Дата выхода оригинала: 14.12.22

---

Рыцари начали перешёптываться.

— Командир, может, для начала отведём её в лагерь?

— Не лучше ли просто отобрать зерно, а девку прогнать?

Грета не понимала ни слова из их разговора, но, безошибочно сообразив, в чём дело, во весь голос закричала:

— Я знаю, где спрятан собранный урожай! Пожалуйста, отведите меня к вашему главному!

Командир отряда оглядел своих людей и спросил:

— Кто-нибудь здесь понимает их язык?

Один из рыцарей, с трудом уловивший пару фраз, неуверенно отозвался:

— Я не особо силён, но… кажется, она что-то бормочет про зерно и командующего.

При этих словах солдаты переглянулись. Зерно. Это слово сразу резануло слух.

— Да это же просто девчонка. Какая от неё может быть угроза?

— И всё же командующий приказал по возможности не контактировать с местными. Мало ли какую заразу они тут разносят.

— Так ведь это провизия! — горячо возразил другой. — Если как следует потрясём её, нам больше не придётся рыскать по округе ради пропитания. Вы только посмотрите, до чего докатился наш славный орден! Вместо сражений разбиваемся на жалкие отряды и шныряем по углам в поисках жратвы!

Командир разом положил конец спорам.

— Берём её с собой. А там уж он сам решит, что с ней делать.

***

Представ перед командующим тяжёлой кавалерией Монпелье, Грета нервно сглотнула — настолько грозным он казался. Этот зрелый мужчина могучего телосложения, облачённый в массивные серебристые доспехи, восседал в окружении таких же огромных воинов.

По спине Греты покатился холодный пот. Её начинало бросать в жар. Она даже не могла понять, от чего так вспотела — от подступающей болезни или от страха.

Чтобы скрыть испарину, она пониже натянула капюшон плаща.

Ещё немного. Нужно продержаться ещё совсем немного.

— Значит, тебя выгнали из деревни? — перевёл вопрос командующего толмач.

— Да! Эти сволочи проклятые! Так им и надо! Как только мой отец умер, они прибрали к рукам всё, чем владела мама, а нас вышвырнули на улицу!

Выпалив эту насквозь лживую историю, Грета украдкой взглянула на лицо командующего.

— Пусть сами попробуют, каково это — остаться ни с чем! Я покажу вашим милостям, где находится деревенский амбар с зерном!

Командующий прищурился, сверля Грету тяжёлым взглядом.

— А тебе с этого какая выгода? Месть? — прозвучал его следующий вопрос из уст толмача.

Грета, вдоволь хлебнувшая уличной жизни, прекрасно знала, как обводить людей вокруг пальца. В таких случаях врать нужно было с размахом.

— Заберите меня с собой в королевство Галлико! — горячо воскликнула она, напустив на себя восторженный вид. — Меня от одного вида здешних людей с души воротит! Я слышала, ваш Монпелье — богатый, процветающий город. Я хочу уехать в большой мир и начать всё с чистого листа!

На самом деле каждое слово в её мольбе было тщательно выверено, чтобы сыграть на тщеславии собеседника. Но в глазах чужаков она выглядела лишь наивной девчонкой, совершенно не знающей жизни.

Командующий сверлил Грету бесстрастным взглядом, а вот стоящий рядом толмач смотрел на неё со смешанным чувством неловкости и жалости.

Следовать за армией для юной девушки — затея отнюдь не из лёгких. Стоит солдатам хоть немного сорваться с цепи, как они превращаются в толпу мародёров, жаждущих грабежей и поджогов. А сейчас ситуация была вдвойне опасной: в лагере находился не только рыцарский орден со строгой дисциплиной, но и непредсказуемая пехота.

Командующий думал о том же самом, но не стал развеивать иллюзии девчонки. Ведь на кону стояло продовольствие. Куда проще наобещать ей, что они заберут её в Галлико, получить зерно, а потом… А потом пусть выживает как умеет.

— И много ли там зерна? — спросил он через толмача.

Попались!

Грета поспешно опустила голову, пряча торжествующую улыбку.

