дыхание стало тяжёлым и частым. Она подтащила стул, чтобы сесть, и яростно хлопнула ладонью по столу перед Мин Шу. Тянь Юань, стоявшая в углу комнаты, вздрогнула, поражённая громким звуком. Она не осмеливалась шуметь и привлекать к себе внимание.

‘Так страшно!’

Эйлин с трудом выдавила из себя жуткую улыбку:

— Скажи мне, Цзян Нянь, что ты вообще задумала?

— Издеваться над Нин Кэцин. - ‘Разве я здесь не для этого? Что ещё я могу сделать?’

Улыбка исчезла с лица Эйлин, она долго беспомощно смотрела на Мин Шу. Затем измученным голосом спросила:

— Ты что, издеваешься? Что за дела между тобой и Нин Кэцин? Как она тебя так обидела?

Эйлин уже спрашивала об этом Тянь Юань, но оказалось, что между ней и Нин Кэцин нет никакой связи. Цзян Нянь начала запугивать её безо всякой видимой причины. Неужели с ней что-то не так?

— Ну, она полностью меня выбесила, - ответила Мин Шу.

‘Это не моя вина. Я просто забочусь о Системе Гармонии.’

— …

‘Может, отвезти её к врачу?’ - подумала Эйлин.

На следующий день Мин Шу позвонил директор и сообщил, что ее исключили. Никаких причин не было озвучено, но, по-видимому, только деньги Ли Шаонаня могли обладать такой властью в отрасли.

— Слабенькая попытка унизить, — прокомментировала Мин Шу, повесив трубку и запихивая в рот пирог с красной фасолью.

Тянь Юань молчала. ‘Что? Слабенькая? Сначала ты обижаешь этого папика Ли, так что разве это не логично, что он отомстит тебе? Затем, вероятно, ты будешь полностью отрезана от актёрской деятельности…’

Конечно, Тянь Юань не осмелилась бы сказать это сейчас, так как Эйлин ещё не получала этой информации. Когда она получит эти плохие новости, разразится ещё одна буря. Тянь Юань приходилось беречь силы, чтобы выжить.

Мин Шу неторопливо доела пирог с красной фасолью, затем стала листать список контактов своего телефона. Наконец в самом низу она нашла нужный номер и набрала его.

Гудок... ещё один...

Спустя несколько гудков неожиданно бодрый голос ответил:

— Юная мисс, неужели вы перезваниваете?

Семья хозяйки тела была богата и влиятельна. Однако родители не одобряли её вхождение в индустрию развлечений. Они считали её частое появление на людях унизительным для семьи.

В результате Цзян Нянь начала свою карьеру в тайне. Позже, когда она стала знаменитой, её семья узнала об этом и стала всячески препятствовать ей.

Из-за этого у хозяйки тела были напряженные отношения с её семьёй. В конце концов, семья Цзян оставила Цзян Нянь в покое, а сама она редко возвращалась домой. Каждый раз, когда они встречались друг с другом, это заканчивалось спорами, связанными с её выбором карьеры.

Прошло почти два года с тех пор, как Цзян Нянь в последний раз видела своих родителей. Как раз тогда она стала привлекать к себе больше внимания и проводить больше времени, перелетая с места на место.

Кстати говоря, именно тогда, когда начали ходили слухи, что у хозяйки тела были романы с мужчинами-звёздами, её отношения с семьей ухудшились - возможно, это была её форма протеста?

В конце концов, именно из-за этой проблемы хозяйка не просила свою семью ни о каких одолжениях, даже когда была жестоко подавлена Нин Кэцин в этой истории.

Почему она не использовала самое мощное оружие, имевшееся в её распоряжении? Ну, это действительно имело смысл. Если бы она обратилась к своей семье, главной героине этой истории пришлось бы слишком тяжело. ‘Так это и есть то, что называют надуманным сюжетным ходом?’

— А миссис… - Мин Шу проглотила следующие слова и закашлялась, меняя форму обращения. — Ну… а мама дома?

— Госпожа Цзян только что вышла. Что я могу для вас сделать, юная мисс? - На звонок ответила служанка семьи Цзян; она осторожно спросила: — Прошло много времени с тех пор, как вы возвращались домой, юная мисс. Вчера госпожа Цзян и молодой господин говорили о вас. Может быть, когда вы не будете заняты, вы хотели бы зайти перекусить?

О ней говорили?

Семья Цзян, должно быть, пронюхала о главных новостях вчерашнего дня.

— Я приду домой сегодня вечером.

