До школьного фестиваля оставалась одна неделя. В разгар этой суматохи Мэри-сан снова подкараулила меня и затащила в лимузин.

— О боже, да это же Котаро. Какое совпадение. Не хочешь поболтать?

— Вы так говорите, но ведь явно сидели в засаде.

— Ну-ну, не будь занудой… Это просто дружеская беседа. История ведь близится к кульминации, верно? Считай это чем-то вроде смотра сил перед финальным актом.

И всё же… японский у Мэри-сан действительно впечатляет.

Как и ожидалось от «идеальной героини». Она, вероятно, превосходит всех в любой мыслимой области.

— Еще всего одна неделя, и я ввергну Рёму в пучину полного отчаяния… Ах, не терпится это увидеть. Интересно, какое лицо у него будет, когда я отвергну его признание?

А еще у неё настоящий талант к актерству.

Перед Рюзаки она играла роль жизнерадостной, невинной героини — и справлялась с этим безупречно. Он уже полностью во власти чар Мэри-сан.

Так что за Рюдзаки я могу не беспокоиться.

А вот что касается самой Мэри-сан… этого может быть еще недостаточно.

Пока она не полюбит Рюзаки настолько сильно, что откажется от своего «ромкома с возмездием», мы не сможем разрушить её сценарий.

Вот почему я решил, что пора действовать.

— Есть одна вещь, которая не дает мне покоя.

— О? Если тебя что-то тревожит, я выслушаю. В конце концов, мнение со стороны может быть очень ценным для творца.

— Спасибо. Возможно, это лишь мое воображение, но… вам не кажется, что у Рюзаки всё еще могут быть чувства к Шихо? С тех пор как мы столкнулись с ним в торговом центре, это не идет у меня из головы.

Когда я это сказал, Мэри-сан слегка приподняла бровь.

— О… и что навело тебя на такие мысли?

— Рюдзаки активно избегал Шихо — прямо-таки из кожи вон лез для этого. Не намекает ли это на то, что он всё еще зациклен на ней? Если бы он по-настоящему любил вас, ему было бы плевать на Шихо.

...Я и впрямь мастер говорить вещи, которые звучат правдоподобно.

— Ты прав. У меня нет веских доказательств, чтобы это опровергнуть.

Похоже, Мэри-сан не смогла просто отмахнуться от этого со смехом.

— Хм. Когда я услышала, что вы с Шихо идете на свидание, я подумала, что было бы забавно «случайно» столкнуться с вами, поэтому мы с Рёмой пошли в молл… но, похоже, эта моя прихоть в итоге напомнила Рёме о Шихо.

— Вот почему я думаю, что было бы лучше, если бы Рюзаки влюбился в вас еще сильнее.

Отлично. Мне удалось направить разговор в нужное русло.

— …Ты правда думаешь, что это возможно?

— У меня есть пара идей. Например...

Я поделился с ней планом, как заставить Рюзаки окончательно потерять голову от Мэри-сан.

Хотя, если быть точным, это был скорее план их сближения, ведущий к счастливому концу.

Так что, по сути, это была стратегия «интимности».

— Хм… что ж, неплохо, — выслушав меня, благосклонно ответила Мэри-сан. — Но к чему такая внезапная готовность помочь? До сих пор ты не проявлял никакого рвения… только не говори мне, что ты что-то замышляешь?

Разумеется, Мэри-сан заподозрила неладное.

Вполне естественно… я предвидел и такую реакцию.

— Когда Шихо увидела Рюзаки, у неё снова всё помутилось в голове — совсем как тогда. Поэтому, даже если шанс невелик, я хочу исключить любую возможность их повторного пересечения… Я хочу стереть Рёму Рюзаки, самого «протагониста», раз и навсегда. Чтобы она больше не пострадала.

У меня уже был готов подходящий ответ.

Конечно, я смешал правду с ложью, чтобы её было труднее раскусить.

— Ни-хи-хи. Теперь понятно. Хм, любопытно… устранение препятствий ради защиты близкого человека. Мне не претит такой ход мыслей.

Мэри-сан умна. Обычно кто-то вроде меня не смог бы её обмануть.

Но именно потому, что она гений, она самоуверенна… и недооценивает меня.

«Нет ни единого шанса, что кто-то вроде него обведет меня вокруг пальца».

