Дата выхода оригинала: 16.04.23

---

— Рубите головы язычникам! Небесный Отец смотрит на нас! — заорал кто-то из крестоносцев.

На вражеской стороне командир мавританских войск тоже подстёгивал своих бойцов:

— Limaj dallah! Dall yuraqubuna!

Слова были непонятными, но, скорее всего, он, как и крестоносцы, воздавал славу своему божеству. Однако сегодня удача была не на их стороне.

— Наступать! Вперёд! Вражеский строй дрогнул! Не упускайте брешь!

Боевые крики накатывали волна за волной. Как и рассчитал Альфонсо, острие вражеской атаки было смертоносным, но далеко не все солдаты противника были одинаково хороши. Между элитными частями в авангарде и обычными солдатами в тылу зияла огромная пропасть в выучке, и, что важнее, из-за взаимного недоверия между ними не было слаженности — они не могли сражаться как единое целое.

— Аа-а-а-а-а-а-а!!!

Натиск Чёрных Шлемов, вклинившихся в эту брешь, был поистине ужасающим. Словно топор, раскалывающий полено вдоль волокон, они одним ударом разрубили вражеский авангард надвое.

Альфонсо не упустил этот момент.

— Дави их! Покончим с этим!

Альфонсо в чёрном шлеме не просто подбадривал своих людей. На могучем белом коне он лично ворвался в бой.

Со звонким лязгом скрестилась сталь, и Альфонсо одним взмахом меча снёс врагу голову. Это был один из командиров низшего звена. Лишившись командира, вражеские солдаты моментально потеряли строй и были смяты наступавшими рыцарями Альфонсо.

С высоты седла Альфонсо окинул взглядом поле боя и высмотрел следующую цель. Командир вражеского авангарда сражался неподалёку.

Если я снесу этого, рухнет весь их строй. И на сегодня я сделаю то, что должен.

Его серо-голубые глаза холодно блеснули.

Пришпорив коня, Альфонсо ринулся вперёд:

— Но-о-о!


Прим. перев.: командир мавританцев выкрикивает искажённый арабский боевой клич, приблизительно означающий «Во имя Бога! Бог видит нас!»

***

— Alfonso Casco Nero! Альфонсо Каско Неро!

— Виват нашему командиру!

Кое-как расчистив поле боя от тел, бойцы Альфонсо взорвались победными криками.

Альфонсо и его Чёрные Шлемы, выступавшие в авангарде Третьего крестового похода, не только быстро уничтожили передовые отряды мавританцев, но и разгромили их центральную армию.

Правый фланг крестоносцев среагировал с опозданием, левый едва справился со своей задачей. Но благодаря блестящим действиям авангарда им удалось своевременно сокрушить вражеское наступление.

— Командир, как будем входить в монастырь Гранаты? — спросил один из подчинённых, служивший связным с главным штабом.

— Хм? Разве не главнокомандующий должен войти туда первым? — удивился Альфонсо.

Сегодняшней целью была не просто победа в сражении, а, прежде всего, возвращение святой земли — монастыря Гранаты. Как правило, именно главнокомандующий должен был первым снимать сливки с захвата и разграбления городов.

Великий герцог Ольденбург — как благочестивый последователь веры Йесака — легко уступал право на разграбление своим подчинённым. Однако, когда дело касалось сбора священных реликвий или возвращения святых земель, он неизменно забирал это себе. И шанс первым распахнуть двери монастыря Гранаты Ольденбург ни за что бы не упустил.

— Тут такое дело... Похоже, главнокомандующий ранен.

— Что?! — не поверил своим ушам Альфонсо. — Насколько серьёзно?

— Во второй половине боя он упал с лошади, но подробностей я не знаю. Он приказал не разглашать информацию о своём ранении до конца сражения.

В прошлой жизни великий герцог Ольденбург был ранен из арбалета. Долгих полгода он мучился от инфекции, пока, в конце концов, не умер. Сегодня же вместо сквозного ранения арбалетным болтом он отделался простым падением с лошади. Но нет худа без добра: эта, казалось бы, неудача позже обернётся великим благом.

