Глава 106. «Важность кровных уз» 

– Что это…… Как она могла узнать! – Лукреция внезапно вскочила со своего места. Её глаза так напряглись, что казалось вот-вот выпрыгнут из-за повысившегося кровяного давления. – Она услышала это, когда твой дядя болтал об этом возле входных дверей?! 

– Это…… – нерешительно отозвался Ипполито. – Она услышала это, потому что утром в день похорон Арабеллы мама вошла ко мне в комнату…… Именно в тот день. 

У Лукреции закружилась голова. А челюсть чуть не отвалилась. Единственная причина, по которой челюсть Лукреции осталась на месте, заключалась в том, что она на мгновение сжала губы перед тем, как начать кричать на сына: 

– Ты, мелкий сопляк, совсем с ума сошёл?! 

Поскольку мать уже принялась бить его, Ипполито решил умолчать о том, что сам бормотал о том, что у них с Арабеллой разные отцы, чтобы не разозлить её ещё сильнее. И поскольку он сам рассказал о том, что знала Малета, у Лукреции не было необходимости наказывать сына и дальше. 

С другой стороны, Лукреция никак не могла прийти в себя. Если бы Малета услышала лишь оговорку Стэфано о том, что «у Ипполито и Арабеллы разные отцы» в холле, тогда это была бы проблема самой Лукреции. 

Однако если бы Малета подслушала её разговор с сыном в день поминальной мессы Арабеллы, то проблема выходила на совершенно иной уровень. Ведь в тот раз Лукреция отчётливо дала понять, что живёт с кардиналом дэ Маре из-за Ипполито. 

Этот глупый сын, похоже, ничего не понял, но женщины куда лучше мужчин разбираются в тонких нюансах и значениях слов. 

Малета, может, и глупа, но в некоторых областях слишком умна. Может ли быть, чтобы эта горничная не расслышала мои слова тогда? 

– Идём, – Лукреция тут же направилась к дверям, чтобы уйти. – Я приказала просто вышвырнуть эту женщину, но теперь нужно срочно найти Лоретту. Придётся убить её. 

Тук-тук! – и словно в базарный день, после тихого стука, дверь в комнату Лукреции распахнулась со стороны коридора.

– Боже мой! – от шока Лукреция чуть не рухнула на пол. 

В дверном проёме стояла Лоретта, горничная, которую она собиралась найти. 

– Почему ты так внезапно врываешься, даже не получив ответа! 

– Прошу прощения, мадам. 

– Я собиралась выйти, чтобы найти тебя, так что это даже хорошо. Эта девка, Малета. 

– Мадам! Я и пришла вам доложить! Она была вышвырнута после того, как её хорошенько избили! 

– Что?! – Лукреция чуть не накинулась с кулаками на Лоретту, которая ждала похвалы. 

Ипполито помог матери устоять на руках и тут же задал вопрос Лоретте, которая впала в оцепенении: 

– Куда её вышвырнули?! Где она сейчас?! 

– Куда? Её вышвырнули через заднюю дверь кухни. 

– Эй! Как можно было так поступить! Идём. Быстрее идём со мной, – Ипполито оставил мать на диване и поспешно покинул первый этаж, ведя за собой растерянную горничную. 

Он первым выбежал на улицу через заднюю дверь кухни и огляделся по сторонам, но полной рыжеволосой горничной нигде не было. 

– Чёрт! – Ипполито схватил Лоретту за воротник и принялся трясти её. – Узнай, куда делась эта девка! 

Лоретта, внезапно оказавшаяся в эпицентре происходящего, была в шоке: 

– Молодой господин, зачем делать это! Мадам ясно велела избить её и прогнать! 

– Перестань жаловаться и найди эту стерву Малету! Та, кого ты выгнала, должна взять на себя ответственность и вернуться! Ты всё испортила! 