Именно потому, что она так думает, мне и удалось так легко ею манипулировать.

Теперь я собираюсь запустить «событие», которое заставит героиню влюбиться в протагониста.

Чтобы стащить этого «творца» с небес на землю… и превратить её в обычную влюбленную девчонку.

◇

То, на что указал Котаро… в глубине души я и сама это чувствовала.

Иногда кажется, будто Рёма разговаривает не со мной, а с кем-то другим.

— Мэри, сегодня холодно — береги себя.

Видите? Прямо как сейчас. Он говорит со мной так, будто я какая-то хрупкая, болезненная девочка.

— ХА-ХА-ХА! В Америке гораздо холоднее, знаешь ли! В такую погоду я могла бы ходить в футболке и чувствовать себя отлично!

Я отшучиваюсь, смеясь, будто это пустяк.

Только тогда Рёма, кажется, вспоминает, что рядом с ним именно я. Он моргает и возвращается к реальности.

— …А, да. Ты права. Прости, сам не знаю, что несу.

— Может, ты просто за меня волнуешься?! Спасибо — Рёма, ты такой милашка, я тебя обожаю!

— Ха-ха. Спасибо. Мне приятно это слышать.

Рёма не выглядел недовольным моим проявлением чувств — скорее, он был даже польщен.

— О, прости. Я отойду в туалет на минутку.

— Хорошо! До скорого~♪

После уроков. Мы репетировали наш спектакль в пустом классе, когда Рёма встал, чтобы выйти.

Судя по его поведению… у него действительно должны быть ко мне чувства.

И всё же я не могу отделаться от легкого беспокойства.

Мне очень не хочется думать, что он всё еще зациклен на Шихо… но на всякий случай я сделаю так, чтобы сердце Рёмы склонилось ко мне еще сильнее.

Пока Рёмы не было, я подошла к Котаро, который читал сценарий в углу класса.

— Котаро, есть минутка? Я думаю сегодня провести операцию «Получаю нагоняй, и моё сердце замирает♪ Спасибо, что злишься ради меня☆».

Это было, конечно же, частью нашего плана по окончательному завоеванию Рёмы.

— Я никогда не давал этому плану такого идиотского названия.

— Но зато сразу понятно, о чем речь, верно?

Он предложил что-то вроде: «Как насчет события, где Рюзаки тебя отчитает?». Сейчас казалось самое время это опробовать.

— «Ты так переживаешь, что даже злишься на меня… Я так счастлива! Кажется, я влюбилась в тебя еще сильнее, Рёма♪»… Не то чтобы нормальные люди говорили такие удобные фразы.

Это очередное типичное клише из отношений протагониста и героини.

Честно говоря, мне никогда не нравились подобные сцены.

— «Я злюсь только потому, что ты мне небезразлична» — не кажется ли тебе это своего рода эмоциональным насилием? Смахивает на старикашек, которые читают нотации девочкам в хостес-барах.

— Ты уверена, что это подходящее сравнение для школьницы?

А разве по сути это не одно и то же?

В любом случае, сейчас я собираюсь выслушать нотацию от Рёмы.

— Так что мне такого сказать, чтобы он разозлился ровно настолько, насколько нужно? Не хочу перегнуть палку. Хочу услышать твоё мнение.

— Дай подумать… Честно, я даже представлять не хочу, что у этого парня в голове, но… возможно, его бесит, когда плохо отзываются о близких ему людях. Например, о девушках, с которыми он дружит — о Юдзуки или Кирари.

Понятно. Это определенно в духе протагониста.

Рёма абсолютно уверен в себе, так что если оскорбить его лично, он, скорее всего, просто отмахнется: мол, «пусть болтает, что хочет».

Но если задеть кого-то из второстепенных героинь — которые служат источником его уверенности, а точнее, спеси, — он может почувствовать, будто кто-то насмехается над его ценными трофеями.

Причем Рёма будет злиться не ради девочек, а ради самого себя. Вероятно, такова логика предложения Котаро. Он действительно зрит в корень.

— Ладно, так и сделаю. Котаро, спрячься в тот шкаф для инвентаря. Если мы будем наедине, Рёме будет проще разойтись.

Это было время репетиции только для актеров, так что никого больше не было. Если Котаро тоже не будет видно, Рёма даст волю эмоциям.

