— Я уже закончила есть. Можно мне подняться к себе, Мэг?

Услышав мои слова, Магнус, до этого изящно разрезавший мясо, поднял голову. Мы сидели втроём за круглым столом, поэтому по обе стороны от меня находились Магнус и Шерил Синтия. Они оба одновременно посмотрели на мою тарелку и оставшуюся еду.

— Вы съели так мало, леди Иллиана?

— Да, — ответила я коротко на удивленный вопрос Шерил.

Сказать, что, если съем еще хоть немного, меня, кажется, начнёт мутить, я не решилась, поэтому лишь отвела взгляд и пожала плечами. Словно ища ответа, я снова посмотрела на Магнуса. Между его бровей залегла глубокая складка. Некоторое время он молча смотрел на мою наполовину опустевшую тарелку с салатом, а затем встретился со мной взглядом.

— И больше есть не будете?

— У меня желудок не в порядке.

Я побоялась сказать, что просто больше не хочу есть, потому что он может заставить меня продолжить. Поэтому решила сослаться на плохое самочувствие. И действительно, губы Магнуса несколько раз приоткрылись и снова сомкнулись, но в конце концов он промолчал.

— Но вы съели слишком мало, — возразил он.

— А я думала, именно для этого вы и усадили меня за стол.

Когда я произнесла это так, словно искренне недоумевала, Магнус вновь замолчал. Разрешения встать так и не последовало, поэтому, как бы мне ни было неуютно, пришлось оставаться на месте. Хотя я почти ничего не съела, казалось, ещё немного, и еда встанет поперёк горла. Мне было неприятно и смотреть на неё, и чувствовать запах, поэтому я отвернулась.

Похоже, это тело довольно чувствительно и к запахам.

С тех пор как я оказалась в теле Иллианы Глейн, мои предпочтения в еде стали полной противоположностью тем, что были у меня в прежнем мире. Раньше я скорее предпочитала мясо, но, видимо, Иллиана Глейн любила легкую пищу без сильного запаха, и теперь меня тоже тянуло только к такой еде.

— Встаньте, Лина. Можете вернуться в комнату и отдохнуть.

— Да, благодарю, что разрешили.

Я тут же поднялась со своего места и без малейшего сожаления покинула столовую. Когда я вышла, один из рыцарей Ордена Бури слегка склонил голову в приветствии:

— Я провожу вас.

Подумать только, королевским рыцарям приходится подыгрывать в этой нелепой игре в месть. Наверное, им самим всё это тоже порядком надоело. Вместо ответа я кивнула и направилась в свою комнату.

Кругом стояла тишина.

Если уж на то пошло, лучше погрузиться в сон и развлечься там. Хотя не знаю, найдутся ли люди, которые спят в такое время.

Войдя в спальню, я первым делом с помощью служанки переоделась в ночную рубашку и забралась под одеяло. В последнее время всё равно толком не высыпаюсь. Из-за того, что приходилось спать с Магнусом в одной постели, я постоянно была напряжена.

Пока я бездумно смотрела в потолок, меня снова понемногу начало клонить в дрему. Почувствовав, будто ступила на границу между сном и явью, я медленно открыла глаза, но ничего не увидела.

Это потому что сейчас день?

Стоило мне оказаться в этом затуманенном полусонном мире, как грезы тут же начали одолевать меня с новой силой. Лишь спустя долгое время передо мной, наконец, показалась одна чернеющая нить. Увидев её в самый последний миг перед тем, как окончательно уснуть, я поспешно протянула руку и ухватилась за неё. В тот же миг сознание померкло.

***

В одном из уголков комнаты отдыха негромко беседовали красноволосый мужчина и женщина с тёмно-синими волосами.

— Киттен, где командир? — спросил молодой рыцарь.

— Он недавно вернулся с задания, так что, наверное, сейчас спит.

Женщина как раз поправляла выбившиеся пряди и снова собирала волосы в хвост. Услышав её ответ, мужчина с озадаченным видом почесал затылок. Ему нужно было кое о чём доложить, но теперь это, похоже, становилось затруднительно.

