Глава 105. «Тайна рождения» (2) 

Акушерка измерила температуру, пульс и выделения Малеты и объявила: 

– Ребёнок точно в утробе. 

Лицо Малеты засияло от радости, но она переспросила: 

– Бабушка, это правда? 

– Ты видела когда-либо, чтобы я лгала? Срок ещё маленький, но это точно. Беременна. 

– Отлично……! 

Старуха цокнула языком, увидев, как молодая женщина обрадовалась при новости о беременности. 

Похоже, вся мораль и этика давно канули. 

– Пока будь осторожна. Не пей алкоголь. Не поддавайся мольбам отца ребёнка о близости. На раннем сроке может случиться выкидыш. Стоит действовать осторожно. 

– Да, да! – Малета протянула акушерке пять серебряных флоринов и поспешила обратно в резиденцию кардинала дэ Маре. 

Нужно немедленно сообщить эту радостную новость молодому господину Ипполито. 

Как только Малета вошла в парадные двери, она передала меховой плащ, который был на ней, стоявшему рядом доместику. Обращаясь с ним так, словно была его хозяйкой. 

Доместико, стоявший у дверей, посмотрел на Малету таким взглядом, словно спрашивал: «Эта женщина сошла с ума?», но, поддавшись инерции, в итоге принял меховой плащ. 

– Молодой господин––! – закричала во весь голос Малета, направляющаяся в комнату Ипполито на втором этаже. 

Мужчина как раз был у себя в комнате. Он лежал, читая книгу, что было для него редкостью. 

– Молодой господин, наша любовь принесла плоды! 

– О? – Малета представляла, как Ипполито обнимет её, ликуя, но тот остался неподвижно лежать. 

Однако Малета не собиралась сдаваться: 

– Молодой господин, когда же будет наша свадьба? 

Выражение лица Ипполито стало загадочным, но переполненная самоуверенностью Малета продолжила настаивать. Отчасти это было из-за волнения, вызванного отсутствием реакции мужчины, а отчасти самоуспокоением самой Малеты. 

Я ношу его ребёнка и что, если он не хочет этого? Брак – это уже решённый вопрос, – вот каким был настрой женщины. 

– Вы уже сообщили об этом Его Высокопреосвященству кардиналу и мадам Лукреции? Когда вы расскажете об этом? Молодой господин же сам сделает это? Будет лучше, если это будете вы, а не я, не так ли? 

Выражение лица Ипполито наконец дрогнуло. Оно изменилось в тот момент, когда в разговоре был упомянут Кардинал. Только вот это не было выражением лица молодого отца, радующегося появлению ребёнка. 

– Хорошо, Малета, – Ипполито поспешил ответить на град вопросов женщины. – Нужно рассказать об этом родителям. Хорошо, что мы заговорили об этом. Я сейчас же пойду и скажу матушке, – он быстро поднялся на ноги. – Никуда не уходи, просто подожди здесь тихо. 

– Да, да! – радостно закричала Малета, услышав желанные слова. 

С момента ухода Ипполито прошло около часа. Малета не ждала, что Ипполито тут же отправится к кардиналу дэ Маре и его супруге, чтобы сообщить о беременности своей возлюбленной и назначении даты свадьбы, но спустя час ожидания, когда мужчина так и не вернулся, начала чувствовать себя некомфортно. 

Неужели, он сбежал……? – промелькнула мысль в голове Малеты, но она продолжала сомневаться, что всё может зайти так далеко. Поэтому она собралась с духом. 

Даже если молодой господин Ипполито сбежит, лучшей стратегией будет родить ребёнка в этом доме. Я рожу старшего внука от их единственного сына, поэтому меня ни за что не выгонят. 

Пока Малета размышляла об этом, дверь в комнату открылась. 

– Молодой господин? – позвала она, поднимаясь с кресла с яркой улыбкой. 

Только ворвавшиеся внутрь люди оказались совершенно не теми, кого ждала Малета. Это была тётушка Лоретта, новая приближённая Лукреции взамен умершей главной горничной Джиады и несколько слуг дворецкого Николо. 

– Возмутительно! Девственница, которая даже не была замужем, забыла о том, что такое стыд и даже залезла в постель к другому мужчине?! 

– А? Что? 

– Не знаю, с кем ты крутила хвостом, но ты больше не можешь оставаться в этом особняке! 

