К искажению пространства она уже привыкла. Подземелья, возникающие в этом мире, всегда выглядели примерно одинаково.

Проблема заключалась в существе, которое оттуда появилось.

Из разлома, в который едва протиснулся бы ползущий человек, что-то выбиралось. Это был человек в процессе «создания». К гремящим костям липли багровые сгустки — судя по всему, формирующиеся мышцы и кровеносные сосуды. Они нарастали, сбиваясь в комки то тут, то там. Пустоты заполнялись красными внутренностями, в глазницах проступали глазные яблоки.

Сглотнув от ужаса, Ирен не отрывала взгляда от существа, которое стремительно обретало черты Вильгельмины.

Затем взгляд девушки метнулся к разлому, из которого та появилась. На первый взгляд там клубилась такая же кромешная тьма, как на входе в любое подземелье. Но, присмотревшись, по ту сторону можно было различить смутные очертания.

Не похоже на подземелье. Скорее... жилая комната?

Сквозь дрожащее марево портала проглядывало помещение, до боли напоминающее спальню самой Ирен. Но это никак не могла быть ее комната: в ее покоях сейчас горит яркий свет, а внутри дежурят несколько служанок в компании рыцарей.

В таком случае то место по ту сторону, несомненно...

В этот момент проход схлопнулся. Тварь, полностью перебравшаяся в банкетный зал, поднялась на ноги. Тело уже в точности копировало Вильгельмину, а вот с лицом возникли трудности: глаза, нос и рот никак не могли зафиксироваться, хаотично плавая по коже. Наконец черты лица встали на свои места, и, как только рот оказался там, где ему положено быть, существо широко распахнуло пасть.

— --------!

Чудовищный визг, запредельный для человеческого слуха, разорвал тишину банкетного зала.

Ирен рухнула на пол.

Увидев это, монстр — нет, существо, теперь даже лицом идеально походившее на Вильгельмину, — ухмыльнулось. От этого выражения лица по спине Ирен пробежали мурашки. Точно так же Вильгельмина улыбалась всякий раз, когда с Ирен случалась беда.

Тварь, словно радуясь успешной атаке, долго издавала клокочущие звуки, похожие на смех. А затем, снова выпрямившись, посмотрела на Ирен и выдавила:

— Тупая... дрянь...

Речь звучала прерывисто, но и этот голос, и издевательский смешок... Монстр идеально копировал Вильгельмину. Нет, он ею и был.

Вильгельмина медленно шагнула к Ирен. За ней тянулся смазанный след красной жидкости.

Когда подобные следы только появились в крепости, люди долго пытались понять, что это.

Было ясно, что кровь оставляют монстры, но поскольку она не исчезала даже под воздействием силы очищения, поползли недоуменные шепотки.

Впрочем, у всех на уме крутилась одна и та же догадка. Человеческая кровь. Вот почему очищение на нее не действовало.

Ирен вспомнилось, как она недавно очищала Микаэля. В день возвращения с аукциона, после долгого перерыва, он зашел к ней в покои и попросил провести ритуал. Во время очищения пропитавшая одежду кровь монстров начала бледнеть, но бурые пятна на груди и животе никуда не делись. Тогда он сказал, что эта кровь — не от монстров.

Ирен поняла: след, который сейчас оставляла за собой Вильгельмина, был таким же, как пятна на одежде Микаэля. Это человеческая кровь.

Вильгельмина сделала еще один шаг к оцепеневшей Ирен.

— Наконец-то я тебя нашла.

Ее голос зазвучал куда ровнее, чем пару минут назад. И эти презрительно изогнутые губы... Если бы не медленная, дерганая походка, Ирен бы поверила, что перед ней та самая Вильгельмина, которую она знала.

Острые зубы и когти исчезли. Вместо этого Вильгельмина вытянула обе руки, потянувшись к девушке. Словно хотела показать: чтобы задушить тебя, такое ничтожество, никакое оружие не понадобится.

Глядя на надвигающуюся фигуру, Ирен часто-часто заморгала. Приняв это за жалкую попытку сопротивления, Вильгельмина рассмеялась на ходу:

— Что, страшно? Так задирала нос, а теперь посмотри на себя.

Теперь даже слова она произносила абсолютно плавно. От этого Ирен становилось все сложнее понять, кто перед ней — монстр или сама Вильгельмина.

— Почему... — едва шевеля губами, выдавила Ирен.

Глаза Вильгельмины хищно сощурились.

