Да и опять притворяться слабачкой было лень, к тому же Бэк До Хён в прошлой итерации говорил, что тайминг для раскрытия личности имеет решающее значение.

Раз уж всё равно пришлось вернуться, почему бы не пожить чуть более комфортно? Она всего лишь изменила реальность так, чтобы раскрыть только своё имя… но почему?

Нет, реально, почему?!

«Какого хера это привело к созданию гигантской тайной секты?!»

Более того, судя по всему, эта организация существовала уже больше десяти лет, а так называемые «ложи» были раскиданы по столицам всех стран мира — полноценный международный тайный культ по лору.

«Это же буквально масоны, нет?»

— Не поймите превратно, братья. Хоть этот портрет и был получен благодаря незначительной помощи наших братьев-масонов, с которыми мы фактически единое целое, но…

«Блять, вы реально одно целое?!»

— …Хочу заявить, что в процессе этого не было никаких бесстыдных намерений или попыток раскопать личную жизнь Её Величества.

— Тогда, Магистр Ложи! Как вы умудрились достать Её портрет? Неужели… неужели Она… знает о нашем существовании?!

— Нет.

После решительного отрицания Магистра по залу прокатился дружный вздох разочарования.

«Вы-то чего расстроились, сектанты с раздутым эго? Нахрен вы мне сдались, чтобы я о вас знала».

Однако Магистр коротко усмехнулся, давая понять, что отчаиваться рано. Он покачал головой и простёр руку:

— Полагаю, некоторые из вас уже слышали новости из других лож… Что ж, пришло время пригласить её сюда.

— Неужели?!

— Так слухи были правдой?!

Зал наводнил взволнованный ропот.

Чжио, тайно наблюдавшая за происходящим, с трудом сглотнула слюну.

Вот и виновник, из-за которого Кён Чжио притащилась в это мрачное подземное логово.

— Братья, представляю вам! <Свидетели Святого Маджона>, наш новый Великий Пророк!

Шурх…

Звук длинного подола платья, волочащегося по полу.

И снова вспышка прожектора, бьющая сверху.

Под галантным конвоем Магистра Ложи из тени плавно вышла женщина.

Из-под глубоко надвинутого капюшона виднелись длинные каштановые волосы.

— …Пришла, увидела, ушла.

От этого божественного, чистого голоса, в котором, казалось, сквозила сама духовная сила, присутствующих бросило в дрожь.

Почувствовав на себе сотни взглядов, она с глубоким благоговением вскинула обе руки к небу.

— О, святой мой Маджон! Слава Тебе, наш Повелитель Людей! Тот, кто родился человеком и стал звездой, а из звезды обратился в само Таинство! Наш лидер и вождь, явившийся как Демон и дарующий блага как Таинство!

Она высоко задрала подбородок, и капюшон мантии с шорохом съехал назад.

Её лицо до половины закрывала маска, но безумие, пылавшее в её глазах, невозможно было скрыть ничем.

На Чжоён громогласно воззвала к толпе:

— Я, Великий Пророк, узрела всё в Твоём предначертании! Веруете ли вы, дети Маджона?!

— Веруем!

— Слава Ей!

Зал заполнился яростным, взрывным экстазом.

Находясь в самом центре и впереди всех, На Чжоён яростно замахала руками и устроила полноценный перформанс под крики «Веруете?!»

Напористость была такой, будто кандидат в президенты толкает речь на предвыборном митинге.

Кён Чжио наблюдала за этим безумным зрелищем с ходящими ходуном зрачками, а затем крепко зажмурилась.

«П-повысила уровень!..»

Фанатичка На Чжоён всего за месяц после регрессии эволюционировала в лидера секты.

— …Отступаем. Срочно отступаем.

Это не трусость, это тактическое отступление. Ага.

✧

— И поэтому ты сбежала?

— Слышь, я же только что сказала — тактическое отступление. Ты корейский вообще не до конца пропатчил?

— Так это одно и то же.

В голосе мужчины отчётливо слышался смех. Он откровенно её дразнил. Чжио, даже не оборачиваясь, резко выкинула ногу назад и со всей дури пнула его по голени.

Ему ведь даже не больно, но этот придурок чисто механически выдал:

— Ой.

— Хм.

— Ой-ой-ой.

— Заткнись.

— Ой-ёй-ёй-а-а.

— Да хорош уже!

Она сердито обернулась и увидела Чжин Гёуля, который, опёршись руками на магазинную тележку, демонстративно и довольно лыбился.

— Раз уж ударила, надо бы и подуть, чтобы не болело. Чего ты сразу в кусты?

— Хочешь получить по-настоящему?

— Жёнушка, чмокни.

— Пожалуйста, хорош нести херню.

— Я уже сколько раз говорил, это не херня, а ласка.

— Извини, конечно, но мне твоя ласка на хрен не сдалась. С какого перепугу ты используешь эту низкосортную поп-культуру без согласия второй стороны? Это вообще-то долбаное насилие.

— Моя жёнушка совсем не хвалит меня, даже когда я веду себя мило, вот и приходится выкручиваться как могу.

— Тебе не кажется, что сама твоя прерогатива быть «милым» изначально ошибочна? Слышь, муженёк хренов?

— Ты слишком жестока.

…Стоп, у него тон сейчас немного изменился?

Чжио, до этого вяло огрызавшаяся, покосилась на него. Чжин Гёуль, лениво привалившись к тележке, небрежным жестом закинул туда упаковку черри.

«Обиделся, что ли?»