– Как это с кем! Естественно, это ребёнок молодого господина Ипполито…… 

– Заткнись! Быстрее, вышвырните эту стерву! 

Слуги, отправленные дворецким Николо, схватили Малету за руки и за ноги. 

– А-а! – Малета сжалась, чтобы защитить низ живота, но крепкие мужчины вцепились в её руки и ноги и подняли её в воздух, оставляя беспомощной и уязвимой. 

– А-а-а! – отчаянно задёргала руками и ногами Малета. – Ублюдки! Отпустите! Вы знаете, чей ребёнок у меня в животе! Это ребёнок молодого господина Ипполито! 

– Ты, закрой свой рот! – закричала Лоретта, смущённая этими криками, ударяя Малету по щеке. 

– У меня в животе! Находится ребёнок молодого господина Ипполито! 

– Это просто абсурд! – Лоретта в спешке вытащила из переднего кармана грязное полотенце и засунула его в рот Малеты. 

– Ыы! Ыы! – с губ Малеты вырывались стоны, но было неясно были ли это звуки отвращения от того, что её заткнули кухонным полотенцем, желание сказать что-то или ощущение удушья. 

Однако силы Лоретты оказалось достаточно, чтобы заставить её замолчать. 

– Быстрее уходите! – она приказала мужчинам покинуть второй этаж, где проживали члены семьи дэ Маре, и быстро направила их в пристройку внизу. 

Соединённая с кухней, эта пристройка служила складом посуды, а также комнатой, где наказывали прислугу. 

***** 

Час назад Ипполито вышел из своей комнаты и направился прямиком в комнату своей матери, Лукреции, находящейся на первом этаже. Только не для того, чтобы спрашивать у неё разрешение на брак. 

– Мама. 

– Мой сынок, почему ты первым пришёл к маме? 

– Мама, твой сын попал в большую беду. 

– Почему, что случилось? Просто расскажи. Мама обо всём позаботится. 

Прежде чем ответить, Ипполито посмотрел на лицо Лукреции, угрюмо отвечавшей ему. Лукреция, преданная отцом, в этот раз, казалось, не могла сдержаться. 

– Это…… знаешь…… 

– Всё в порядке. Доверься маме. 

– ……Малета беременна. 

– Что?! – с губ Лукреции сорвался такой громкий рёв, образовавшийся в глубине её живота, что мог бы вызвать оползень. 

– Мама, Малета беременна. Сделай что-нибудь. 

В обычных обстоятельствах для матери было бы нормально спросить сына: «Что ты хочешь сделать?», но учитывая, что Ипполито преодолел весь этот путь, его истинные чувства были ясны. Он не хотел брать на себя ответственность. 

– Боже, негодник! 

Шлёп! – Лукреция шлёпнула сына, взрослого мужчину, что был на полторы ладони выше её, по спине со всей силы. 

В этот раз Ипполито, казалось, понимал свою ошибку, поэтому послушно принял удар, даже не показывая никаких признаков боли. 

– Я знала, что ты это и вытворишь, негодник, знала! 

– А, я понял, поэтому что-нибудь сделай с этим! 

Видя, что Ипполито выглядит так, словно вот-вот расплачется, Лукреция отругала сына: 

– Ты! Выпрямись! Стой прямо! Негодник не должен разгуливать с таким горбом! 

Ипполито был сбит с толку приказом матери выпрямиться и держать спину прямо, ведь всего 30 секунд назад она избила его, хотя он ничего плохого не сделал. 

Однако Лукреция не обратила на это внимания и хлопками заставила сына выпрямить спину, а после расправила его смявшуюся рубашку. Её руки, наполненные гневом, казалось, снова собирались ударить сына. 

– Это случается в жизни мужчин! Прекрати испуганно зажиматься и горбиться! 

Это было поистине превосходное воспитание. И всё же, оставив Ипполито, недовольно растянувшегося на диване в комнате матери, Лукреция дёрнула за шнурок, вызывая свою новую личную горничную Лоретту. Она не была человеком, служившим так же долго как Джиада рядом с ней, но выходила из Таранто, одного с Лукрецией города. 

– Лоретта! Приведи ко мне дворецкого Николо! Нет, я сама сейчас пойду к Николо, – Лукреция обыскала свою комнату в поисках золотых монет, чтобы подкупить Николо. 