Шла игра, в которой каждый пытался провести другого. И победителем оказался не могучий командующий в серебристых доспехах, а Грета с её бесхитростным, невинным личиком.

— Добрых пятьдесят кантаро наберётся! — ответила она.

Этого количества хватило бы, чтобы вся армия Галлико не знала проблем с провизией целых три недели. Получить столько еды без единого боя и не заплатив ни монеты — от такого не отказываются.

В глазах командующего мелькнула жадность.

— Веди, — приказал он.

***

Верхом на своём осле Грета ехала во главе отряда из пятисот рыцарей. Дестриэ — первоклассные боевые кони, на которых восседали воины, — были втрое крупнее её ослика. Со стороны эта картина выглядела весьма комично, но никому было не до смеха.

Грета привела их именно туда, куда они с Ариадной заранее условились. Это был заброшенный амбар, которым соседняя деревня когда-то пользовалась во время сбора урожая. Прошлой ночью люди Чезаре и Ариадны доверху забили его зерном, над которым уже успели поработать умелые служители приюта Рамбуйе.

— Мы на месте, — объявила Грета.

Глядя на амбар, полный пшеницы, командующий в предвкушении облизнулся. Девчонка не соврала. Внутри действительно лежали нетронутые пятьдесят кантаро отборного свежего зерна.

— Забирайте всё! — скомандовал он.

Зерно даже было расфасовано по мешкам, чтобы его удобнее было увозить. Выглядело всё так, будто кто-то собирался вывезти урожай, но в спешке бросил всё как есть.

Радуясь нежданной удаче, командующий с широкой ухмылкой наблюдал, как его люди споро берутся за дело. Рыцари тоже пребывали в отличном расположении духа, предвкушая, что теперь им не придётся неделями рыскать по округе в поисках пропитания.

Но вдруг из дальнего угла амбара раздался растерянный крик:

— Командир!

— Что там?

— Думаю, вам стоит на это взглянуть…

Командующий тяжёлой кавалерией Монпелье двинулся было на голос, но его резко остановил чей-то панический вопль:

— Нет, не подходите! Живо выведите командующего наружу! Сейчас же!

Почуяв неладное, командующий тут же выскочил из амбара.

— В чём дело?! — рявкнул он.

— Труп… Мы нашли труп.

И стоило ли поднимать такой шум из-за какого-то мертвеца на вражеской земле?

Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы рявкнуть на паникёра, но тот выпалил:

— У него почернели пальцы на руках и ногах… Похоже, это жертва Чёрной смерти!

— И он там не один! Их больше тридцати!

— Они запрятаны прямо между мешками с зерном!

Осознав весь ужас происходящего, командующий с перекошенным от ярости лицом начал высматривать Грету. Она преспокойно стояла, прислонившись к косяку у входа в амбар. Поймав на себе его взгляд, девчонка расплылась в ликующей улыбке.

Попались!

Грета так и стояла на месте, даже не пытаясь скрыть своего торжества. Сбегать она явно не собиралась. И в этот миг командующий понял: она довела своё дело до конца. Ловушка уже захлопнулась.

— Ах ты крысёныш!..

Было уже слишком поздно, но ему нужно было хоть на ком-то выместить свой гнев. Он выхватил с пояса длинный меч и с размаху вонзил его прямо в грудь девчонки, которая всё это время беззвучно хихикала.

— Ук! — Грета выплюнула полный рот крови. Лезвие всё ещё торчало в её груди.

И тут командующего вновь пронзил ледяной ужас: что-то было не так. Обычно, когда человеку пробивают грудь, из раны хлещет алая кровь. Но то, что изрыгала эта этрусская девчонка, было густым, почерневшим и мёртвым.

Она сама была живым сосудом скверны.

— Проклятье! Всем наружу!

Командующий выдернул меч из её груди и принялся остервенело тереть лезвие о кучу сырой земли, лишь бы стереть с него заразную кровь.

Грета тяжело рухнула на колени, а затем повалилась лицом в грязь, словно тряпичная кукла с оборванными нитями.

— Сжечь амбар!

