Истинное сознание Балрога металось в панике.

«Как?! Как он умудряется использовать силу Осколка на таком уровне?!»

Ведь прошло меньше шести лет с тех пор, как этот червь попал в Изнанку мира! Драконы не могли лгать — они были на его стороне. А все три Осколка человек собрал и вовсе меньше года назад. Этого времени ничтожно мало, чтобы научиться подчинять себе Осколок Силы!

Сам Захар потратил больше десяти лет на укрощение этого артефакта. Балрог был свято уверен, что человек не совладает с разрушительной отдачей.

«Проклятый Захар...»

Среди полчищ своих воплощений Балрог скрежетал зубами от ярости. Тот факт, что Юнджэ использовал именно эту стратегию, доказывал: его направлял Захар. Сотни лет назад тот запечатал его точно так же.

Всплеск! Хруст!

Клоны падали один за другим. Все они были носителями разных пороков. Внутри колоссального вместилища под именем Балрог кипели алчность, похоть, гнев и коварство. Они выглядели одинаково, но каждый жаждал единоличной власти над телом.

И сейчас главным среди них оставался он — первородный разум.

— Я не отдам тебе своё тело!

Он не собирался снова переживать сотни лет парализующего, удушающего небытия. Он заберёт Осколки, завладеет Граалем и станет абсолютным владыкой!

С этой мыслью Балрог ринулся на Юнджэ.

— Грааль принадлежит мне!..

Вжих!

Балрог моргнул: человек исчез прямо перед его носом.

Едва он успел обернуться, как...

Всплеск!

Тело верховного клона разлетелось на куски. Юнджэ тяжело перевёл дух и сухо бросил:

— Что ты там вякнул?..

Он с силой выдохнул застоявшийся воздух.

Прорубая путь сквозь тысячи чудовищ, он едва ли сделал десяток вдохов. Он двигался на пределе человеческих возможностей. Каждый вдох и выдох стоили драгоценных долей секунды, замедляя смертоносный танец клинка.

— Да сколько же вас тут, твари...

Клоны по-прежнему плотным кольцом окружали пульсирующее сердце. До цели оставались считаные метры. Марионетки бросались под меч с отчаянием смертников, инстинктивно понимая: сердце — их единственный источник жизни.

«Рвануть напрямую, наплевав на защиту?»

Юнджэ тут же отмёл эту мысль. Слишком велик риск. Пропустить один концентрированный удар сейчас — значит остаться здесь навсегда.

Хруст...

— Кх...

Тело кричало от невыносимой боли.

Осколок Силы продолжал буйствовать. Энергия, струящаяся по жилам, ломала кости и рвала связки быстрее, чем Осколок Жизни успевал их сращивать. Баланс сил был нарушен: приток разрушительной мощи превышал пределы регенерации.

«Неужели невозможно черпать эту силу, не сжигая сосуд дотла?»

Возможно. Но корень проблемы лежал в нём самом.

«Осколок всё ещё противится мне».

Он напоминал дикого зверя. Уговоры не действовали — артефакт огрызался, словно презирая смертного, посмевшего прикоснуться к силе богов.

Рывок!

Юнджэ плюнул на боль. Разве он когда-то сражался иначе? Он уже давно привык платить собственным телом за каждый шаг вперёд.

Свист! Всплеск!

Очерчивая клинком безупречные траектории, он прошивал ряды клонов насквозь. Фонтаны чёрной крови взмывали к потолку сосудистого купола, не успевая упасть обратно, а Юнджэ уже был впереди.

Хлюп... Чавк...

Балрог снова собрал своё тело из обрывков плоти, встав прямо перед гигантской пульсирующей громадой.

Увидев приближающегося сквозь кровавую метель мечника, владыка грехов похолодел.

«Этого не может быть...»

Прошло меньше года! Как смертный способен контролировать подобную мощь?!

Балрог вспомнил предостережения драконов:

«Осколок Силы разрушает оболочку носителя изнутри, заставляя расплачиваться годами жизни за каждый взмах меча...»

Так почему же Юнджэ не валился с ног?! Да, он был покрыт ранами и тяжело дышал, но в его движениях не чувствовалось угасания. Напротив: казалось, будто с каждым ударом его аура становится лишь чище и яростнее!

В пылу смертельного противостояния Юнджэ сам не заметил, как его естество наконец начало сливаться с силой Осколка в единое неделимое целое.