Дата выхода оригинала: 14.06.23

---

Изабелла не сомневалась, что одержит победу благодаря своему тщательно подготовленному плану. Осталось лишь сорвать заветный плод.

Её единственным желанием было стать герцогиней Пизано. Конечно, люди будут сплетничать за её спиной. И больше всего она ненавидела тот факт, что весь высший свет увидел её обнажённое тело.

Надеюсь, они не видели мою грудь.

Изабелла украдкой взглянула на аккуратный, хоть и поспешно застёгнутый корсаж платья. Ранее при выходах в свет она гордо демонстрировала декольте и теперь вздрогнула при мысли, что вся столица знает: содержимое лифа — фальшивка.

Что, если будут смеяться над моей плоской грудью?

В этот раз Чезаре почти не притронулся к ней. Должно быть, ещё после прошлой их близости запомнил, что там нет ничего особенного. Изабелла обидчиво надула губы.

Ну и ладно. Она достигла своей цели. Нужно только скрыть это от жителей столицы. Она не думала, что Чезаре будет глупцом и пойдёт обсуждать её грудь с кем-то, когда их свадьба уже на носу.

Но была ещё одна вещь, которая её беспокоила: все в Сан-Карло знали, что она забавлялась с женихом своей сестры. Это было неприятно, но она считала, что всё закончится хорошо.

Как только я стану герцогиней Пизано, они ничего не смогут с этим поделать.

В конце концов, репутация нужна лишь чтобы найти достойного мужа. Некоторые дамы ставили её превыше всего и готовы были на всё ради репутации, но они путали причину и следствие.

Он не сможет выгнать жену из дома лишь потому, что её репутация подмочена.

И Чезаре упал в эту грязь вместе с ней. Другую жену ему будет нелегко найти.

Старые аристократки могут её не любить, но они не осмелятся изгнать герцогиню Пизано из высшего общества. Со временем все скандалы забываются, а власть принадлежит сильным мира сего.

Изабелла была убеждена, что победа уже за ней. Но как только Чезаре открыл дверь гостиной и вошёл, она сразу почувствовала — что-то не так.

Он должен был пригласить её в более уединённое место — например, в личные покои — а не в гостиную.

Ну да. Просто он немного раздражён. В конце концов, теперь ему приходится жениться на мне.

Было очевидно, что у Чезаре плохое настроение.

Кроме того, кардинал де Маре должен был прибыть в любой момент. Было бы нелепо, если бы Чезаре встречал будущую невесту и тестя у себя в покоях. Изабелла решила проявить великодушие и простить этот поступок — хотя бы один раз. Сегодня всё шло идеально, поэтому она могла позволить себе щедрость.

Даже войдя в комнату, Чезаре молчал. Изабелла не стала ждать, пока он предложит ей сесть, а сразу заговорила уверенным тоном:

— Как мы будем оформлять разрыв помолвки?

Чезаре нахмурился и повернулся к ней.

— Что?

Его лицо приобрело угрожающий вид. Но это не поколебало решимость Изабеллы ни на секунду. С лёгкой улыбкой она спокойно ответила:

— Ну, разрыв помолвки с Ариадной.

Она словно просила вернуть доверенную ему безделушку и беззастенчиво наслаждалась своей победой.

Чезаре замялся, но и это не остановило Изабеллу. Лукаво улыбаясь, она медленно объяснила:

— Дом де Маре может потребовать расторжения помолвки, но зачем создавать лишние проблемы, если это всего лишь замена внутри семьи? Мы же сёстры. Нет нужды в официальном разрыве.

Чезаре промолчал.

— Только если Его Величество отзовёт указ, нам понадобится официальный документ на уровне домов. А сейчас это лишнее, — Изабелла посмотрела на Чезаре проницательным взглядом. — Я ведь знаю, что ты хочешь уладить всё без лишних скандалов.

Уверенным тоном она продолжила:

— Я могу тебе помочь.

Чезаре лишь молча уставился на неё, плотно сжав губы. Его глаза дико блестели, словно он был готов в любой момент её убить.

Но Изабеллу это не взволновало, и она с улыбкой встретила его взгляд.

Теперь он ничего не сможет сделать.

Мужчин, отказывавшихся брать на себя ответственность за опороченную девушку, презирали и считали величайшими подлецами. Каким-то образом герцог Чезаре умудрялся выкручиваться из проблем и не попадаться, но теперь бежать ему было некуда. Все видели, что он сделал.

Конечно, Изабелле тоже пришлось пойти на жертвы, но ведь всё обернулось идеально. Почему другие не догадались расставить такие ловушки?

Она решила загнать добычу в угол.

— Для меня это тоже потеря, ведь придётся отказаться от церемонии помолвки.

О да, для неё это было огромной потерей. Она должна была блистать на великолепной церемонии помолвки в идеальном белом платье, а затем закатить роскошную свадьбу с вином и драгоценностями. Однако она была достаточно великодушна, чтобы обойтись без помолвки. Изабелла гордилась своим самопожертвованием.