Мешочек, который она вытащила из сундука, был наполнен в основном серебряными флоринами, осталось лишь пара дукато. Нахмурившись, Лукреция вытащила из глубин комода тиару Изабеллы с розовым сапфиром. 

– Лоретта, заложи это сейчас же и вернись с золотыми дукато. 

Лукреция решила использовать последние оставшиеся запасы, чтобы спасти сына от хваткой горничной. Старший сын был для неё спасением, необъяснимой последней любовью всей её жизни. 

Ипполито суждено встретить единственную дочь дворянского рода, добрую и послушную, пусть и не королевских кровей. Судьба моего сына – жениться на той, что владеет большой территорией, и влиться в светское общество Сан-Карло, – ничего другого не было приемлемым для Лукреции. 

***** 

Пока Лукреция вела переговоры с дворецким Николо, Ипполито беспокойно ёрзал на диване. Его мать вернулась через 30-40 минут и едва она вошла в свою комнату, как Ипполито вскочил с дивана, словно паникующая рыба: 

– Мама, как всё прошло? 

– Я справилась, – Лукреция сердито посмотрела на сына и, сняв плащ, бросила его на диван. В своём редком материнском порыве, она решила укорить Ипполито. Только вот содержание этого увещания оказалось несколько странным. – Мужчинам можно немного развлекаться. Только если он развлекается, то могут появиться дети. Ну, такое и случается. 

Ипполито почувствовал укол облегчения, увидев редкое для матери серьёзное выражение лица и, словно черепаха, уткнулся головой в её плечо: 

– Не стоило делать этого до свадьбы. 

На первый взгляд, ответ казался нормальным, но не реакция. 

– Ты, ты же не собрался жениться на ком попало? 

– Да, так и есть. 

– Кто выйдет замуж за мужчину, у которого есть внебрачный ребёнок? Ни одна дворянка в здравом уме не сделает подобный выбор. 

Ипполито с трудом сглотнул. У него не было ни титула, ни земли, которые можно было бы унаследовать. Если он не сможет унаследовать имение тестя через брак с женой, то после смерти своего отца станет простолюдином. 

– Как только ты женишься, то сможешь делать всё, что хочешь. Если у вас появится ребёнок, как девушка сможет сбежать в дом родителей? После этого сможешь сделать всё, что пожелаешь. А до этого момента будь осторожен! 

Даже Ипполито, с его кривыми принципами, смог понять этот совет. И кивнул. 

– Ты, в этот раз мама позаботилась об этом. Но другого раза не будет! 

Ипполито наконец улыбнулся, словно с облегчением. Лукреция увидела улыбку сына – застенчивую и смущённую, расплывшуюся по его губам. Ипполито прижался к матери, несмотря на свой возраст и размеры. 

– Мама, у меня действительно есть только ты. Я твой сын, а мама самая лучшая, – мужчина сжал руку матери и робко спросил. – Мама, что ты сделала? Бросила её в Тибр? 

– Сынок? – лицо Лукреции потемнело. 

– Что? 

– Ты и правда…… И всё же, она беременна твоим ребёнком. Как можно быть настолько жестокой? – Лукреция выпрямилась, словно никогда и не собиралась убивать служанку. 

Несмотря на то, что Малета стала обузой для сына, разрушая его счастливую будущую жизнь с дочерью дворянской семьи, как ни странно, в этот раз Лукреция даже не подумала о том, чтобы убить её. 

Даже Лукреция, всегда заботящаяся только о себе, испытала сочувствие, поскольку случившееся отражало опыт её собственного прошлого. Сегодняшние события напомнили женщине о юности, когда она крепко обмотала лодку хлопковой простыней, отправляясь на встречу с кардиналом дэ Маре, а точнее святым отцом Симоном. Как тяжело и мучительно ей было быть брошенной мужчиной, вынашивать в чреве маленькую жизнь и пытаться найти пристанище для одного, нет, двух тел. 

Воспоминание о тех временах пробудило в Лукреции редкое чувство милосердия. Она даже испытывала некоторую гордость за свою доброту. Однако милосердный, пусть и эгоистичный поступок Лукреции был разрушен следующими словами сына: 

– Мама. Она слишком много знает. Она слышала, что у Арабеллы другой отец. 

– Прости?! 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –