Дата выхода оригинала: 10.12.23

---

Первым она ощутила жаркое дыхание мужчины. Оно опаляло, пульсировало, в нём чувствовался аромат перечной мяты. Губы Альфонсо грубо вторглись в её рот, с силой раздвигая нежную плоть и жадно впиваясь в неё.

— Мгх!..

Он не давал Ариадне ни мгновения передышки. Его язык скользнул за её гладкие зубы, проникая всё глубже и глубже. Он лихорадочно, до одури целовал её, пил её дыхание, пробовал её на вкус.

Альфонсо изо всех сил стиснул её в объятиях; мягкое, податливое тело Ариадны тесно прижалось к его твёрдому торсу. Пожалуй, он впервые в жизни ощущал подобную мягкость. Ему отчаянно хотелось слиться с ней воедино. Казалось, ничто на свете не способно его остановить… если не считать одного конкретного внешнего раздражителя.

Ему в лицо прилетела звонкая, хлёсткая пощёчина.

Боль лесным пожаром вспыхнула на щеке и обожгла кожу. Но даже получив первую пощёчину, Альфонсо всё ещё крепко держал Ариадну в объятиях — ровно до тех пор, пока не прилетела вторая, столь же звучная.

Дело было даже не в физической боли. Ариадна предельно ясно, недвусмысленно выражала свою волю.

Альфонсо наконец разжал руки и отпустил её. Ариадна смотрела на него взглядом, полным клокочущей ярости.

— Принц Альфонсо де Карло, — начала она низким, сорванным голосом, сжимая дрожащие руки. — Я… — В её голосе звучали едва сдерживаемые слёзы и обида. — Я… не намерена становиться женщиной, которую вы будете прятать за своим покровительством.

Ариадна больше не желала ни сладкого обмана, ни приторной лжи. Стоит лишь пристраститься к этой сладости и вцепиться в неё — и только на пороге смерти понимаешь, какой чудовищной ошибкой был твой выбор. Бежать в ад с открытыми глазами из-за мужчины она больше не собиралась. Одного Чезаре ей хватило с лихвой.

— Больше не смейте так со мной поступать.

Выслушав суровое предупреждение Ариадны, Альфонсо стиснул зубы и с силой потёр лицо обеими руками.

Не потому он так поступил. Просто поцелуй был его единственным ответом на её вопрос: «Ты вообще любил меня хоть когда-нибудь?»

Я люблю тебя. И прямо сейчас я люблю тебя вот так.

Вместо слов, которых ему, как всегда, недоставало, он ответил ей на своём самом честном языке.

Но Ариадна решительно, одним махом разрубила запутанный узел их отношений.

— Вплоть до дебютного бала герцогини Бьянки мы не будем встречаться без крайней необходимости. И перестаньте высовываться на совещаниях, когда вам даже нечего сказать… Хватит уже вести себя так жалко.

Альфонсо густо покраснел. В этот момент ему стало стыдно вдвойне.

— Давайте разделять государственные дела и личные, — добавила Ариадна, яростно вытирая губы, которых только что касался Альфонсо. Она даже не замечала, что её пальцы были мокрыми от слёз.

Взгляд принца с тоской следил за каждым её движением. Но Ариадна, не дрогнув, резко отвернулась и вихрем вылетела из Зала Звёзд.

Альфонсо остался в одиночестве посреди прекрасного мраморного зала. Каким бы прославленным полководцем и сильнейшим рыцарем Центрального континента он ни был, как бы далеко ни гремело его имя, в одиночку он не мог заполнить это необъятное пространство с его невероятно высокими сводами.

С уходом Ариадны словно исчезла сама жизнь. В мёртвом мраморном зале остался лишь Альфонсо, застывший, словно изваяние.

Что же… что же я наделал?

Он коснулся левой щеки, по которой его ударила Ариадна. Ни в одном её слове не было ошибки.

Если бы она поддалась и без сопротивления позволила увлечь себя, то в глазах других стала бы тайной возлюбленной принца, а в недалёком будущем — королевской любовницей, не больше и не меньше.

Вся эта ситуация в конечном счёте была делом его рук. Если говорить совсем точно — всё произошло из-за того, что он так и не разорвал отношения с великой герцогиней Лариессой. Женат он на самом деле или нет, сейчас не знал даже сам Альфонсо.

Но одно он знал наверняка. И осознал он это совершенно ясно только что: он до безумия желал Ариадну. Он просто не мог представить себе будущего без неё.

Правда была в том, что он смог сбежать из Галлико лишь благодаря жертве великой герцогини Лариессы. Было правдой и то, что все эти годы Лариесса добродетельно ждала только его, не покидая своих покоев.

Но сейчас Альфонсо, пройдя через Йесак, вернулся в Этрусское королевство. Прошлые долги и обиды — это лишь прошлое, и у них не было силы опутать его будущее. Сочувствие и любовь — это абсолютно разные вещи.

Лариесса не годится на роль супруги принца де Карло.

И она не должна была ей стать. В отличие от прошлого, когда он лишь беспомощно прокручивал эту фразу в голове, теперь у Альфонсо была сила воплотить её в реальность.