— Э-э… мне правда обязательно здесь находиться? Если он меня найдет, будет очень плохо.

— Мобы почти не обладают присутствием. Он тебя ни за что не заметит.

— Я… не могу с этим спорить…

— Нам будет проще обсудить всё потом, если ты сам увидишь, как всё пройдет.

Выслушав это, Котаро неохотно кивнул.

После чего я запихнула его в шкаф и стала ждать возвращения Рёмы.

Прошло несколько минут. Я взглянула на часы, и вскоре появился Рёма.

— Хм? Его нет?

— Ты про Котаро? Он сказал, что у него дела, и ушел домой! Ни-хи-хи~♪

— Вот как? Впрочем, мне на этого Накаяму наплевать… Но ты, я гляжу, в хорошем настроении? Прямо светишься вся.

Даже такой твердолобый тип, как Рёма, заметил перемену — возможно, потому что я вовсю сияла лучезарной улыбкой.

Как и ожидалось от Мэри, актрисы высшего разряда. Моя игра была безупречна.

— Это потому, что я наконец-то осталась с тобой наедине, Рёма!

— Не думаю, что этому стоит так радоваться. Мы и раньше частенько оставались вдвоем.

— Э-э-э? Но в школе это такая редкость, не находишь? Вечно рядом крутится какая-нибудь другая девчонка…

И тут я произнесла её имя.

— Например, Кирари! Она постоянно ошивается возле тебя, и, честно говоря, меня это малость подбешивает, понимаешь? Такое чувство, будто она мешает нам с тобой. Мне это не очень нравится~☆

Нарочито жизнерадостно.

Я произносила слова весело и невинно, без капли видимой злобы.

И, как я и рассчитывала, лицо Рёмы изменилось.

— Эй, подожди-ка.

Как Котаро и предсказывал… он не мог вынести, когда кто-то оскорблял одну из девчонок, которые на него молились.

— Это не дело. На тебя не похоже, Мэри.

Он не выглядел в ярости, но атмосфера мгновенно стала серьезной.

— Кирари вовсе не мешает. Она просто пытается ладить с нами… нет, с тобой, Мэри. Может, вы и не сходитесь характерами, но она по-своему старается наладить контакт. Тебе не стоит обесценивать эти усилия.

Как он вообще может говорить такое с серьезным лицом?

Если Кирари меня недолюбливает, то только из-за Рёмы. И всё же, как и подобает протагонисту — он прячется за маской непонимания, чтобы снять с себя ответственность. Должно быть, удобно находиться в такой позиции.

Даже когда эти мысли переполняли мою голову, я следила за тем, чтобы ничего из этого не отразилось на моем лице.

Вместо этого я приняла удрученный, поникший вид.

— П-прости… Я не хотела её обидеть или типа того, ясно? Это была просто шутка, не сердись так сильно?

— Даже если это шутка, насмехаться над кем-то — это неправильно. Я знаю, что ты не хотела ничего плохого, но тебе стоит быть осторожнее с необдуманными комментариями. Из-за таких вещей тебя однажды могут возненавидеть.

— Ты прав… в следующий раз я буду осмотрительнее.

Я притворилась, что раскаиваюсь.

Я опустила голову, потупила взор, ссутулила плечи — приняла позу искреннего сожаления — и тогда Рёма мягко погладил меня по голове.

— Прости, что был резок. Но я сказал это потому, что ты мне дорога, Мэри. Надеюсь, ты это понимаешь.

Он мгновенно сменил холод на доброту...

Чистейшей воды психологическая манипуляция. Фу, гадость.

— Да! Это потому, что ты супер-добрый, Рёма! Спасибо, что отчитал меня!

…От этих слов у меня буквально кожа поползла мурашками.

Нет, серьезно — какая нормальная девушка будет рада, что её отругали?

Котаро, подглядывающий в щель шкафа, сейчас, наверное, корчится от кринжа.

Это совершенно нелепая сцена — но Рёма ничего не замечает.

Он способен интерпретировать вещи только так, как ему удобно, и, похоже, считает благодарность за нагоняй вполне естественной реакцией.

— Ха-ха. Я вовсе не добрый. Обычный.

— Ты не обычный! Ты был добр ко мне с нашей самой первой встречи… помнишь? Ты ведь тогда спас меня!

Тем утром, когда я гуляла с собакой, меня чуть не сбила машина — и Рёма спас меня.

Разумеется, это была постановка. И трюк с машиной тоже — всё было тщательно спланировано так, чтобы не было реальной опасности.

Но Рёма об этом не знает. Он верит, что спас мне жизнь.

И именно поэтому он думает, что у меня есть причина его любить.

Хотя это вовсе не так… бедный протагонист.

— Да уж, Мэри, ты та еще растяпа.

— ХА-ХА-ХА!

Я рассмеялась и закинула руку ему на плечо.

В последнее время я увеличила количество физического контакта. Это тоже было предложением Котаро.

— Я полная голова садовая, так что тебе лучше и дальше приглядывать за мной, ладно?

Когда я это сказала, Рёма счастливо улыбнулся.

— Да, конечно. Положись на меня… что бы ни случилось, я тебя защищу.

— Спасибо! О, и если я когда-нибудь сделаю что-то не так, обязательно отчитай меня, хорошо? Мой отец меня даже никогда не ругал, так что сегодня это было даже как-то… освежающе. Я, может быть, даже немного разволновалась~

— Ха-ха. Что ж… да, пожалуй, я единственный, кто может на тебя разозлиться ради твоего же блага. Я и впредь буду приглядывать за тобой.

— Кья-а~♪ Ты сказал «и впредь»… погоди, погоди, это что, предложение? Рёма, неужели ты на самом деле…?

— Н-нет! Я не это имел в виду, ясно?!

— …Даже если бы и это, я была бы не против.

— А? Что ты сказала?

— Н-ничего! Просто мысли вслух!

И вот так мы разыграли очередной шаблонный диалог.

Ничего свежего, ничего оригинального — просто набор фраз, которые можно встретить где угодно.

Но благодаря этому связь между Рёмой и мной стала еще крепче.

Последние несколько дней были полны подобных событий.

Рёма — протагонист, так что эти слащавые моменты случаются регулярно, а он этого даже не замечает. А благодаря тому, что Котаро помогает за кулисами, теперь я могу с уверенностью сказать, что полностью завладела сердцем Рёмы.

Хм… при таком раскладе всё должно быть в ажуре.

Три дня до школьного фестиваля. Всё готово.

Рёма по уши в меня влюблен. Осталось только дождаться подходящего момента.

Ни-хи-хи. Не могу дождаться, чтобы увидеть выражение его лица, когда я его предам.

Сердце забилось в предвкушении. Каждый раз, когда я смотрела на Рёму, я чувствовала беспокойство.

Должно быть, я просто была на взводе.

От одной мысли о том моменте, когда протагонист падет с небес на землю — мое сердце никак не унималось.

◆

Из шкафа для инвентаря я внимательно наблюдал за ними.

Сквозь узкую щель я видел, как Мэри-сан и Рюзаки улыбаются друг другу.

Они выглядели… по-настоящему счастливыми.

Видя её такую улыбку, я почувствовал что-то странное.

Потому что, когда мы впервые встретились, от Мэри-сан исходила эта подавляющая аура всемогущества…

Но сейчас она выглядела как любая другая девушка.

Она действительно похожа на влюбленную девчонку.

Взгляд подернулся дымкой, щеки расслабились, уголки губ мягко приподнялись… всё лицо раскраснелось, а в глазах плясали искорки.

Не похоже было, чтобы в этой улыбке была хоть капля лжи.

«Надеюсь, это сработает».

В последнее время я притворялся союзником, подстраивая события так, чтобы Рюзаки и Мэри-сан сближались. Мне также приходилось быть начеку, чтобы она не разгадала мой истинный замысел… но все эти усилия были почти позади.

Три дня до школьного фестиваля, значит…

Когда придет время, Мэри-сан, вероятно, попытается завершить свой самописный «ромком с возмездием».

Но я ей не позволю.

Прямо перед финалом я заставлю её осознать свои истинные чувства.

История, созданная Мэри-сан, не закончится фразой «так тебе и надо».

Она закончится так:

«В конце концов, Мэри-сан обрела счастье».

И жили они долго и счастливо.

Мне хотелось опустить занавес в её истории чем-то простым и добрым.

…Хотя я и не знаю, сработает ли это на самом деле.

Этот внезапный внутренний голос заставил меня невольно нахмуриться.

Но я убедил себя, что это пустяки — и снова притворился, что не слышу его.