У Лоретты, которая просто выполняла приказ, но вдруг оказалась виновницей в случившемся, перехватило дыхание и со слезами на глазах женщина замахала руками: 

– Боже, как же я могу найти ту, что уже ушла! 

– Не знаю, возьми и найди её! Если не найдёшь её за день, то я брошу тебя собакам как корм! – Ипполито грубо отшвырнул от себя Лоретту. 

Лоретта, которая гордилась тем, что выполнила секретное задание, став доверенным лицом мадам Лукреции, надеясь получить хоть что-то за это, в панике убежала, потеряв даже свои изначальные гарантии жизни. 

Нельзя позволить этой с*ке сбежать……! Как-нибудь…… её нужно найти……! – Ипполито же чувствовал сильную головную боль. 

***** 

Малета правда считала, что сегодня был её самый счастливый день в жизни. А когда тётушка Лоретта, которую она считала близкой подругой, внезапно ворвалась в комнату и приказала силой вытащить её, Малета подумала, что та сошла с ума. 

Даже то, что её притащили в заднюю комнату кухни и высекли, казалось женщине нереальным. Малета могла лишь свернуться калачиком, прикрывая свой живот. 

Дело было не столько в переполнившей её материнской любви к своему чаду, сколько в том, что женщина считала этого ребёнка своей последней надеждой. 

– Убирайся! Даже не думай снова ступать в этом направлении! Тц! 

Когда Малету вышвырнули через заднюю дверь кухни, она была совершенно не в себе. Женщина даже подумывала проникнуть обратно в особняк дэ Маре, но страх снова быть так жестоко избитой приспешниками мадам Лукреции удерживал её от этого. 

Я должна увидеть Его Высокопреосвященство кардинала дэ Маре……! 

Единственной оставшейся надеждой для Малеты был кардинал дэ Маре. 

Он – человек, который ценит родословную. Если я брошусь к его ногам и, рыдая, буду утверждать, что в моей утробе ребёнок молодого господина Ипполито, разве он не примет меня? Нет, примет же……? – Малета всё же не была уверена в этом. 

На самом деле, самым простым решением было отправиться в собор Сан-Эрколэ, встать на страже того пути, по которому ходил кардинал, и там сообщить о том, что она беременна сыном молодого господина Ипполито (нельзя было определить мальчик это будет или девочка, но женщина предположила, что мальчик), и что мадам Лукреция избила её и выгнала из особняка. 

Однако, что, если Его Высокопреосвященство кардинал дэ Маре откажется принять меня……? – по спине Малеты пробежал холодок. 

Это был поистине отчаянный шаг. Кардинал дэ Маре не был слабовольным человеком и если бы решил не принимать Малету в семью, то не оставил бы её в живых. 

Поэтому, неосознанно, женщина решила отложить этот вариант ещё на какое-то время. 

Однако, не имея возможности пойти в собор Сан-Эрколэ или вернуться в особняк дэ Маре, Малете действительно некуда было пойти. 

У неё не было денег. Она потратила всю свою скудную зарплату и едва ли можно было найти пенни. 

Малета уговорила молодого господина подарить ей несколько предметов роскоши. Заложив их, можно было получить хорошие деньги. Вот только её выгнали так внезапно, что женщина не успела взять ни одной вещи. 

Домой……? 

Однако у Малеты не было дома, куда можно было бы вернуться. Она была той, кто сбежал из родного города во время голода в столицу страны. 

Её отец умер от падения в пьяном угаре, а мать умерла от голода. Малете действительно не к кому было обратиться в этом огромном мире. 

Она задрожала от отчаяния. И тут. 

– Ты не можешь остаться здесь, – девушка в низко надвинутом капюшоне коричневого плаща заговорила с Малетой. 

Узнав её, Малета в изумлении отшатнулась. 

Почему она здесь? 

Девушка сняла капюшон. Под ним оказались сияющие, словно солнце, огненно-рыжие волосы, удерживаемые белым платком. 

