17 глава

Венец

Лопатки, чёткие, будто крылья. Твёрдая рука в мозолях, и в ней неподвижное остриё меча. Чистая линия затылка.

Эту спину Кён Чжио знала лучше любой другой, сколько раз они стояли так, спина к спине.

Ты не одна.

Не оглядывайся, тыл я прикрою.

Бэк До Хён повторял эти слова раз за разом. И раз за разом доказывал делом.

У Чжио дрогнуло нижнее веко.

«...Что за чёрт, Кён Чжио, соберись. Ты же не собираешься здесь разреветься, а?»

Она думала, что, возможно, он больше не вернётся.

В последний раз она видела Бэк До Хёна, когда тот ушёл, сказав, что у него появилась «проблема», которую он должен решить сам.

И что это за проблема, Чжио теперь знала слишком хорошо.

Именно она, Кён Чжио, превратила воспоминания регрессора в сущий хаос.

Она использовала Бэк До Хёна ради выполнения условий [Часов], а в конце концов умерла от его руки.

И при этом, не желая оставаться в его памяти монстром, стёрла всё, оставив лишь светлый образ их первой встречи…

Поверх холодного, остро-наточенного Бэк До Хёна наложился образ того, прежнего, до регрессии — того, кто рыдал и рушился на глазах.

— ...Просрочил срок годности, а теперь строишь из себя героя. Совсем совесть потерял.

На лице Чжио ничего не дрогнуло, но Бэк До Хён заметил её крепко сжатый кулак. На его губах промелькнула улыбка.

— Что значит «просрочил», октябрь ещё не закончился. Вы всё такая же нетерпеливая, госпожа Чжио. Знаете, чего мне стоило вернуться к вам.

— Ха, ещё и хвастаешься?

— Хотите, чтобы я прямо сейчас сказал, как сильно скучал?

Нет. Не этого она хотела.

Измождённый взгляд Бэк До Хёна, и ничуть не меньше уставшая Чжио.

Обоим было что сказать, но сейчас точно не время для разговоров по душам.

Первой отвернулась Чжио.

Люди ждали её слов.

— Этот сумасшедший ублюдок Хван Хон выманил командира Второго легиона и подорвался вместе с ним. Надо немедленно вытащить его из этой жижи.

Вжих.

Чжио перехватила посох другой рукой.

Спина Трубача, которая будто готовилась к атаке, начала трескаться, словно панцирь линяющего насекомого.

Вылезшие позвонки со скрежетом перекручивались, сталкивались друг с другом.

— В одиночку ты это не вывезешь, Бэк До Хён. Бери на себя прикрытие.

— Что вы задумали?

— Сломаю ограничитель.

Когда Чжио освободилась от кровных оков, сдерживавших душу и рост, её магический контур прошёл эволюцию и вошёл в фазу стремительного развития.

Она достигла трансцендентного уровня, где могла управлять маной одной лишь волей, но её тело всё ещё находилось в процессе роста.

Из-за дисбаланса между неокрепшей физической выносливостью и огромной маной она держала ограничитель как минимальный предохранитель, используя помощь Заветной Звезды...

Но теперь и звезды не было рядом.

И удерживать пределы, и разрушать их может только сама Кён Чжио.

Щёлк! Клац.

— Не знаю, что именно вы хотите сделать, но лучше не надо. Даже звучит как нечто смертельно опасное, — Ким Си Гюн, перезаряжая оружие, бросил взгляд на Квон Гьену, которая, выбежав вперёд, размахивала копьём, разя беснующиеся ядовитые щупальца тьмы, и пробормотал.

Бэк До Хён уже смотрел на Чжио с каменным лицом.

— …Что вы собрались делать в таком состоянии? Думаете, я не пойму?

— Сейчас не время спорить. Ещё пять минут, и Хван Хон умрёт.

— Тогда приказывайте.

Вжух!

Меч, прочертив полукруг, выровнял дыхание.

Десятки световых остаточных следов вспыхнули разом, и от этого простого движения тьма, тянувшаяся к ним, рассыпалась в пыль.

Бэк До Хён твёрдо сказал:

— Я тоже всё это время не бездельничал.

...И это не было бравадой.

Он действительно вырос.

Его мана, ставшая куда чище, влияла даже на неё.

«Да, если так... может и получиться».

Чжио на миг заколебалась.

— И ещё...

— ?..

Бэк До Хён замялся, неуверенно раскрыл рот. По дрожанию его губ трудно было понять: это иллюзия или он и правда растерян.

— Я хотел сказать это, когда он сам лично появится, но...

И в этот миг голова Чжио молниеносно повернулась.

Около сотни метров!

Под воронкой что-то вспучивалось и рвалось вверх. И стремительно приближалось!..

Дзынь, дзынь!

«Погоди... этот звук?..»

Колокольчик шамана!

Шааа-ах, плюх!

И в тот же миг, как она это поняла, водную гладь пронзил взметнувшийся столб, и с ним поднялись две фигуры!..

Губы Чжио, насторожённо следившей за происходящим, слегка приоткрылись.

[Пусть все духи повинуются, пусть всё зло будет усмирено!]

Все духи преисподней, сошедшие в мир Саха.

Склонитесь перед приказом Повелителя Призраков.

— Очнись, владыка.

Кха, кхе-кхе-кхе!

Согнувшийся пополам от дикого кашля Хван Хон перевернулся на спину и распластался в луже.

Стоило ему выдохнуть, как от всего тела повалил пар.

— Ха-а… Чуть копыта не откинул, сука!

Мужчина, поставивший его на ноги, спокойно стряхнул воду с чёрного пальто.

С его мокрых волос капало, когда он посмотрел в их сторону.

В отражённом свете на матовой ткани пальто тускло мерцал узор.

Серебряная грива. Имя, уже бывшее одним из самых бесстрашных в Республике Корея и обещавшее стать ещё сильнее.

Серые глаза с голубой духовной дымкой и золотыми искрами.

Хищник Кён Чжио, ведущий за собой львов, расплылся в едва заметной улыбке.

«Давно не виделись?»

— Как тебе такой подарок к выписке: голова командира легиона. Я подготовил.

Дун!

Следом за сказанным с лёгкой усмешкой словами Бома над водой всплыла изодранная голова командира Второго легиона.

Хван Хон, задыхавшийся среди синих огоньков, подпитывавших его духовную силу, резко вскочил.

— Ч-что ты несёшь!

— В смысле?

— Д-да ты глянь на этого охуевшего уличного тигра! Совсем совесть потерял! Это я его завалил! Я! Не верьте ему! Он у меня на глазах чужие заслуги грабит, как отбитый налётчик!

— Успокойся и полежи. Ты только что из состояния «чуть копыта не откинул» перешёл в состояние «спасён».

— Н-ну и что, что спас?! Я не просил! Я и сам бы выжил, понял?! Эй, господин Серебряный Лев! Хватит таращиться на мою женщину, на меня смотри, на меня! Я с тобой говорю!

Даже вернувшись с того света, Хван Хон сходил с ума от мысли, что у него сейчас отнимут с трудом добытые очки перед девушкой, которая ему нравится.

И посреди обезумевшего поля боя его гнусавый от воды низкий голос гремел так, что закладывало уши.

Чжио, растерянно смотревшая на этих двоих, вдруг затрясла плечами.

— Госпожа Чжио?

— А... с ума сойти. Этот проклятый гангстер, ну правда...

— Госпожа Чжио, вы плачете?

— Кто тут плачет.

Яростно потерев глаза, Чжио глубоко выдохнула и поднялась.

Все стали сильнее.

Пока она блуждала в потёмках, никто не стоял сложа руки.

Они отчаивались, падали, но всё равно верили в Кён Чжио и упрямо шли вперёд шаг за шагом.

Обессиленный Хван Хон с алыми глазами.

Бэк До Хён, в каждом шаге которого разливался чистый свет.

