В Кимберли общешкольные собрания проводят крайне редко, потому что они банально не нужны. Новости можно донести и через систему оповещения. Кроме того, многие сидят в лабиринте сутками напролёт, занимаются важными исследованиями, у них нет свободного времени. В общем, ученики единодушны в своём мнении: не нужно отвлекать по пустякам.

И всё-таки порой приходится нарушать негласное правило.

О мероприятии объявили ещё за неделю, причём особо подчеркнули, что за неявку будет положено суровое наказание. Очевидно, случилось нечто из ряда вон выходящее.

В назначенный час в большом зале собралась практически вся школа.

— Благодарю за понимание. Никому не двигаться, пока я не разрешу, — раздался в тишине ледяной голос.

Ведьма из Кимберли покинула сцену и прошлась между рядами учеников. Цепкий взгляд скользил по лицам, задерживаясь всего на мгновение, но даже так Оливеру понадобилось призвать всю свою выдержку, чтобы сохранить спокойствие.

Наконец она закончила и негромко обронила:

— Шестеро.

Немного позже директор собрала учителей в зале совещаний на третьем этаже.

— Как вам уже известно, Аристид бесследно исчез, — бесстрастно сообщила она со своего трона во главе овального стола.

Сразу стало очень неуютно.

— М-да, приплыли…

— Неужели кому-то удалось обойти протомагию? Даже среди нас на такое способны единицы.

— А-ха-ха-ха! Я бы и при жизни не осмелился бросить ему вызов!

Пока голем-Форгьери визгливо смеялся, остальные дружно обернулись к Ванессе Олдисс.

Преподаватель магической биологии забросила руки за голову, откинулась на спинку кресла и хмыкнула:

— Ну да, ну да, и сразу я. Конечно, мы же так удобно с ним недавно поцапались.

— Вот и объяснись. Не хотелось бы тратить ресурсы мозга на мысли о том, как прикопать тебя, — пробасил Давид Хольцварт, профессор магической ботаники.

— Объясниться? С чего бы? Думай что хочешь, мне вообще не упёрлось тебя переубеждать, — бросила Олдисс и превратила руку в когтистую лапу. — Наоборот, я с радостью устрою тут резню.

— Тварь.

На виске Хольцварта запульсировала жилка.

Они точно бросились бы друг на друга, если бы не библиотекарь Иско Лииканен.

— Прекратите сейчас же! — воскликнула она. — Нашли время для глупых ссор! Неужели вы не понимаете? Пропал профессор Аристид, величайший маг, который столько лет защищал нашу школу… нет, весь мир! Это угроза глобального масштаба!

Уважение перевесило страх перед коллегами.

Хранитель школьных знаний безмерно гордилась тем, что работает вместе с прославленным философом, старалась брать с него пример, не раз обращалась за советом, поэтому и скорбела сильнее прочих.

— Тише, Иско, не кипятись. Конечно, мы понимаем, — мягко коснувшись её сжатого кулака, заверил Тед Уильямс, преемник Дария Гренвиля на посту преподавателя алхимии. Он был самым молодым среди учителей, из-за чего редко брал слово на собраниях, но сегодня следом за Лииканен отбросил колебания. — Безусловно, ты права. Хватит переливать из пустого в порожнее. Я очень удивлюсь, если мы разойдёмся, всего лишь условившись приглядывать друг за другом. Профессор Аристид тоже был бы разочарован, не так ли?

Вежливо, но твёрдо он упрекнул коллег.

Фрэнсис Гилкрист, обучающая юных магов премудростям заклинательных наук, величественно кивнула.

— Совершенно верно. Дарий, Энрико, Деметрио… Колоссальная потеря. Особенно жаль Деметрио. Он был одним из немногих, кому я со спокойной душой могла вверить судьбу мира на следующую тысячу лет, — сказала старейшая ведьма на свете, расщедрившись на редкую похвалу.