Это была младшая сестра Малеты – Санча. 

– Следуй за мной, – велела девушка с крайне недовольным лицом. 

***** 

Санча вела Малету по улицам Сан-Карло. 

– Куда мы идём? 

– Не говори слово «мы». Меня это раздражает. 

– Ты должна сказать мне, куда ведёшь меня! 

– Сама догадаешься. Ты же знаешь, куда. 

Малета, которую Санча вела по улицам города, всю дорогу была переполнена недовольством. 

И конечная точка их пути лишь усиливала раздражение Малеты. Достигнув места их назначения, женщина не смогла сдержать эмоций и наконец выплеснула всё своё раздражение. 

– Что это такое? – Малета указала на табличку перед главным входом. – Почему сюда? Ты издеваешься надо мной? 

⸢Благотворительный дом Рамбуйе⸥ 

Они стояли перед благотворительным домом Рамбуйе. 

– Ты издеваешься надо мной, говоря, что просто бросишь меня сюда? – широко расставив ноги напротив главных ворот благотворительного дома, спросила Малета, яростно тыча пальцем в Санчу. 

В ответ на её вспышку гнева Санча холодно упрекнула старшую сестру: 

– Перестань так много болтать. Куда ещё ты можешь пойти? 

– И всё равно точно не в благотворительный дом Рамбуйе……! 

В детстве Малета и Санча находились в благотворительном доме Рамбуйе и из-за городской нищеты чуть не умерли от голода. Если и было место, куда Малета никогда не желала возвращаться, так это было оно. 

– Я не пойду. Ни за что! 

– Не учись лишь плохому «мисс Росси», Санча цокнула языком и спокойно вошла в ворота благотворительного дома Рамбуйе. – Это не то, о чём ты думаешь. Следуй за мной. 

Как и говорила Санча, Малете некуда было идти. Она буквально оказалась на улице без единого серебряного флорина, не говоря уже о месте, куда могла бы направиться. Поэтому у Малеты просто не было иного выбора, кроме как последовать за своей младшей сестрой, ставшей её злейшим врагом. 

Санча прошла мимо центрального здания, где находились бедняки, и направилась в административное здание, где располагался кабинет управляющего благотворительным домом и жилые помещения работников. Там девушка направилась к мистеру Камондо, главу отдела планирований и финансирования, отвечавшего за благотворительный дом Рамбуйе. 

Тук-тук. 

– Войдите. 

Получив разрешение, Санча спокойно вошла в кабинет планирования и финансирования. 

– Девушка Санча. Благодарю за большие пожертвования. Желаете чего-нибудь выпить? 

Глаза Малеты чуть не вылезли из орбит. Когда она жила в благотворительном доме Рамбуйе, глава по планированию и финансированию обладал властью буквально над жизнями и смертями обитателей благотворительного дома. 

Если он приказывал сократить количество продовольственных пайков, бедняки умирали от голода, как стебли сорго. Если он приказывал отключить отопление в здании, бедняки дрожали и замерзали насмерть в массивном каменном здании. 

Этот человек буквально находился на небесной высоте. И сейчас он вежливо разговаривал с Санчей. 

– Нет. Мне нужно немедленно возвращаться. Человек, про которого говорила мисс некоторое время назад, сегодня прибыл, поэтому я зашла поздороваться. 

Мистер Камондо наконец обратил внимание на Малету, которая стояла позади Санчи: 

– А. Это та самая особа, о которой говорила мисс Ариадна. 

Санча надула губы, с трудом сдержавшись от того, чтобы не сказать мистеру Камондо, что Малету не нужно называть «особой». 

С того момента как Ариадна пожертвовала золотой дукато в благотворительный дом Рамбуйе через имя Королевы, она часто посещала его и налаживала тесные отношения с его обитателями. 

