Вжих, вжух-вжух!

Фьють, вшух-вшух-вшух!

Десятки копий просвистели в воздухе, проносясь совсем рядом. Они вонзались в исполинские стволы или с глухим треском пробивали их насквозь.

Чирк.

Одно из копий едва оцарапало Юнджэ бок, и в то же мгновение его силуэт возник прямо перед нападавшим командиром ангелов.

Хрясь!

Ладонь Юнджэ железными тисками сомкнулась на лице командира и с размаху впечатала его затылком в массивный древесный ствол. Раздался омерзительный хруст дробящихся костей черепа, и в ту же секунду Юнджэ резко крутанулся на пятке, взмахивая мечом.

Вжих, вжух-вжух!

Брыз-з-зг!

Один взмах — и окутавшая клинок мана брызнула во все стороны, превращаясь в мириады тончайших сияющих лезвий. Рванувшиеся к нему со спины рядовые ангелы разлетелись на куски, фонтанируя кровью прямо в небо.

— Фух, ха-а...

Шмяк.

Юнджэ разжал пальцы. Командир с проломленной головой безвольной куклой соскользнул вниз и рухнул на землю.

«Осталось пятеро».

Не считая только что убитого, командиров оставалось ровно пять.

Царапина на боку неприятно саднила. Расправляться с командирами, вовсе избегая ранений, было попросту невозможно. И хотя раны были поверхностными, в каждую из них въедалась божественная сила ангелов.

«"Стойкой жизнью" регенерировать слишком долго».

Единственный доступный Юнджэ регенеративный навык, «Стойкая жизнь», затягивал повреждения за счёт расхода маны. Однако ранг этого навыка был чудовищно низок.

При столь слабом ранге, сколько бы маны он ни вливал, перебороть разъедающую плоть чистую божественную силу, оставленную ангельскими копьями, было невероятно сложно. Пока удавалось лишь кое-как купировать раны, не давая им разойтись и закровоточить сильнее. Но если повреждений станет больше, тело попросту откажет.

«Голова кругом...»

Юнджэ часто заморгал, мотая головой.

Сказывался откат от «Часового механизма». Из-за долгого перерыва в использовании эффект замедления восприятия проявился во всей красе, однако время удержания этой концентрации сильно сократилось.

Тик-так.

Юнджэ тяжело перевёл дух и деактивировал кольцо. Головокружение отступило, но мир вокруг вновь обрёл свою привычную, нормальную скорость.

«Непривычно».

Он пробыл в замедленном восприятии всего около получаса. Но возвращение в обычный темп после жизни в растянутом времени принесло ощущение вязкой неуклюжести.

Дольше удерживать «Часовой механизм» сейчас было невозможно. Юнджэ выбрал иной путь.

«Оставшуюся пятёрку...»

Гу-у-у-ум.

Татуировка-оковы на правом запястье отозвалась глухой дрожью.

«...я прикончу маной и маги».

Ш-ш-ш-шух.

Алая мана взвихрилась вокруг клинка, устремляясь в бесконечный цикл умножения. Вслед за ней на лезвие выплеснулась тёмная, ядовитая демоническая аура, которую он берёг до этой секунды. Сдерживать эти две силы дольше не было никакого смысла — и не оставалось времени.

Когда вспыхнула умноженная мана, а вслед за ней хлынула первозданная маги, выжившие командиры испуганно дрогнули. Они-то полагали, что, нанося бесконечные мелкие раны, загнали человека в угол, но у него, оказывается, всё ещё оставались нетронутые резервы.

«Он прятал козыри даже на волосок от гибели?..»

Это было решение бойца, который заботится не о выживании в данную секунду, а смотрит далеко вперёд. С самого начала Юнджэ вообще не воспринимал их как конечную цель.

Скрип!

Один из командиров до скрежета стиснул зубы и взревел:

— Он тоже на исходе сил! Не робейте! Он лишь выжимает последние капли! Любой ценой мы должны снести ему голову и поднести её Владыке!

— Слушаемся!

Тысяча уцелевших ангелов грянула в ответ единым кличем. Их голоса эхом раскатились по древней чаще, а на губах Юнджэ заиграла холодная усмешка.

— На исходе сил? Выжимаю последние капли?

Смешно до колик.