Олдисс тихо фыркнула, но промолчала, как и остальные преподаватели. Несмотря ни на что, они все тяжело переживали утрату выдающегося чародея.

— Аристид исчез через несколько дней после выборов главного старосты, — произнесла Эсмеральда, возвращая разговор в нужное русло. — Произошло это, вне всяких сомнений, во внешнем кольце четвёртого уровня, на равнине для медитаций. Я отправилась туда сразу, как он перестал выходить на связь, однако нашла лишь выжженную пустошь. Кто-то потрудился замести следы, причём очень успешно. После Энрико остался Деус экс макина, на этот раз улик практически нет.

Учителя помрачнели.

Внутри своих владений профессор Аристид чувствовал себя свободнее, чем в собственной мастерской. Если он проиграл, значит, враг обладал немыслимой мощью.

— Вместе с тем в финале боевого турнира обе команды выложились на полную. Линтон был вынужден отсечь ядовитую руку. Белтрами вступил с ней в прямой контакт. Ингве запредельной нагрузкой переломала ноги. Альбшух наложила на себя запретные чары. Годфри и Эчевалрия осушили резервы магической энергии до дна, — перечислила Эсмеральда. — Никто из них не успел бы восстановиться до такой степени, чтобы бросить вызов учителю.

Иными словами, сильнейшие ученики Кимберли были не в состоянии сражаться.

— Кроме того, мы установили наблюдение за более-менее способными старшекурсниками. Разумеется, не круглосуточное — это попросту нереально, особенно в лабиринте, — однако достаточное, для того чтобы определить, могли они объединиться и напасть на Аристида или нет. Итоги неутешительные. Даже самый многочисленный отряд не справился бы с ним.

На этом ведьма смолкла.

Переваривая сведения, Хольцварт заметил:

— Аристид точно не сдался бы без боя и забрал несколько подонков с собой в могилу. Госпожа директор, сколько учеников пропустили собрание?

— Шесть. Хотя мы уведомляли о наказании.

Теодор Макфарлейн, работающий в Кимберли на полставки, сложил руки на груди.

— Маловато. Если бы они сражались с профессором Аристидом, то потеряли бы гораздо больше людей. Скорее заперлись в мастерской и ни о чём не слышали или вовсе распрощались с жизнью по другим причинам. В конце концов, шестеро — это не так уж и много, вполне в рамках среднегодовой погрешности.

— То есть нашкодили не дети, а… Ну, вы поняли! — выпалил голем-Форгьери то, что другие не решались озвучить, и зашёлся визгливым смехом.

Недвусмысленный намёк уловили все.

— До конца исключать этот вариант не будем, — возразила Эсмеральда. — В числе отсутствующих главный редактор третьего издательства Джанет Даулинг и некромант Кармен Аньелли.

Макфарлейн нахмурился.

— Странно. Мисс Даулинг в своей газете активно муссировала слухи об исчезновении профессоров, а мисс Аньелли должна была интересоваться результатами исследований мистера Ливермора. Они бы не пропустили собрание.

— Вероятно, Даулинг пыталась расколоть наши ряды… Но это всего лишь предположение, для каких-то заявлений не хватает даже косвенных улик. Может, обыскать её издательство?

— Уже обыскиваем. Позже я допрошу репортёров, — ответила Эсмеральда и окинула взглядом собравшихся за столом. — Итак, Годфри, Эчевалрия и другие талантливые ученики однозначно невиновны. Остальным, как я уже упоминала, не хватило бы сил одолеть Аристида. Но — и я подчеркну это! — самим по себе. Вполне вероятно, что им помогал кто-нибудь из учителей, — веско сказала ведьма. — Железное алиби есть только у Хиселы Зоннефельд, Иско Лииканен и Теда Уильямса. Зоннефельд практически не покидает больничный отсек, Лииканен — библиотеку. Уильямс, ты в принципе не спускаешься в лабиринт и постоянно контактируешь с другими преподавателями. За всё время ты пропадал из поля моего зрения максимум на несколько минут. Очевидно, этого мало, чтобы добраться до четвёртого уровня.