— А, вот как? Неловко вышло.

— Почему? Мэриот, ты ведь опять ничего не натворил?

— Нет… Дело не в этом. Просто недавно я видел у Его Величества императора духа тьмы. Думаю, об этом всё-таки следует доложить.

— Духа тьмы?

На этот вопрос Мэриот лишь кивнул. Киттен туго затянула узлом ленту, которой завязывала волосы, затем повернулась к напарнику всем корпусом, уже не пытаясь скрыть удивления.

— Дух тьмы — это ведь тот самый дух, который не появлялся уже почти целое столетие? Говорят, с обычной силой его даже призвать невозможно. Он вообще существует?

— Судя по характерным признакам, думаю, это точно был он. Но в духах командир всё-таки разбирается лучше нас.

В помещение вбежала маленькая девочка с розовыми волосами, собранными в два хвостика, и внезапно повисла на спине Киттен.

— Что такое, что такое? — весело полюбопытствовала она. — Китти, Мэри, о чём разговариваете?

Уголки её губ, по-кошачьи округло загибавшиеся вверх, придавали ей вид озорницы.

— Рейна. Я ведь говорила тебе не вести себя так невоспитанно? — женщина-рыцарь легонько щелкнула ее по лбу, стаскивая с себя.

— Пф, — только после этого Рейна недовольно вытянула губы и легко спрыгнула на пол. — Так о чём вы говорили?

— О Его Величестве императоре.

При этих словах глаза Рейны заблестели. Мужчина, полгода назад ставший императором, до сих пор оставался горячей темой для разговоров среди рыцарей Ордена Бури. В отличие от других императоров, он, даже взойдя на престол, не пытался распоряжаться королевскими рыцарями по своему усмотрению, что само по себе казалось удивительным. Но ещё более странным было то, что за все эти полгода он не проявил ни малейшего желания добиться их преданности и даже не проявил никакого любопытства по отношению к ним.

Обычно первое, что делал наследный принц, став императором, — прибирал королевских рыцарей к рукам. Ведь даже малым числом они вполне могли заменить одно, а то и два воинских подразделения.

Для того, кто только что стал императором и хотел быстро взять под контроль императорский дворец, укрепив свое положение, едва ли можно было найти силу полезнее королевских рыцарей.

Однако нынешний император удивлял их во многих отношениях.

Кроме простых приказов, между ними почти не происходило никаких тайных разговоров; более того, он даже не пытался скрытно вступить с ними в контакт или потребовать исполнения каких-либо особых приказов. Он не призывал их даже в качестве своей охраны, так что временами они всерьез задавались вопросом, не забыл ли он вообще о существовании сего подразделения. И продолжали бы так думать, если бы некоторое время назад он впервые не приказал им следить за единственной дочерью какого-то маркиза и охранять её.

— А… Командир ведь так ничего окончательно и не решил, да? Давно я не видела, чтобы командир над чем-то так раздумывал. Обычно он принимает решения быстро, словно топором редьку разрубает. Так что там с духом?

— Да я видел у Его Величества духа тьмы.

При этих словах Рейна раскрыла рот так широко, что, казалось, у неё вот-вот отвалится челюсть. Она с трудом по-детски прижала рукой собственный подбородок, заставляя рот закрыться, и несколько раз беззвучно пошевелила губами. Лишь спустя некоторое время Рейна сумела избавиться от ошеломления и наконец заговорила:

— Боже мой. Случаем, это не тот дух, которого даже командир пытался призвать, но потерпел неудачу? Если узнает, может изрядно разозлиться.

— А может, наоборот, командир наконец примет решение, и Его Величество станет нашим истинным хозяином.

— Командиру, и правда, уже пора определиться.

На слова Рейны Киттен согласно кивнула. Слушавший их разговор Мэриот задрожал от негодования, сжал кулаки и вскинул голову.

— Так где же всё-таки этот наш командир?!

Разговор то и дело уходил то в горы, то в море — куда угодно, только не туда, куда нужно. Лишь после того, как Мэриот раздраженно выкрикнул, Киттен и Рейна переглянулись и, словно заранее сговорившись, одновременно пожали плечами.

