— Я опасен.

Несмотря на сказанное, Набель вел себя смирно. В доме Риеды он открывал рот только если рядом была Рони. Он ни разу не заговорил в присутствии других, особенно графа или его жены. Он только бросал враждебные взгляды.

— Эта невоспитанная тварь! — леди Риеде совсем не понравился взгляд Набеля.

— Выкиньте его отсюда! — приказала она стражникам. Но Рони не бросила Набеля на произвол судьбы.

— Мама, боюсь, вы не имеете права выбрасывать этого ребенка, — Поскольку именно она купила Набеля в рабство, она была права. Хозяйкой Набеля была Рони, и если она того не хотела, то его нельзя было выставить на улицу.

Вопрос был бы решен, если бы они могли просто вышвырнуть и Рони, но они не могли. Они все еще ждали ответа из храма относительно этого “проклятого ребёнка”.

Изнаально Храм был очень неравнодушен к вопросам ереси, но теперь лишь ограничивался простым призывом: «Если вы обнаружите зло, не выпускайте его в мир, но ждите».

Итак, было ли это благословением или проклятием, Рони смогла остаться в доме Риеды.

— Тогда выколи эти грубые глаза или сделай что-нибудь!

В дни, когда ее магия на какое-то время пропадала, леди Риеда, в конце концов, направляла свое волшебство на Набеля. На этот раз не огненный шар, а молния. Маленькие черные облачка появились в коридоре, и небольшие разряды ударили в Набеля.

*Бах!*

Сила леди Риеды, мага третьего ранга, была не так уж велика. Но для того, чтобы навредить маленькому ребенку, её было вполне достаточно.

Как только лицо леди Риеды исказилось в страшной гримасе, Рони заслонила собой Набеля. Благодаря этому единственным повреждением, которое они оба получили, был опаленный подол одежды Рони.

— Рони, — Набель сжал свои маленькие кулачки так сильно, что они побелели.

Никто из них не пострадал, но его глаза становились все темнее и темнее. Дом Риеды, за которым он наблюдал, действительно был, как и сказала Рони, опасным местом. Местом, где только Райн относилась к Рони по-доброму. Здесь, где со всех сторон были враги, они могли надеяться только друг на друга.

— Это дом, где мы поклоняемся Богу Туне, — сказал Девант, капитан рыцарей Дома Риеды, вздернув подбородок.

Туна — Бог, которому так преданно поклонялись эти люди.

Взгляд воина, устремленный на Рони, был полон презрения. Он говорил с ней вежливо только из уважения к ее положению, но никакого уважения лично к ней он не питал. Он не стал бы так обращаться с ней, если бы не ярлык “нечестивой”, наложенный на нее храмом.

— Так что, пожалуйста, не создавайте проблем. Вы понимаете, миледи?

*Бах!*

После того случая, когда молния леди Риеды поразила не Набеля, а Рони, капитан Девант фактически запер детей в их комнате. Они не знали, чей это приказ, но в доме не было никого, кто бы воспротивился ему.

— Кто это сделал? — Набель смотрел на выжженный черный подол Рони, в то время как взгляд девушки метался туда-сюда.

К счастью, она не пострадала. Набель вздохнул с облегчением, но в то же время был опечален тем, что она так естественно защищала его, зная, что она не пострадает. Но Набель понимал, что отсутствие ран на теле не означает, что ты в порядке.

— Это капитан Девант, — сказала Рони, глядя на дверь. Райн поспешила принести ей сменную одежду.

— Капитан Девант… — повторил Набель тихим и холодным тоном, словно запоминая это имя.

— Моя мачеха привезла его с собой.

Он был верным последователем бога Туны, и он был очень нетерпим по отношению к Рони. Он вспомнила их первую встречу. Туна сказал, что людей надо беречь. Но Рони в этом месте не считалась человеком.

Она не была гордой или выскомерной, но оказалась достаточно нахальна, чтобы отвергнуть дар Богов.

— Такого человека надо отправить к Богам для реабилитации! — в голосе Деванта звучали удивление и презрение, как будто он не знал, что такой человек на самом деле может существовать. Он сомневался, что кто-то, подобный ей, осмелится жить, и был уверен, что ее грех не только в отвержении магии.

— Понятно, — холодный взгляд Набеля прожег дверь насквозь.

— Миледи, — в этот момент подошла Райн.

Хотя она и уходила за сменой одеждой, но вернулась с пустыми руками. Она склонила голову, с извиняющимся выражением лица.

— Ваша сменная одежда еще не высохла. Вы сможете подождать час, миледи?

Райн не знала, что делать, но Рони понимающе кивнула в ответ. Причина, по которой у нее не было одежды, была не в том, что Райн плохо выполняла свои обязанности. В этом были виноваты слуги, которые приносили в ее комнату только старую и грязную одежду. Горничная постирала и починила эти вещи так, что они выглядели почти как новые.

— Все в порядке, — ответила Рони, слегка кивнув, и Райн снова склонила голову.

Чувствуя, что атмосфера становится все тяжелее, и желая как-то улучшить её ради своей драгоценной молодой госпожи, Райн бодро заговорила:

— Кстати, я кое-что слышала от других служанок.

Райн отошла немного в сторону, подготовила чайные чашки и налила в них воду. Она старалась не дать своей хозяйке скучать за этот час.

Набель взглянул на Райн, потом снова на Рони.

— Что же?

— Говорят, что с Домом Милтан на западном континенте что-то случилось.

Набель застыл.