— И мадам Цзян не очень хорошо себя чувствует в последнее время, если вы… А? Юная мисс вернётся домой сегодня вечером? Замечательно, я приготовлю вашу любимую еду. Как насчет хрустящего тушёного золотого карася и острых ломтиков свинины?

Услышав названия блюд, Мин Шу без колебаний ответила

— Да.

Глаза Мин Шу заблестели, как только она повесила трубку. По воспоминаниям хозяйки, шеф-повар семьи Цзян был очень хорош в приготовлении вкусных блюд.

— [Гость, тебе нужно выполнить еще одно задание для полноценного завершения.] - Без предупреждения Система Гармонии выпустила это уведомление.

Мин Шу была в хорошем настроении.

— Что за задание?

— [Устранить чувства Цзян Сюня к Нин Кэцин.]

Цзян Сюнь?

Углубившись в воспоминания хозяйки, Мин Шу вспомнила, что Цзян Сюнь, похоже, был дешёвым братом хозяина. Его называли дешёвым братом, потому что он был усыновлён семьёй Цзян.

Ещё до рождения хозяина, когда её родители были в поездке у моря, они встретили брошенного Цзян Сюня. Мать Цзян настояла на том, чтобы усыновить его, поэтому Цзян Сюнь стал дешёвым братом хозяйки.

Хозяйка тела никогда не любила этого её брата. Позже, когда её отношения с семьёй обострились, она видела его еще реже, чем раньше.

В этой истории… казалось, что Цзян Сюнь действительно влюбится в Нин Кэцин.

Он появлялся в качестве второстепенной роли много раз, но встретил бы жалкий конец.

‘Без проблем! У меня все под контролем.’

Мин Шу отправилась на виллу, где, согласно воспоминаниям, жила семья Цзян. Это был далеко не элитный район, но всё же он мог похвастаться прекрасной окружающей средой. Хозяйка любила это место больше всего - и именно поэтому семья Цзян не переезжала все эти годы.

Это свидетельствовало о том, что семья души не чает в хозяйке тела. Только потому, что она оставалась слишком уж верна себе, когда семья не поддерживала её, а также потому, что она была молода и агрессивна, всё изменилось так основательно.

Мин Шу припарковала машину возле виллы, вышла из неё и позвонила в дверной звонок.

Ворота открылись сразу же после звонка. В их тени стояла высокая фигура. Это был мужчина с красивой, но ледяной внешностью, чьи глаза тупо смотрели на Мин Шу.

Прямой костюм с расширенным до больших размеров воротничком, белые ключицы, открытые воздуху - стиль абсолютного воздержания.

Этот человек был тем самым братом хозяйки, Цзян Сюнем.

Открыв ворота, он отступил в сторону, не произнеся ни слова.

Он так же давно не видел свою младшую сестру. Обычно её видели по телевизору или в газетах. В них она была похожа на сияющую королеву, постоянно окружённую группой подданных.

Теперь, увидев ее воочию впервые за долгое время, Цзян Сюнь обнаружил, что она даже красивее, чем по телевизору.

Губы Мин Шу изогнулись; она вошла в дом. Закрыв ворота, Цзян Сюнь потянулся за её сумкой и сказал:

— Мама и папа ждут.

Его голос был очень приятным и чистым, как текущая вода. Это совершенно не походило на его мрачную ауру.

Цзян Сюнь был немного удивлён тому, что смог взять сумку Мин Шу - раньше, если бы он осмелился прикоснуться к её вещам, она бы сразу рассердилась. Он поднял глаза и увидел, что Мин Шу уже входит в дом. Внезапно ему показалось, что её фигура изменилась, стала более живой.

Отец Цзян и мать Цзян сидели вдвоём в гостиной. Первый читал газету, вторая смотрела на него, и атмосфера была немного подавленной.

Из коридора послышались приветствия слуг, и мать Цзян поспешно встала, глядя в сторону голосов.

Мин Шу вошла с милой улыбкой на лице, восхитительно нежная и привлекательная. Мать Цзян выглядела так, словно вот-вот расплачется, и быстро подошла, чтобы обнять Мин Шу.

— Нянь-Нянь, моя бедная Нянь-Нянь!

Каждый родитель любит своих детей.

Отец Цзян отложил газету, молча глядя на Цзян Нянь и мать Цзян сквозь свои очки. Приглушенная мягкость разлилась по его серьёзному лицу.

Мин Шу чувствовала себя совершенно непринуждённо в крепких объятиях матери Цзян. Она легонько похлопала её по плечу и улыбнулась.

— Мама, ты можешь поплакать потом? Я умираю с голоду, может, мы сначала поужинаем?

— …

У услышавшего это Цзян Сюня было странное выражение лица, когда он появился в дверном проёме.