Эх… Ну что за геморрой ходячий.

Чжио аккуратно положила ладонь на его предплечье, лежавшее на ручке тележки.

Гёуль скосил на неё взгляд.

Делая вид, будто она вообще ни при чём и просто высматривает помидоры, Чжио навалилась на него всем весом. Мышцы под её ладонью заметно напряглись.

Оказавшись в положении, когда она практически прижималась к нему, Чжио буднично надула губы:

— А я хочу-у-у черри-помидоры со стевией. Не эти.

— …

— Ну?

— …Охренеть можно.

— Чего-о.

Когда она состроила максимально невинную рожу, Чжин Гёуль со смешком покачал головой.

Он вытащил упаковку черри, которую только что закинул в тележку, взял другую и легонько, совсем не больно, стукнул ею Чжио по лбу.

— Охренеть можно от того, что на меня это до сих пор действует.

— Что действует?

— Хватит мной манипулировать. Мелкая мошенница.

— Угу.

Чжио прыснула со смеху и снова пошла впереди.

Они находились в крупном гипермаркете, расположенном довольно далеко от их района. Обычно здесь было не протолкнуться, но для вечера буднего дня народу оказалось немного. Из-за того, что пришлось караулить тайное сборище На Чжоён, они выбрались поздно, но так даже лучше.

— «Бинч», «Бинч» — это классика.

Напевая под нос, Чжио набрала в охапку кучу любимого печенья и вернулась к тележке.

Чжин Гёуль уже стоял возле мясного отдела.

На нём были удобные спортивные штаны, обычная белая футболка с коротким рукавом и накинутая поверх зипка.

Одежда проще некуда, даже аскетичная, но благодаря шикарным пропорциям и телосложению выглядел он как с иголочки. Особенно убивали плечи, широкие, как Тихий океан.

Она приближалась к нему, с удовольствием залипая на эту картину, как вдруг…

— Ч-что за…

Чжио вздрогнула и замерла. Стоп.

«Что это за атмосфера вообще?..»

«Объявление области?..»

Кто-то решил зачистить зону прямо в местном супермаркете?

Ей не показалось.

В радиусе 200 метров вокруг Чжин Гёуля образовалось какое-то невероятно липкое и странное движение.

«На него же все пялятся?..»

И это не были бредни женщины, у которой включился режим ревнивой сучки после начала отношений, это был чистый факт.

Он ведь даже не при параде — нацепил какое-то худи, валявшееся дома, но люди вокруг сворачивали шеи, проходя мимо.

Причём ладно бы только женщины.

Чжио чуть не выпала в осадок, когда увидела, как здоровые мужики всех возрастов замирали на ходу, а потом делали шаг назад, чтобы просто рассмотреть его.

«Это что за… омегаверс наяву?»

Из него что, вовсю сочатся феромоны ультрадоминантного альфы, о которых я не в курсе?

«Я что, блять, бетой всё это время была?»

Через зрение Созвездия, которое было развито лучше, чем у кого-либо, Чжио отчётливо видела, как у людей, приближавшихся к зоне Чжин Гёуля, резко учащался пульс и проступал яркий румянец.

«Да что за хрень тут происходит?..»

『Охо, как любопытно. Надо же, какой побочный эффект.』

— Ч-что?

Её голос слегка дрожал от нехорошего предчувствия, но Вавилон, у которого датчик такта явно барахлил, продолжал тараторить:

『Я про супруга Верховного Администратора, Первый Лик Вице-короля. Большая часть его ранга сейчас находится на стадии восстановления, из-за чего он вообще не может использовать силу, верно?』

— И что с того?

『Как это «что»? Из-за этого исходящее от его ранга давление естественным образом снизилось. И, как видите, существа более низкого ранга теперь воспринимают его как чертовски привлекательного партнёра для спаривания. Весьма занятный феномен…』

— Ч-что?! Ах ты ж сумасшедший! Что ты брякнул? Что?! Для чего партнёра?! Да как эта похотливая шимпанзе вообще смеет нести такую похабщину в моём присутствии?!

『…Э? Что Вавилон опять сделал… Нет, важнее другое: почему вы так взбесились?..』

— Когда это я взбесилась?! Прибью на хрен!

『…Слушаюсь.』

『В любом случае, как и ожидалось… Его биологическая внешность идеальна для 120 миллиардов миров — с вероятностью около 97.00098% он признан главным красавчиком Вселенной. Посмотрите сами, Верховный Администратор. У людей буквально слюни текут. Какое зрелище.』

Чжио резко повернула голову.

Она увидела, как к Чжин Гёулю, который только что выпрямился, выбирая мясо, направились несколько девушек.

Намерение подкатить было более чем очевидным!

Тук-тук, тук-тук.

Она уже сама не понимала, чей бешеный пульс стучит в ушах — этих девиц или её собственный.

Коробки с печеньем «Бинч», которые она бережно прижимала к себе, как енот сахарную вату, с грохотом посыпались из рук.

И почти в тот же миг Чжин Гёуль перевёл взгляд на подошедших.

— Извините, а можно…

— Занят. Проходите мимо.

— Женат.

А?

— …Что?

— Ах… Да, ой! Извините, пожалуйста.

Дамы ретировались со скоростью, не идущей ни в какое сравнение с осторожным приближением.

Чжин Гёулю было глубоко плевать. Он укладывал тщательно отобранные лотки с мраморной говядиной в тележку и мысленно горько сокрушался.

«Ха».

«Кён Чжио должна была это видеть… Ну что за тайминг хреновый…»