Благодаря небольшим пожертвованиям, постоянным визитам и небольшим подаркам, Ариадна смогла поддерживать очень дружеские отношения с чиновниками благотворительного дома. 

– Верно. Какое-то время она останется в благотворительном доме. 

Взгляд Малеты, не понимающей, что происходит, забегал. 

Неужели она собирается бросить меня среди нищих? Откуда мисс Ариадна знала, что я приду сюда? 

– Пожалуйста, убедитесь, что она сможет оставаться в каком-нибудь самом укромном месте…… – Санча на мгновение задумалась о том, чтобы попросить мистера Камондо не выпускать Малету. 

Однако это показалось девушке несколько чересчур. Малета не знала настолько опасно ей было снаружи, но у неё не было денег, поэтому и пойти никуда она не могла. 

Кроме того, просьба запереть гостью благотворительного дома могла навредить репутации мисс, которой служила Санча. 

– Есть ли что-то ещё, о чём вы хотите попросить? 

– Нет. Я приду за ней, когда наступит время. Если случится что-то необычное, пожалуйста, дайте мне знать. 

– Конечно. 

– Тогда, пожалуйста, позаботьтесь о ней. 

– Не волнуйтесь. 

После прощания с мистером Камондо настало время Малеты отправляться на постой. Тем, кто был ответственен за размещение, был мистер Стамфа. 

– Мистер Стамфа? Мистер Стамфа здесь? 

– Кто ты такая, чтобы так надоедать? 

В отличие от вежливого мистера Камондо, Стамфа был мужчиной средних лет с растрёпанной рыжей бородой, пятнами от еды на лице и потным телом. Его отношение к работе также не казалось особенно добросовестным. 

Спустя довольно долгое время мужчина наконец подошёл к стойке, а его рыжие волнистые волосы были сколоченные, словно он только проснулся от полуденного сна. 

Несмотря на резкий ответ Стамфы, Санча вежливо поздоровалась: 

– Здравствуйте! Вы, должно быть, синьор Стамфа, управляющий распределением, правильно? 

Девушка считала, что её поведение отражало манеры мисс, которой она служила. 

При виде девушки в опрятном наряде, Стамфа неохотно смягчил манеру своего поведения: 

– Верно, но кто вы? 

– Я – Санча, работаю на вторую юную леди дэ Маре, – Санча специально уточнила, что подчиняется лично Ариадне, а не резиденции кардинала дэ Маре. – В данный момент мы бы хотели попросить, чтобы эта женщина была размещена в здании, которым управляет синьор Стамфа. Я уже получила одобрение помощника по планированию и финансированию Камондо. 

Стамфа недовольно цокнул языком. С выражением раздражения на лице он почесал свои рыжие волосы: 

– Если вы связываете меня по рукам и ногам, то разве это может быть просьбой? Если мистер Камондо приказал, то что я ещё могу сделать, кроме как подчиниться? 

Санча ответила на это немного печальной улыбкой. 

– Пожалуйста, позаботьтесь о ней, – и тут же добавила. – И позаботьтесь, чтобы эта женщина не могла свободно разгуливать везде. 

Это оставляло открытым вопрос о том, была ли Малета заложницей или той, кого защищали. 

Мистер Камондо был высокопоставленным чиновником, способным повлиять на репутацию мисс Ариадны, но мистер Стамфа был простым смотрителем, мнение которого не могло дойти до высшего общества. Поэтому Санча чувствовала себя вправе попросить мужчину присмотреть за Малетой. 

Девушка могла бы предложить Стамфе серебряную монету, но не хотела заходить ради старшей сестры так далеко. Поэтому после короткого извинения она оставила Малету с мистером Стамфой. 

– Мадам Лукреция следит за тобой. Какое-то время тебе лучше не думать вернуться домой, – шепнула Санча старшей сестре перед своим уходом. 

– Что ты собираешься со мной сделать……! Хочешь оставить меня здесь навсегда?! – закричала в ответ Малета. 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –