Первой повысила голос Хан Соён:

— Какого чёрта? Как ты вообще мог до такого додуматься? Твой интеллект падает с каждой регрессией?

— С языка сняла. Подумать только, что так называемая писательница может состряпать нечто столь глупое.

Она и Ю Джунхёк зарычали, свирепо глядя друг на друга.

И первой отступила тоже Хан Соён.

— Фу-ух… Ладно, три регрессии могут помутить рассудок и заставить воображать странные вещи. Значит… Ты утверждаешь, что «Скрытный Интриган» – это «Ким Докчжа из будущего»?

— Я так считаю.

— Ну хорошо. Допустим, это не совсем невозможно. В «Звёздном Потоке» случаются всякие безумства, и…

Соён собиралась сказать: «Роман тоже может стать реальностью в нашем мире», но вовремя проглотила эти слова. Даже если это правда, она считала, что не стоит упоминать об этом перед Ю Джунхёком.

Поэтому она сказала другое:

— Не проще ли спросить самого «Скрытного Интригана»? Ты пытался это подтвердить?

Он кивнул.

— У меня была сделка с ним. Если я сделаю кое-что для него, он ответит на один мой вопрос.

— И о чём ты спросил?

— Я спросил, действительно ли он Ким Докчжа из будущего.

— И что потом?

— Он ответил, что нет.

— Так и почему ты?..

— Позволь мне уточнить. Он сказал: «Когда-то давно я был кем-то, но теперь я – никто».

«Мог был кем-то, но теперь он никто?..»

Хан Соён быстро поняла, что не так с этим утверждением.

«Скрытный Интриган» в этом ответе не отрицал прямо, что он «Ким Докчжа из будущего». Нет, сказанное им было гораздо ближе к «Я могу быть Ким Докчжа, а могу и не быть».

В таком случае упорство Ю Джунхёка в своей догадке имело смысл.

Хан Соён спросила ещё раз:

— Это всё, о чём ты его спросил?

— Он знал о каждом цикле регрессии, который я прожил.

Когда-то он был кем-то, но теперь просто «Скрытный Интриган»; существо, знающее каждый круг регрессии, в котором жил Ю Джунхёк.

— Что-нибудь ещё?

— Нет.

— Ты издеваешься? Ты сражался как сумасшедший только ради этого? – закричала на него Хан Соён, тяжело дыша, словно разгневанный бык. — Этого парня не было в твоих прошлых регрессиях, верно? Если ты не смог узнать его истинную личность, ты должен был хотя бы попытаться выведать другую информацию!

— Я слышал, какова его цель...

— И какова же?

— Он сказал, что есть кое-что, что он хочет изменить. И кое-кто, кого он хочет убить.

Казалось, чем больше она слушала, тем глубже её затягивало в трясину. Перевернув фразу «кое-кто, кого он хочет убить», можно получить «кое-кто, кого он пока не может убить».

Существовало ли существо такого уровня, с которым даже такая божественная сущность, как «Скрытный Интриган», ничего не могла поделать?

— Это всё, что я от него услышал. Это были все вопросы, которые мне позволили задать.

— И ты не мог выкопать больше информации?

— Это значит, что мне придётся заключить с ним ещё одну сделку. Если я это сделаю, мне придётся заплатить более высокую цену, чем в прошлый раз, – сказал Ю Джунхёк и перевёл взгляд на небо.

Она тоже посмотрела вверх и активировала «Полуденную Встречу».

[Он смотрит на нас?]

[Я не чувствую его взгляда.]

Результат был слегка разочаровывающим; они открыто болтали здесь, чтобы объект обсуждения услышал их, но, похоже, он даже не наблюдал за ними сейчас. Стоит ли сказать, что это не похоже на «Скрытного Интригана»?

Хан Соён произнесла:

[Ну, это проблема. Если божественное существо такого уровня решит влезть в разгар чего-то важного, то какой бы хорошей ни была наша стратегия, она окажется бесполезной.]

Особенно на такой важной сцене, как нынешняя «Великая Война Святых и Демонов»; если крошечная переменная может перевернуть стол, то она не могла не беспокоиться.

Однако мысли Ю Джунхёка отличались от её.

— Вероятно, он не выйдет вперёд лично.

— Почему ты так думаешь?

— Доказательство в том, что он использует Ким Докча или меня для осуществления своих планов. Если бы он мог действовать сам, он бы уже это сделал. Существу его уровня пришлось бы израсходовать огромное количество вероятности, если он намерен вмешаться.

— Логично... Кто знал, что наступит момент, когда я буду благодарить эту дерьмовую вероятность.

— Теперь у меня есть вопрос к тебе.

— А?

— Я до сих пор не слышал оснований для твоей неприятной гипотезы. Почему ты сказала, что «Скрытный Интриган» – это «тот человек»?..

Вопрос Ю Джунхёка вызвал ухмылку у Хан Соён.

— Хм-м-м? Я думала, тебе не интересно, но, похоже, это тебя гложет.

— Ты никогда не упускаешь возможности вставить лишний комментарий.

Как раз перед тем, как он успел схватиться за холодную рукоять меча, неподалёку раздался довольно лукавый голос:

— Похоже, вы двое наслаждаетесь обществом друг друга.

Холодные, убийственные взгляды двоих упёрлись прямо в Ким Докчжа.

Он горько улыбнулся и уже собирался замахать руками, отступая назад, как вдруг в пустом воздухе возникло новое сообщение сценария.

[Установлены новые координаты для 113-го регионального конфликта]

Взоры группы теперь были прикованы к Ким Докча. Наконец пришло время сделать следующий ход.

— Что ж, пойдёмте и устроим ещё одно шоу.

Словно все только этого и ждали, Истории «Компании Ким Докчжа» начали громко шуметь.

[В Демоническом Короле «Демонический Король Спасения» прорастает новая История!]

[Сформирован список вариантов на второй модификатор «Демонического Короля Спасения»]

***

Второго по значимости лидера Демонического Мира называли множеством модификаторов: «Правитель Восточного Ада», «Прокси Демонического Мира», «Разрушитель Святости».

Хотя он носил много разных имён, истинное имя у него могло быть только одно.

Владыка 2-го Демонического Мира, Агарес.

С тех пор как Владыка 1-го Демонического Мира внезапно исчез, Агарес защищал Демонический Мир на протяжении последних тысяч лет или около того. Он сносил головы архангелам, пускающим слюни на его территорию, и оберегал те Истории, что позволяли «Злу» существовать как злу.

Пока он испытывал квалификацию «Зла», ограничивал и даже правил им, всё его существо было сосредоточено лишь на одном вопросе.

Для чего существует «Зло»?

Каждый раз, разрывая на части очередное живое существо, он погружался в этот вопрос. Было неважно, есть ли на него ответ; нет, сам этот вопрос просто давал ему силы продолжать.

[113-й региональный конфликт принудительно завершён]

[114-й региональный конфликт принудительно завершён]

Однако он впервые видел подобное зрелище за те тысячи лет, что прожил.

— Все, продержитесь ещё немного!

— Мы почти всех подавили!

На хаотичном поле боя люди спасали реинкарнаций. Расходный материал, приносимый в жертву независимо от исхода великой битвы между «Добром» и «Злом», кто-то спасал.

В обычных условиях такие действия соответствовали бы стороне «Добра». Однако проблема заключалась в том, что за это отвечал Демонический Король.

[Очки Хаоса увеличились на 4]

[Очков Хаоса в данный момент: 60]

[Внимание! Очки Хаоса превысили 60!]

Хаос. Ни «Добро», ни «Зло», это было «нечто», существующее вне вероятности мира и его естественного порядка.

— Ты хочешь увеличить очки Хаоса и остановить «Великую Войну Святых и Демонов», так, что ли?

Рыжеватые рога проросли под глубоко надвинутой на голову Агареса фетровой шляпой – это была его уникальная черта всякий раз, когда его что-то интриговало.

— Остановить разрушение меньшего масштаба угрозой ещё большего разрушения. Это действительно идея, которую мог состряпать только «Демонический Король Спасения».

Тем, кто высказал своё мнение, был «Дьявол Похоти и Гнева», Асмодей.

Агарес заговорил, шевеля пальцами, сжимающими трон.