Раньше у него не было власти. Но теперь её было предостаточно.

***

Выждав долгое время, принц Альфонсо покинул Зал Звёзд в полном одиночестве. Именно тогда Бернардино осторожно подошёл к нему и спросил:

— Ваше Высочество… всё в порядке?

Отослав Манфреди, секретарь продолжал терпеливо ждать: он планировал нести караул у дверей, пока принц и графиня не закончат разговор. Однако случилось непредвиденное — он увидел, как из зала в слезах выбежала Ариадна.

— Может, мне нужно отдать распоряжения?

Он был готов сделать для принца что угодно: послать цветы, пойти извиняться вместо него или даже самолично получить пощёчину. Бернардино вынянчил Альфонсо с самых пелёнок, поэтому относился к нему скорее как отец, а значит, и брал на себя куда больше обязанностей, чем любой другой подчинённый.

Впрочем, насчёт пощёчин можно было не переживать: его господин уже принял удар на себя.

Альфонсо хотел было отказаться от предложенной помощи, но тут вспомнил об одном незаконченном деле.

— На чём мы остановились с предложением великого герцога Эда? — спросил принц.

Королевство Галлико без устали пыталось организовать тайную встречу между Альфонсо и великим герцогом. До сих пор принц рассуждал по принципу «кому нужно напиться, тот пусть и копает колодец», а потому отвечал твёрдым отказом. Но теперь всё переменилось: умирающим от жажды оказался он сам.

— Он предлагал встретиться лично на государственной границе, если нейтральная территория вам не подходит, — отчитался Бернардино.

— Свяжись с ним и согласуй детали: дату, время, точное место, — скомандовал Альфонсо. — Получу данные — тогда и приму решение.

Секретарь немало удивился такой резкой перемене, но ничем этого не выдал.

— Слушаюсь, Ваше Высочество. Займусь этим незамедлительно.

Альфонсо не стал выдвигать никаких дополнительных условий и не задал больше ни единого вопроса. Он уже собирался уходить, когда Бернардино поспешно его окликнул:

— Ах да, чуть не забыл. Есть ещё кое-какие вести.

Альфонсо промолчал. Его показательное безмолвие означало лишь одно: он совершенно не желает тратить время на то, с чем к нему сейчас пришёл Дино.

И всё же тот был абсолютно уверен — если принц не узнает эту новость прямо сейчас, то потом будет горько сожалеть.

— Кардинал де Маре вернулся в столицу, — произнёс секретарь.

Принц замер.

— Он просит об аудиенции, — продолжил Бернардино. — На какое время её назначить?

— Чем быстрее, тем лучше…

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Бернардино знал, что принц так ответит. Он понимал мысли своего господина лучше, чем свои собственные.

***

Выбежав из Зала Звёзд, Ариадна помчалась по коридору так быстро, как только могла, на ходу вытирая безостановочно текущие слёзы. Но даже в таком состоянии она по привычке сохраняла подобающий этикету мелкий шаг, хотя сама этого даже не осознавала.

Как я зла!

Ариадну переполняли ярость и стыд от того, что она не оборвала всё это раньше.

Насколько же пренебрежительно он ко мне отнёсся!

В тот день, когда пьяный в стельку Альфонсо забрёл в её сад, нельзя было так просто спускать ему это с рук. Надо было прогнать его оттуда хотя бы метлой.

Мужчины в итоге все одинаковы!

Каким бы прямолинейным и праведным ни казался Альфонсо, он был таким же, как и все. Ариадна считала его единственным на всём континенте мужчиной, который, имея всё, не смотрит на женщин как на вещи — не воспринимает их как очередные трофеи или украшения. Она думала, что уж он-то другой.

Другой, чёрта с два!

Стоит мужчинам увидеть молодую женщину, как они теряют голову и распускают руки. А когда дело доходит до выбора спутницы, они смотрят исключительно на выгоду.

Даже Альфонсо, которому она так верила, в конце концов выбрал Лариессу — великую герцогиню с поддержкой Галлико за спиной. А её собственным уделом так и оставалось положение любовницы принца. Прямо как в прошлой жизни.

Но раз так, то ни преданность, ни любовь не нужны. Надень она платье с чуть более глубоким вырезом — и с той же самой внешностью могла бы запросто заполучить место любовницы даже при первой встрече.

У Изабеллы в прошлой жизни не было вообще ничего, кроме красивого личика, но она умудрилась занять трон королевы. Возможно, слова, сказанные сестрой в далёком прошлом, были чистой правдой: «Не вздумай посвящать свою жизнь мужчине — взамен не получишь ничего. Благодарности они не знают. Не верь мужчинам».

В этом мире нет ни одного верного человека.

Громко всхлипнув, она снова заплакала навзрыд.

Ариадна жалела о каждом своём шаге. Веди она себя пристойнее, оборви она его холодно с самого начала — по крайней мере, не оказалась бы сейчас в таком унизительном положении.