Задрав нос, она выпалила:

— Я жертвую собой, чтобы спасти тебя, как подобает порядочной жене. Не забывай об этом.

— Э-э, синьорина Изабелла де Маре, — произнёс Чезаре ледяным тоном.

Изабелле не понравилась его наглая манера речи.

Всё равно ты будешь моим. К чему скалиться?

Она нарочито заговорила так, как жена обращается к любимому мужу, с издёвкой в голосе:

— Что, дорогой?

Изабелла выглядела чрезвычайно беспечной. Чезаре взглянул на неё, как на жука, и выплюнул:

— Но с чего ты взяла, что я женюсь на тебе?

Между прекрасными бровями Изабеллы пролегла складка.

— Что?! — Она уставилась на него и взвизгнула: — Ты спятил?

Затем она атаковала ещё сильнее:

— Ты хочешь, чтобы тебя навечно изгнали из Сан-Карло?!

Изабелла совершенно не ожидала, что всё обернётся именно так.

— Ситуация вышла из-под контроля! Как ты смеешь пренебрегать своими обязанностями после того, как лишил порядочную незамужнюю девушку невинности! Это смертный приговор в высших кругах!

— О, ты права. Но ведь ты не «порядочная незамужняя девушка», — равнодушно ответил Чезаре. — Вот если бы речь шла о твоей сестре, а не о тебе, я бы взял на себя ответственность как благородный человек.

Он медленно произносил слова, но она живо ощущала его едва сдерживаемый гнев. Чезаре повысил голос, и его речь стала ещё более угрожающей.

— Но синьорина де Маре, с чего бы мне жениться на тебе, когда ты вертишь задницей перед каждым встречным? — Он хитро усмехнулся. — Разве ты не пресловутая «любовница маркиза Кампа»?

Рот Изабеллы раскрылся от шока:

— Что?!

Она почувствовала, как ярость вздымается внутри неё, словно извергающийся вулкан.

Это несправедливо!

Причиной слухов был лишь тот факт, что драгоценность, якобы украшавшая браслет любовницы маркиза, оказалась у неё. На самом же деле это был камень из браслета Ариадны, подаренного Чезаре, и Кампа не имел к нему никакого отношения.

Крик Изабеллы прокатился по гостиной Чезаре.

— Ты, как никто другой, должен знать, что слухи о том, будто я любовница маркиза, — ложь! — взвизгнула она.

Но он лишь пожал плечами. В его глазах сверкнул дьявольский огонь.

— С чего мне это знать? — Криво усмехнувшись, он продолжил атаковать её. — Я же не всеведущий. До меня доходят только слухи высшего света. Раз уж о тебе столько болтают, значит, ты сама дала повод, иначе бы я об этом не услышал.

Лицо Изабеллы покраснело, как спелый помидор. Её затрясло от ярости.

— Но как я могу знать то, чего не знают другие? — продолжал издеваться Чезаре. — Считаешь это несправедливым — докажи, что ты всё ещё девственница.

Если бы она рассказала о поступке Клементе, это могло бы доказать, что она не имела никакого отношения к маркизу Кампа. Но у Изабеллы не было ни одного серьёзного доказательства, чтобы официально обнародовать интрижку сестры Оттавио — только слова.

А невинность свою она не могла доказать, потому что её уже не было. Чезаре об этом позаботился.

— Подлец! — выкрикнула она.

Чезаре уставился на неё своими прозрачно-голубыми, как ледяная вода, глазами.

— Слышать такое от тебя, синьорина де Маре! От тебя, готовой отдаться первому встречному… Это просто смешно, — процедил он.

— Мразь! Негодяй! — Слёзы навернулись на аметистовые глаза Изабеллы. — Ты был моим первым мужчиной! Я отдала тебе свою невинность. И ты это знаешь! — выпалила она.

Чезаре это не тронуло.

— Нет. Ты просто пыталась использовать свою девственность, чтобы держать меня на поводке, — с издёвкой усмехнулся он. — И не вздумай считать, что ты единственная, у кого я её забрал.

Для Чезаре Изабелла была всего лишь одной из множества женщин — нет, трофеев.

— Ладно, мы переспали. Но чем тут гордиться? — Каждое его слово больно вонзалось ей в сердце. — Если мне и правда нужно сделать тебя герцогиней только потому, что ты была невинна, то в этом списке ты сто восемнадцатая. Хотя подожди, может, и сто пятидесятая — я уже сбился со счёта. О, надо составлять список! Список герцогинь. Сиди и жди, пока те, что выше тебя, не вымрут, — хмыкнул он.

Он продолжил издеваться:

— Хотя одно надо признать: кое-чем ты всё-таки выгодно отличаешься от прочих герцогинь. Никогда ещё не видел, чтобы синьорина так отчаянно ставила на кон собственную девственность. Это я даже готов отметить, — тихо усмехнулся Чезаре.

Ему до дрожи хотелось граппы. Солнце стояло высоко, но он всё равно мечтал напиться.

— Я восхищён тем, как тонко ты всё подстроила, — продолжил он. — Но попробуй встать на моё место. Ты хоть представляешь, какое это омерзительное чувство — быть жертвой всей этой аферы?

Его действительно передёргивало от отвращения. Ничего не могло бы смыть с него это чувство. Он чувствовал себя использованным.

— Хочешь власти и денег — давай, веди себя так. Но если ты человек, то нечего прибегать к собачьим трюкам, — процедил Чезаре.

На миг он задумался. Имею ли я право вообще поучать других? О чём сейчас думает Ари?

Пока Чезаре тянулся за ускользающими мыслями, Изабелла снова сорвалась на визг, по её лицу текли слёзы:

— Ты самое гнусное существо, что только ходит по земле!

Чезаре согласно кивнул:

— Да, я такой, — на его лице наконец появилась кривая улыбка. — А разве ты не знала?

— Мерзавец! Подлец! Негодяй!

— Знаю-знаю, — он вскинул руки, словно сдаваясь. — Я вёл себя чудовищно и дошёл до того, что меня можно ставить в один ряд с маркизом Кампа. Никогда бы не подумал, что мы с ним ляжем в одну постель с одной и той же женщиной, — в его холодных, цвета воды, глазах вспыхнул дьявольский огонёк. — Но вот в жёны я тебя не возьму.

— Но ты разрушишь мне жизнь! — завыла Изабелла; от её прежней благородной маски не осталось и следа. — Чезаре де Комо, ты что, решил уничтожить и себя тоже?! Если мы не поженимся, нам обоим конец! Ты вообще понимаешь, что говоришь?!

— Это ты первая начала мне угрожать! — рявкнул в ответ Чезаре. — Это ты разрушила мою жизнь! Как ты смеешь изображать из себя жертву?!

У него отобрали спасение. Его любимая просто развернулась и ушла — с взглядом, полным отвращения и ненависти. Нет — с разбитым сердцем.

Он думал, что, женившись на Ариадне, станет другим человеком. Что его мерзкая, пугающе пустая жизнь останется в прошлом, а впереди его ждёт новый, ослепительно светлый путь.

На его глазах всему пришёл конец.

— Ты сама притащилась в мои покои со своим враньём, заставила меня читать те письма и затащила меня в постель!

— Чушь собачья! Ты сам пригласил меня к себе в спальню! Ты мог мне отказать и указать на дверь! Нужно было просто сказать «нет» и выпроводить меня. Но ты этого не сделал! — истошно закричала Изабелла. — Я что, гигантша ростом в восемь пьеди , чтобы затащить тебя в постель силой?

Её глаза полыхали яростью.

— Ты пытаешься свалить на меня вину за свой разрыв с Ариадной, но нет! В эту грязь тебя затащили твои собственные яйца!

Чезаре больше не хотел с ней разговаривать. Он нанёс последний удар:

— Давай закончим на этом. Итог один: я на тебе не женюсь.

Он не собирался думать, кто действительно во всём виноват, — просто хотелось убедить самого себя, что вина лежит на Изабелле. Ему было всё равно, будет ли она обвинять его в ответ. Выслушивать её он всё равно не собирался.

— Ладно. Допустим, я виноват, — он пожал плечами. — Но это ещё не значит, что я обязан на тебе жениться.

Те, кто до смерти боялся запятнать репутацию, прикрывались браком, словно удобной ширмой.

Сегодня Изабелла, в отличие от прочих девушек из высшего света Сан-Карло, уже не боялась дурной славы. Но вот Чезаре балансировал на грани — уже десять лет его называли отъявленным негодяем в кругах аристократии. До того, чтобы признать его окончательным мерзавцем и записать в отбросы общества окружающие ещё не дошли, но он был опасно близок к этой отметке.

Если бы Изабелла и Чезаре сыграли партию, поставив на кон испорченную репутацию, победа несомненно досталась бы Чезаре.

— Мне плевать, если меня будут считать мразью, — бросил он. — Можешь поливать меня грязью и рыдать по ночам в подушку. Делай что угодно.

Изабелла вскинула правую руку, чтобы влепить Чезаре пощёчину. Он прекрасно видел её жест, но не попытался остановить. В нём ещё теплились остатки совести — он считал, что эта пощёчина была заслуженной.

Однако вместо ожидаемой женской ладони в лицо ему прилетел кулак.

— О-отец!.. — выдохнула Изабелла.

Кардинал де Маре, который с опозданием пришёл в гостиную Чезаре, влетел внутрь и со всего размаху врезал герцогу по лицу.


--------------
Прим. перев.: всё ещё 180 глава манхвы.