Заявление Ю Джунхёка заставило толпу замолкнуть.

Кукловоды из альянсов, не тронутые его речью, продолжали обмениваться многозначительными взглядами, но толпа уже не подчинялась их контролю.

— Верховный Король… – негромко пробормотал кто-то.

Вскоре после этого репортёры начали на ходу придумывать заголовки.

「Верховный Король Ю Джунхёк объявляет об отчаянном сопротивлении!」

「Со-представитель «Компании Ким Докчжа» Ю Джунхёк: «Я не откажусь от сценариев до самого конца».」

Воплощения, слышавшие о том, что он регрессор, казались возбуждёнными как никогда прежде. Кто-то громко закричал, и Промышленный комплекс мгновенно заполнился рёвом ликования.

— Верховный Король Ю Джунхёк!

— Ю Джунхёк! Ю Джунхёк!

Теперь все скандировали его имя. Даже те, кто ещё недавно отпускал едкие замечания в адрес «Компании Ким Докчжа», поддались общему потоку и во все глаза смотрели на него.

От этого ситуация не улучшится в один миг, но сегодня был заложен необходимый фундамент. «Мир после сценариев» теперь должен был формироваться вокруг Ю Джунхёка. Даже если бы я сказал абсолютно то же самое, я бы не удостоился такого уровня поддержки. Наверное.

Хан Соён наконец отпустила мой воротник и, глядя в сторону Ю Джунхёка, произнесла:

— Если бы он только всегда себя так вёл.

Я был с ней согласен. Однако таков уж был его характер…

Раз начавшись, скандирование не собиралось утихать. Ликование, начавшееся с имени Ю Джунхёка, вскоре перекинулось на Чон Хивон, затем на Ли Хёнсона и даже на Ли Джихё.

И когда выкрикивалось каждое имя, кроме «Демонического Короля Спасения», мои спутники переводили взгляд на меня, выглядя явно смущёнными. Я махнул им рукой, показывая, что всё в порядке. В конце концов, они заслужили эти овации.

В итоге очередь дошла и до имени Хан Соён.

— Императрица Чёрного Пламени, Хан Соён!

Толпа на зрительских трибунах принялась высматривать Соён, прячущуюся за кулисами.

Я обратился к ней:

— Твоя очередь. Иди.

Но она лишь покачала головой.

— Терпеть не могу такое.

— Я думал, тебе нравится быть в центре внимания. Неужто ошибся?

— Как писателю, но не как Хан Соён.

Слегка постукивая каблуком по полу, она опустила взгляд и немного нахмурилась. Когда она не появилась, скандирование естественным образом переключилось на имя Шин Юсын.

Товарищи, машущие руками на трибунах, в моих глазах выглядели как звёзды кино.

[Созвездия Корейского полуострова гордятся «Компанией Ким Докчжа»!]

Наблюдая за ними, я озвучил свои мысли:

— Хан Соён...

— Что?

— Если бы этот мир был романом, как ты думаешь, в каком томе мы сейчас находимся?

Она, казалось, немного поразмыслила над этой дилеммой, прежде чем ответить:

— Не уверена. Зависит от того, кто его написал, я полагаю.

Ну, разумеется. Кто-то может расписать целую книгу о событиях одного дня, а кто-то сожмёт всё, что случилось за 100 лет, в одно предложение.

Хан Соён продолжила:

— Если бы писала я, мы бы уже перевалили как минимум за двадцатый том.

— Это много...

— Так и должно быть. Произошло ведь куча всего, верно?

И правда, куча. Без сомнения, это было долгое путешествие. Если бы оно занимало двадцать томов, то только по объёму эта книга тянула бы на полноценный эпос.

Над местом проведения конференции сгущались сумерки. Не знаю почему, но казалось, будто сегодня солнце заходит гораздо раньше обычного.

Хан Соён заговорила так, словно понимала мои чувства:

— Но с другой стороны, есть люди, которые могут прочитать все двадцать томов в один присест.

Внезапно в груди похолодело. Мне захотелось спросить её – читал ли я каждую историю, которую встречал, в подходящем темпе?

Мог ли я сказать, что досконально изучил истории всех дорогих мне людей и не упустил ни единой детали?

— Ким Докчжа.

— Да?

— Может, ты и не главный герой этого мира и даже не какой-нибудь крутой второстепенный персонаж.

— …

— Однако ты читал всем сердцем. Я знаю это.

Я не нашёлся, что ответить.

— И все те, о ком ты читал, стоят сейчас там.

Хан Соён посмотрела на людей у площадки для пресс-конференции. Я тоже посмотрел на них. Спутники, которыми я дорожил, стояли совсем рядом, за занавесом. Они существовали там, живые и настоящие.