В ушах Ариадны гудело: она отчётливо слышала голоса старухи Джан Галеаццо и Лукреции, вечно упрекавших её в том, что она ведёт себя неподобающе женщине. Она считала всё это полным бредом, но в моменты слабости никак не могла заглушить этот шёпот, снова и снова звучавший в мыслях.

Неправильно училась, неправильно росла, неправильно жила.

Ариадна не знала, в какой именно момент всё пошло наперекосяк, но её вторая жизнь тоже обернулась провалом.

Не надо было ей зариться на сомнительную должность дуэньи. Не сделай она этого — и ей не пришлось бы впутываться в историю с Альфонсо, и не было бы нужды просить его о помощи. Будь у неё возможность хоть сейчас повернуть время вспять, она бы с радостью сдала недо-должность наставницы и просто заперлась бы дома.

Она снова грубо вытерла губы тыльной стороной ладони. Лишь с опозданием на такт до неё дошло, что краска, которую так старательно наносила Санча, наверняка превратилась в размазанное месиво.

Всё равно на губах уже ничего не осталось! Насколько же несерьёзно он ко мне отнёсся. Насколько ничтожной меня считал. Насколько не уважал.

Ариадна с силой тёрла губы. Она тёрла их так яростно, что кожа стала саднить, но ей было всё равно. Она злилась, и сердце её разрывалось от боли… Ещё и потому, что поцелуй был поистине упоительным.

Если бы ей не было так хорошо, она бы оттолкнула его с самого начала. Если бы не этот сладкий аромат, если бы ей не хотелось намертво прижаться к его полным губам и просто забыть обо всём, она бы сразу рявкнула ему «Проваливай!».

Но тот факт, что она и сама его желала, заставлял её стыдиться вдвойне. Она не могла отрицать тот жар, что поднимался по коже от самых кончиков пальцев, стремительно распространяясь к центру её существа. От стыда ей хотелось провалиться сквозь землю.

Всю дорогу, пока карета ехала к особняку де Маре, Ариадна безостановочно тёрла губы. Это было одновременно и попыткой стереть его прикосновение, и отчаянной борьбой за то, чтобы никогда его не забыть.

Каждый раз, как только она представляла себе его губы на своих, Ариадна начинала их тереть, пытаясь смыть эти ощущения. Контраст между её твёрдыми костяшками и его полными губами был слишком явным. Каждый раз, когда она осознавала эту разницу, ей становилось так горько, что она снова тёрла их, а когда тёрла — ей снова становилось горько. Ариадна продолжала делать это до тех пор, пока карета не остановилась у дома.

— Госпожа, с возвращением… — Санча вдруг икнула от неожиданности. — Что у вас с губами?! — в ужасе воскликнула она, встретив Ариадну у парадных дверей.

К счастью, Санча была единственной, кто встречал Ариадну. У неё были новости, которые она хотела передать наедине, поэтому остальных служанок она отослала прочь.

Санча обернула свой шарф вокруг лица Ариадны, скрыв её губы от чужих глаз. Она прошептала, округлив глаза:

— Неужели вы целовались с принцем в королевском дворце? Что у вас с губами?!

— Нет! — резко возмутилась Ариадна, но тут же поняла, что её слова полностью расходятся с реальностью. — То есть, ну… поцеловаться-то мы поцеловались, но они такие не из-за этого!

Даже в наихудшей ситуации она оставалась одержима фактами.

Глаза Санчи округлились и стали похожи на блюдца:

— Что?! Вы и вправду поцеловались?!

Чем больше Ариадна об этом говорила, тем больше расстраивалась. Еле сдерживая слёзы, она наконец сорвалась:
— Не спрашивай больше!

Если не хочешь увидеть, как я заплачу.

Она действительно была на грани. Если бы ей пришлось кому-то объяснять вслух, какую огромную глупость она сегодня натворила, она бы не просто разрыдалась — она бы со стыда умерла.

К счастью, Санча умела читать мысли Ариадны по одному лишь выражению лица. Она не стала ни о чём расспрашивать и, вместо того чтобы лезть с неловкими утешениями, просто сменила тему:

— Кстати, госпожа! Нам пришло приглашение!

— Какое ещё приглашение?

— От герцогини Таранто!

При этой новости смятение Ариадны рассеялось, словно сильный ветер разом выдул из её головы весь туман. Весь этот сегодняшний бардак она устроила лишь ради того, чтобы получить возможность сблизиться с Бьянкой. И вот теперь эта возможность стала реальностью. В конце концов, Ариадна была из тех, кто по-настоящему оживает, когда дело доходит до работы.

Санча протянула ей записку. Это было не привычное по нынешним временам приглашение, запечатанное в конверт, а послание, написанное прямо на открытке — в духе старых традиций высшего света.

— Она планирует прибыть в Сан-Карло на следующей неделе и хочет встретиться с вами до бала! — сообщила горничная.

В прошлой жизни Бьянка была тихой затворницей, безвылазно жившей в своих обширных владениях на юге. Она ни с кем не встречалась, так что даже Ариадна, будучи тогда невестой регента Чезаре, ни разу не видела её лично.

Руки Ариадны, державшие приглашение, мелко задрожали.

Наконец-то приблизился день, когда она приоткроет завесу этой тайны.