Юнджэ легко пружинисто ступил на землю. Мир больше не казался застывшим киселём, зато тело звенело от лёгкости и переполняющей мощи.

Гу-у-у-ум.

Оковы Захара непрерывно вибрировали, разгоняя ману. В следующее мгновение силуэт Юнджэ сорвался с места, устремляясь прямо на командира, только что отдававшего приказы.

Взвих!

— В лоб?!

Свист!

Командир выбросил копьё в прямолинейном выпаде. На долю секунды ему показалось, что человек стал двигаться чуть медленнее, чем прежде.

«И впрямь выдохся...»

Дзи-и-и-инг!

Встречный взмах меча Юнджэ с чудовищной силой отбил копьё вверх. Пальцы командира разорвало в кровь от отдачи, а его руки вместе с древком взлетели в воздух, открывая беззащитный торс.

— Что за...

Вжих!

Чирк, клац!

В тот самый миг, когда клинок Юнджэ уже должен был снести командиру голову, слева и справа клином врезались два других копья. Они скрестились перед мечом Юнджэ и с глухим треском изогнулись под немыслимым углом, принимая удар на себя.

Фить, тук.

Юнджэ оттолкнулся ногой от сотканной в воздухе площадки Магического доспеха и взмыл ввысь. Командир слева, воспользовавшись отдачей отскочившего копья, попытался подсечь древком ноги Юнджэ, вынудив того разорвать дистанцию.

— Ты цел?!

— А... д-да, цел.

— Цыц. Какой там «цел». — Другой командир указал остриём на его горло: — На себя посмотри.

— На себя?..

Командир машинально коснулся шеи. Пальцы тут же утонули в горячей, густой крови. Перед глазами всё поплыло от накатившей дурноты.

— Отходи назад. Будешь дёргаться — сдохнешь прямо здесь.

— Прости... те.

С наполовину перерубленной шеей воевать дальше было невозможно. Он едва удерживал рассечённую плоть рукой, судорожно вливая остатки божественной силы в попытку залатать рану. Не погиб, но из боя выбыл окончательно. И виной тому была лишь одна простая истина.

— Двигаться стал медленнее... но физическая мощь возросла стократно.

— Он управляет маги. Он что, не человек?

Демоническая аура принадлежала исключительно исчадиям Бездны. До сего дня ангелы никогда не видели, чтобы смертный повелевал силой демонов. Впрочем, они вообще почти не сталкивались с людьми, и сама мысль о том, что жалкие смертные способны достичь таких высот, казалась им абсурдом.

Но если этот враг не был человеком, всё вставало на свои места. Так было куда проще объяснить происходящее.

Однако:

— Нет. Судя по тому, что он одновременно манипулирует и чистой маной, он человек. Просто исключительный случай.

— Исключительный случай?

— Это значит, что он — Ключ.

В голосе говорившего звучала абсолютная уверенность. Его слова разнеслись среди ветвей, и глаза четырёх оставшихся командиров хищно сузились.

— Значит, он...

— Так и думал.

Человек, единовременно владеющий маной и демонической аурой. И при этом обладающий силой, крушащей законы логики. В их понимании подобное выходило далеко за рамки возможного для простого смертного.

Они решили, что эта аномалия проистекает исключительно из статуса Ключа. Ведь их собственный повелитель, Метатрон, был Ключом небесной расы, а значит, и человеческий избранник обязан был обладать чем-то столь же грандиозным.

Примитивная до безобразия догадка. Однако по странной иронии судьбы она попала в самое яблочко.

«В конце концов, управлять маги я могу именно благодаря Оковам Захара».

С этим фактом Юнджэ спорить не мог.

Их слепое суждение оказалось верным лишь случайно — исключительно из-за их врождённой привычки презирать людей.

«Наверное, на других направлениях мысли такие же».

Джонгю, Ройс, Элвин и Ким Джинсок. Каждый из них был мастером высочайшего уровня, ничем не уступающим ему самому. Великие архангелы, погнавшиеся за ними, сейчас, скорее всего, пребывали в похожих заблуждениях.

Юнджэ криво усмехнулся чужой близорукости и бросил вслух:

— Верно. Я — Ключ.

— ...Так и знали.

— Хм-м...

