— Кто здесь?!

Жуткий взгляд Ким Ёнхвана с узкими, словно щели, глазами обвел конференц-зал.

Охотники-госслужащие, встретившись с ним взглядом, не выдержали давления и поспешно отступили. Естественно, мы с Ким Ёнхваном оказались лицом к лицу.

— Похоже, вы выжили из ума. Не пора ли вам на пенсию, отдохнуть дома?

— Это что, твое предсмертное завещание?

— Завещаний я слышал много, но сам никогда не составлял. И еще...

Я улыбнулся, глядя на Ким Ёнхвана.

— Просто я еще не видел, чтобы те, кто вечно разглагольствует о жертвенности, сами чем-то жертвовали.

— Как ты смеешь!

Не в силах сдержать гнев, Ким Ёнхван протянул руку. Хотя это был не его основной меч, атака была внезапной и выдавала в нем человека, который повидал немало битв.

— Господин министр!

Не успел испуганный голос Чон Дахён затихнуть, как правая рука Ким Ёнхвана достигла моего лица.

Хлоп!

Слегка отбив руку Ким Ёнхвана, я потянулся, чтобы схватить его за воротник. Ким Ёнхван извернулся, левой рукой оттолкнул мою, а правой нанес удар в полную силу. Когда я перехватил его руку, она заизвивалась, словно свернувшаяся кольцами змея, но столкнулась с моей непреклонной мощью.

Бум!

Форс и мина сплелись, породив оглушительный взрыв. Охотники, наблюдавшие за ситуацией, в ужасе отпрянули. Я хотел отпустить руку, но Ким Ёнхван не позволил, провоцируя силовое противостояние.

Вероятно, он думал, что подавит меня колоссальным объемом форса, но вступать в силовую борьбу со мной, сохранившим весь опыт, форс и дары Кровавого мастера — это самоубийство.

Гр-р-р!

Воздух вокруг задрожал, и мощная волна энергии разошлась во все стороны.

Превосходство в силе проявилось довольно быстро.

Хотя он ненадолго смог удержать равновесие, вскоре лицо Ким Ёнхвана, достигшего своего предела, начало багроветь.

— У-у-у-х!

—...

Подавляя бурлящий внутри него форс, я погрузился в раздумья.

Как с ним поступить? Покончить с этим прямо сейчас? Прикончить старика, который из-за старости едва ли использует и половину своей былой мощи, для меня проще простого.

В прошлом я бы убил его без колебаний.

Но раз план операции уже составлен, я решил проявить великодушие и дать ему шанс.

— Если встанете на колени и извинитесь, я вас пощажу.

—...мерзавец!

Это же щедрое предложение — я ведь даже жизнь ему оставляю.

Если он не хочет принимать это, придется с ним разобраться.

Кр-р-р-х!

Когда моя мина начала проникать в его кости, глаза Ким Ёнхвана задрожали. Он пытался сдержать давление своим колоссальным форсом, накопленным за всю жизнь, но это было бесполезно: его кости уже смещались, и если продолжить, они не просто сломаются, а превратятся в пыль.

Лицо Ким Ёнхвана стало пунцовым, словно готовое взорваться.

— Ха-ха! Господин министр! Давайте на этом закончим. Чхве Джунхо, ты тоже.

Вмешавшийся Чон Джухо разделил нас. Я было подумал продолжить, но, увидев выразительное лицо Чон Джухо, покорно отступил.

В конце концов, его гордость была сломлена, а рука — наполовину искалечена.

— Похоже, произошло недопонимание.

— Ты говоришь это после того, что наговорил этот щенок?!

Ким Ёнхван кричал, с трудом поддерживая безвольно висящую руку.

Чон Джухо сделал жалостливое лицо.

— Вы же знаете, как сейчас молодежь не слушается? Этот парень и меня-то не всегда слушает. К тому же, в вашем предложении действительно есть проблемы.

— Что?

— Есть способ поймать и Берсерка, и Кукловода с минимальными потерями. Если только вы приложите все свои силы, господин министр.

—...

Когда его план — сберечь силы и присвоить все лавры — был так откровенно разоблачен, Ким Ёнхван замолчал.

— Мы все работаем с чувством долга, но если нам прикажут идти на верную смерть, это будет непросто. Прошу вас, приложите больше усилий.

