— Пуу.

А, похоже, закончил. Только голосок совсем слабый. Неужели лечение не получилось?

Я подошла к древесному монстру и осмотрела ствол. Он всё ещё оставался почерневшим. Но ведь это только первый день. К тому же мне кажется, чёрнота стала чуть бледнее. Теперь, когда думаю об этом, почерневший участок здесь шире, чем был на ветке, и, кажется, темнее.

— Пууу…

Я посмотрела на Сору. Похоже, он расстроился.

— Сора, ты хорошо потрудился.

— Пуу.

— Сора, ведь даже на ветку ушло два дня. Со стволом понадобится чуть больше времени. Чёрный участок здесь шире, чем на ветке.

— Пу?

А? Он что, не заметил разницы?

— На стволе почерневшее место больше, чем было на ветке

Про насыщенность цвета я промолчала, потому что не была уверена.

— Пупупууу.

Хорошо, кажется, он понял.

— Сора, завтра тоже придёшь? Ты ведь хочешь как следует закончить лечение древесного монстра?

— Пупупууу.

На голос Соры ветви древесного монстра зашелестели. Он радуется?

— Древесный монстр. Ты завтра сможешь прийти сюда примерно в это же время?

А? Но разве можно вот так просто решить, что мы будем приходить в это подземелье? Я слышала, что его уже исследовали, но вдруг найдутся молодые авантюристы, которым захочется бросить ему вызов.

— Гья.

До меня донёсся голос древесного монстра, более низкий, чем у Трона.

— Пап, а ничего, что мы решили сюда приходить?

— Всё в порядке. Пока лечение древесного монстра не закончится, нам разрешили свободно пользоваться этим местом.

Интересно, когда он успел об этом договориться?

— Вот как. Тогда всё хорошо.

— Гья! — радостно отозвался древесный монстр.

Я легонько погладила его ветку, и листья тихо зашелестели. И тут мой взгляд вдруг упал на корни. Длинные… хотя для такого огромного дерева они, наоборот, казались коротковатыми.

Корни Трона опять начали расти и теперь постоянно за что-нибудь цепляются. Иногда он даже не может пошевелиться и потом выглядит совсем подавленным. Хотелось бы узнать, есть ли способ избежать этого.

— Можно кое о чём спросить?

— Гья.

— Спасибо. Похоже, Трону всё ещё трудно управляться со своими корнями, и они постоянно за что-нибудь цепляются. В последнее время корни снова начали расти, и он стал цепляться ими ещё чаще. Как древесные монстры ухаживают за корнями?

— Гья!

Хм? Неужели Трон услышал, о чём я спросила древесного монстра? Он вдруг высунул голову из корзины, которую отец нёс на плече.

— Ты уже проснулся? Ты так крепко спал, что я без спроса принесла тебя в подземелье.

— Гья! Гья!

Похоже, Трон совсем не сердится. Хорошо. Точно, корни.

Я снова посмотрела на древесного монстра и заметила, как по земле задвигались его корни. Проследив за ними взглядом, я увидела, как один из корней плавно поднялся вверх, прямо к ветвям.

Кончик корня мягко шлёпнулся на землю. Оставшаяся часть слегка дёрнулась и вернулась на прежнее место.

— М? Ты так подрезаешь их, чтобы регулировать длину?

— Гья.

Похоже, я угадала. Кстати, Трон тоже как-то обламывал себе корни. Значит, он всё делал правильно.

— Гья.

— Что такое?

Корень древесного монстра снова поднялся. На этот раз он выглядел тоньше прежнего. Я следила за его движением, и вдруг корень с лёгкостью вошёл в стену подземелья.

— Вонзился…

— А ведь совсем не выглядел острым.

Арилас и Лилия поражённо уставились на стену. И правда, застрявший в ней корень совсем не казался острым.

Как ему вообще удалось пробить стену?

Что-то хрустнуло.

А, корень, застрявший в стене, обломился. Похоже, ничего страшного в этом не было. Оставшаяся часть тут же скользнула обратно. Получается, он втыкает корни в стену и обламывает их, чтобы укоротить? Какой-то слишком уж грубый способ.

Раздался треск.

Что? Вокруг оставшегося в стене корня поползли трещины, и часть стены с шорохом осыпалась вниз.

— Впечатляет, — отец с восхищением подошёл ближе к стене.

— Осторожно.

— Всё в порядке. Похоже, трещины больше не расходятся.

Я подошла к отцу и посмотрела на стену. Стоило осторожно коснуться её рукой, как сверху посыпались мелкие камушки. Но дальше стена, похоже, разрушаться не собиралась.

— Не зря древесный монстр свободно передвигается по подземелью. Значит, он прокладывал путь своими корнями.

А, точно! Древесный монстр ведь перемещается по подземелью, даже не выходя наружу. Хм... Если воспользоваться этим путём, разве нельзя попасть внутрь подземелья так, чтобы стража не заметила?

— А мы тоже сможем пройти по пути, которым ты пользуешься?

— Гья...

Звук прозвучал иначе. Хм...

— Если это возможно, покачай ветвями.

— ...

Ветви даже не шелохнулись.

— Значит, не получится.

И тут ветви тихо зашелестели. Раз он всё-таки качнул ими, значит, воспользоваться этим путём нельзя. Я ведь спросила дважды, так что не ошиблась.

Незаметно пробраться в подземелье не выйдет. И всё же этот магический круг действительно загадочный.

— Тебя заинтересовал человек, нарисовавший магический круг?

Я кивнула в ответ на вопрос Лилии. Магический круг, который приводит монстров в замешательство... сколько бед он может натворить? Конечно, авантюристы в этой деревне довольно сильны. Наверное, они смогут справиться даже с монстрами, что хлынут из подземелья. Но если в момент активации магического круга внутри окажутся авантюристы, они ведь точно пострадают. Нет, всё-таки это опасно.

— Судя по поведению командира Габара, ему, похоже, уже пришла в голову какая-то идея, — сказал отец.

А? Я посмотрела на отца. Командир Габар? Пыталась вспомнить... а ведь и правда что-то было. Точно, в какой-то момент у него немного изменилось выражение лица. Кажется, это случилось, когда мы заговорили о перемещении в пространстве. Может, именно тогда ему и пришёл в голову какой-то способ?

— Если оставить это ему, всё будет в порядке.

— Да, наверное.

Они знают гораздо больше нас, так что, наверное, всё будет хорошо.

— Гья!

Я перевела взгляд на древесного монстра и увидела, что он ловко связал между собой два корня. Что? Он даже такое умеет?

— Корни древесного монстра куда ловчее, чем я думал.

Похоже, отец тоже такого не ожидал. Он с заметным интересом рассматривал переплетённые корни.

— Довольно крепко связаны. А развязать сможешь?

— Гья!

Узел плавно ослаб, и корни снова разделились. Какой же он ловкий.

— Гья?

Послышался голос чуть выше, чем у древесного монстра. Я посмотрела и увидела, что Трон, выбравшись из корзины, тоже шевелит корнями. Но двигались они совсем не так плавно, как у древесного монстра, а как-то неловко.

— Гьяа!

— Ах, запутался. Не двигайся.

Корни Трона уже обвились вокруг его тела. Похоже, он запаниковал, потому что чем больше пытался двигаться, тем сильнее всё запутывалось. Отец поспешно поднял Трона, чтобы тот перестал дёргаться.

— Трон, не спеши. Чем сильнее паникуешь, тем сильнее всё запутывается.

— Гья.

Успокоившись, Трон вместе с отцом принялись распутывать корни один за другим.

— А, тут узел. Трон, сможешь его развязать?

— Гья?.. Гья?

Корни слегка подрагивали, но узел совсем не поддавался.

— Похоже, не получается. Тогда придётся отрезать этот участок.

— Гья, — тихо пискнул Трон.

— Гья, — древесный монстр подошёл ближе к отцу. Листья тихо зашелестели, и он одним движением отсёк запутавшуюся часть корней Трона.

— Я ещё раньше подумал, что режет он невероятно остро.

И правда, срез получился удивительно ровным.

— Кстати, а чем именно он режет?

Перед тем как что-то отрезать, листья всегда колышутся, будто скрывают что-то в густой листве... Но чем он вообще пользуется? Не может же корень резать настолько ровно.

— Гья!

Почему-то древесный монстр издал немного смущённый звук. Я удивлённо наклонила голову, и листья снова тихо зашелестели. А затем из густой листвы плавно выскользнул корень.

— А...

У всех невольно вырвался удивлённый возглас. Из листвы показался корень, часть которого превратилась в острое лезвие.

— Совсем как нож.