Однако Альфонсо, конечно же, не мог этого знать и потому тревожился.

— Плохо дело, — озабоченно пробормотал он. — Надо поскорее здесь заканчивать и возвращаться к основным силам. Лишь бы он не слишком сильно покалечился.

Альфонсо снял шлем и откинул назад спутанную копну волос. Они слиплись от его собственного пота и вражеской крови.

— Входить в монастырь должен кто-то другой. Что насчёт командующего правым флангом, графа Ахенбаха? Или графа Шарпе, отвечавшего за левый фланг?

Альфонсо командовал лишь авангардом, поэтому попытался найти того, кто превосходил его по званию.

— Граф Ахенбах немедленно сопроводил раненого главнокомандующего в штаб, а войска графа Шарпе понесли слишком тяжёлые потери и не могут продолжить наступление.

Альфонсо тяжело вздохнул. Идти было больше некому.

— Раненых отправить в штаб. Отберите человек триста, они пойдут со мной.

— Я с вами, — вызвался Манфреди. Под началом Альфонсо он дослужился до командира батальона. — Если отсеять раненых, у нас как раз наберётся ровно триста бойцов.

Альфонсо кивнул:

— Выдвигаемся.


Прим. перев.: формально Альфонсо сейчас командует бригадой численностью более 2000 человек (см. прошлую главу). А здесь автор дополнительно указывает, что батальон — подразделение от 300 до 1000 человек.
Граф Ахенбах — тот самый командир из главы 199, с которым у Манфреди и Альфонсо была стычка. Он отвечает за распределение задач между войсками Крестового похода, но отправил отряд Альфонсо в «безопасное место» без достаточных разведданных.

***

Пока отряд Чёрных Шлемов поднимался по узкой тропе между скалистыми горами, смуглокожие местные жители настороженно провожали их взглядами.

Для них это была святая земля, поэтому их страх перед тем, что здесь собираются делать эти белокожие иноверцы с Центрального континента, был вполне естественен.

— Меня раздражает, как они на нас смотрят, — проворчал Манфреди.

— Оставь их в покое, — осадил его Альфонсо. — Они всё равно ничего не могут нам сделать. Если бы они вломились в собор Сан-Эрколе, мы бы на них так же смотрели.

— Слушаюсь...

На вершине скалистой горы возвышалось величественное здание. К сожалению, это был не монастырь, выстроенный в архитектурном стиле древнего Йесака.

— Это местное религиозное сооружение, — доложил Манфреди. — Местные называют его «Аль-Роммани». Говорят, они собираются здесь для молитвы.

— Значит, что-то вроде нашего храма, — кивнул Альфонсо. — И где-то здесь под землёй покоятся останки Львиного короля, так?

— Так точно.

В каменном здании мавританской постройки была дверь, ведущая в подвал. Её стиль заметно выделялся на фоне остального строения. Судя по всему, новое мавританское святилище было возведено прямо поверх подземной усыпальницы, которой прежде пользовался монастырь.

— Приведи сюда смотрителя, — приказал Альфонсо. — Чтобы войти, нужен ключ. Не хочу ничего ломать без необходимости.

— Есть.

Взяв с собой десяток рыцарей, Манфреди вошёл в мавританское святилище. Он объяснил ситуацию и потребовал впустить их в подвал. Тем временем Альфонсо отбирал тех, кто спустится вместе с ним.

Пока Альфонсо готовился к спуску, его отряд разделился надвое, выставив оцепление для охраны периметра.

— Ваше Высочество, этот человек вызвался быть нашим проводником, — доложил Манфреди, подводя к нему старика в тюрбане. С виду он был учёным-книжником. — Из всех местных только он один говорит на раттанском.

Альфонсо мельком взглянул на мавританца и кивнул. Один старик не мог причинить им вреда.

— Выдвигаемся.

Остановившись перед входом в подвал, отряд дождался, пока учёный достанет старинный ключ и вставит его в замочную скважину. С леденящим душу металлическим скрежетом петли поддались, и с них посыпалась ржавчина цвета засохшей крови.

Манфреди нахмурился. Раздобыв факел, он пошёл первым.

За дверью оказалась узкая лестница с высокими ступенями, уводящая глубоко под землю. Следуя за стариком, Альфонсо и его люди молча спускались всё ниже и ниже.

— Ваше Высочество. Кажется, мы на месте, — позвал Манфреди, остановившись под каменным сводом. Он отступил в сторону. Честь войти первым по праву принадлежала командующему.

Альфонсо взял у Манфреди факел и шагнул вглубь древней подземной усыпальницы. Вскоре в танцующем свете огня он увидел саркофаг.

— Это оно?

Старик-мавританец заговорил на ломаном раттанском:

— Это гробница Короля-Завоевателя варваров.

Принц Альфонсо и Манфреди одновременно повернулись к нему.

— Говорят, тот, кто сумеет открыть этот саркофаг, станет императором варваров, — добавил старик.

Манфреди недовольно скривился:

— «Императором варваров»? Скажешь тоже…

Но внимание Альфонсо уже было приковано к другому.

— Значит, такая легенда действительно существует?

Манфреди медленно кивнул.

— Да. Вероятно, речь идёт о легенде про священный меч Львиного короля. Кажется, его называют…

— Ты имеешь в виду Каледвулх?

— Да, его.

Священный меч Каледвулх был тем самым клинком, которым, согласно преданиям, сражался Львиный король Гийом.

Именно Гийом одержал победу в Первом крестовом походе и основал недолговечное королевство Йесака. Легенда гласила, что никто не мог даже поднять этот меч, пока спустившийся с небес ангел не даровал Гийому право владеть им. Только в его руках меч становился лёгким как пёрышко и наделял владельца властью над молниями. Поговаривали, что одним взмахом Каледвулха Гийом мог снести целую гору. Впрочем, звучало это слишком уж неправдоподобно, чтобы воспринимать буквально.

— Да это же просто детские сказки. Разве бывает такое на самом деле? — подхватили стоящие рядом рыцари.

— Мечу больше двухсот лет. Технология плавки тогда была гораздо хуже нашей.

— Ну, хотя бы как антиквариат он точно ценен.

Альфонсо подметил главное:

— Раз это не святая реликвия, Святой Престол им не заинтересуется.

— Скорее всего, так и есть, — согласился Манфреди. — Да и вряд ли меч до сих пор лежит внутри. Наверняка тут уже всё разграбили.

И вправду, от погребальной утвари Львиного короля Гийома не осталось и следа. Золотой крест, который должен был украшать крышку саркофага, кувшины с вином и другие подношения, призванные сопроводить короля на пути к перерождению, — всё исчезло подчистую.

— Наверняка саркофаг был ещё и покрыт серебром. Всё содрали, варвары, — пробормотал Манфреди, проводя рукой по каменной плите.

— Не прикасайтесь! Накличете проклятие! — отчаянно закричал старик-мавританец.

Манфреди недоумённо уставился на него:

— Чего-чего?

— Всякого, кому не суждено стать императором, постигнет проклятие, если он дерзнёт открыть этот саркофаг! До самой смерти его будут преследовать несчастья!

— Да что за бред! — разозлился Манфреди, однако по его лицу было видно, что ему стало жутко неуютно. — Тьфу ты, вот угораздило же нарваться!

— Довольно, Антонио, — окликнул его Альфонсо. — Я открою его сам.

Принц Альфонсо уверенным шагом подошёл к каменному саркофагу и упёрся руками в крышку. Для своих размеров она была до абсурда толстой и тяжёлой.

— Хр-р-р-а! — лицо Альфонсо побагровело от напряжения.

С ужасающим скрежетом крышка саркофага медленно поползла в сторону. Глухой, тяжёлый звук трущегося камня эхом разнёсся по подземному склепу.

Никто из рыцарей Альфонсо даже не удивился. Для них чудовищная физическая сила их командира была общеизвестным фактом. А вот старик-мавританец побледнел как полотно и затрясся от ужаса.

— О, Всевышний!

Его руки так дрожали, что пламя факела заметалось из стороны в сторону. Один из стоявших рядом рыцарей не выдержал и забрал факел у старика.

— Открыто!

Когда крышка саркофага сдвинулась достаточно, чтобы можно было заглянуть внутрь, рыцари гурьбой обступили его, желая своими глазами увидеть останки Львиного короля. Пусть его и не канонизировали, среди рыцарей он почитался как величайший герой.

Заглянув внутрь, все застыли в оцепенении.

— Командир, это что же...

— Я не сплю?..

На безупречно сохранившихся останках лежал двуручный меч. Точнее, Гийом обнимал свой драгоценный исполинский клинок. Прошло уже два века, но меч выглядел так, будто его только что отполировали: лезвие было заточено столь безупречно, что от его ослепительного блеска резало глаза.

— Похоже... это и вправду Каледвулх.

В центре гарды таинственно мерцал гигантский красный рубин.

— В точности как мы слышали в историях...

— Так этот меч реально существует?

Среди рыцарей поднялся радостный галдёж.

— Но по легенде же его никто поднять не может?

— Тогда нам что, саркофаг целиком забирать? Раз меч внутри, может, удастся поднять всё сразу?

— Говорят, тот, кто его воздымет, станет императором континента! Серьёзно, прямо настоящим императором?

— А земли-то где для империи брать?

— Может, получится на территории Раттана права заявить?

В этот шумный гомон быстро затесались любопытство и жадность.

— Разрешите мне попробовать? — сделал шаг вперёд Ротшильд, самый бойкий малый в отряде Чёрных Шлемов.

Не успел Альфонсо и слова сказать, как рыцарь протянул руку в латной перчатке и попытался вытащить клинок, который бережно сжимали руки мертвеца.

— Ы-ы-х!

Но меч даже не шелохнулся. Вмиг опозорившийся Ротшильд покраснел как рак и снова потянул меч, приложив всю свою силу.

— Ротшильд, прекрати! Останки повредишь! — одёрнули его товарищи.

Впрочем, их опасения были напрасны. Меч не сдвинулся ни на миллиметр, а значит, и руки мертвеца, обнимающие его, оставались на месте.

— Уфф...

В конце концов Ротшильд сдался и, словно обжёгшись, с досадой отдёрнул руки от меча.

— Да его тут каким-то раствором, что ли, приклеили?! Или за столько лет кости с ним срослись? Он же не двигается!

— Да просто мертвец рассудил, что из тебя император как из осла скакун, — наполовину в шутку, наполовину с издёвкой бросили рыцари.

Не будучи дураком, Ротшильд с радостью ухватился за возможность свести всё к шутке. Он громко расхохотался:

— Ха-ха-ха, и то верно, император из меня никакущий!

— Ага, младший сынок, которого вышвырнули из дома. Даже графом не стал, куда уж тебе в императоры, — добил его кто-то из товарищей.

— Заткнись! — рявкнул Ротшильд.

И пока рыцари продолжали со смехом подначивать друг друга, Альфонсо, словно заворожённый, шагнул к мечу. Ему казалось, будто красный рубин зовёт его. Принц протянул руку, обхватил гарду и плавно потянул меч вверх.

Всё веселье и галдёж стихли в одно мгновение. Мумия Львиного короля, словно живой человек, мягко разомкнула объятия, отпуская клинок.

Так в руках Альфонсо Каско Неро оказался легендарный священный меч Каледвулх.

------------
Прим. перев.: 167 глава манхвы.

Аль-Роммани в главе совмещает несколько исторических ассоциаций. В названии монастыря Гранаты (그라나타) читается фонетическая отсылка к Гранаде периода мавританской Испании и эпохи Реконкисты. Захват святой земли войсками Крестового похода напоминает о взятии Иерусалима и судьбе мечети Аль-Акса, оказавшейся под властью крестоносцев. Само же мавританское святилище, возведённое над усыпальницей древнего монастыря, — вероятная отсылка к истории Айя-Софии: после османского завоевания Константинополя в 1453 году Софийский собор был обращён в мечеть.

Ну а Каледвулх (валл. Caledfwlch) — чёткая артурианская отсылка; оригинал использует именно эту версию названия меча (칼레드불흐), в отличие от унифицирующего Excalibur EN-версии.