Преподаватель алхимии чуть заметно изогнул бровь — он не ожидал, что меры предосторожности действительно пригодятся.

— Остальные под подозрением, и я учту это во время расследования, — жёстко добавила Эсмеральда.

Бальдия Мвезикамили, профессор проклятий, весело взглянула на соседку.

— Ванни, тебя, похоже, собираются допрашивать!

— Жду не дождусь. Интересно, будут ногти вырывать? У меня их сколько угодно, — ухмыльнулась Олдисс и отрастила когти на руках.

Директор пропустила подначку мимо ушей.

— Но не будем забегать вперёд. Пока я решала, чем заняться в первую очередь, со мной связались оттуда. — Она небрежно указала за окно.

И вновь в зале установилась мёртвая тишина.

Учителя знали, что после смерти трёх могущественных магов дело выйдет за пределы Кимберли.

— Аристид тесно контактировал со штаб-квартирой. Когда он пропал, наверху догадались, что у нас серьёзные проблемы, и предложили провести на месте собственное расследование. Я могла бы отказать, но…

— Но они обращались и после исчезновения Дария, и после профессора Форгьери, — со вздохом закончил Макфарлейн. — Пришлось согласиться, чтобы не обострять отношения.

Большинство преподавателей обладали огромным влиянием в магическом обществе, благодаря чему Кимберли сохраняла автономность. С падением трёх столпов школа утратила прежний вес на политической арене. Если руководство хотело обеспечить ей достойное будущее и сохранить связи внутри штаб-квартиры охотников на гностиков, оно должно было позволить стороннее вмешательство.

— Они настаивают на кадровых перестановках: пришлют к нам на год своих людей, а мы отправим кого-нибудь на фронт, — пояснила Эсмеральда. — Ванесса, Бальдия, это задача для вас. Повеселитесь там.

— Ура! Только я и Ванни — и больше ни души!

— Даже так? Ну ладно, пускай. Будем считать, у меня отпуск.

Уильямс украдкой выдохнул.

Олдисс занимала первое место в списке подозреваемых, а Мвезикамили дружила с ней ещё со школьной скамьи — иначе говоря, тоже могла быть причастна. Кроме того, профессор биологии вела себя чересчур вызывающе. Разумнее было отослать её развеяться, пока словесные перепалки не переросли в смертельную схватку. С другой стороны, Кимберли теряла сильного бойца.

— Я не в восторге, однако надо заполнить брешь, оставшуюся после Аристида, — продолжила Эсмеральда. — К нам устроятся три новых преподавателя. Двоих я отобрала лично, о них всё известно. Последний же… личность весьма примечательная. Постарайтесь держать его в узде.

Учителя кивнули.

Несколько поколебавшись, Уильямс подал голос:

— Госпожа директор, прошу прощения, позвольте задать вопрос.

— Говори, Уильямс.

Алхимику стоило немалых трудов выдержать пристальный взгляд ведьмы.

— Дарий Гренвиль, Энрико Форгьери, Деметрио Аристид — три исчезновения подряд. Как вы считаете, может, их связывало нечто большее, чем просто должность в Кимберли?

Разом повисло напряжение — хоть ножом режь.

Эсмеральда прищурилась.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что неведомый убийца выбирал их целенаправленно. В противном случае он пришёл бы в первую очередь за мной — самым слабым среди учителей. По какой-то причине ему нужны именно сильные маги.

Уильямс отвечал, а по спине его катился холодный пот. Он ступил на очень опасную территорию и уже не мог повернуть назад, поэтому сунулся ещё дальше.

— До меня начали доходить странные слухи как в Кимберли, так и за её пределами. На первый взгляд — обычные сплетни, и всё-таки кое-что в них настораживает…

— Не тяни, — приказала Эсмеральда.