И даже Бом, который неизвестно как, но обрёл пугающую самостоятельность.

Все они были доказательством: путь перемен, который выбрала Кён Чжио, был верным.

— Фух.

Глубокий вдох, и мана успокоилась.

Именно в этот момент движение щупалец, активно разбрасывавших атаки, затихло.

Чжио подняла голову.

Воздух стал пугающе неподвижным.

После недолгой тишины…

Бууух! Кугугу!

Мрак, что бешено метался по полю, в одно мгновение втянулся обратно в командира легиона.

Белый подол платья Трубача полностью почернел, высохшие конечности и чёрный череп потемнели ещё сильнее и отдали зловещим блеском.

Теперь перед ними стояло гладкое тело без единого залома и морщины — резкий, отполированный силуэт.

[Пожалейте о содеянном.]

Когда она раскрыла рот, по воздуху пошла гулкая вибрация.

[Пожалейте, что разгневали меня. Вы задираете носы лишь потому, что вас стало чуть больше? Жалкое зрелище.]

«Она завершила линьку!..»

Время было выбрано издевательски точно.

Во взгляде Бэк До Хёна осела холодная сосредоточенность.

— Командиры легионов обычно разделяют тело-аватар и истинное тело.

Охотники прислушались к его быстрым пояснениям.

— Обычно они действуют в форме аватара. Но если чуют опасность — освобождают скрытый ранг и призывают истинное тело. У четвёртого командира разница между этими формами самая огромная. Будьте предельно осторожны.

— И что с того. Она всё равно одна.

Тук.

Чжио шагнула вперёд, и ветер подхватил её чёрные волосы.

— А я — Король. И со мной армия героев.

Мифический посох [Сердце рун] рассыпал искристый священный свет.

В тот миг все, кто смотрел на Кён Чжио, одновременно подумали об одном: несмотря на глубокую ночь и тьму перед глазами, им почему-то совсем не страшно.

— Одновременно активирую [Замок Мага] и [Наказ Короля]. Команда девять, центр — прикрывайте меня. Ранкеры — сдерживайте врага.

Низкий хрипловатый голос, без единого колебания.

Глаза Кён Чжио вспыхнули ровным, решительным золотом.

— Пока моё заклинание не будет завершено!

И раз уж взошедшее золотое солнце было на их стороне…

Квон Гьена стиснула копьё так, что на тыльной стороне ладони вздулись вены, и тяжело сглотнула.

Приказ мага.

Приказ к совместному бою.

«Битва плечом к плечу с Королём Магов».

Впервые в истории Вавилона.

Необъяснимая дрожь поднялась где-то в самой глубине её тела.

И не только у неё — те же самые глаза были у окружающих охотников.

Словно по волшебству, в этом месте сплелись их эмоции, жар, воля.

Квон Гьена не смогла сдержаться и, сорвав голос, крикнула во всю мощь:

— Прикрыть Короля Магов!

А-а-а-а-а!

Охотники и воины перехватили оружие, источая боевой дух.

Маг — в тылу. Дамагеры — на передовой.

Самый базовый боевой строй, известный любому охотнику, выстроился в считанные секунды.

Будто в унисон их взвинченному боевому духу, поднялись и синие огни душ, призванные Бомом, и красная духовная сила Хван Хона, окрашивая небосвод.

Сцена выглядела так, словно с неба падает бесчисленное множество звёзд.

«...Мы победим».

Сегодня эту битву выиграем мы!

С этим острым предчувствием Бэк До Хён взмахнул мечом.

[Седьмой меч «Рамачандра», является в мир]

Ветер, что позволяет без труда пройти через любые испытания, лёг на его клинок.

И прямо перед тем, как ринуться в гущу схватки, Бэк До Хён оглянулся на Чжио — она стояла с закрытыми глазами и уже чертила звёздную карту.

«Звезда была права!..»

---

Тгк: t.me/karadaark

Прочитать больше на бусти: boosty.to/kara_dark