Закончив на этом, Чон Джухо посмотрел на Ким Ёнхвана. Если до этого он улыбался, пытаясь угодить, то теперь это было лицо директора Национального бюро охраны, готового до последнего защищать жизни своих подчиненных.

Оглядевшись по сторонам и дернув уголком рта, Ким Ёнхван развернулся.

—...Только аппетит испортили. Делайте что хотите!

— Благодарю вас!

Чон Джухо поставил точку, проводив взглядом уходящего Ким Ёнхвана. Почувствовав облегчение, он посмотрел на меня, и его глаза сузились, как у Ким Ёнхвана.

— Фух! Все, кроме Чхве Джунхо, вон из зала!

Охотники Национального бюро охраны, бросая на меня косые взгляды, вышли из конференц-зала.

— О чем ты вообще думал?

Неужели он понял, что я хотел его убить? Все-таки директор, чутье у него как у призрака.

— Но я же не убил...

— Он всегда был жадным до власти человеком. Хотел укрепить свои позиции этим делом. Это было безрассудно, но благодаря тебе бессмысленных жертв не будет. Спасибо.

А? Похоже, ход моих мыслей был иным. Я тоже стал сообразительнее, поэтому не стал договаривать и просто кивнул в знак согласия.

— Да, и если уж что-то делаешь, добейся официального признания 8-го уровня. Тогда у правительства появится альтернатива, и они не смогут тебе указывать. Но лучше всего — просто стараться ладить со всеми. Понимаешь?

— Я и так стараюсь.

— Не ври мне.

А ведь это правда. Если бы я не старался, то только что свернул бы ему шею.

Кажется, в последнее время никто не понимает моих искренних намерений.

— Честно говоря, мне кажется, что здесь слишком много запретов на всё подряд.

— В этом и заключается суть поддержания порядка в организации.

— Сложно это.

— Дома родители тоже говорят тебе: «не делай того, не делай этого.» Нет, погоди, почему я вообще должен тебя этому учить? Я тебе что, нянька?

— Думаю, из вас вышла бы отличная нянька.

— Не собираюсь. Уходи.

Я вышел, словно изгнанный. Взгляды охотников Национального бюро охраны, занятых своими делами, устремились на меня. Наверное, потому что я так жестко обошелся с Ким Ёнхваном. Они смотрели на меня иначе, чем раньше. Среди них ко мне подошла Чон Дахён, чье лицо было полно беспокойства.

— Джунхо, у тебя найдется минутка?

— Да.

Мы направились в кафе на первом этаже. Когда нам принесли напитки, Чон Дахён, колеблясь и вертя в руках кружку, склонила голову.

— Прости меня.

— О чем вы?

— Я, как твой наставник, должна была первой возразить. А вместо этого заставила тебя вмешаться.

— Это не имеет значения.

— Нет, почетный министр Ким Ёнхван — человек мелочный, и раз ты с ним столкнулся, он попытается отомстить.

Для меня слово «месть» было того же порядка, что и слово «самоубийство.»

Еще никто из тех, кто приходил ко мне мстить, не возвращался живым.

А раз уж этот раздражающий старик сам идет на смерть, с чего бы мне отказываться?

— Какого рода месть вы имеете в виду?

— Разную. О его жажде власти и скверном характере ходит много слухов. Скорее всего, он будет вставлять палки в колеса в работе или при повышении.

— Это меня нисколько не заденет.

После того как я получил восстанавливающее зелье от Ли Сехи, количество случаев превышения полномочий заметно сократилось, да и к повышению я особо не стремился.

Просто я подумал, что, будучи госслужащим-охотником 9-го уровня, пора бы уже получать отношение, соответствующее моим способностям, а не просто тихо сидеть.

— Мне стыдно признаться, но это не моя специализация, поэтому мне трудно дать тебе совет.

— Всё в порядке.

— Но я думаю, что Сехи сможет дать тебе совет.

— Руководитель Ли Сехи?

— Сехи не только выдающийся Пробужденный, но и обладает отличной деловой хваткой, благодаря чему имеет огромное влияние в гильдии «Синсон.» Почему бы тебе не поговорить с ней?

В глазах Чон Дахён, обращенных ко мне, читались вина и беспокойство.