Глубоко вдохнув, мужчина выпалил:

— Люди поговаривают, что Хлоя Хэлфорд на самом деле инсценировала свою смерть, залегла на дно, а теперь вернулась в Кимберли и собирает кровавую жатву. Вроде бы бред бредом, но зерно здравого смысла тут есть. Амбикастер, какой я её знал, вполне могла расправиться с Дарием, Энрико и Деметрио. Почему она это сделала? Думаю, ответ очевиден.

Он прервался, отслеживая реакцию коллег.

— Хочешь сказать, они устроили покушение на Хлою Хэлфорд, а она теперь мстит? — уточнила Эсмеральда.

— По крайней мере, таковы слухи, — поправил Уильямс и вытер вспотевший лоб.

Судьба Хлои до сих пор была окутана ореолом тайн. По официальной версии она погибла, однако в истории оставалось много белых пятен, и за прошедшие годы энтузиасты выстроили десятки самых разных теорий, подчас неимоверно диких. Многие робко надеялись, что прославленная ведьма выжила. Но сейчас дела обстояли иначе.

— Я в них не верю, — продолжил чародей. — И всё-таки призываю вас держаться настороже. Какой бы бесконечно малой ни была вероятность, она есть. Уверен, не нужно объяснять, почему стоит опасаться Амбикастер.

Все промолчали.

Хлоя в одиночку могла разрушить баланс сил, сложившийся в мире магии. За это её уважали — и боялись. Если ведьма замыслила уничтожить Кимберли, то смерти Дария, Энрико и Деметрио были только началом.

— Безусловно, я говорю это вовсе не для того, чтобы направить расследование по ложному следу. Скорее хочу отсечь всё лишнее и для этого вижу необходимость покопаться в прошлом. Может, вы знаете, это они убили или попытались убить Хлою Хэлфорд? — прямо спросил Уильямс.

Ему ответила не Эсмеральда, а Макфарлейн:

— Хлоя угодила в засаду гностиков. Я лично обследовал место происшествия и нашёл множество улик, которые могли оставить только культисты. По-вашему выходит, что профессор Аристид объединился с ними и напал на Хлою.

— Согласен, такое вряд ли могло случиться. Но что, если он подделал улики? Или расправился с Хлоей, а потом и с гностиками?

— Ах, значит, у нас не только профессор Аристид — подлый предатель, но и я слепец, — насмешливо протянул Макфарлейн. — Хорошо, допустим, за исчезновениями стоит Хлоя. Тогда что вы скажете насчёт почерка? Хлоя ненавидела бить исподтишка. Скорее она явилась бы в школу средь бела дня и начистила обидчикам лицо.

«Резонно», — признал алхимик.

Даже охваченная жгучей ненавистью, Хлоя никогда не воткнула бы кинжал в спину. В этом профессора не сомневались, как бы иронично оно ни звучало.

— Кроме того, если бы она выжила, мир был бы намного светлее, — с грустной улыбкой добавил Макфарлейн и повернул голову к Уильямсу. — Хорошо, я буду иметь в виду вашу версию, однако на данный момент она кажется настолько невероятной по сравнению с другими, что не заслуживает особого внимания. Кроме того, внутришкольная проверка расставит всё по местам. Такое вас устроит?

— Конечно. Я лишь хочу отметить, что, узнав, почему выбор пал именно на Дария, Энрико и Деметрио, мы сильно продвинемся в расследовании, а также… сумеем предсказать, кто будет следующим.

Уильямс сказал всё, что хотел.

До сих пор они постоянно были на шаг позади убийцы. Определить мотив — вот первоочередная задача.

Собрание закончилось на тяжёлой ноте.

— Т-тедди, прости, пожалуйста, но мне кажется, надо было вести себя чуточку скромнее, — неуверенно проговорила Лииканен.

Уильямс немного подумал, прислушиваясь к шагам, эхом отражающимся от каменных стен коридора, и негромко сказал:

— Это они убили Хлою.

— Что?

— Сразу отмахнулись от версии с выживанием — значит, точно уверены, что такого не может быть. Вероятно, замешаны все члены тайного совета. Директор неспроста послала к охотникам профессора Олдисс и профессора Мвезикамили. Так она избавилась от главных подозреваемых и заодно уменьшила список вероятных жертв.

Сегодня Уильямс получил прямое доказательство своей теории.

Тайным советом негласно называли группу учителей, которые руководили школой. Приглашение получали только те, кто обладал немалым опытом и знал тёмные секреты Кимберли. Гренвиль, Форгьери и Аристид, скорее всего, тоже состояли в нём. Возможно даже, совет первоначально создали, чтобы спланировать убийство Хлои Хэлфорд.

Тед взглянул на ошеломлённую спутницу.

— Иско, ты не думай, какой бы ни была правда, я им и слова плохого не скажу. Многое до сих пор остаётся неясным, но я работаю в Кимберли и поддержу своих коллег в любом случае. Тем более у них наверняка просто не было другого выбора.

С таким заявлением он свернул за угол и быстро зашагал вперёд. Иско поспешила следом.

Наконец впереди, на пересечении двух коридоров, показался невысокий чародей.

— Профессор Хеджес! — крикнул Уильямс.

Дастин Хеджес, преподаватель полётов на метле, обернулся и вскинул брови.

— Тед? Ну, ты, конечно, выдал. Учись держать рот на замке, а то долго не проживёшь. Тут же кругом одни монстры.

— Увы, да, пока что я самый слабый из профессоров.

Уильямс никогда не считал себя полноценной заменой Гренвилю. Педагогом он был, безусловно, хорошим, однако в исследованиях на несколько голов уступал даровитому предшественнику. Впрочем, иногда хилым и невзрачным удаётся добиться успеха там, где оступились сильные.

— Поэтому мне нужен монстр-друг. Не хотите объединить усилия?

Лииканен изумлённо выпучила глаза.

— Тедди!

— Иско, ты же с нами? Я знаю, ты тоже хочешь защитить школу.

Хеджес мельком осмотрелся. В Кимберли даже у стен были уши, а они стояли посреди пустого коридора и разговаривали в полный голос, даже не выставив звукопоглощающий барьер. По всей видимости, Уильямс не собирался ничего утаивать.

— Ладно, я понял, ты у нас открытая душа. Ну и? Что дальше?

— А дальше я хочу провести собственное расследование. У директора и остальных членов тайного совета слишком много секретов. В своих нескончаемых сомнениях они только мешают друг другу.

«Это верно», — согласился Хеджес про себя.

Всё указывало на то, что сейчас начнётся тотальная слежка всех за всеми. Основные подозреваемые будут связаны по рукам и ногам, и только серенькие мышки вроде Теда Уильямса сохранят свободу.

— Пока они грызутся, я хочу собрать надёжную команду и послушать, о чём говорят в школе. Мы с Иско практически никак не связаны с борьбой за власть между учителями. Вы, профессор Хеджес, хоть и сильный маг, но тоже не одобряете, к чему всё движется. Я доверяю вам и полагаю, что вы более чем достойны занять место в явном совете, который будет основан здесь и сейчас.

Дастин прищурился.

— Явный — против тайного. Нарываешься на ссору с директором?

— Наоборот, хочу помочь. Если бы директор лично создала явный совет, мы были бы очередной группкой учителей под её железной пятой. А так, благодаря спонтанности, мы сохраним независимость, — ответил Уильямс. — Кроме того, нас объединяет ещё кое-что — малая увлечённость личными исследованиями. Другие нередко закрываются в мастерских, лишая себя алиби, однако мы с вами, профессор Хеджес, в первую очередь занимаемся учениками, а Иско не покидает библиотеку. То есть сможем присматривать друг за другом и за остальными преподавателями, не отвлекаясь от обязанностей.

Хеджес кивнул.

— Резонно. Но давай-ка начистоту. Ты из себя приманку решил устроить, так?

Иско громко охнула.

Уильямс ответил не сразу, но, когда заговорил, голос его звучал твёрдо:

— Надоело терять незаменимое. Я встану костью в горле убийцы, и он должен будет переключить внимание на более лёгкую цель. Уже достижение, не правда ли?

— Ну…

— Можете предоставить меня самому себе, ваше право. Однако в одиночку я долго не протяну. Вместе с Иско — тоже. А вот в компании с ветераном воздушных боёв у нас будут шансы выжить и докопаться до истины.

Хеджес выдержал прямой взгляд алхимика.

— Не вижу для себя никакой выгоды. С чего бы мне соглашаться?

— С того, что ваша, скажем так, панихида по мисс Эшбери слишком уж затянулась, — улыбнулся Уильямс.

Дастин нахмурился.

— Знайте, я сделаю это — с вами или без вас, — продолжил Уильямс, сжав кулак. — Совесть не позволит остаться в стороне. Я должен оправдать доверие Дария.

В коридоре раздался тяжёлый вздох.

Несмотря ни на что, профессор Хеджес терпеть не мог бездействовать, когда хорошие знакомые шли на верную смерть.

— Умеешь ты надавить… Ладно, уболтал. Мне тоже надоело пялиться в небо и осознавать, что никогда больше не увижу её. — Он размял плечи, хохотнул и легонько стукнул Уильямса по груди — Включай меня в этот свой явный совет. Дай добрую метлу, вулхдрайг[1] и широкое небо — и я завалю хоть самого бога!

---

[1] Специализированный атам для магических воздушных сил. По форме ближе к клюшке. Упоминался в 6 томе.

---

Естественно, выступление Уильямса на собрании не прошло незамеченным.

— Тед сегодня прямо удивил, — заметил Макфарлейн.

— Это да, — отозвался Гарленд. — Он всегда был спокойным и вежливым, но с таким внутренним стержнем, что диву даёшься

Кроме того, их молодой коллега говорил правильные вещи.

— Без профессора Аристида нам придётся туго. Как думаешь, меня пригласят в тайный совет?

— Наверное, профессор Гилкрист предложит, но директор откажется. Она не хочет, чтобы ты участвовал в этом. И, если честно, я тоже, — пожал плечами Макфарлейн и сосредоточенно погладил подбородок. — А что до Хлои… Я, конечно, дал Уильямсу от ворот поворот, однако версия на самом деле стоящая. Пусть и не совсем в таком виде.

— То есть?

— У Хлои были не только враги, но и поклонники. Уверен, среди нынешних учеников их полно. Скажу больше, среди учителей тоже. Вот тебе и мотив. Правда, в таком случае ты, её личный ученик, первым попадаешь под подозрение, — с лёгким смешком заметил Теодор.

Гарленд сложил руки на груди.

— Отомстить учителям за Хлою… Хм, знаешь, а ведь я и впрямь мог бы пойти на такое.

— Давай на этом и остановимся. Не прибавляй мне головной боли.

— Не буду, старина, не переживай. Но видишь ли, какое дело. Первый в списке мстителей не я, а как раз-таки ты.

Возникло неловкое молчание.

На лице Макфарлейна не отразилось ни единой эмоции.

— Пока что мы не будем приглашать тебя в тайный совет, но от помощи не откажемся. Одолеть профессора Аристида мог только по-настоящему могущественный маг. Не представляю, как это можно было сделать. Одно ясно — он превзошёл пятый.

Гарленд задумался.

Взглянув на него, Теодор заметил:

— Лютер, ты улыбаешься.

Преподаватель магического фехтования прижал руку ко рту.

— Какой позор. Столько живу, а всё никак не научусь контролировать себя.