Рыцари спешно предали огню и проклятое зерно, и поражённые Чёрной смертью тела, но они понятия не имели, как спастись от того, что уже свершилось.

Всё решал один-единственный контакт. И ближе всех к источнику болезни оказался сам командующий тяжёлой кавалерией Монпелье.

***

— Госпожа!

Покои Ариадны в самом конце западного крыла особняка тонули во мраке. На улице стоял ясный полдень, но повсюду были задёрнуты плотные шторы, не пропускающие внутрь ни единого солнечного луча.

Ариадна опустила даже балдахин над кроватью, отгораживаясь от жалкого пучка света, едва пробивающегося сквозь дверную щель.

— Госпожа, я подниму балдахин!

Резко отдёрнув ткань, Санча крепко схватила Ариадну за руку и воскликнула:

— Радостные вести! Говорят, тяжёлая кавалерия Галлико начала отступать!

Ариадна лишь безучастно посмотрела на горничную. Она успела сменить ночную рубашку на домашнее платье, но даже не попыталась привести себя в порядок.

— Похоже, сейчас вся их армия движется на север! И отступают они с огромной скоростью! Уже добрались до Манфредо!

Манфредо находился на севере центральной части Этрурии. Выходило, что армия Галлико уже преодолела треть пути от Сан-Карло до государственной границы.

— Они продержались на окраине Сан-Карло всего три дня, а потом не выдержали и двинулись на север! И как же быстро они побежали! Всё-таки конница! — хихикнула Санча.

Ариадна продолжала смотреть на неё пустым взглядом. Однако опьянённая радостью Санча не замечала, что творится с хозяйкой, и ещё какое-то время щебетала о триумфе Этрусского королевства.

— Ах…

Лишь теперь увидев, что с Ариадной что-то не так, Санча умолкла. Она осторожно заговорила:

— Ещё… случилось кое-что нехорошее. Не знаю, будет ли лучше, если вы об этом узнаете…

— Грета мертва, — резко бросила Ариадна.

Санча от удивления округлила глаза. Вот те на, откуда она узнала?

— Всё верно.

Санча решила, что всё дело в удивительной проницательности её госпожи. В конце концов, с трудом верилось, что Грета сможет вернуться оттуда живой.

— В Наргере, той деревне, где мы устроили ловушку… Там и нашли Грету, — заговорила Санча.

— Что с ней сделали?

— Закололи мечом… Они сожгли склад дотла, но, к счастью, останки не пострадали. Из-за Чёрной смерти забрать тело не смогли… так что наши люди сами похоронили её там же, в яме.

— Слава богу…

Удар мечом означал мгновенную смерть. Значит, она умерла, не натерпевшись ужасов. С пастуха же содрали всю кожу. Ариадна содрогнулась: враги оказались милосерднее соотечественников.

Санча собрала растрёпанные волосы Ариадны, завязала их и сказала:

— Всегда об этом думаю, но вы и впрямь невероятно проницательны, госпожа.

— А?

Санча произнесла это отчасти для того, чтобы хоть как-то её приободрить. Последние несколько дней Ариадна выглядела слишком мрачной.

— Поняли, о чём я скажу, едва увидев меня на пороге! И как вам это удаётся?

Ариадна молча зарыла левую руку в одеяло. Четыре дня назад её безымянный палец заболел так, словно его пожирал огонь. А затем на нём появилась крошечная ярко-красная точка — метка совершённого ею греха.

Едва увидев её, Ариадна осознала, что Грета мертва. И ещё одно она поняла сразу.

Грета не должна была умереть от Чёрной смерти. Она была чистой девочкой. Безгрешной.

От рук Ариадны погибло уже бесчисленное множество людей. За примером далеко ходить не нужно: дражайшая Лукреция погибла из-за её интриг куда раньше, чем в прошлой жизни. Но Золотое Правило не наказало Ариадну за это. Потому ли, что та заслуживала смерти? Или потому, что Ариадна имела право на справедливую месть?

Ясно одно: в смерти Греты не было ни того, ни другого.