Ю Джунхёк, свирепо взирающий на толпу; Чон Хивон, ухмыляющаяся им в ответ; Ли Джихё, в волнении подпрыгивающая на месте; Шин Юсын, машущая мне рукой…

Кто-то написал их истории. А я их прочитал. Каждая история начиналась именно с этого.

Махнув рукой Шин Юсын в ответ, я произнёс:

— Завтра утром мы отправляемся к месту проведения Последнего Сценария.

***

После завершения пресс-конференции спутники собрались в приёмной. Чон Хивон разминала плечо, просматривая повтор трансляции.

— Эх… Камеры мне явно не друзья.

Не только Корейский полуостров, но и весь «Звёздный Поток» гудел из-за конференции «Компании Ким Докчжа».

[У меня и в мыслях нет спасать вас.]

Чон Хивон цокнула языком, глядя на Ким Докчжа и его светлое лицо, делающее это заявление на экране.

— Серьёзно, он просто не может удержаться от вещей, за которые люди будут его ненавидеть.

— Всё равно, разве он не выглядит более презентабельно теперь, когда его лицо привели в порядок? – Ли Сольхва, отвечавшая за макияж Ким Докчжа, удовлетворённо кивнула.

Ли Джихё добавила:

— Если подумать, черты лица Докчжа-аджосси стали как-то мужественнее, нет? Раньше он был совсем бледным и казался каким-то куском растянутого теста.

— А? Я тоже об этом подумала...

Несколько человек согласно кивнули. Определённо, нынешний Ким Докчжа сильно изменился по сравнению с тем, каким они увидели его впервые. И дело было не только во впечатлении.

Чон Хивон пробормотала, вспоминая далёкое прошлое:

— Честно говоря, когда я впервые его увидела, он показался мне каким-то скользким скрягой.

Насколько сильно Ким Докчжа из первого сценария отличался от человека, которому предстояло встретить Последний Сценарий?

Слушая болтовню остальных, Чон Хивон всматривалась в лицо Ким Докчжа на экране – в его глаза, сверкающие при чтении заготовленного сценария, в уголки его губ, таинственно изгибающиеся в ухмылке. Каждая такая мелочь служила доказательством того, что он действительно существовал в этом месте.

Чувствуя, что эти выражения лиц становятся ближе, чем раньше, Чон Хивон начала размышлять об Историях Ким Докчжа. Возможно ли, что Истории, которые они создали вместе, понемногу меняли его? Если так, это было бы замечательно. Что, если их история изменила его так же, как он изменил их?

— Кстати, а где Докчжа-сси?

— Думаю, он готовится к Последнему Сценарию.

— Погодите, этот аджосси ведь не замышляет очередную странную штуку в одиночку, верно?

Слова Ли Джихё заставили тень промелькнуть на лицах присутствующих. Настроение подняла улыбающаяся Ю Сан-А, обнимающая детей:

— Он обещал этого не делать, так что давайте поверим ему.

Ким Докчжа на экране продолжал что-то говорить, лишь для того чтобы подвергнуться шквалу оскорблений. Хивон долго наблюдала за этим, прежде чем приложить руку к панели. Она почувствовала слабое тепло.

— Могу ли я действительно ему доверять?.. – прошептала она совсем тихо, но все услышали. Несмотря на это, никто не посмотрел на неё странно.

Шин Юсын пробормотала:

— У аджосси такая хорошая кожа.

Им казалось, что теперь они стали к нему ближе, но лицо Докчжа всё равно казалось таким же далёким, как и прежде.

***

Всю ночь я думал о Последнем Сценарии. Я перечитывал выдержки из «Способов выживания», которые считал важными, а также разговаривал с Хан Соён через «Полуденную Встречу». Это было нужно, чтобы использовать её «Предвкушение Плагиата» для предсказания нашего будущего. Когда я понял, что этого недостаточно, я обменялся мнениями со Скрытным Интриганом через Ю Джунхёка.

К сожалению, Интриган старался быть максимально туманным, когда дело касалось вопроса о Заключении.

— Путь, по которому ты собираешься пройти, ещё не был никем проторен. Попытки брать подсказки из других мировых линий могут стать для нынешнего тебя ядом.

Поскольку я понимал, к чему он клонит, я решил больше его не расспрашивать.

— А что насчёт Анны Крофт?

— Она покинула полуостров вместе с «Заратустрами» вчера.

Было бы неплохо получить помощь от её «Предвидения», но, к сожалению, этот шанс я, похоже, упустил.

Сви-и-иш!

Лезвие «Меча Чёрного Небесного Демона» рассекло воздух. В десятке шагов от меня Ю Джунхёк был сосредоточен на тренировке. Казалось, он совершает взмахи в точно такой же позе, как и раньше, однако он относился к каждому движению с такой тщательностью, будто в них был заключён глубочайший смысл. Возможно, ему и удавалось повторять все эти жизни именно потому, что он был способен на подобное.

— Проклятье, что за паршивое развитие событий…

Хан Соён тоже ломала голову, пытаясь угадать, как может развернуться Финальный Сценарий. Однако даже она, казалось, зашла в тупик. Каким бы мощным ни было её «Предвкушение Плагиата», оно не было по-настоящему всеведущим. Если бы это было так, у Хан Соён 1863-й регрессии не возникло бы столько проблем.

Я понаблюдал за ней немного, прежде чем включить телефон. На экране появились файлы – от оригинальной версии «Способов выживания» до её последней отредактированной версии.

[Три способа выжить в разрушенном мире (последняя редакция).txt]

Я долго и молча смотрел на этот файл, прежде чем выключить телефон. Я не хотел нарушать решение, которого придерживался до сих пор.

「Ким Док чжа.」

Я поднял голову, так как «Четвёртая Стена» позвала меня.

«Что такое?»

「Те бе тя же ло?」

Я слегка ухмыльнулся этой неожиданной строчке текста. Я и забыл про этого парня. Тот, кто пробыл со мной дольше всех, это, вероятно, была эта «стена», не так ли?

«Всё в порядке. У меня есть ты».

Именно благодаря «Четвёртой Стене» мне удалось зайти так далеко. Если бы этот парень не смягчил мой психологический шок во время первого сценария и не уменьшил физическую боль, которую я перенёс в бесчисленных опасных для жизни ситуациях, я бы давным-давно стал блуждающим призраком сценариев.

Кр-р-р-р...

В воздухе заплясали искры, напоминающие фигурку маленького ребёнка, возбуждённо подрагивающего на месте. На мгновение мне показалось, что над танцующими искрами я увидел торжествующее лицо малыша.

「Хе хем, хо чешь по смот реть своё ок но ха рак те ри стик?」

Неужели этот парень думает, что я хочу смотреть окно характеристик при каждой возможности?

«Нет, всё нормально. Сейчас мне это не нужно».

Взгляд на него мог бы помочь. Однако сейчас было кое-что поважнее.

«На самом деле, есть вещь, которая интересует меня гораздо больше».

「Что это?」

Этот вопрос мне следовало задать уже давно. Однако, поскольку я не мог получить прямых ответов, я в итоге сам настроил кучу теорий по этому поводу.

«Что именно представляет собой "Последняя Стена"?»

«Четвёртая Стена» на мгновение замолкла. Я начал думать, что она попытается сменить тему или мне в лицо бросят фильтрацию. Сколько времени так прошло?

「Это Сте на, на ко то рой на пи са на каж дая Ис то рия.」

Неужели это потому, что «Последний Сценарий» был буквально за углом?.. Хотя ответ оставался таким же загадочным, казалось, что «Четвёртая Стена» больше не хочет скрывать информацию. И я спросил снова:

«Позволь мне изменить вопрос. Что именно ты такое? И почему существуют фрагменты Стены?»

「Ох ра нять дра го цен ные те мы – вот долг Сте ны.」

Внезапно мне пришла в голову одна мысль. «Стена Невозможного Общения», которой обладал Чан Хаён – если подумать, она была не только у него? Важные личности из «Способов выживания» обладали похожими стенами. У Шакьямуни была «Стена Сансары», у Агареса и Метатрона – «Стена, Разделяющая Добро и Зло».

「По то му что тем боль ше, чем од на.」

「Ис то рия – это со бра ние по ве ст во ва ний.」

«Четвёртая Стена» была фрагментом «Последней Стены». А «фрагмент» означал, что потенциально его можно было вставить обратно на прежнее место. В этот момент я почувствовал, как сознание прояснилось. Если всё так, как я подозревал – если эта «Стена» была сущностью, защищающей «Историю», тогда…

Очертания «Четвёртой Стены» задрожали перед моими глазами в воздухе. Затем за ней блеснула библиотека, заполненная бесчисленными книжными полками. Я протянул руку в воздух, заставляя тексты из книг разлетаться.

Однако то, что пришло им на смену, было невероятно древней и обветшалой стеной. Эта штука, напомнившая мне стену доисторической пещеры, была «Первой Стеной».

Я протянул руку к этой стене, которая защищала меня от холода, боли и различных травм. С древних времён стены строились для того, чтобы что-то защищать.

[Ты дол жен под го то вить по след нюю Ис то рию, Ким Док чжа..]

И начиная с неведомой эпохи, люди начали что-то писать на этой стене. Это со временем и стало Историей.

[Ты – её по след ний.]