Перевод: Alliala

Редактура: Astarmina

Дидерик провёл её в кабинет великой герцогини. Комната находилась на том же этаже, что и кабинет великого герцога, но она никогда не заходила сюда, хотя знала о её существовании.

Несмотря на то, что помещением никто не пользовался, оно было чистым, без намёка на пыль. По полу аккуратно расстелили мягкий ковёр, а стены украшали гобелены с изображением льва, похожие на те, что висели в кабинете великого герцога.

Дидерик, подвинувший для неё кресло, подошёл к книжному шкафу и достал несколько толстых томов. Кожаные переплёты книг потемнели от частого использования, но было видно, что за ними тщательно ухаживали.

Он бережно положил гроссбух перед ней.

— До сих пор я управлял поместьем от имени Вашей Светлости.

Она открыла учётную книгу. Как и всё в этом доме, записи были безупречны. Покупки товаров и их количество были скрупулёзно зафиксированы, а почерк настолько ровный, что казался типографским. Чем больше она вчитывалась, тем сильнее её охватывало изумление.

— Это действительно впечатляет. Такую книгу можно использовать как учебник по ведению отчётности. 

— Пожалуйста, пользуйтесь ею, госпожа.

Дидерик вежливо склонил голову.

Однако чем дальше она читала, тем меньше понимала.

«Зачем человеку с такими способностями, как у Дидерика, передавать учётные книги неопытной мне? Даже если я буду учиться ещё десять лет, мне не достичь такого уровня».

Дидерик заметил её растерянность и поспешил успокоить.

— Вам не стоит беспокоиться о мелочах, госпожа. Я продолжу заниматься закупками, расчётами и внесением записей. Вам нужно лишь делать выбор. Лето уже близко, и нам пора сменить занавеси. Какой цвет Вы предпочитаете?

На мгновение она онемела.

— Я... я не разбираюсь в этом.

Её голос прозвучал скованно от смущения.

В Амари занавеси были немыслимой роскошью. Даже семья лорда не могла позволить себе повесить кусок ткани на окно.

Зимой жители Амари закладывали между оконными рамами кожу, прокладывали её тканью и укрепляли стекло деревянными щитами, чтобы оно не треснуло от мороза.

Она никогда в жизни не видела занавесей.

Дидерик быстро задал другой вопрос.

— Тогда что бы Вы хотели приобрести? Всё, что угодно. Еду, мебель, украшения... Если подумать, наверняка что-нибудь придёт в голову.

Её мысли запутались ещё сильнее.

Она попыталась рассуждать с точки зрения аристократки. И вдруг осознала, что у неё нет приличного платья для выхода в свет.

Разве дамы не носили платья на прогулках?

Но она не хотела выглядеть избалованной, едва получив доступ к учётным книгам...

Она осторожно посмотрела на Дидерика и спросила:

— Можно купить платье? У меня ничего нет...

— Простите?

Дидерик казался потрясённым.

Она запросила слишком много?

Амарион уже собиралась взять свои слова обратно, но дворецкий спросил растерянно:

— У Вас нет платья для выхода?

Она неловко кивнула. Старое платье, в котором приехала, она выбросила, а в поместье носила лишь пару домашних сорочек.

По ночам она надевала брюки и рубашку, подаренные служанками.

— Это не так уж важно. Если нельзя, ничего страшного... 

— Не может быть, госпожа. Вы — хозяйка дома и великая герцогиня, — Дидерик, всё ещё не пришедший в себя, провёл рукой по бороде. — Не могу поверить, что не заметил этого, хотя вы живёте здесь уже столько времени... — покритиковав себя, он выпрямился. — Я обсужу это с Сумоной и немедленно вызову портниху.

***

Не успела она опустошить чайник, как в поместье уже прибыла портниха.

Это была элегантная женщина с уложенными волосами в роскошном платье. Она совершила изящный придворный реверанс.

— Честь познакомиться, Ваша Светлость.

Амарион смущённо кивнула, после чего портниха и её помощницы принялись снимать мерки.

Ей было неловко демонстрировать своё покрытое шрамами и загрубевшее тело, но никто не обратил на это внимания, тщательно измеряя каждую часть её фигуры.

— У вас безупречная осанка. И эти волосы...

Портниха с восхищением подняла её платиновую прядь. 

— Такой цвет встречается редко даже в Империи.

Амарион покраснела от неожиданного комплимента.

Портниха с теплой улыбкой сообщила, что шьёт всю одежду для великого герцога.

— Рядом с ним вы составите прекрасную пару.

Амарион вспомнила великого герцога.

Тёмные волосы, здоровый румянец, лицо, от которого невозможно отвести взгляд.

А в зеркале перед ней отражалась бледная, скованная девушка с сухими, словно солома, волосами.

«Рядом с ним я буду выглядеть жалко...»

Она опустила глаза и сжала руки.

Закончив измерения, портниха увлечённо обсуждала с Сумоной заказы.

Три домашних платья, три бальных, наряд для чаепитий, амазонку для верховой езды, сорочки...

Она не успевала следить за их разговором и вместо этого листала каталог.

На страницах были изображены изысканные наряды, а рядом прикреплены образцы тканей. Это давало представление не только о внешнем виде платьев, но и о текущих тенденциях.

Одно из платьев, которое она рассматривала, было сшито из плотной ткани, с пышными рукавами, напоминающими круассаны. Из материала для него можно было бы сшить три платья из Амари, а вышивальных ниток хватило бы на сотни кожаных изделий. Увидев цену в углу страницы, она поспешно захлопнула каталог, словно прикоснулась к чему-то запретному.

«Не может быть...»

Ей вдруг показалось, что всё это — безумие.

Набравшись смелости, она позвала Сумону.

— Мне... мне не нужно столько.

— Это невозможно, госпожа. Речь идёт о престиже великого герцога.

Она никогда не слышала, чтобы старая служанка говорила так твёрдо. Амарион заёрзала на месте.

В итоге Сумона заказала все обсуждённые с портнихой наряды. Амарион едва не лишилась чувств, когда та пообещала доставить их как можно скорее, а Сумона добавила, что готова заплатить дополнительно за срочность.

Когда портниха ушла, Сумона низко поклонилась. 

— Виновата я, госпожа. Я заботилась лишь о вашем питании и не заметила, что вам не хватает вещей, подобающих знатной даме.

— О, нет...

Ей было неловко и странно...

Это она объедалась трижды в день, так почему же Сумона извиняется? Да ещё и потратила на неё кучу денег.

Амарион хотела возразить, но служанка выглядела настолько серьёзной, что она промолчала.

Тёплые лучи закатного солнца пробивались сквозь резные оконные переплёты.

***

С наступлением ночи она рано пришла в спальню. Служанкам она сказала, что устала, но на самом деле переживала из-за потраченных денег и хотела немедленно сообщить об этом Виктору.

Вскоре после того, как присела у кровати, он вошёл. Она поприветствовала его, стараясь скрыть нервозность.

— Добро пожаловать.

Он посмотрел на неё, садясь на постель.

— Ты ждала меня?

— Это моя обязанность.

Великий герцог пришурился, но затем странно улыбнулся.

Налив себе вина, он отхлебнул. Она тревожно посмотрела на него.

— Я слышал, ты заказала платья.

Она вздрогнула и замерла. Виктор поставил бокал и слегка нахмурился. Сердце её бешено заколотилось.

Она потратила слишком много. Надо было как-то остановиться. Может, отменить заказ?

Его голос прервал её мрачные мысли.

— Это моя ошибка. Когда мы приехали в Империю, я обещал купить тебе всё новое... Я даже советовался с Дидериком, что тебе подарить.

Она удивлённо взглянула на него. К её изумлению, великий герцог выглядел искренне сожалеющим.

— Хотя видел тебя каждый день, я ничего не заметил. Отныне я буду регулярно приглашать в поместье ювелиров и портных.

Перед её глазами мелькнули страницы каталога.

Платья, прекрасные, как лепестки цветов, и цены в золотых монетах. Она никогда не видела ничего подобного. Купить такое один раз — уже невероятно, а он собирается делать это постоянно?

«Это слишком. Совершенно чрезмерно».

После сегодняшних трат её сердце готово было разорваться от одной мысли о новых расходах.

Слова сами сорвались с её губ.

— Ваша Светлость, я... выросла на окраине. Ела холодную еду и шила одежду из шкур монстров.

Взгляд Виктора мгновенно потемнел, хотя внешне он оставался спокойным.

— Я тратила деньги только на соленья и металлическую посуду. Мне не нужно и не хочется большего. То, что вы уже дали мне, более чем достаточно.

Его янтарные глаза пристально изучали её. Затем он подошёл и сел рядом.

Самый знатный человек в поместье тихо произнёс:

— И это моя ошибка. Я думал, ты будешь счастлива, если дам тебе возможность покупать всё, что захочешь. Но, выходит, это было лишь самоуспокоение?

Она не нашла, что ответить, и просто смотрела на него.

Его взгляд скользнул по её лицу, рукам, обхватившим тело, и полуобнажённым ногам.

Затем он вдруг улыбнулся с лукавым блеском в глазах.

— Сделаешь мне одолжение?