— Почему? Не понимаешь, за что я так с тобой? — она громко фыркнула. — Мерзкая дрянь. Ты бесила меня с нашей первой встречи. С твоей мордашкой тебя просто продали бы куда-нибудь, а ты еще и умудрилась пробудить силу очистителя.

Слушая ее, Ирен осознала: существо скопировало не только внешность, но и воспоминания Вильгельмины.

— Видеть тебя не могла. Когда мы прибыли в крепость, мне оставалось только смеяться. Какой прок от красивого личика? Здесь сила очищения решает всё. — Лицо Вильгельмины исказила гримаса. — Поэтому... здесь ты должна была жалко влачить существование. Такая роскошь, как покои принцессы, была не для тебя... Здесь я была куда лучше... А такой дряни, как ты, просто чертовски повезло... Поэтому я и прислуживала принцессе, надеясь, что она смешает тебя с грязью... Почему...

С этими словами Вильгельмина задрожала всем телом. Схватившись за голову, словно от нахлынувших воспоминаний, она скорчилась от боли. Увидев это, Ирен тихо спросила:

— Ты... почему... так... Кто...

Видимо, уловив смысл этих бессвязных слов, Вильгельмина медленно подняла взгляд, всё ещё держась за голову. Ее лицо было перекошено мукой:

— Но в комнате принцессы... что-то красное... Принцесса... сказала, что так будет лучше...

Так и есть. Это дело рук принцессы Сесилии.

Слушая бормотание Вильгельмины, Ирен подавила подступающее чувство безысходности. Она знала, что ее недолюбливают. Но кто бы мог подумать, что ее ненависть настолько сильна, что, даже превратившись в монстра, она будет одержима жаждой убийства. Эту злобу было невозможно понять. Да Ирен и не хотелось.

Ей было просто жаль видеть, как Вильгельмина, взрастившая в себе эту ненависть, даже после смерти остается ее слепой марионеткой.

Все еще держась за голову, Вильгельмина вдруг затряслась. А затем заговорила в пустоту, словно отвечая кому-то невидимому:

— Да, да... конечно. Я сделаю с ней всё, что вы пожелаете...

С этими словами она опустила руки и свирепо уставилась на Ирен.

— Тебе и правда везет, Ирен. С твоим-то положением и смеешь вертеться рядом с ним.

— С ним? Это с кем?

— Будто сама не знаешь. Твоя пара, сэр Микаэль. Он...

Вильгельмина вдруг склонила голову набок, словно почуяв неладное. Еще секунду назад Ирен от страха не могла связать и двух слов, а сейчас заговорила на удивление спокойно и четко.

В тот момент, когда до нее дошло, что здесь что-то не так...

— Ирен.

Прямо за спиной раздался голос Микаэля. Осознав, кто перед ней, Вильгельмина снова разинула пасть.

Но в ту секунду, когда она закричала, Ирен «вновь» активировала Камень Тишины.

На самом деле, Ирен использовала его в связке с камушком, полученным от Луриса, с самого начала, как только появилась Вильгельмина.

Она столько тренировалась до этого момента; безучастно пялиться и упустить такой шанс было бы немыслимо. Поскольку у нее уже был подобный опыт, картинно рухнуть на пол, сделав вид, что атака сработала, тоже не составило труда. Поверив, что удар достиг цели, Вильгельмина приближалась очень неспешно. За это время действие Камня Тишины истекло, и Ирен смогла отчетливо расслышать каждое ее слово.

К тому же, благодаря артефактам, Ирен сразу поняла, что Микаэль уже здесь, и поэтому могла хладнокровно тянуть время, разговаривая с монстром.

Вильгельмина, ты...

С горечью на лице Ирен снова сжала Камень Тишины. Пусть это и был монстр, в нем осталось слишком много от прежней Вильгельмины. Эта привычка смотреть свысока на тех, кого она считала ниже себя, и выбалтывать всё, что знает — в этом была вся она... Из-за этого Ирен никак не могла отделаться от ощущения, что убивает не просто чудовище.

Стоило Ирен использовать Камень Тишины, как Вильгельмина распахнула пасть в крике, а Микаэль взмахнул мечом.

Хрясь!

С влажным хрустом голова Вильгельмины слетела с плеч и покатилась по полу. Хлынувшая кровь с ног до головы окатила рыцаря.

Микаэль первым делом бросился осматривать Ирен, которая крепко зажмурилась, отгородившись от всех звуков.

И тут отсеченная голова Вильгельмины, откатившаяся в сторону, вдруг открыла рот и прохрипела, обращаясь к Микаэлю:

— Отживший свое! Тот, кому здесь не место! Твое время тоже на исходе!