— Я писательница.

Вскоре после того, как её роман был опубликован, Хан Соён начала представляться именно так. То же самое происходило и на свиданиях вслепую, которые она неохотно посещала после того, как подруга умоляла её пойти.

— А! Вы писательница!

Её спутник, должно быть, слышал об этом до того, как прийти сюда, так к чему же эта суета? Мужчина быстро повёл глазами, после чего с улыбкой спросил:

— Вы начали свою карьеру через что-то вроде ежегодного литературного весеннего конкурса¹?

— Нет.

— Прошу прощения? В таком случае?..

— Я пишу веб-новеллы.

— Веб-новеллы?

Проблема всегда возникала после этой фразы. Она заметила, как мужчина украдкой оглядел её поношенную, дешёвую на вид футболку.

— Ага, значит, типа… Это то самое, верно? Интернет-романы? Те, в которых полно смайликов?..

— Ах, да~. Именно так.

— Знаете, в наши дни появилось много странных профессий. Ютуберы, интернет-авторы…

Мужчина усмехнулся и отхлебнул американо, стоящий прямо перед ним. Часы на его запястье были довольно дорогого бренда. Частенько она попадает в такие ситуации, а?

— Похоже, в наше время все пытаются заработать лёгкие деньги. Тебе так не кажется? – спросил мужчина.

— А разве есть кто-то, кто хотел бы зарабатывать деньги трудным путём намеренно?

— Я зарабатываю около 100000000 вон в год, но это совсем не просто. Так что, когда я вижу таких людей, я могу только вздыхать, понимаешь? Пытаются стащить чужие деньги лёгким способом…

Судя по тону, он уже забыл, что это свидание вслепую. С едва заметным гневом в глазах его взгляд переместился на ключи от машины, лежащие на столе. Похоже, они принадлежали иномарке, пожалуй, слишком дорогой для его возраста.

Пропуская слова мужчины мимо ушей, Хан Соён включила телефон. Уведомления о новых комментариях забивали её почтовый ящик.

[Дорогой автор-ним, разве это не слишком похоже на сладкий картофель?]

[Хм… Следующая глава ведь начнётся с момента «сидра», верно? Если нет, я выхожу прямо сейчас.]

— Люди, которые в молодости ни разу усердно не учились, просто наткнулись на случайную удачу… – продолжал мужчина.

Внезапно ей показалось, что она поняла, почему люди читают веб-новеллы. И она также поняла, почему подруга познакомила её с таким ничтожеством. Очевидно, ей следовало понять это, как только она сюда придёт, и теперь она ясно видела, о чём думала та её подруга, устраивая эту «встречу». В обычной ситуации она бы пропустила это мимо ушей, потому что это было слишком утомительно, но…

— Так, э-э… Ты слушала?

— Ах, да, конечно. Твоя годовая зарплата была?..

Только тогда глаза мужчины заблестели. Его плечи расправились, как будто он знал, что она снова спросит его об этом.

— 100000000 вон после уплаты налогов.

— Хм. Похоже на мою.

— Прошу прощения? – мужчина ухмыльнулся. — Ты писательница, но твоя годовая зарплата составляет 100000000 вон?

Хан Соён пожала плечами и вытащила свои ключи от машины. Это была новейшая модель Porsche. Если быть точнее, она стоила ровно в три раза дороже, чем машина этого мужчины. Впрочем, ей было лень, поэтому она редко на ней ездила.

Глаза мужчины задрожали в такт покачивающимся ключам. Затем на его лице всплыла неловкая улыбка.

— Ха-ха, но, э-э… доход писателя непостоянен, так что его нельзя назвать «годовой зарплатой», я прав? Я имею в виду, твой заработок не может быть фиксированным, верно?

Губы мужчины беспрестанно шевелились, выдавая клишированные фразы. Это было как раз кстати, чтобы использовать их в качестве реплики какого-нибудь проходного злодея в следующей главе или типа того. В таком случае главный герой ответил бы так:

— Но я никогда не говорила, что это годовая зарплата...

— Прошу прощения? Ах, в таком случае, это то, что ты накопила к этому моменту?

— Нет, я заработала 100000000 вон за первую половину этого месяца, и, хм… поскольку в этом месяце осталось ещё две недели…

— Прости?..

Только тогда мужчина, казалось, что-то осознал, потому что выражение его лица резко изменилось. В конце концов, всё развернулось именно так, как хотела её подруга. Если бы это был роман, это был бы момент «сидра»², но в реальности она не чувствовала себя так уж хорошо. Мужчина судорожно отправлял кому-то сообщения. Вероятно, он задавал подруге, устроившей это свидание, всевозможные вопросы.

— Извините, вы не могли бы дать название написанного вами романа?..

Как раз в тот момент, когда она подумала, что не хочет, чтобы этот парень узнал название, телефон Хан Соён засигналил.

[Здравствуйте, автор-ним. Я просто читатель, которому нравится читать веб-новеллы. Я случайно наткнулся на ваш роман и прочитал его…]

Интересно, что это за длинное сообщение. Она коснулась его, не особо задумываясь об этом. Тон был вежливым, но старомодным, и, кроме того, она почувствовала в нём крошечный намёк на наивность.

[Роман, который вы написали, слишком похож на роман, которым я очень дорожу, «Три способа выжить в разрушенном мире».]

«Что не так с этим ублюдком?..»

***

「И это была первая встреча Хан Соён с Ким Докчжа.」

Ким Докчжа.

「Хан Соён наблюдала за зрелищем, разворачивающимся перед её глазами, и размышляла о воспоминаниях того времени.」

Она потеряла часть своих воспоминаний при создании аватаров и не могла отчётливо вспомнить, что произошло тогда. Но несомненным было то, что она действительно читала роман под названием «Способы выживания». Всё из-за придурка с никнеймом «Ким Докчжа», не меньше.

[Автор-ним! Читать сегодня тоже было очень приятно.]

Кто-то уровня Хан Соён мог сказать, будет ли роман успешным или нет, прочитав всего пару глав. Однако, в её глазах, эти «Способы выживания» никогда бы не выстрелили, даже если бы небо рухнуло само на себя.

[Это действительно интересное начало.]

С самого начала это определённо было дерьмом собачьим.

[Автор-ним, значит ли это, что Ю Джунхёк помнит всё это? Тогда, в 72-й регрессии…]

Он был слишком зациклен на пространных экспозициях, и…

[Кха, как жаль! Надеюсь, Джунхёк-и соберётся в следующей регрессии. Сегодня тоже было круто.]

Что касается главного героя, то это был просто красавчик, лишённый индивидуальности, который, казалось, тратил все свои доступные очки навыков на внешность. Мало того…

[Автор-ним! Поздравляю с достижением 2000-й главы! Раз уж вы зашли так далеко, как насчёт ещё 1000 глав?..]

Количество глав также было чрезмерным.

«Это интересно? Серьёзно?.. Он сумасшедший, да?»

Она по-настоящему разозлилась и начала следить за комментариями этого идиота. Она даже нажимала «против». Словно одержимая, Хан Соён читала только комментарии Ким Докчжа, а не сам роман.

[Очнётся ли Джихё наконец в следующей главе?]

[Автор-ним! Я обнаружил опечатку на 7-й странице! По моему скромному мнению, написание здесь должно быть… Ах, я проверил, и это на самом деле моя ошибка. Мои извинения. Я узнал сегодня что-то новое.]

[Пожалуйста, просто врежьте этому придурку Джунхёку-и по затылку…]

Этот парень ни разу не пропустил написание комментария ко всем этим тысячам глав. И в каждом из них чувствовались понимание и любовь к миру, созданному автором.

「Хан Соён завидовала этому.」

Она верила, что просто нет никакой возможности, чтобы кто-то читал настолько плохой роман, что это, должно быть, сам автор трубит в свою трубу. Она думала, что автор создал два отдельных ID и писал роман с одного, а с другого писал все эти комментарии и загружал рекомендации.

«Разве рекомендация собственной работы не запрещена?»

「Точно так же, как Ю Джунхёк был воображаемым персонажем для Ким Докчжа, Ким Докчжа был именно таким для Хан Соён.」

Она думала, что такого человека не может быть на самом деле, но… Тот самый человек из текстов стоял прямо перед глазами Хан Соён.

— Докчжа-сси!

В ушах раздался громкий звон, сопровождаемый взрывами, гремящими со всех сторон. Хан Соён видела Ким Докчжа в центре поля битвы, кружащегося подобно грозе, занятого прорывом сквозь интенсивные потоки звёзд. Воплощения кричали, а звёзды громко ревели. Тем временем токкэби в небе смеялись.

— ■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■!

Ким Докчжа кричал. Однако Хан Соён не могла понять, кричит ли он, говорит или плачет от горя. Теперь, когда он превратился во Внешнего Бога, даже его голос был полностью исключён из сценариев. Что бы он ни говорил, содержание теперь считалось неважным.

[Гья-а-а-а-а!]

Однако за ним следовало всё больше Внешних Богов. Остатки, отброшенные бесчисленными мировыми линиями, теперь собирались рядом с Ким Докчжа. И затем, над небесами сценария его ждали Созвездия мифического ранга.

— Итак, это наконец началось.

Король «Олимпа» и правитель 12 богов, «Трон Молний», Зевс был там.

[«Последний Сценарий» этой мировой линии начался!]

[Каждое существо получило квалификацию для входа в Последний Сценарий!]

[Пожалуйста, убейте «Врага Истории», Ким Докчжа]

Вскоре после этого всплыли сообщения сценария. Все присутствующие поняли текущую ситуацию. Зевс первым открыл рот.

— Сметите их.

Вместе со звуками, сотрясающими небеса, обрушились молнии Зевса. Со звуком взрыва кровь брызнула на щёку Хан Соён. Безымянные умирали, из них хлестала чёрная кровь.

[Пощадименяпощадименяпощадименяпощадименя…]

Даже устрашающие «Внешние Боги» выглядели всего лишь водяными шарами перед объединённым Статусом, исходящим от Созвездий мифического ранга. «Внешние Боги» извергали отброшенные Истории, взрываясь в массовом порядке.

Обрушился ослепительно яркий ливень молний. И в центре опустошённого пейзажа Ким Докчжа стойко держался против электрических атак Зевса. Почему он сделал такой выбор?

— Оторвите ему крылья! Окружите его со всех сторон!

Вместе с рёвом Созвездий хлынула массивная армия. Воплощения и Созвездия, прорвавшиеся сквозь адские сценарии, чтобы зайти так далеко, наводняли всё вокруг, объединившись под единой целью – устранение «Ким Докчжа».

Тем, кто пришёл ему на помощь, был Великий Мудрец, теперь единый душой и телом с ним.

[Созвездие «Древйнеший Освободитель» раскрывает свой Статус!]

Ещё одна электрическая дуга надменно пронеслась в воздухе. Собственные молнии Великого Мудреца оттолкнули молнии Зевса и разорвали небо, словно бумагу. На мгновение дух Созвездий, казалось, пошатнулся, но следом раздался подбадривающий голос.

— Это Великий Мудрец, Равный Небесам!

— Не отступайте! Убейте его, и сценарий закончится!

— Это Последний Сценарий этой мировой линии!

Это ожидание того, что они наконец-то освободятся от всего. Среди них были лица Созвездий и воплощений, которые она видела мельком раньше.

— Не нужно чувствовать вину! Он сам выбрал это для себя!

«Олимп», «Веды», «Папирус», «Древо-Хранитель», «Двенадцать Зодиаков», «Император»…

Созвездия и воплощения из тех Туманностей, о которых она слышала хотя бы раз, были здесь. Каждый из них знал, кто такой Ким Докчжа.

「Каждый из них поднял свои мечи, чтобы убить Ким Докчжа.」

Сквозь разорванное чёрное пальто виднелось белое пальто под ним. Ким Докчжа, взявший на себя роль, которая ему не подходила, был там. Потрёпанный Ким Докчжа с рогом демонического короля и широко распахнутыми чёрными и белыми крыльями. Ким Докчжа, стоящий перед Внешними Богами и замахивающийся мечом на врагов.

Ей показалось, что зрение внезапно затуманилось, а затем фигура Докчжа начала «стираться». Странный блеск в глазах, уникальный для головоногих, и внешность, производящая тёмное, сырое впечатление; там, где раньше стоял Ким Докчжа, теперь доминировал гигантский Король Внешних Богов, который, казалось, был смесью всех черт, присущих каждому монстру этого мира.

「Враг Истории.」

Будучи сама писательницей, Хан Соён могла инстинктивно сказать. Если этот мир был романом, то Ким Докчжа был «финальным боссом». И эта история закончится только смертью этого «Ким Докчжа».

— Хан Соён!

Кто-то потянул её назад. Почти сразу же перед самым её носом пронеслась быстрая электрическая дуга.

— Отступай! Скорее!

Это была Ю Сан-А. Казалось, только она сохранила рассудок в этой сцене чистой анархии и замешательства. Но как она могла?

— Ребята, вы должны прийти в себя! Докчжа-сси сейчас!..

Докчжа умрёт при таком раскладе.

— Мы дали обещание Докчжа-сси! Вы все об этом забыли?!

Докчжа был лжецом.

— Докчжа-сси действительно не сделал бы то же самое снова!..

Всегда верить в доброту человека – такой была Ю Сан-А. И потому что она была такой, потому что она могла верить в других, ей удавалось не поддаваться потрясению в этой ситуации. И именно поэтому она всегда конфликтовала с Хан Соён до этого момента.

Даже после криков Ю Сан-А на лицах спутников всё ещё было пустое выражение. С затуманенными глазами каждый из них погрузился в свои мысли. Один и тот же вопрос не давал им покоя.

「Почему Ким Докчжа сделал такой выбор?」

Но они дали обещание; он поклялся, что больше никогда не пожертвует собой таким образом.

「Ну почему?」

— Эта история ещё не закончена.

Однако Ю Сан-А ошибалась. Направление этой истории уже было выбрано. Ким Докчжа стал «Врагом Истории», и этот чёртов сценарий закончится только тогда, когда он будет мёртв. Автор, ответственный за написание этой трагедии, выбрал именно такой путь.

«Автор?..»

— ■■■■■■■■■!

Голос Ким Докчжа скорбно отозвался эхом. Этот голос вернулся к ней воспоминаниями о некотором моменте в прошлом.

「— Хан Соён, ты ведь писательница, верно?」

Её мозг заработал.

「— Чем ты собираешься разозлить меня на этот раз?

— Я хотел спросить тебя кое о чём.

— О чём?

— Действительно ли авторы всеведущи в историях, которые они пишут?

— С чего вдруг ты вообще поднял эту тему?

— Нет, ну, просто мне любопытно. Когда ты писала, ты всё контролировала? Типа, этот человек поступит так, а тот поведёт себя вот так…

— Это, очевидно…

Хан Соён весьма уверенно сделала своё заявление.

— Нельзя контролировать.

— Почему нет? Разве ты не автор?

— Ты думаешь, автор – настоящий бог или типа того?

— Разве автор не создаёт всё в истории? Ситуации, персонажей…

Хан Соён пробормотала: «Ты ничего не знаешь», и продолжила:

— Все персонажи начинают действовать сами по себе в тот момент, когда они созданы. Авторы просто предоставляют им сцены, вот и всё. Только от самих персонажей зависит, как они отреагируют на ситуацию и какие сделают ходы.

— Не для красного словца, а на самом деле?

— Да, на самом деле.

— Знаешь, это очень ленивый способ писать, не находишь?

— Жить надоело?!

Ким Докчжа согнулся пополам, когда она ударила его под дых. О чём он тогда думал?

— Интересно. Даже автор не бог историй… В таком случае, кто же тогда определяет «сценарии»?」

От кончиков пальцев ног по всему её телу пополз невероятный холод. Может быть, только может быть, Ким Докчжа там сейчас и был ответом на этот самый вопрос.

Кр-р-р-р!

Возможно, он думал о том самом способе изменить финал этого упрямого мира сценариев.

[Великие токкэби в панике от избытка Вероятности!]

[«Звёздный Поток» внимательно следит за ходом колеблющейся Вероятности!]

«Сценарий» не был идеален.

[«Последний Сценарий» претерпевает стремительные изменения!]

Определённо, автор создал историю. Однако именно персонажи жили внутри этой самой истории. И тем, кто определял их судьбу, был…

[Созвездия Корейского полуострова болеют за «Демонического Короля Спасения»!]

[Созвездия «Эдема» болеют за «Демонического Короля Спасения»!]

[Созвездия «Подземного Мира» болеют за «Демонического Короля Спасения»!]

[Созвездия планет с неизвестными названиями болеют за «Демонического Короля Спасения»!]

[Бесчисленные Созвездия жертвуют монеты!]

[Абсолютное большинство Созвездий наблюдает за последней битвой «Демонического Короля Спасения»!]

Тот, кто смотрел эту историю.

Кр-р-р-р-р!

[Многие Созвездия не желают смерти «Демонического Короля Спасения»!]

Единственные существа, которые могли изменить «сценарии».

Ким Докчжа стал «Врагом Истории» не для того, чтобы умереть. И он точно не выбрал жертву ради того, чтобы предать своих спутников.

「«Способы выживания» были историей Ю Джунхёка. В таком случае, чьей историей был этот мир?」

Хан Соён наблюдала за тем, как неустойчиво дрожит Вероятность мира, и горько пробормотала про себя:

— Верно... Ни один читатель не захочет видеть, как убивают главного героя.

Влияние Ким Докчжа и «Компании Ким Докчжа» невероятно выросло в этом мире. Доказательством этого стало то, что он стал объектом Последнего Сценария. Созвездия, хотели они того или нет, все смотрели Историю Ким Докчжа, и они либо сочувствовали ей, либо завидовали ему. Каждая звезда в этом мире наблюдала за его историей независимо от того, хотел он этого или нет. И, скорее всего, сам Ким Докчжа осознавал это. Возможно, он думал об этом долгое время.

「Это была последняя ставка, которую сделал Ким Докчжа, став «Персонажем».」

Она почувствовала, как Докчжа мельком взглянул в её сторону издалека. Словно говоря, что она должна быть способна понять, раз это она. Словно говоря, что она должна быть способна начать совершенно новую историю, которую никто не знал, с этого момента.

「Он жертвовал собой, чтобы не жертвовать собой.」

Это вполне могло быть невыполнимой задачей. Заключение могло навсегда остаться недосягаемым для них. Однако это был единственный способ «никто не будет принесён в жертву», который смог придумать Ким Докчжа.

Так что то, что Хан Соён должна была сделать сейчас, было предельно ясно.

«Этот парень один не справится».

Хан Соён оглянулась. Ей нужно было дать спутникам понять, чего именно Ким Докчжа хочет здесь добиться. К сожалению, было кое-что, чего Соён, поглощённая собственной попыткой осмысления, не осознала.

[История «Предвкушение Плагиата» предсказывает менталитет персонажей]

И это был тот факт, что не все здесь были авторами. Значит, не все могли видеть эту ситуацию объективно, как она.

Прежде чем Хан Соён успела открыть рот, кто-то из спутников первым бросился вперёд. Явная враждебность пронизывала обнажённый клинок. Хан Соён поняла, куда направлен этот свет меча, и закричала в чистом шоке:

— Подожди! Постой! Этот ублюдок пытается!..

Она знала, чей это меч, и именно поэтому не могла в это поверить.

「Именно в этот момент этот человек преисполнился глубокой обиды на Ким Докчжа.」

Сильнейший меч Ким Докчжа, который защищал его очень долгое время. И этот меч делал ход, чтобы положить конец этому сценарию.

---

Прим. редактора:

1. Ежегодный литературный весенний конкурс в Корее (обычно называемый «Весенний литературный конкурс газеты Чосон ильбо» — Chosun Ilbo Spring Literary Contest / 조선일보 신춘문예) — это один из самых престижных и старейших литературных дебютных конкурсов в Южной Корее. Считается весенним, потому что открывает сезон. Если я правильно понял, соре если чё…

2. «Сидровый момент» в Корее — это метафора (саида-момент), описывающая сцену в дораме или жизни, когда несправедливость резко устраняется, принося чувство облегчения, ясности и освежения, подобно глотку холодного лимонно-лаймового напитка. В Корее под «сидром» (사이다) подразумевают не алкоголь, а сладкую газировку типа Sprite или ещё чего. Опять же, если я правильно понял.