Последствия взрыва ощущались довольно долго.

Осмотревшись по сторонам, я убедился, что «Иммунитет ко всем ядам» больше не активен, а значит, всё пришло в норму.

Если они хотели просто досадить мне, то у них получилось.

— Пора бы уже здесь прибраться, — пробормотал я.

Я махнул рукой показавшимся вдали сотрудникам охраны.

Наблюдавший за ситуацией издалека начальник охраны поспешил ко мне.

— Господин сверхчеловек! Вы в порядке?

— Да, всё нормально.

Будь на моём месте любой другой сверхчеловек, ему бы пришлось несладко.

Первый напавший снайпер был чертовски хорош. Но Монмон в процессе тоже отлично себя показал.

— Гав!

Малыш подал голос, словно требуя признания своих заслуг.

И это после всего, чем я его кормил? Решил похвастаться такой мелочью?

Но я не мог сердиться, глядя на то, как он виляет хвостом и преданно смотрит на меня.

К тому же благодаря тому, что он оставался на месте, мне удалось так легко уйти от последнего взрыва.

— Ладно, ладно. Позже получишь награду.

Словно поняв мои слова, Монмон радостно завилял хвостом.

«От него пользы куда больше, чем от Ёнъёна, который только и делал, что безучастно наблюдал.»

[А жаль. Мир мог бы наконец стать чуточку спокойнее...]

И он опять за своё.

Нарывается, что ли?

Может, отправить его на Пэктусан?

[Да знаю я, что ты всё равно туда не собираешься!]

Стал слишком сообразительным. Никакой пользы от него.

«Всё, теперь в нашей иерархии ты стоишь ниже Монмона.»

[И ты думаешь, меня это напугает?]

«Не напугает — и ладно.»

Закончив мысленный спор с Ёнъёном, я повернулся к начальнику охраны:

— Могу я поручить вам уборку?

— Да, мы всё уберём. Пожалуйста, проходите внутрь. Президент ждёт вас.

— Хорошо.

Прямо так, в покрытой копотью и обломками одежде, я вошёл в Чхонвадэ.

Надо бы переодеться.

* * *

Как оказалось, из-за устроенного Ким Гвансоном переполоха в Чхонвадэ объявили чрезвычайное положение. Впрочем, это логично: когда прямо у ворот резиденции гремят выстрелы и взрывы, меры принимать необходимо.

Смыв с себя грязь и переодевшись в чистое, я направился в кабинет президента.

Мне рассказали, что президент, вопреки протоколу безопасности, отказался эвакуироваться. Узнав, что я нахожусь снаружи, он заявил, что сейчас это самое безопасное место в мире.

Приятно, конечно, что мне так доверяют, но лучше бы он следовал инструкциям.

Но полной неожиданностью для меня стало то, что при виде меня президент склонил голову и извинился.

— С чего вдруг такие извинения? — удивлённо спросил я.

— Мне нет оправдания. Это целиком моя вина.

— О чём вы?

— О Ким Гвансоне. Я знал, что он что-то замышляет, но не думал, что он начнёт действовать так быстро. Мне следовало предупредить тебя, но я самонадеянно решил, что смогу всё контролировать. Проявил непростительную беспечность.

Похоже, президент действительно чувствовал себя виноватым.

Хотя мне, как непосредственной жертве покушения, было в общем-то всё равно.

Нападение вышло довольно яростным, но благодаря ему я впервые за долгое время взбодрил свои чувства, так что я даже остался в плюсе.

В конце концов, чтобы не расслабляться, человеку иногда нужна хорошая встряска.

— Всё в порядке. Рано или поздно это должно было случиться — ещё с того момента, как я перерыл мозги Ким Хёджуну.

— …….

— Я лишь пожал плоды собственных действий. Вам не за что винить себя, господин президент. Так что извиняться передо мной не нужно.

— Мы с Гвансоном были знакомы больше 30 лет. Были очень близки. Я ни на секунду не сомневался, что наша дружба продлится до самой смерти. Но я и представить не мог, что жадность так отдалит нас друг от друга. Какая нелепость... Ха-ха.

— Думаю, это вполне естественные перемены.

Вечная дружба? Вечная верность? Люди мечтают об этом лишь потому, что в реальности ничего подобного не существует.

Если так хочется верить в сказки, лучше делать это во сне. Я никогда не питал иллюзий, а потому не испытывал ни разочарования, ни чувства предательства.

Наши отношения с президентом тоже когда-нибудь изменятся. Скорее всего, в тот день, когда истечёт срок его полномочий.

Жаль, конечно, что у нас нельзя избираться на второй срок.

— Я намерен искоренить эту заразу раз и навсегда. Даже если это нанесёт удар по репутации правительства.

— Вы уверены, что справитесь с последствиями?

— Простых времён ждать не стоит. Но когда я увидел, как гниёт власть, оставшись без должного контроля, у меня словно глаза открылись. Когда мой срок закончится, я стану обычным гражданином, так какая мне разница до партийных интересов? Куда важнее оставить после себя более здоровое общество.

— Я поддерживаю ваше решение.

— Спасибо за понимание. Я сделаю всё, чтобы результат тебя не разочаровал.

Хм, похоже, президент разозлился даже сильнее, чем я.

Хотя все виновники уже либо превратились в овощей, либо взлетели на воздух.

Ну, президенту виднее, так что пусть занимается этим сам.

А мне пора заняться своим делом.

— Тогда разрешите доложить о результатах поездки на север?

— Да, конечно. Слушаю.

Я подробно рассказал президенту и Чхон Мёнгуку о личности Чан Инсона, а также о его связях с Лигой и Китаем.

Узнав, что Чан Инсон примкнул к Лиге и пытался подчинить своей воле китайского шпиона Ким Хёджуна, президент и Чхон Мёнгук пришли в ужас. Но когда я упомянул, что в процессе мне удалось выяснить координаты одной из баз Лиги, их глаза загорелись.

Правда, когда я спросил, нельзя ли запустить туда баллистическую ракету, они тут же замялись.

Что ж, придётся довольствоваться тем, что запустит Вэй Хао.

— Ты собираешься атаковать базу Лиги?

— После поимки Чан Инсона там наверняка осталась лишь пустая скорлупа, но уничтожение целой базы — это всё равно весомый результат. К тому же это послужит отличным предупреждением. Я собираюсь дать им понять, чтобы они больше не смели устраивать свои грязные игры.

— Хм, и для этого ты воспользуешься помощью Китая?

— Отношения между Вэй Хао и китайским правительством весьма натянутые. Так что это станет отличной платой за нашу сделку.

Я не стал упоминать происхождение Вэй Хао, так как проверить его слова всё равно было невозможно. Однако новость о том, что он конфликтует с китайскими властями и мы с ним пришли к взаимовыгодному соглашению, президент и Чхон Мёнгук восприняли положительно.

А когда я спросил, чему они так радуются, они ответили, что впервые видят, как я выстраиваю с кем-то столь «здоровые» партнёрские отношения.

[Вот тебе объективная оценка со стороны.]

— …….

«Такое чувство, будто меня считают каким-то несносным нарушителем спокойствия.»

Да и Ёнъён, не упускающий шанса вставить свои пять копеек, жутко раздражал.

Ну да ладно, я и сам чувствую, что расту над собой. Буду думать об этом в позитивном ключе.

— И всё же я не ожидал, что ты так просто разберёшься с последним из оставшихся крупных злодеев.

— Крупным злодеем?

О чем это они?

Когда я недоумённо нахмурился, лица президента и Чхон Мёнгука вытянулись от изумления.

— Ты что, даже не знаешь, кто именно на тебя напал?

— И кто же это был?

Я помнил, что снайпер был весьма искусен.

Даже с «Охотником на охотников» ранить меня было практически невыполнимой задачей, но ему это удалось.

Судя по реакции президента и Чхон Мёнгука, этот тип действительно пользовался авторитетом.

— Это был Чёрный жнец.

— Чёрный жнец? Ах, этот злодей.

Сначала я не мог вспомнить, но потом в памяти всплыло это имя. Чёрный жнец когда-то входил в число самых опасных злодеев 7-го уровня в Южной Корее — наряду с Берсерком, Палачом и Кукловодом.

Он почти не показывался на публике, так что я думал, он залёг на дно и не высовывается, а он, оказывается, решил прийти по мою душу.

Что ж, сам того не зная, я сделал доброе дело для общества.

— Видя твою реакцию, мне даже добавить нечего, — вздохнул президент.

— Одним злодеем меньше, теперь дышать станет легче.

—...Ну, если посмотреть на это с такой стороны.

— Не думаю, что этому стоит придавать какое-то особое значение.

Ведь для меня это было сущим пустяком.

Ну, побегал он с «Охотником на охотников», и что с того?

Раз уж все дела обсудили, пора закругляться.

— Что ж, тогда я, пожалуй, пойду.

— Прямо сейчас?

— Быстро соберусь и сразу в путь. К тому же в моё отсутствие вам будет гораздо проще действовать, верно?

Поняв намёк, президент и Чхон Мёнгук согласно кивнули.

— Мы наведём здесь полный порядок.

— Рассчитываю на вас.

Лично мне было всё равно, но такие слова явно пошли на пользу душевному спокойствию президента.

И я не ошибся: лицо президента заметно посветлело.

Похоже, с некоторых пор я начал подрабатывать его личным психотерапевтом.

«Может, у меня и правда есть скрытый талант утешать людей?»

Мне было любопытно, что бы на это сказал сам президент, но я решил промолчать.

* * *

— Спасибо.

Я зашёл к Берсерку, чтобы поблагодарить его за то, что он присмотрел за моими родителями.

Тот ответил, что ничего особенного не произошло, и усмехнулся:

— Рядом с тобой ни дня не проходит спокойно.

— И не говори.

— Подумать только, на тебя попёр целый депутат парламента. Даже представить не мог. Говорят, он пустил в ход «Охотника на охотников»?

— Откуда узнал?

— По телевизору передали. Сказали, он потратил на это около 200 миллиардов вон.

Ого, значит, Ким Гвансон выложил 200 миллиардов вон, чтобы прикончить меня. Я знал, что это дорогая игрушка, но сумма всё равно впечатляла. Похоже, он спустил все свои грязные деньги. Интересно, входила ли в эту сумму плата за наём Чёрного жнеца?

— Денег у него, конечно, куры не клюют.

— Ну, это же оружие, которое гарантированно работает против пробуждённых.

Хм, на самом деле вокруг «Охотника на охотников» всегда велись споры из-за его дефицитности, заоблачной цены и сомнений в том, действительно ли он эффективен против высокоуровневых пробуждённых.

— Будем считать, что ему просто очень хотелось отомстить.

— Эта штука опасна только для тех, кто полагается исключительно на форс. Если форс не работает, можно просто размозжить врагу голову грубой физической силой.

— Ну ты и дикарь.

— Разве я не прав?

— Да нет, всё верно.

Удивительно, как много людей боятся физической силы гораздо больше, чем следовало бы.

— И всё же не лезь на рожон. Лишние проблемы нам не нужны.

Даже если у Берсерка есть «Иммунитет ко всем ядам», ему ни к чему получать ранения, которых можно избежать.

Впрочем, учитывая стоимость такого оружия, вряд ли кто-то решится повторить подобное.

Ради интереса я включил телевизор, и там, как и ожидалось, передавали новости о том, что правительство собирается ввести ещё более жёсткие ограничения на оборот «Охотников на охотников.»

Это неизбежно ударит по чёрному рынку, так что там поднимется нешуточный переполох.

— Как сам поживаешь в последнее время?

— Да вот, выслушиваю дифирамбы о том, какой я герой. Совершенно не вяжется с моим образом.

Пока я мотался туда-сюда по Северной Корее, Берсерк тоже не сидел сложа руки.

Его имя было полностью очищено, но прозвище «Берсерк» всё ещё прочно ассоциировалось с ним, поэтому ему пришлось заняться своего рода общественно полезной деятельностью.

Под «общественной деятельностью» подразумевалась зачистка мелких банд злодеев. И хотя это была сущая мелочь, истребление преступников на окраинах Сеула, куда редко добирались правительственные силы, вызвало бурный восторг у простых граждан.

Кроме того, на него легла обязанность общаться с Ли Чхантхэком, который постоянно напрашивался к нам в подчинение. Под «общением» понималась роль спарринг-партнёра, помогающего Ли Чхантхэку пробудить его дар.

Я и сам мог бы этим заняться, но Берсерк упорно настаивал, что сделает всё сам.

— Ну и как он?

— «Железное сердце» обладает просто адским терпением. Он не торопится, но шаг за шагом уверенно движется в правильном направлении.

— Что-то у тебя лицо слишком довольное.

— Когда били меня, было не очень, а вот самому раздавать тумаки — одно удовольствие.

Тут не поспоришь.

Что ж, в этот раз я могу со спокойной душой оставить всё на Берсерка.

— На этот раз я уеду довольно надолго.

— Это связано с сегодняшним переполохом?

— Нет, то была сущая мелочь.

— Для такой шумихи это и правда мелковато.

Взгляд Берсерка замер на моём плече. Царапина от «Охотника на охотников» была пустяковой — обычное лёгкое ранение, полученное в бою. Стоило использовать одно зелье восстановления, как она тут же затянулась.

Вот почему все говорят, что это оружие не стоит своих денег. Просто Ким Гвансон совсем обезумел и скупал всё подряд без разбору.

Но вообще, потратить всего 200 миллиардов вон на моё убийство — это как-то мелковато.

Мог бы и пощедрее быть. Я даже почувствовал себя как-то дёшево.

[Ты точно ненормальный.]

Я пропустил мимо ушей очередное беспочвенное ворчание Ёнъёна.

И рассказал Берсерку о своей предстоящей поездке.

— Я нашёл одну из баз Лиги. Собираюсь её уничтожить.

—...Рядом с тобой я иногда теряю связь с реальностью. С каких это пор уничтожение баз Лиги стало казаться таким простым делом?

— Да ничего подобного, это вообще-то трудно.

— Глядя на тебя, так совсем не кажется.

— Да говорю тебе, это сложно!

— Прекращай притворяться. Тебе не идёт.

[Актёр из тебя просто ужасный.]

Молча наблюдавший со стороны Ёнъён тоже не удержался от колкости.

Эх, раскусили.

* * *

Сначала я думал просто договориться с Вэй Хао и запустить туда ракету.

Причём ядерную.

Но, поразмыслив о радиации и о том, гарантирует ли это гибель большинства членов Лиги, я решил ограничиться обычной ракетой.

И теперь я лично вёл предоставленную правительством яхту, направляясь к базе Лиги.

Было бы глупо пропустить такое веселье, просто запустив ракету и оставшись в стороне.

— А здесь неплохо.

Как и во время зачистки Тхэпхёнмуна, наличие яхты дарило приятное ощущение свободы перемещения.

Может, прикупить себе личную яхту для более удобного проведения операций?

Надо будет всерьёз подумать об этом после того, как разнесу базу Лиги.

Если подумать, в бытность Кровавым мастером я мог бы использовать яхты, чтобы разнообразить пути отхода. Всё-таки Кровавый мастер был туповат.

Одной из баз Лиги, о которой я узнал от допрошенного Чан Инсона, оказался полуостров Камчатка.

Лига, сосредоточившая основные силы в США и Европе, создала этот аванпост для экспансии в Восточную Азию. Мне рассказали, что они прикладывают немало усилий для контроля над морскими путями в районе Алеутских и Курильских островов.

Хотя сейчас значение Камчатки для Лиги не так велико, в будущем эта база должна была сыграть ключевую роль в их продвижении на восток.

— Ну да, они же не из воздуха материализуются, откуда-то им надо прибывать.

В конце концов, злодеи не рождаются сами по себе.

Если уничтожить это место, Лиге станет гораздо труднее перебрасывать силы в Восточную Азию, а их маршрут между США и Россией окажется перерезан.

Им придётся больше сосредоточиться на США, так что тот кастрат наверняка обрадуется.

Но, помимо этого, мне хотелось зачистить как можно больше врагов, раз уж они так удачно собрались на Камчатке в одном месте.

Шанс невелик, но пара крупных рыбёшек там точно должна быть.

Движимый этим нетерпением, я направился к Камчатке по кратчайшему пути.

По дороге на нас нападали магические звери, но я просто размозжил им головы и забрал сердца. Это станет отличным деликатесом для моего трудяги Монмона.

[Только ты мог додуматься так глупо и напролом пересекать океан.]

— И что тут глупого? Обычный путь занял бы слишком много времени, вот я и выбрал кратчайший маршрут. Разве ты не знаешь, что экономия времени — это главное?

[Не смеши меня. Даже если это и так, ты бы никогда не стал утруждать себя расчётами.]

Этот паршивец Ёнъён... Чем дольше он живёт среди людей, тем острее становится его язык.

Спустя некоторое время я прибыл на Камчатку и направился к предполагаемому месту расположения базы Лиги. По имеющимся данным, она находилась на самом юге полуострова, со стороны Курильских островов, однако никаких следов человеческого присутствия там не наблюдалось.

Эта территория фактически не контролировалась властями России.

— Отлично замаскировались.

Непосвящённый человек прошёл бы мимо и ничего не заметил.

На это Лига и рассчитывала. Не знай я точных координат, наверняка тоже прошёл бы мимо без лишних мыслей.

Но тот сектант предупредил, что видимая картина обманчива.

Сконцентрировавшись и задействовав «Интуицию», я уловил слабое колебание форса.

Вот оно.

— Что ж, заставим их всех вылезти наружу.

И лучшим способом для этого был праздничный салют.

Я достал спутниковый телефон и набрал Вэй Хао. Затем продиктовал ему координаты цели и потребовал запустить обещанную ракету.

— Запускать прямо сейчас? — раздался голос в трубке.

— Да.

— Там же пустое место. Всё верно?

— Всё верно.

— Понял.

Вэй Хао не стал задавать лишних вопросов и согласился выполнить свою часть сделки.

Я поставил яхту на якорь и стал ждать прилёта.

Вскоре небо прорезал свист разрываемого воздуха, и ракета, устремившись к указанной точке, взорвалась, подняв колоссальный столб пламени.

Какое большое и красивое облако.

Всё-таки взрывы — это прекрасное зрелище.

На первый взгляд казалось, что ракета ударила по абсолютно пустому участку земли.

Однако это длилось лишь мгновение.

Внезапно клубы дыма неестественно исказились, и окружающий пейзаж начал стремительно меняться.

Там, где ещё секунду назад была голая пустошь, теперь высилось охваченное огнём здание.

Это и была одна из баз Лиги.

— Что ж, праздничный салют отгремел, пора резать торт.

— Этот хитрый проныра наверняка уже обо всём догадался.