— Почему он не принимает сторону «Зла»? Наверняка он бы не проиграл, примкнув к этой стороне.

— Как только эта «Великая Война Святых и Демонов» завершится, его «Перепития» будет завершено. Это также означает, что ■■, к которому он стремится, не лежит на пути «Зла»

— Даже в этом случае, похоже, он не стремится и к ■■ «Добра».

Это была куда более неловкая ситуация, чем если бы он выбрал сторону «Добра» или «Зла».

Агарес спросил снова:

— Что ты думаешь?

— Метатрон сделает ход первым. Старый Архангел, который жаждал этой войны больше всех, просто не позволит своим тщательно продуманным планам пойти прахом.

Почти в то же мгновение, когда эти слова прозвучали, по линии передачи Демонических Королей пришло короткое сообщение.

— Агарес, я связался с тобой по вопросу, который мне нужно обсудить.

Разорванные уголки губ Агареса растянулись в улыбке.

— Метатрон, я уверен, что у нас не те отношения, чтобы мы могли расслабленно болтать в свободное время.

Высшие авторитеты Демонического Мира и «Эдема» в данный момент разговаривали лицом к лицу через экран. От одного лишь обмена взглядами вспыхнули мощные искры Вероятности.

— Я не против перекинуться парой слов, но сейчас мне, похоже, нужно одолжить твою силу на некоторое время.

— Ты когда-нибудь слышал историю, где «Добро» и «Зло» объединяют усилия?

— Ну, истории о том, как «Зло» пытается достичь своей цели любыми средствами, довольно обычны, не так ли?

Даже услышав саркастический тон Агареса, Метатрон сохранял самообладание.

— Есть одна незрелая туманность; юные новички, которые верят, что они – центр вселенной.

Было совершенно ясно, кто эти новички в этой маленькой истории. Агарес хмыкнул и ответил:

— Подумать только, ты используешь горячую линию только для того, чтобы растоптать маленькую туманность. Как забавно.

— Если дела пойдут плохо, то из-за этой маленькой туманности может рухнуть даже «Великая Война Святых и Демонов».

— Значит, ты хочешь преподать им урок дисциплины как старший в «Звёздном Потоке»? Твои замашки «деда»¹ всё ещё при тебе, как я вижу.

— Давай просто скажем, что я лишь желаю научить их истинному устройству мира.

— Я отказываюсь. Мне не нужно объединяться с кем-то вроде тебя, потому что раздавить такую туманность для меня – пустяк.

— Я не предлагаю объединяться.

— Тогда что?

Вместо словесного ответа Метатрон поднял над рукой маленькое распятие. Оно взмыло в воздух и начало вращаться.

— «Компания Ким Докчжа» смогла разрушить поля сражений благодаря тому, что они использовали баланс сил, когда мощь каждой стороны была равной.

— И что с того?

— Но что, если это будет битва, где баланс нарушен с самого начала?

Метатрон подул на распятие; ось его вращения слегка нарушилась, и оно начало нестабильно крутиться. Агарес спросил так, будто был чем-то недоволен:

— Ты предлагаешь создать поле боя, где одна сторона с самого начала окажется в невыгодном положении?

— Именно так.

Если боевые силы сторон не будут равны, «Компании Ким Докчжа» придётся попытаться сместить баланс, если он уже наклонился в одну сторону. Если он наклонился в сторону «Зла» – склоняться к «Добру», а если к «Добру» – толкать обратно к «Злу».

Если использовать эту ситуацию в обратную сторону, то не будет невозможным спроектировать региональный конфликт, где «Компания Ким Докчжа» встретит своё уничтожение.

— И в чьём же невыгодном положении ты хочешь начать битву сейчас?

— Мы должны играть честно в этом вопросе. Если мы создадим региональный конфликт с невыгодным положением стороны «Зла», то я создам другой с невыгодным положением «Добра».

— Интересно. Я полагаю, ты очень хочешь их убить, даже ценой жертвоприношения ангелов.

— Мы не можем сидеть сложа руки и смотреть, как копятся Очки Хаоса. Кроме того, создав несколько региональных конфликтов, мы сможем рассредоточить «Компанию Ким Докчжа».

— А что, если они не отреагируют на эту провокацию?

— Разве этого не будет достаточно?

Глаза Метатрона на экране светились белым светом.

— Если они не ответят, то окончательными победителями в этой войне всё равно окажутся «Добро» и «Зло».

***

[Врата, ведущие к 115-му региональному конфликту, открыты!]

[Врата, ведущие к 116-му региональному конфликту, открыты!]

[Врата, ведущие к 117-му региональному конфликту!..]

Я глухо рассмеялся, наблюдая, как Врата заполняют пространство в реальном времени.

Я так и знал. Метатрон или Агарес просто не могли оставить это дело так.

Чон Хивон наблюдала за порталами, которые появлялись и исчезали, и спросила:

— Докчжа-сси, что происходит?

— Они начали несколько региональных конфликтов одновременно.

— Но разве такое может случиться?

— Изначально – нет. Даже если это номинально региональный конфликт, он не может начинаться и заканчиваться так быстро.

[115-й региональный конфликт завершён]

[116-й региональный конфликт завершён]

Вместе с полями сражений, которые внезапно завершались, в воздухе всплыло сообщение сценария.

[Текущее состояние прогресса Великой Войны]

Очки Абсолютного Добра: 57

Очки Абсолютного Зла: 57

Очки Хаоса: 60

Очки «Добра/Зла» стремительно росли, словно соревнуясь с очками Хаоса, которые мы накопили. Первым, кто в итоге вскочил со своего места, был Ли Хёнсон.

— Мы не можем просто сидеть и ничего не делать. – он крепко сжал кулак и продолжил. — На этих полях сражений наверняка приносят в жертву реинкарнаторов.

— Конечно. Но если мы войдём в один из них, мы все погибнем, – ответила Хан Соён, грызя ногти.

— Прошу прощения?..

— Ты не понимаешь? Это всё ловушки. Они решили полностью уничтожить нас, вот и всё.

Ли Хёнсон ошеломлённо уставился на меня, и я кивнул ему.

— Хан Соён права. Скорее всего, нас атакуют в тот момент, когда мы туда войдём.

— Конец будет тем же, даже если мы не войдём.

Лица группы стали ещё мрачнее после слов Ю Джунхёка.

В данный момент члены «Компании Ким Докчжа» были разделены между «Добром» и «Злом».

Если победитель «Великой Войны Святых и Демонов» будет объявлен таким образом, то проигравшую сторону ждёт ужасная участь. Очевидно, тела воплощений перестанут существовать, и даже если кому-то повезёт и он станет душой, его будут пытать нестерпимым жаром Ада, и его или её эго в конце концов будет разрушено.

У нас не было выбора, кроме как участвовать в битвах.

— Похоже, ничего не поделаешь...

Иногда приходится идти прямо в ловушку, зная об этом.

Я быстро распределил участников.

— Чон Хивон-сси и Ли Хёнсон-сси, пожалуйста, примите участие в 117-м региональном конфликте. Хан Соён и Ю Джунхёк, вы двое входите в 119-е Врата…

— Эй, подожди, а как же ты?

— Я войду в 121-е Врата один.

Ю Джунхёк свирепо посмотрел на меня и молча схватился за рукоять меча, поэтому я поспешил объясниться.

— Н-нет, я не говорю, что действительно войду один.

— Тогда с кем ты пойдёшь?

— С теми, кто станет нашими союзниками.

На этот раз меня подловила Хан Соён.

— Кто? Кто захочет стать нашими союзниками в нынешней ситуации?

Действительно, в обычной ситуации никто бы не захотел встать на нашу сторону.

Однако, если мои мысли верны, то есть как минимум один. Нет, даже два.

[Туманность «Подземный Мир» ждёт вас]

Я ухмыльнулся и ответил:

— Мои родители.

---

Прим. редактора:

1. В оригинале используется «Ккондэ (кор. 꼰대)» — южнокорейский сленговый термин, описывающий высокомерного, авторитарного человека (обычно старшего возраста), который навязывает свой опыт, взгляды и поучает других. Решили заменить на более близкой нам армейское «дед» или «дедушка», ну вы шарите.