Четверо командиров глухо зарычали. В их взглядах настороженность сменилась фанатичной решимостью. Они укрепились в мысли, что обязаны взять Юнджэ здесь и сейчас, чего бы это ни стоило.

Юнджэ, не стирая насмешливой улыбки с губ, продолжил:

— Вот только не кажется ли вам кое-что странным?

— О чём ты мелешь?

— Разве вашей задачей не было просто связать меня боем, пока не подоспеют Великие архангелы? Но посмотрите вокруг.

Юнджэ небрежно обвёл взглядом три стороны горизонта:

— Что-то никто за мной не спешит.

— ...

Слова Юнджэ угодили в самое уязвимое место.

Прошло уже более получаса. Немалый срок. В нормальной ситуации задержка не превысила бы и десяти минут. Но до сих пор ни один архангел так и не появился на горизонте.

«Что-то пошло не так».

Глухое беспокойство, доселе дремавшее на задворках сознания, от короткой реплики человека взвилось ядовитым пламенем. Не только командиры, но и рядовые ангелы начали заметно колебаться.

Уловив эту волну смятения, Юнджэ добил:

— И как думаете, зачем я вообще вам это говорю?

— К чему ты клонишь?!

— Неужели вы думали, что время играет на вашей стороне?

Ш-ш-ш-шу-у...

— Боюсь, вы сильно ошиблись.

— Это...

Плотность маны вокруг Юнджэ взлетела до небес. Лишь в эту секунду командиры поняли, в какую ловушку угодили.

«Он тянул время?!»

Всё это время они выжидали прихода Великих архангелов. Полагали, что задержка вызвана какой-то мелкой заминкой, но свято верили: время работает на них.

Горькая иллюзия. На самом деле минуты выгадывал Юнджэ.

З-з-з-зык...

Зловещее багрово-чёрное марево сгустилось на лезвии клинка. У одного из командиров волосы на затылке встали дыбом от инстинктивного ужаса. Он в панике закричал:

— Назад! Уходите!..

ВЖ-Ж-Ж-ЖА-А-АХ!

В то же мгновение меч Юнджэ рухнул сверху вниз.

Мир окрасился в черно-багровые тона, а затем краски вовсе стёрлись. Мысли командира оборвались на полуслове.

— Руэль! Магаэль!..

— Командиры!

Ангелы с противоположного фланга надсадно взвыли. На их глазах двое командиров вместе с сотнями рядовых бойцов за долю секунды обратились в кровавую взвесь, а затем и вовсе распались в пыль. Оставшиеся не успели даже взмахнуть крыльями.

«Что это за сила?..»

Всего один взмах. Но вырвавшаяся из него буря маны и маги смела всё живое на сотни метров вперёд. Те, кто выжил, понимали: поверни человек клинок чуть правее, от них не осталось бы даже мокрого места.

Это невозможно было заблокировать. От этого невозможно было уклониться.

Ш-ш-шу-у...

Клинок Юнджэ вновь начал наливаться разрушительной мощью.

Точно такое же явление, как и мгновение назад.

У командира Уруэля, одного из двух оставшихся в живых, по спине побежали ледяные мурашки.

— Нужно бежать.

От его хриплого шёпота стоявший рядом командир вздрогнул и резко повернул голову:

— Что ты сказал?!

— Т-ты разве не видишь?! Если останемся — сдохнем как собаки!

— И ты предлагаешь бежать?! Нарушить приказ Короля ангелов?!

— Повелитель приказал убить Ключ и забрать Осколок, а не бросаться на бессмысленную смерть! Неужели ты сам не видишь, что здесь творится?!

— Чушь не...

Вжих!

Договорить командир не успел: он в панике крутанулся на пятке, вскидывая копьё. Смертоносный полумесяц, сотканный из колоссального сгустка маны и маги, уже летел ему в грудь.

Треск, грохот!

Наконечник копья встретил летящий разрез. Приняв на себя чудовищную мощь разогнанной энергии, командир вытаращил глаза и кубарем покатился назад, вспахивая землю.

— Кха-а-а!..

Его вывернуло наружу кровью и внутренностями. Он с трудом сумел отбить удар, но бесследно такое столкновение пройти не могло.

«Что за немыслимая мощь?..»

Вшух!

Командир судорожно вскинул голову. Сквозь звон в ушах он едва успел поднять руки навстречу стремительно настигающей тени.

Дзи-и-ин!

Хруст!

Возникший словно из ниоткуда Юнджэ обрушил свой меч сверху вниз, прижимая копьё к телу командира. Тот сумел заблокировать клинок, но хлынувшая следом чистая разрушительная мана проникла внутрь, окончательно разрывая повреждённые органы.

— Кха!..

Ноги командира подкосились. Тело качнулось, теряя последнее равновесие.

Вспышка!

Звяк, звон!

В эту секунду брошенное сбоку копьё с глухим звоном врезалось в лезвие Юнджэ, сбивая смертельный выпад. Юнджэ плавно отвёл меч и скользнул взглядом по летящему древку.

— Ты же вроде бежать собирался?

— Разве я могу бросить товарища?!

Это был командир Уруэль. Подскочив к тяжелораненому собрату, стоявшему на коленях, он подхватил его под руку и помог подняться.

— Идти сможешь?

— Прости... меня...

— Забирай оставшихся ангелов и уходи. Я задержу его, сколько смогу.

— ...

Раненый командир до крови закусил губу и, шатаясь, заковылял прочь. Юнджэ проводил его взглядом и перевёл взор на Уруэля, вставшего у него на пути.

«Надо же, среди них нашёлся хоть один нормальный».

Уруэль не походил на слепых фанатиков, готовых бездумно швырять жизни подчинённых и собратьев в топку чужих приказов. Поняв, что смерть будет бессмысленной, он попытался спасти тех, кого ещё можно было спасти.

Вполне здравый рассудок. Но среди безумной толпы крылатых фанатиков такое поведение выглядело чуть ли не аномалией.

— Прошу прощения, — холодно произнёс Уруэль. — Боюсь, дальше тебе придётся иметь дело со мной одним.

— До рядовых ангелов мне дела нет, — спокойно отозвался Юнджэ. — А вот с командирами разговор отдельный.

— Намерен перебить всех до единого?

— Я не настолько мягкосердечен, чтобы отпускать рыбу, уже попавшуюся на крючок.

— Значит, рядовых ты не тронешь?

— Смотря как на это взглянуть.

— Что ж... Даже за такие слова спасибо. Честно говоря, мысль о том, что мои подчинённые полягут здесь ни за грош, не давала мне покоя.

С этими словами Уруэль оглянулся на отступающих ангелов, уводивших раненого. От некогда огромного войска осталась едва ли тысяча бойцов.

«Из командиров в живых остались только трое, включая меня. А рядовых выкосило больше половины...»

Чудовищный, позорный разгром.

Неужели ради этой бойни он получал свои крылья? Горло сдавила горькая тоска. Чтобы жертвы сородичей не стали напрасными, теперь на алтарь должен был лечь он сам.

«Я обязан выиграть для них хотя бы пару минут».

Пальцы Уруэля побелели, сжимая древко копья. Он вновь перевёл взгляд на Юнджэ и замер.

— ...Куда ты смотришь?

Человек смотрел вовсе не на него. Его взгляд был устремлён куда-то вверх, высоко в кроны исполинских деревьев.

Повинуясь инстинкту, Уруэль запрокинул голову. И в ту же секунду его дыхание перехватило.

— А-а...

Четыре пары крыльев. Единственный среди всей расы, обладающий восемью крыльями.

Лицо Уруэля озарилось благоговейным, слепящим восторгом:

— Мой Владыка!..

Ослепительно белое одеяние, сияющие крылья, белоснежные волосы и фарфоровая кожа. Высокий, статный мужчина, сотканный из абсолютной белизны.

Одного взгляда на него хватило, чтобы Юнджэ поморщился от режущего глаза блеска.

«Так вот он какой...»

Король ангелов, Метатрон.

Владыка небесной расы, абсолютная вершина их иерархии.

И Ключ небес — точно такой же, как он сам.

Он казался воплощением незапятнанного белого листа. От этого зрелища веяло неестественной, стерильной пустотой.

С появлением Метатрона всё вокруг замерло. Уруэль, раненый командир и отступающие рядовые ангелы как один рухнули на колени. Они склонили головы к самой земле, вознося хвалу своему создателю и королю.

Стоя на коленях, Уруэль прерывающимся от трепета голосом взмолился:

— Владыка, молю, покарайте меня смертью! Ваш нижайший слуга Уруэль посмел ослушаться вашей священной воли и малодушно пытался спасти свою жизнь!

— Молим о каре! — словно эхо, грянула тысяча голосов, сотрясая древний лес.

Метатрон молча скользнул по ним бесстрастным взглядом.

«Ну и преданность... прямо до костей пробирает», — хмыкнул про себя Юнджэ.

Он искренне поразился этой слепой покорности. Ради чего они с такой яростью бросались под его клинок, прекрасно зная, что идут на верную гибель? Он понимал, что это верность королю, но пока не видел самого Метатрона, не осознавал её масштабов.

Теперь же всё встало на свои места.

Перед ними стоял смертельный враг, но они пали ниц только потому, что явился их господин. И без его слова никто из них даже не смел поднять глаз от земли.

— Просишь смерти? — Метатрон бесстрастно посмотрел на склонившегося Уруэля и едва заметно кивнул: — Раз ты сам об этом молишь...

— Что?.. — Юнджэ опешил куда сильнее самих ангелов.

И в то же мгновение...

Вж-ж-жух!

Хлюп, бам!

Едва Метатрон повёл ладонью, как тела ангелов, преданно подставивших шеи, начали взрываться одно за другим. Чистая божественная сила разрывала их на части, превращая в кровавую кашу.

Услышав звуки бойни, Уруэль в ужасе вскинул голову:

— Влады... ка...

Хрусь!

Секунду спустя голова Уруэля лопнула, словно спелый арбуз, окропляя землю багровыми брызгами. Та же участь постигла и двух оставшихся командиров.

Юнджэ стоял неподвижно, не в силах оторвать взгляд от этой картины. У него не было причин защищать врагов, но глубоко внутри, в самой глубине естества, поднялась волна удушающей, яростной ненависти.

— Да ты... совсем больной на голову?..

Это были его собственные солдаты. Верные псы, которые вжались лбами в грязь и просили прощения лишь за то, что не смогли исполнить его приказ.

Юнджэ не понимал природы этих существ. Он не знал, чем они дышат, во имя чего боготворят Метатрона, да и сам никогда не сидел на троне владыки. Но то, что разворачивалось у него на глазах, выходило за любые рамки нормального.

— К чему этот гнев? — Метатрон, методично уничтожив последних коленопреклонённых подчинённых, повернулся к Юнджэ. Его голос звучал холодно и отчуждённо: — Их гибель вызвала в тебе ярость?

— ...Разве они не были твоими людьми?

— И что с того?

— За что ты их убил?! В чём их вина?!

— Разве они не пытались бежать от тебя? Мой приказ гласил: взять тебя любой ценой.

— Они бы не победили меня! Они поняли это и попытались отступить!

— Это не имеет значения. — Лицо Метатрона оставалось чистым, как чистый лист бумаги, на котором нет ни единой эмоции. — Я отдал приказ. Они его приняли. А затем нарушили. Важно лишь это.

«Только из-за этого?..»

Юнджэ с усилием проглотил подступивший к горлу комок слепящего бешенства.

— Значит, ты возомнил себя королём? А они, по-твоему, не твой народ?

— Народ — это всего лишь скот. Тот, кто этого не понимает, не достоин называться королём.

— ...Скот?

Скрип!

С трудом затолканная внутрь ярость с новой силой обожгла гортань. Ногти впились в ладони до крови, зубы сжались так, что брызнула кровь из дёсен.

— Думаешь, без них ты останешься королём? Король существует лишь потому, что у него есть подданные!

— Даже без них найдутся мириады тех, кто будет почитать меня богом. Эти отступники — всего лишь пыль под ногами. Не я существую благодаря им, а они существуют лишь потому, что существую я.

— Они существуют лишь потому, что есть ты?.. Ты и впрямь в это веришь?

— А разве нет?

— Если так... — Юнджэ шумно выдохнул, заталкивая бушующую ярость обратно в ледяные рамки разума, и отчеканил с убийственным спокойствием: — ...То никакой ты не король, а просто ублюдок, не заслуживающий жизни.