— Кто знает. Он ведь всегда находит какое-нибудь тихое место, забирается туда и спит.

— Даже если считать это чем-то вроде отпуска, я уже целый месяц его лица не видел. Не слишком ли затянулся его отпуск? — ворча, Мэриот прислонился к стене.

И всё же все рыцари Ордена Бури уважали его. Наверное, даже если бы весь орден разом набросился на него, не нашлось бы никого, кто смог бы его одолеть.

— Он недавно вернулся из «Чёрной Ночи», так что, должно быть, устал. Постарайся понять. Всё-таки это место изматывает, прежде всего, душевно, — заметила Киттен.

— Он там хоть что-нибудь нашёл?

— Не знаю, — пожала плечами Киттен. — Я после его возвращения тоже только мельком его видела. Но выглядел он ужасно уставшим. Темные круги под глазами спустились вот досюда, — она несколько раз постучала пальцем по скуле.

Только тогда ворчавший Мэриот замолчал. Если усталость стала заметна даже на лице комнадира, у которого она обычно никак не проявлялась, значит, он действительно был измотан.

— Ладно, понял. Ничего не поделаешь. А насчёт той леди вы что-нибудь выяснили?

Мэриот пожал плечами и сменил тему. Речь зашла о ещё одном предмете обсуждений среди рыцарей — Иллиане Глейн.

Раз уж император, прежде полностью игнорирующий Орден Бури, словно тот был пустым местом, лично связался с ними, они поначалу решили, что он, должно быть, невероятно дорожит этой девушкой. Однако, проведя несколько дней за наблюдением, замаскированным под охрану, они поняли, что про бережное отношение здесь и речи не шло.

Стоило ему привезти леди, как Император тут же запер её, не дав ни единой крошки, а позже они услышали, что вся комната была погружена в сплошную тьму. Это уже скорее походило на издевательство или даже месть.

Забавно было другое: та, над кем всё это проделывали, тоже вовсе не казалась лёгкой добычей.

— Ничего особенного. Говорят, она единственная дочь маркиза Глейна, которую тот бережет, как зеницу ока. Прославилась тем, что характер у неё ровный, без особых изъянов, да и вообще она способна буквально на всё. Умна и, похоже, была одной из центральных фигур в высшем обществе.

— И как же она умудрилась навлечь на себя неприязнь нашего донельзя равнодушного ко всему Его Величества?

— Не знаю. Но примерно два года назад она начала вести себя немного странно. Внезапно пожертвовала храму огромную сумму, поступила в храмовый учебный институт, а вернулась оттуда около месяца назад, — Киттен совершенно непринужденно перечисляла сведения, которые сумела раздобыть всего за два дня.

Слушая её, Мэриот и Рейна задумчиво загудели. Сколько ни пытались что-нибудь разузнать, ничего толком не находилось.

— А откуда вообще взялся Его Величество император?

— Вот об этом нет вообще никаких сведений. Будто одно из двух: либо он действительно свалился с неба, либо кто-то взял да и утащил его туда с земли, — Киттен покачала головой.

Выяснить что-нибудь об императоре Магнусе ди Клауде они пытались уже почти три месяца. Но информации удалось найти крайне мало. Впрочем, даже «крайне мало» было преувеличением — её не было вовсе.

— Уже не помню, когда в последний раз я чувствовала себя настолько глупой.

— Настолько всё чисто? — услыхав непривычно разочарованный голос Киттен, Мэриот удивлённо округлил глаза.

Киттен нахмурилась и небрежно кивнула:

— Чисто. Либо существует мастер по работе с информацией, о котором даже мы ничего не знаем, либо Его Величество сам мастер в этом деле, либо тот, кто его защищал, был невероятно искусен. Одно из трёх.

— Ого, раз уж даже Китти так говорит, я бы с удовольствием переманила такого человека к нам! Как раз идеально подошел бы мне в младшие! — Рейна широко улыбнулась, а её чуть вздернутые к внешним уголкам глаза заблестели.