Да мне правда всё равно.

Но Ли Сехи с её деловой хваткой действительно могла бы помочь мне с нынешними раздумьями.

Думаю, спросить совета будет не лишним.

— Хорошо.

— Я свяжусь с Сехи.

* * *

Независимо от конфликта в Национальном бюро охраны, подготовка к операции по поимке Берсерка и Кукловода была завершена.

Меня определили в резерв, а не в ударную группу. Это было сделано из опасений лишних конфликтов на месте, учитывая, что я столкнулся с Ким Ёнхваном, главной боевой единицей.

Но раз я сломал ему руку, сможет ли он вообще нормально сражаться?

Впрочем, это его проблемы, но если он начнет предъявлять претензии, придется настаивать на том, что кости у старика слишком хрупкие.

Помимо привлечения госслужащих-охотников, план по сокращению количества охот провалился. Крупные гильдии использовали все возможные негативные аргументы: экономический спад, безработица, кризис управления и так далее. Вместо этого они согласились помочь с привлечением резервных сил и созданием кольца окружения.

Поэтому Юнхи тоже отправилась на охоту, как и планировалось.

— Будь осторожна.

— Поняла.

С появлением имен этих двух злодеев активизировались и те, что скрывались на окраинах города. Количество нападений возросло, и команды по борьбе со злодеями в каждом регионе стали работать в поте лица.

Дошло до того, что выпустили официальный документ, разрешающий ликвидацию на месте в случае сопротивления.

— Если что случится, подай сигнал.

— Надо надеяться, что ничего не случится. Если будешь постоянно об этом говорить, это звучит так, будто ты накликаешь беду.

— Это не так.

— Я знаю. В любом случае! Я уже взрослая и справлюсь своими силами. Доверяй своей сестре, ну же.

— Хорошо.

Глядя на решительную Юнхи, я понимал, что она выросла, но, видимо, это участь старшего брата — не переставать беспокоиться.

Лишь бы удачно вышла замуж.

Хотелось бы, чтобы она привела парня, способного выдержать хотя бы три моих удара. Не больше и не меньше.

Закончив приготовления, мы с Юнхи вышли вместе. Сегодня нам было по пути.

— А ты чего вдруг собрался?

— У меня встреча с Ли Сехи.

— По какому делу?

— Личная консультация. Почему у тебя такое лицо?

Выражение лица Юнхи было странным.

— Брат, и вдруг — консультация?

— А что такого?

— Да нет, просто брат, которого я знаю, скорее пустит в ход кулаки, чем будет консультироваться.

— Это если речь о злодеях.

— Именно так ты себя до сих пор и вел.

— Видимо, ты не знаешь, что я поймал больше всех злодеев в Национальном бюро охраны.

— Вряд ли кто-то знает тебя лучше меня. В любом случае, ты правильно решил. Руководитель Ли сможет направить тебя на путь истинный.

Назвала брата злодеем. Видимо, от постоянных сражений с магическими зверями совсем отвыкла от нормального общения.

Тем временем наша машина прибыла к гильдии «Синсон.» Припарковавшись и поднявшись наверх, мы встретили Чон Дахён, которая уже была там.

— О, Дахён-онни?

— Привет.

— Почему и ты здесь? Что-то случилось?

— Ничего особенного. Просто небольшая консультация.

— Брат, ты ведь не натворил чего-то серьезного?

—...

— А?

Не понимаю, почему Чон Дахён молчит.

— А, нет. Ничего. Поверь мне.

— Онни, разве ты не знаешь, что не умеешь врать? Сейчас ты выглядишь очень подозрительно.

— Правда, ничего такого...

— Если бы не нужно было идти, я бы тебя расспросила, но я спешу. Расскажешь потом, ладно?

— Хорошо.

Как только Юнхи ушла, Чон Дахён вздохнула с облегчением. Затем она проверила смартфон и сказала мне:

— Сехи сказала, что можно подниматься.

Мы направились в кабинет Ли Сехи.

В отличие от прошлых раз, сегодня Ли Сехи встретила нас с самого утра при полном параде.

— Добро пожаловать. Я была очень удивлена, когда вы вдвоем внезапно захотели проконсультироваться.

— Извини, что отвлекаю. Но мне больше не с кем посоветоваться.

— Мне приятно, что ты мне доверяешь. К тому же, мне стало любопытно, раз дело касается тебя.

— Ничего особенного.

— Еще как особенного. Это огромное происшествие. Настолько, что к нему нужно готовиться морально.

— Хм, вот как? Но прежде...

Ли Сехи бросила взгляд на Чон Дахён и озорно улыбнулась.

— Как я уже говорила, ведите себя как обычно. Здесь нет чужих.

— Можно?

— А почему нет? Дахён, тебе же комфортно?

—...Да.

В отличие от слов, выражение лица Чон Дахён выглядело неловким. Может, ей не нравится, когда с ней говорят на «ты»? Надо быть с ней повежливее.

— Итак, расскажете, что случилось?

Я рассказал о конфликте с Ким Ёнхваном. О том, что конфликт возник из-за того, что я попытался остановить их чрезмерно рискованную операцию. Когда я упомянул, что Чон Дахён беспокоится о мести, Ли Сехи сделала ошарашенное лицо.

— Погоди, так это Джунхо натворил дел, а он сам спокоен как удав? Ты не переживаешь?

— Не особо.

— Кстати, то, что ты на равных противостоял сверхчеловеку 8-го уровня, еще более удивительно. Честно говоря, я думала, что ты достигнешь 8-го уровня через несколько лет. И морально готовилась к этому. Но ты уже был 8-го уровня?

— Я еще не проходил замеры, так что пока 7-й уровень.

—...Это вообще укладывается в рамки здравого смысла? Я никогда не слышала о 8-м уровне в 20 лет.

— В США есть такой рекорд.

— Там человеку уже тридцать по корейским меркам. Я знала, что ты крут, но не думала, что ты пойдешь на открытый конфликт с этим скверным стариком.

Ли Сехи пила чай один за другим, словно у нее пересохло в горле.

Я хотел было сказать, что раздробил кости Ким Ёнхвана, но сдержался, решив, что Чон Дахён может упасть в обморок.

— Джунхо, ты должен ответить на мой вопрос честно. По-настоящему честно.

— Я не злодей.

— Я об этом даже не думала! В общем, почему ты стал госслужащим-охотником?

Две пары глаз, полных любопытства, уставились на меня. Я мысленно вернулся к тому моменту, когда решил стать госслужащим-охотником, и ответил:

— Это была просьба мамы. Отец тоже поддержал. Да и работа показалась непыльной.

—...

Я ответил честно, но в ответ получил лишь полные недоверия взгляды.

— Это правда.

— И это всё?

— Да.

— Хотя, если бы ты захотел, мог бы легко получить контракт с многомиллиардным бонусом?

— Но тогда пришлось бы работать столько, сколько платят.

— Ну, это да, но при твоем уровне это не было бы такой уж тяжелой работой.

Ли Сехи тяжело вздохнула. Даже Чон Дахён, которая привела меня в Национальное бюро охраны, выглядела ошарашенной. Неужели это так удивительно?

— Я-то думала, у тебя была какая-то невероятная причина, которую я не могла угадать. Дахён, ты знала?

— Я тоже не знала. Думала, это просто отговорка, и что за этим скрывается какая-то история...

— А история оказалась в совете родителей.

Ли Сехи выглядела несколько опустошенной.

— Раз ты сделал это по их настоянию, то и сожалений быть не должно. Тем более что госслужащим-охотником ты стал совсем недавно.

— Сехи, ты что...

Ли Сехи проигнорировала вмешательство Чон Дахён и сказала мне:

— Есть два решения. Первое: уволиться. Второе: как можно скорее официально получить 8-й уровень в составе Национального бюро охраны. Эти два пути сильно различаются. Всё зависит от того, чего хочешь ты. Чего ты больше всего хочешь как охотник?

—...

Чего я хочу на самом деле?

В жизни я желаю лишь спокойной жизни для своей семьи. Это уже происходит, поэтому больше всего мне нужно право свободно исполнять свои обязанности госслужащего-охотника.

И чтобы работы было поменьше.

В итоге, чтобы делать всё, что я хочу, мне нужно лишь одно.

— Депутатская неприкосновенность.

Думаю, с этим я смог бы работать по-настоящему эффективно.