— Что?

Нуар посмотрел на Вариона с ошеломлённым выражением лица.

— Зачем мне заниматься такими хлопотами?

— Люди готовят программу. Говорят, там намечается что-то суматошное.

— Зачем мне такая бесполезная трата времени?

"А, понятно. Точно не он", — Варион вздохнул и махнул рукой.

— Забудь. Просто иди спать.

***

[— Есть время?]

[— Напиши мне…]

[— Игнорируешь меня?]

[— Есть время?]

[— Ты злишься?]

[— Свяжись со мной…]

[— Эй, эй, эй, эй, ты правда меня игнорируешь?]

[— Ну и ладно, игнорируй. Жадина-говядина. Я даже сделал вид, что не знаю тебя, когда Ким Му Рок заговорил о тебе, а ты просто решил всё забыть. Ладно, делай как хочешь. Я правда разочарован, Рембрари.]

[— Ты злишься…?]

[— А, мне уже всё равно. Я тоже больше не буду тебе писать.]

[— ...Ты правда злишься?]

Рембрари, который даже после того, как Шин Чжо Ун вернул ему телефон, не удосужился в него заглянуть, на следующий день, принимая ванну, не спеша открыл сообщения — и был ошарашен.

— Что это ещё такое?

От У Ён У пришла целая лавина сообщений.

Отвечать на каждое было слишком хлопотно, поэтому Рембрари просто позвонил ему. Парень ответил сразу же, как только раздался звонок, и возмущённо заговорил:

— Эй, почему ты проигнорировал все мои сообщения?! И звонки тоже!

— Я потерял телефон и только вчера его нашёл.

— Но почему ты не связался со мной вчера?!

— Я не спеша всё проверил. Вот как только закончил, сразу тебе позвонил.

— Правда?

— Конечно!

— …Ну и ладно, неважно. Но почему у тебя голос так эхом отдаётся?

— Я в ванной.

— Срёшь?

Рембрари широко раскрыл глаза и уставился на телефон.

"Что это за выражения использует этот ребёнок?"

— Извини. Больше не буду спрашивать.

— Я принимаю ванну.

— А, тогда ладно.

Не прошло и двух секунд после того, как Рембрари сбросил звонок, как телефон снова зазвонил.

Стоило ему ответить, как в трубке послышалось тяжёлое, прерывистое дыхание У Ён У.

— Эй, ты что, сразу бросил трубку только потому, что я тебя поддразнил?

— У меня палец болит. Осторожнее, а то сам лишишься пряди волос.

— Это к чему?

— Когда отрезают прядь волос, боли не чувствуешь.

Дыхание У Ён У стало ещё тяжелее.

Рембрари добавил в ванну немного соли, чтобы пены стало больше, и стал ждать, пока айдол успокоится.

Через некоторое время дыхание Ён У выровнялось, и он перешёл к делу:

— Эй, я кое-что хочу спросить.

— Спрашивай.

— Эм… насчёт Нинлин.

— А, мне позвать её для тебя?

Рембрари успел лишь выкрикнуть:

— Нин…

как У Ён У тут же закричал:

— Нет-нет, не зови её, не зови!

Рембрари нахмурился и отодвинул телефон от уха.

"Что с этим ребёнком с самого утра?"

— Почему ты так себя ведёшь?

— Чёрт, ты меня напугал. Я чуть сердца не лишился.

— Ты болен?

— Из-за тебя чуть не заболел!

— ...?

— Я просто кое-что спрошу, так что никого не зови. Понял?

— Понял.

"И чего ему столько всего нужно?", — подумал Рембрари, шевеля ногами в пене.

У Ён У сказал, что хочет кое-что спросить, но долго не решался, прежде чем наконец произнёс:

— Как Нинлин в последнее время?

— Хорошо.

— Что значит "хорошо"? Она просто улыбается и ходит туда-сюда? У неё нет никаких забот или того, что её тревожит?

— Конечно, есть. Она хорошо заботится о детях и в целом чувствует себя нормально.

— А-а…

— Правда, она стала чуть больше времени уделять тренировкам с мечом.

— Ух!

— ...Ён У?

Это прозвучало как короткий вскрик, потому Рембрари растерянно окликнул парня, но в ответ лишь услышал отчаянный стон.

"Что с этим ребёнком творится?", — Рембрари ошеломлённо уставился на телефон.

