Понедельник, 12 ноября 1973 г.

Я ехал на велосипеде от дома Кэти, на седьмом небе от счастья. Я никогда не думал, что со мной что-то случится, нечто подобное, должно быть, это было влажной мечтой каждого подростка.

Когда я вошел в дом, мама спросила меня:

— Как провёл время на пляже, Уилл?

И я ответил, что неплохо.

Я пошел в ванную, чтобы принять душ, чтобы смыть соль с кожи и волос.

Когда я мыл голову, я думал о том, чем мы занимались с Кэти сегодня сегодня, и от этих мыслей у меня вскочил член. Охватив мой член рукой мыльной рукой, я прислонился к стене душа спиной, и задвигал членом, представляя прекрасную мокрую киску Кэти. