…Файл не загружается в облако?

Хан Соён поспешно проверила свою стигму несколько раз после этого внезапного сообщения.

Однако она не подавала никаких признаков активации. Казалось, благословение системы исчезло. И действительно, её тело начало ощущаться иначе, чем некоторое время назад. Тело, которое, казалось, могло улететь куда угодно, теперь становилось всё тяжелее и тяжелее.

Неужели?.. Нет, погодите секунду.

Она предполагала, что такой день когда-нибудь настанет, но это случилось гораздо быстрее, чем она рассчитывала.

[«История Бюро», которой вы владеете, прекратила своё повествование]

Хан Соён к тому же ещё не написала финальный эпизод новеллы.

Кроме того, если Облачной Системы больше нет, то даже если она закончит рукопись, передать её будет невозможно.

— Чёрт побери…

В этот момент кто-то поспешно распахнул дверь больничной палаты и вбежал внутрь.

— Хан Соён!

Похоже, её спутники тоже осознали всю серьёзность ситуации.

— Вообще никакого способа нет? Серьёзно?

— …На данный момент – да.

Устройства, работавшие на магической энергии, останавливались одно за другим. Благодаря этому в больнице Ли Сольхвы сейчас срочно меняли источники питания для различного медицинского оборудования.

— Что с состоянием Ким Докчжа?

— К счастью, осложнений пока не наблюдается.

Хотя мощь системы исчезла, спящий Ким Докчжа остался прежним. Мальчик, тихо дремлющий в забытьи, ни живой, ни мёртвый. И другие реинкарнированные души этого самого мальчика, живущие в различных частях мировых линий, должны были читать рукопись, которую она написала.

— Я не смогла обновить последнюю часть рукописи. При таком раскладе… – пробормотала Хан Соён, — «Древнейшие Мечты» могут не прочитать конец истории.

Замечание Ю Сан-А заставило Ли Джихё и Чан Хаёна вскрикнуть один за другим.

— Что теперь будет? Разве последняя часть рукописи не была самой важной?

— А как же моя побочная история?!

— Это не так уж важно, не так ли?

Они не знали, сколько мировых линий Ю Джунхёк посетил к этому моменту, но всё же довольно большое количество миров уже должно было увидеть публикацию новеллы до последней главы.

— Чёрт, единственное, что я так сильно ненавижу в этом мире, это новеллы, которые бросают на середине…

Финальная часть новеллы, её эпилог, была посвящена «тому, что ещё не случилось» с «Древнейшей Мечтой».

Совершенно очевидно, что не было никакого способа, чтобы все они могли идеально представить историю, которая ещё не произошла.

— Что нам делать? Ты сказала, что последний эпизод – самый решающий.

— У нас всё ещё есть один метод, – Хан Соён, покусывая пальцы, посмотрела на небеса и заговорила. – Есть ещё один человек, который может исправить рукопись, кроме меня. И у нас нет выбора, кроме как верить в него.

— …Рукопись перестала обновляться.

Рукопись обновлялась примерно раз в день без сбоев. Но последний месяц или около того обновления полностью прекратились. Сначала он подумал, что это ошибка, возникшая из-за того, что он слишком часто перемещался между мировыми линиями, но когда он присмотрелся, исчезла даже сама история входов.

— Капитан, я думаю, где-то что-то пошло не так.

У него было две теории. Первая: Хан Соён оказалась в ситуации, когда больше не могла писать рукопись, или вторая: система Земли окончательно остановилась.

В любом случае, ситуация была не из лучших.

[Файлы автоматически передаются в подключённые мировые линии]

Последняя глава рукописи уже была передана в другие мировые линии. В мире, где сериализация началась первой, уже было выпущено уведомление об отсрочке – случилось так, что автор запаниковал, когда внезапно не смог придумать продолжение, и поспешно объявил о паузе.

Ситуация была плохой. При таком темпе авторы, теряя самообладание, могли начать состряпывать собственное видение той части, которую Хан Соён не успела написать, и загружать её.

— …Капитан, времени осталось немного.

Ю Джунхёк посмотрел на обе свои руки. Затем он медленно сжал кулаки, прежде чем разжать их.

Не то чтобы других вариантов не было. Если Хан Соён не в состоянии закончить рукопись, тогда… Тот, кто может, должен её завершить.

[Эффект атрибута активирован!]

[Теперь вы можета редактировать рукопись в Облачной Системе]

[Для редактирования рукописи требуется большое количество Вероятности]

Ю Джунхёк медленно закрыл глаза, прежде чем снова их открыть.

Прошло два месяца после того, как система вошла в фазу распада.

Система, начавшая рушиться, не подавала никаких признаков восстановления. Количество людей, способных слышать сообщения, постепенно уменьшалось. Кроме того, навыки и стигмы начали исчезать одна за другой. Даже голоса Историй больше не были слышны.

— Авиалайнер, работавший на двигателях на магической энергии, потерпел крушение в Восточном море…

Артефакты ушедшего мира, которые ещё не были заменены, также начали создавать проблемы.

— Ну вот поэтому я и говорила им заменить всё это барахло!

Чон Хивон, наблюдая за новостями на экране, в конце концов вышла из себя.

Хан Соён спросила её:

— Кто отправился туда?

— Джихё и дети. Хотя они довольно слабы, они всё ещё могут активировать свои стигмы, так что…

Двое из них наблюдали за прямой трансляцией спасательной операции. На экране теперь мелькали фигуры Ли Джихё, Ли Гильёна и Шин Юсын – а также их черепаха-корабль и Химерический Дракон, оба из которых стали намного меньше, чем раньше.

— Волны слишком сильные.

Выживших непрерывно вытаскивали и спасали по одному, но набегающие волны с каждой секундой становились всё грубее. Химерический Дракон и черепаха-корабль опасно покачивались. Спасательная операция продолжалась, несмотря на суровую, ненастную погоду, но ситуация на данный момент не казалась оптимистичной.

Хан Соён, не в силах больше на это смотреть, поднялась со своего места.

— Позвони Ю Сан-А прямо сейчас и приготовь вертолёт. Этим троим в одиночку не справиться.

— Я уже это сделала, но из-за шторма…

Хан Соён тихо выплюнула «блять!» и начала собирать вещи.

— Экстренные новости. Неопознанный летающий объект прорвался в атмосферу Восточного моря и вошёл в…

На экране они теперь могли видеть объект, летящий сквозь иссиня-чёрные штормовые тучи. Сопровождаемый мощным звуком взрыва, отдалённый участок океана окутался ярким светом. Дроны прорвались сквозь ветер и волны, чтобы подлететь туда, и продолжили транслировать кадры из близлежащего океана в реальном времени.

Вскоре среди пульсирующей серой пены показался экстерьер летающего объекта. Это был ковчег в форме капсулы, и кто-то поднимался из него.

— Ю Джунхёк?..

Подтвердив новости, Хан Соён и остальные спутники поспешили к Восточному морю.

— Все раненые выжившие были благополучно спасены с помощью инопланетного существа…

— Личность данного инопланетянина была установлена как подозреваемый в терроризме, покинувший Землю два года назад…

Экстренные новости продолжали наводнять эфир.

Как долго они ждали у доков? Наконец, вдали показались спасательные суда, приближающиеся к порту – черепаха-корабль Ли Джихё занимала центральное положение в строю. Она и дети махали руками.

И прямо за ними стоял человек, смотрящий на пристань и на своих спутников.

— Ты!..

Это было непривычное зрелище. Хотя его лицо не сильно изменилось, в его всклокоченных волосах теперь виднелось несколько седых прядей.

— Давно не виделись, – сказал Ю Джунхёк.

Хан Соён замялась, не зная, что сказать, прежде чем рефлекторно выпалить:

— А как же миссия? Почему ты вернулся так рано?

Она прекрасно понимала, что ей не следовало этого говорить. Отрезок времени, который пришлось выдержать Ю Джунхёку, не стоило упрощать такими словами.

Ю Джунхёк ответил:

— У меня не было выбора, кроме как вернуться.

— Оппа!

Ю Миа выбежала из-за спин группы и прыгнула в его объятия. Он нежно обнял её, пока она безостановочно рыдала.

Хан Соён молча наблюдала за этой сценой, прежде чем спросить его:

— Кто эта девочка, которую ты привёл с собой?

Это заставило девочку позади Ю Джунхёка высунуть голову и сказать:

— Серьёзно, и ты тоже?.. Никто меня не узнаёт, – девочка величественно вздохнула и пробормотала так, будто устала это делать. – Ба-ат.

Ю Сан-А лично поехала за спутниками на своём лимузине. Во время поездки, пока Ли Сольхва проводила его медицинский осмотр, Ю Джунхёк начал пересказывать все события, которые с ним произошли.

С момента ухода с Земли, потери и дрейфа между мировыми линиями, получения помощи от Внешних Богов, встречи с Бию в Тёмном Слое и до окончательного завершения его путешествия по мировым линиям.

— …У тебя не было выбора, кроме как вернуться, потому что у тебя закончилась энергия Истории?

— Верно.

Похоже, распад системы затронул Ю Джунхёка и в открытом космосе. Иными словами, это была худшая из возможных ситуаций.

— Как долго ты пробыл там, в космосе?

— Тебе любопытно?

Слабое подобие улыбки промелькнуло на губах Ю Джунхёка, прежде чем полностью исчезнуть. Поскольку это было довольно несвойственное Ю Джунхёку поведение, Хан Соён в итоге глубоко нахмурилась.

— Ты что, улыбнулся?..

— Успокойся. Я уже посетил все мировые линии, в которых мог побывать. С помощью Бию была установлена связь, обновляющаяся в реальном времени, так что авторы тех мировых линий должны загружать новеллу в правильной последовательности.

Спутники, подслушивавшие разговор, облегчённо вздохнули после слов Ю Джунхёка.

Однако один важный момент всё ещё оставался.

— Ты всё передал? А как же последняя часть рукописи? Что ты сделал с финальным эпизодом? – спросила Хан Соён.

— Ты говоришь о той части, которую ты мне не прислала?

— Верно! Последняя часть рукописи, которую ты мог бы исправить! – Хан Соён наконец взорвалась от нетерпеливого гнева. — У тебя ведь тоже есть атрибут писателя, а? Если ты читал мою новеллу с самого начала, ты должен был хотя бы догадаться, как должен развернуться конец, так ведь? А? Ну, так ты написал его? Ты ведь написал его вместо меня?

Ю Джунхёк безмолвно уставился на Хан Соён. Сколько времени прошло в таком молчании? Он тихо перевёл взгляд в окно.

Голос Хан Соён задрожал:

— Ты… Ты не мог не…

— Ты считаешь, что я должен был это написать?

— Что за собачью чушь ты несёшь, ублюдок?! Очевидно, ты!..

— Ты считаешь разумным записывать наше несбывшееся желание в качестве финала новеллы? – он посмотрел на то, как выражение лица Хан Соён мгновенно ожесточилось, и продолжил. – Хан Соён. Как бы сильно мы ни старались, эта история отличается от тех жизней, которые мы прожили.

— …Ты, ты думаешь, я этого не знаю…

В самом деле, она тоже знала. Скорее, она знала это лучше всех остальных.

Она постоянно чувствовала это ощущение отчуждённости с каждым написанным предложением. Какими бы точными ни были написанные ею слова, как бы тщательно ни было продумано каждое выражение, которое она придумывала – всё равно было невозможно полностью запечатлеть историю, которую они помнили, и полностью воссоздать Ким Докчжа, который жил в этом мире, на страницах истории.

— Не то чтобы я не пробовал. Я использовал Историю, которую всё ещё помнил, и пытался написать финальный эпизод, точно так же, как это делала ты. Однако…

Чтобы воссоздать Ким Докчжа, собрались Истории спутников. Один фрагмент, два фрагмента… Предложения, которые они помнили, складывались в кучу, чтобы стать воображаемым «Ким Докчжа».

「…Ты хочешь услышать, каким был мой мальчик, когда был маленьким?」

「Докчжа-аджосси, которого я помню, был…」

「Я же говорю тебе, хён действительно так сделал! Честное слово!」

Один процент Ким Докчжа, затем два процента…

Многие люди всё ещё помнили его, и Ким Докчжа, собранный таким образом, потенциально мог составить девяносто девять процентов.

— Даже если Ким Докчжа вернётся к нам живым через историю, которую мы создали, ты искренне веришь, что он будет настоящим Ким Докчжа?

Тот оставшийся один процент Ким Докчжа, который они не могли вспомнить.

Тот Ким Докчжа, которого никто из них не мог вспомнить – где бы он тогда остался в этой вселенной?

— Ещё до того, как его душа рассеялась, Ким Докчжа был «Древнейшей Мечтой». Ты когда-нибудь задумывалась, как это было странно? Почему этот дурак никогда не мечтал о собственном счастье?

Хан Соён выпалила в почти истерике:

— …Даже если он «Древнейшая Мечта», ты не можешь просто воображать мир так, как тебе хочется. Большая часть самих мечтаний происходит подсознательно!

— В таком случае подсознание Ким Докчжа, должно быть, посчитало, что этот финал – правильный.

Существо, которое никогда не представляло собственного счастья. «Ким Докчжа», которого они знали, был именно таким человеком.

— Я тоже это знаю! Я знала, что Ким Докчжа был таким человеком… Как ты думаешь, почему я вообще начала писать эту историю? Почему, почему я…

Капли чего-то мокрого падали ей на стопы. Она хотела сказать что-то, что угодно. Закричать, схватить Ю Джунхёка за шею и задушить его, потрясти его. Однако она не смогла.

Голос, смешанный с неописуемой усталостью, коснулся её ушей.

— Чтобы спасти кого-то…

Хан Соён подняла голову на пролетевший мимо голос Ю Джунхёка.

— Благодаря твоей истории я смог выжить до этого момента.

Она свирепо посмотрела на него покрасневшими от слез глазами.

— Это не то, что я хотела услышать от такого ублюдка, как ты.

Вдали показался вид Промышленного Комплекса.

Это был их дом. Место, где жили все члены «Компании Ким Докчжа». Место, созданное чьей-то, казалось бы, невозможной мечтой.

Все теперь смотрели на него.

Ю Сан-А, держа руль, заговорила:

— …Так вот что случилось. Спасибо, что рассказал нам эту историю, Джунхёк-сси.

Никто не плакал. Никто не критиковал Ю Джунхёка за его выбор. Это было не потому, что их печаль притупилась. Нет, возможно, они стали настолько сильнее.

И дело было не в одном Ю Джунхёке.

Спутники обрели достаточно сил, чтобы продолжать жить в оставшееся им время, записывая историю, а затем читая написанное и всё это время молясь о том, чтобы некто читал эту историю вместе с ними. Мужество не сломаться, даже когда чудо, о котором они мечтали, испарилось прямо у них на глазах.

Теперь они могли продолжать жить, зная, что какие-то люди читают их историю на далёкой, отдалённой другой стороне вселенной.

Ли Джихё спросила:

— …Кстати, эта новелла? Она была популярной?

— Было неплохо.

— Ты думаешь, Ким Докчжа она нравилась?

— Эй, ты, копчёный ублюдок! Ты видел реинкарнированного Докчжа-хёна? Какой он был?

Словно желая расспросить обо всём, что им так хотелось узнать до сих пор, спутники засыпали Ю Джунхёка вопросами.

Он спокойно ответил:

— Я не видел ни одного реинкарнированного Ким Докчжа. Однако… – он посмотрел на статую Ким Докчжа, промелькнувшую за окном машины, и продолжил. – …Этот дурак определённо прочитал историю. У меня предчувствие.

— Докчжа-аджосси, должно быть, сейчас очень раздражён. Снова не имея возможности увидеть финал…

Как Ким Докчжа из других мировых линий запомнят финал этой истории? Хан Соён не могла этого знать. Придумать хороший финал было так же сложно, как заставить своего бывшего принять причину, по которой вы с ним расстались.

— …Погодите, Докчжа из других мировых линий ведь не собираются вторгаться сюда, не так ли?

Этот вопрос побудил кого-то тихо прошептать:

— Это было бы неплохо.

В конце этих слов на спутников опустилась глубокая тишина. Очень вовремя Ю Сан-А включила музыку. Звуки инструментов посыпались, словно капли дождя. Никто не пытался смотреть друг другу в лица. Это была единственная вежливость, которую они могли проявить, по крайней мере, в этот момент.

В этой весомой нежности момента мысли Хан Соён унеслись к её новелле, всё ещё хранящейся в её ноутбуке.

История без последней главы.

И теперь никто не сможет прочитать о финале этого романа.

Но, возможно, этому миру иногда нужна была именно такая история, размышляла она.

— Как насчёт того, чтобы мы… снова начали жить в одном доме?

Все подняли головы на чьё-то предложение.

До Хан Соён постепенно доходило осознание.

「Это была история, которую Ким Докчжа подарил им.」

Спутники вернулись к своей повседневной жизни, и Ю Джунхёк тоже вернулся домой.

Это был конец приключений «Компании Ким Докчжа». Финал, который хотел увидеть человек, которого они все любили, наконец-то был завершён.

Хан Соён внезапно перевела взгляд на Ю Джунхёка.

— …Ладно. Так тебе удалось выяснить, что было твоим ■■?

— Ещё нет. Однако на данный момент я думаю, что это больше не имеет значения, узнаю я об этом или…

Именно в этот момент странное ощущение внезапно поразило его.

Звуки «Тр-р-р-р!» послышались откуда-то.

「…」

Шум заколебался в их ушах, словно слабая, далёкая песня. В тот момент, когда Ю Сан-А выключила музыку, облик Бию, сидевшей на переднем пассажирском сиденье, внезапно изменился.

[…Ба-ат?]

Бию снова превратилась в фигуру большого мехового комочка. Но этого не могло быть. Перед тем как сесть в машину, она ясно сказала, что распад системы парализовал её способность менять облик.

— А?!

Голоса, доносившиеся из пустого воздуха, становились всё чётче и чётче. Это определённо были звуки Историй, занятых рассказом своих повествований.

— …Что происходит? Система ведь всё ещё должна быть сломана?

Хан Соён уставилась на Ю Джунхёка, но он смотрел на неё точно такими же глазами, как и она.

[История «Король Мира Без Королей» снова начала своё повествование]

Группы ослепительных букв проносились в небе за окнами автомобиля. Они были из Истории, которую спутники знали досконально.

— Ю Сан-А!

Ю Сан-А поспешно нажала на газ. Тем временем Хан Соён ответила на звонок телефона, громко звонившего в её кармане. Звонила Айлин.

— Соён-сси! Прямо сейчас это!..

Её голос невозможно было разобрать из-за всех шумов, доносившихся из окружения.

[История «Предвкушение Плагиата» снова начала своё повествование]

Истории, бесследно исчезнувшие вместе с распадом системы, теперь текли куда-то, следуя одна за другой. Каждая из них была историей, которая подошла к концу давным-давно.

「Действительно ли история заканчивается, когда автор перестаёт её писать?」

Хан Соён посмотрела на буквы, парящие в небесах. Буквы, не имевшие никакого смысла при существовании независимо друг от друга, начали находить свои пары и группы одна за другой.

— …Теория Выключенного фильма?!

Спутники вскоре въехали в Комплекс и поспешно выскочили из лимузина. Затем они побежали. Истории, которые они приобрели до сих пор, Истории, которые они рассказывали до сих пор, проносились мимо них.

Никто не знал, каков финал этой истории.

Как бы они ни старались, «Ким Докчжа» никогда не вернётся. Даже если бы они воссоздали «99% Ким Докчжа», этот недостающий один процент всегда был бы рядом.

Но что, если во всём этом мире существует одно существо, способное заполнить последнюю пустоту в один процент? Одно существо, которое когда-то владело буквами, подсознательно рассеянными в далёкой вселенной?

— Соён-сси! Вон там!

Вдали они увидели больницу Ли Сольхвы. Истории, лениво текущие туда, направляли их. Истории собирались к больничной палате, с которой они все были близко знакомы.

[Гигантская История «Весна Демонического Мира» снова начала своё повествование]

Хан Соён подумала про себя. Если автор не написал её, то финал истории не мог быть создан.

[Гигантская История «Факел, Проглотивший Миф» снова начала своё повествование]

Даже если это правда, значило ли это, что те, кто читает историю, не могут представить финал по-своему? Хан Соён сильно прикусила губу. Эта история была создана её собственными руками. Но другая история, которой она не знала, продолжалась с конца её истории.

「Что произойдёт, если наступит момент, когда чьё-то воображение обгонит предложения автора?」

Поскольку навыки и стигмы ещё не вернулись в полную силу, у Хан Соён довольно быстро сбилось дыхание. Ю Джунхёк поддерживал её и продолжал бежать. Шин Юсын, взбегая по лестнице, споткнулась и упала. Другие спутники протянули руки и помогли ей подняться.

[Гигантская История «Сезон Света и Тьмы» снова начала своё повествование]

[Гигантская История «Освободитель Забытых» снова начала своё повествование]

Гигантские Истории, которые они приобрели вместе, возвращались к ним одна за другой. Даже неназванная последняя История «Компании Ким Докчжа» начала петь об эмоции, которую никто не осмеливался назвать.

Это желание, мечта тех, кто разошёлся давным-давно, снова стать единым целым.

Скорбеть о ком-то другом, праздновать, злиться и отчаиваться. И, в конце концов, желать стать этим кем-то другим.

Кто-то сопереживал их истории. По мере того как её дыхание становилось всё тяжелее и тяжелее, Хан Соён продолжала думать про себя снова и снова.

「Если эта история действительно может спасти тебя…」

Если ты вернул хоть немного своих воспоминаний и вспомнил нас ещё хоть раз…

— Вон там!

…Тогда я буду продолжать писать эпилог для тебя до конца времён, целую вечность.

Она добежала до двери больничной палаты, совершенно запыхавшись. Хан Соён теперь стояла перед той самой комнатой, которую она приходила навещать каждый божий день в течение последних четырёх лет.

Остальные спутники, вбежавшие по лестнице на шаг позади, теперь смотрели на неё. Она оглянулась и начала вспоминать самый последний абзац финала, который ей не удалось дописать.

「Существуют три способа выжить в разрушенном мире.」

Затем она услышала крик Чон Хивон.

— Хан Соён!

Другие спутники, узнавшие новости с опозданием – спутники, которые не сопровождали их к Восточному морю, были видны бегущими сюда через окно здания.

「Кое-что я уже забыла. Однако одно можно сказать наверняка.」

Дрожащая рука Хан Соён ухватилась за дверную ручку. Ей было страшно. Что, если за этой дверью ничего нет? Что, если всё это – не более чем сладкая ложь?

Она посмотрела в сторону и увидела, как Ю Джунхёк кивнул головой.

「И это то, что ты, читающий эти строки, сможешь выжить.」

Что бы ни ждало их за этой дверью, теперь они были готовы это увидеть. Дверь шумно заскрипела, открываясь. Слабые лучи солнечного света проникали сквозь широко распахнутое окно. Страницы рукописи, над исправлением которой она провела всю ночь, разлетелись на ветру. Буквы рассыпались в ослепительном сиянии. История, которую ей не удалось завершить, была прямо там.

Предложения, которые ей очень хотелось когда-нибудь написать, даже если не сейчас. Думая об этих предложениях, Хан Соён улыбнулась как идиотка.

「Эта история – лишь для того одного единственного читателя.」