Сгорая от стыда, Ариадна закрыла лицо руками. Стоило ей изменить будущее, как судьба девочки повернулась в худшую сторону.

Останься Грета в живых, с её приветливым нравом она наверняка нашла бы хорошего мужа. Жили бы они душа в душу, обзавелись бы стайкой милых детишек. Она возвращалась бы домой после тяжёлого рабочего дня, грелась у новенькой керосиновой лампы, играла с малышами, обсуждала с мужем прошедший день и ложилась спать, чувствуя рядом тепло своей семьи. Летом радовалась бы дуновению прохладного ветерка, а зимой улыбалась, согревая руки о горячую печёную картофелину. Такая мирная повседневность.

Разве существует нечто настолько ценное, ради чего стоило принести всё это в жертву? Можно ли утверждать, что Этрусское королевство под властью Альфонсо де Карло, а не Чезаре де Комо действительно того стоило? Неужели королева Ариадна на месте королевы Изабеллы настолько важна, что ради неё можно оборвать чужую жизнь, а затем позволить миру всё так же надменно течь дальше, не заметив потери?

В полном смятении Ариадна зажмурилась.

— Госпожа?.. Вы в порядке?

Заботливый голос Санчи внезапно вернул Ариадну к реальности.

Она подняла взгляд на свою рыжеволосую служанку. Из всех, кто её окружал, Санча была ей почти роднёй.

Ариадна прислонилась головой к плечу девушки. Ей просто необходимо было почувствовать чужое тепло.

— Запиши, где похоронили Грету, — распорядилась она. — Когда Чёрная смерть отступит, мы заберём её останки, кремируем их и привезём прах в Сан-Карло.

— Как скажете, госпожа. Я возьму это на себя, — кивнула Санча.

— И пошли человека к герцогу Чезаре. Передай, что Грета из приюта Рамбуйе совершила подвиг. Пусть выяснит, нет ли способа доложить об этом королю и получить для неё орден.

Наверняка найдутся те, кто с пеной у рта будет доказывать, что девчонке из трущоб нельзя вручать орден. Но ей было всё равно. Ариадна добьётся своего любой ценой. Она твёрдо решила исполнить последнее желание Греты.

— Я должна хотя бы записать, как всё это началось.

Великая чума всё ещё бушевала, а армия Галлико ещё не ушла из королевства. Сейчас было не время распускать слухи. Но когда весь этот хаос уляжется, учёные начнут писать исторические труды. Ариадна хотела, чтобы простое имя Греты осталось на страницах летописей, которые будут передаваться из поколения в поколение.

— Ой, госпожа! — воскликнула Санча. — Да люди уже и так всё знают!

— А? О чём ты?

Ариадна подняла взгляд на Санчу.

— Армия Галлико ведь начала отступать? Все гадали, с чего бы этим гадам вдруг срываться с места. Но люди герцога Чезаре, участвовавшие в операции в Наргере, и наши из приюта разнесли слухи по всему городу!

Грета была на редкость общительной девочкой. Почти все её любили. Находились, конечно, и те, кто недолюбливал за хвастовство, но в приюте точно не было ни одного человека, который бы её не знал. А после случившегося Грета и вовсе стала главным символом приюта Рамбуйе.

— Все только и говорят о том, что наша Грета пожертвовала собой и заразила галликанцев Чёрной смертью! Что приют Рамбуйе, который вечно считали жалкой обузой, одолел элитную армию Галлико, которую даже королевская гвардия не смела и пальцем тронуть!

От восторга Санча потрясла кулаками в воздухе:

— В городе настоящий переполох! Все твердят, что девчонка спасла столицу! Дети на улицах поют песни!

— Песни про Грету? — переспросила Ариадна.

— Э-э… ну да, есть и такие, — ответила Санча. — Но, кажется, песен с вашим именем всё-таки побольше.


----------
Прим. перев.: 137–138 главы манхвы.

Заголовки глав 210–212 образуют смысловую цепочку с экономическим оттенком. Название этой главы — 산출물 (Output), нейтральный производственный термин: буквально — «результат», «продукт на выходе», «итог».