У Ён У что-то пробормотал так быстро, что разобрать было невозможно, а затем снова спросил:

— Она что-нибудь говорила обо мне?

Но прежде чем Рембрари успел ответить:

— Только не говори ей, что я это спрашивал! Я кладу трубку.

И он повесил трубку.

Рембрари, который уже собирался ответить, думая, что Ён У спросит о нём, широко раскрыл глаза.

В конце концов, как раз когда он собирался перезвонить:

— Ваше Высокопреосвященство.

Снаружи постучалась Нинлин, о которой только что шёл разговор.

— Что такое?

— Сегодня в десять утра состоится встреча руководителей из "Накру", "World Boom", "Редрин" и "Эгиды".

Рембрари глянул на время на телефоне.

[9:00]

"Если рассчитать время на завтрак и дорогу…"

— Понял. Скоро выйду.

***

Закончив есть, он собрался и вышел к машине, но обнаружил, что Ардор и Ким Чже У уже ждут его у водительского места.

— Почему вы оба здесь?

— Мы приехали вас подвезти.

— Одного было бы достаточно.

— Это на случай, если один из нас отлучится в туалет. Не хотим, чтобы благодетель уехал в это время.

Пока Рембрари пытался понять, что это значит, Ким Чже У быстро открыл заднюю дверь, а Ардор сел на водительское место.

Рембрари подозрительно отнёсся к их намерениям, но всё же сел в машину. Однако, как бы быстро он ни старался собраться, к моменту его прибытия уже было за десять.

Впрочем, Рембрари знал, что даже без него встреча пройдёт без проблем, поэтому не спеша вошёл в лифт.

И когда он добрался до конференц-зала, всё оказалось именно так, как он и ожидал. Совещание уже началось.

Более того, даже когда Рембрари открыл дверь и вошёл, все лишь мельком взглянули на него. Никто не стал его ругать.

Рембрари не спеша прошёл к своему месту, открыл заранее приготовленную банку сока и пакет чипсов.

Похрустывая чипсами, он заметил Чан Тхэ Ри, которую давно не видел на таких совещаниях. Та слегка помахала ему рукой.

Рембрари с улыбкой помахал в ответ, но, увидев среди членов "World Boom" Шин Чжо Уна, стоявшего со скрещёнными на груди руками и прищурившегося, тихонько опустил руку.

"Анчоус опять дуется. Наверное, потому что вчера я не рассказал ему о своём детстве. И чего только злиться из-за такой мелочи?.. А может, всё дело в том, что я называю его "Анчоусом"? Неужели я превратил его в настоящего анчоуса? Может, с этого момента называть его китом, чтобы он стал смелее?"

Рембрари всерьёз размышлял о таком, уплетая пакет чипсов, а затем принялся один за другим уплетать замороженные ягоды шайн-муска́т, которые принёс секретарь Архиепископа.

После этого он начал немного прислушиваться к содержанию совещания…

— Мы действительно можем доверять словам предателя?

Когда он прислушался внимательнее, то понял, что атмосфера была крайне напряжённой.

Рембрари, держа во рту виноградину, посмотрел на того, кто только что заговорил. Это был Охотник из "World Boom". Его имени Рембрари не знал.

Как бы то ни было, выражение лица Охотника было таким же резким, как и его голос. Ему ответил Охотник из "Накру":

— Ты сейчас называешь Сон У предателем?!

— Тогда, может, назвать его изменником?

— Ты, ублюдок, совсем с ума сошёл?!

Рембрари широко раскрыл глаза, переводя взгляд с одного на другого мужчин, которые обменивались резкими словами. Затем он посмотрел на Чжо Уна, но тот, похоже, не собирался их останавливать.

Рембрари покосился на Архиепископа, который протянул к нему руку, выпрашивая виноград шайн-муска́т. Похоже, он тоже не собирался в это вмешиваться.

Рембрари передал ему около пяти виноградин, и жрец забрал их, тайком съедая одну за другой, словно жёлуди.

Внимание Рембрари снова переключилось на спорящих.

"Они ругаются из-за У Сон У?"

Примерно в этот момент вперёд выступила Гу Се Джи.

— Какова бы ни была причина, он перешёл на сторону демонов, так что неудивительно, что вы не можете доверять Сон У.

— Руководитель группы!

Охотник из "Накру" возмущённо возразил на слова Гу Се Джи, которые, казалось, признавали правоту его оппонента.

Гу Се Джи покачала головой, затем посмотрела на Шин Чжо Уна и продолжила:

— Но, по моему мнению, независимо от того, можно ли доверять его словам, гораздо подозрительнее то, почему Сон У вообще "стал утруждаться" и рассказывать всё это Шин Чжо Уну… Мне так кажется.

Раздражённое выражение лица Охотника из "Накру" мгновенно смягчилось.

— К тому же, если всё дело лишь в возможности Третьего Прорыва, зачем ему понадобилось тайно переходить на сторону демонов? Это до сих пор вызывает вопросы.

Гу Се Джи пристально посмотрела на Шин Чжо Уна и резко спросила:

— Он действительно сказал вам только это? Вы ведь ничего не утаили и не отфильтровали от нас?

Рембрари посмотрел на Чжо Уна. Тот едва заметно приподнял уголки губ и спокойно слушал Гу Се Джи.

Судя по его расслабленному виду, её слова его совершенно не задели.

Подхватив слова своего босса, на этот раз вперёд выступил другой Охотник из "Накру".

— Это У Сон У подозрительный? Мы гораздо больше подозреваем вас!

Шин Чжо Ун улыбнулся и предложил:

— Тогда почему бы вам не уйти отсюда?

— Что?

— Разве не так? Не "World Boom", а именно "Накру" поймали на подозрительных действиях внутри "Редрин". Значит, уйти должны вы.

— Сейчас У Сон У уже не имеет отношения к "Накру".

— А мне кажется, что имеет. И до предательства, и после, и даже сейчас.

— Ты сейчас подозреваешь, что мы заодно с демонами?!

Было уже трудно понять, совещание это или ссора. Атмосфера была такой, что стоило кому-нибудь сделать лишнее движение — и тут же могла начаться драка.

Рембрари увидел, как Шин Чжо Ун улыбается и постоянно провоцирует сторону "Накру", но затем вдруг хмурится, посмотрев куда-то в сторону.

Заинтересовавшись, на что он смотрит, Рембрари тоже посмотрел туда и увидел, как Чан Тхэ Ри несколько раз отрицательно покачала головой.

"Тхэ Ри пытается его остановить?"

И тут наконец вмешался Архиепископ, который до этого просто оставался в стороне, поедая виноград.

— Кстати говоря, я вспомнил кое-что, что слышал от нашего Первосвященника.

"От меня?"

Взгляды Охотников, до этого занятых словесной войной, обратились к Рембрари, которого до этого воспринимали почти как постороннего.

Рембрари медленно опустил виноградину и выпрямился.

— Наш Первосвященник сказал, что, как ни странно, демоны на самом деле не особо старались помешать разрушению колонн.

— Демоны?

Охотник из "Накру" нахмурился и переспросил.

С этих слов в конференц-зале снова поднялся шум, но на этот раз атмосфера была уже не такой, как прежде, когда спорили две Гильдии Охотников.

Все начали высказывать собственные мнения, вроде: «демоны ведут психологическую войну», «здесь действительно что-то происходит» и тому подобное.

Тем временем Архиепископ снова протянул ладонь к Рембрари.

Похоже, он просил ещё винограда шайн-муска́т, но Рембрари сделал вид, что не заметил этого, и, протянув свою ладонь, с чувством пожал жрецу руку.

— Молодец!

— ...?

***

В этот момент охотник, одетый с ног до головы в чёрное и носивший маску суриката, наблюдал за конференц-залом штаб-квартиры "Редрин" из здания напротив, вооружившись биноклем.

"Ну и бардак."

Сурикат цокнул языком, глядя, как охотники в конференц-зале постоянно ссорятся между собой, но, поняв, что сейчас не время обращать на это внимание, внимательно принялся разглядывать лица присутствующих.

"Шин Чжо Ун… здесь. Чан Тхэ Ри… здесь. Рембрари… тоже."

Убедившись, что все трое целей на месте, Сурикат проверил, кто ещё из присутствующих известен публике, затем оторвался от бинокля и присел на корточки.

Он распластался, словно морская капуста, чтобы его не увидели с противоположной стороны улицы, достал телефон и отправил вице-президенту сообщение.

[— Местонахождение целей подтверждено]

Телефон тут же зазвонил — пришёл ответ.

[— Постарайся там]

[— Оставайся на месте]

Сурикат убрал телефон, тихо поднялся и снова приложил бинокль к глазам.

Сегодня он собирался охотиться на знаменитого Шин Чжо Уна.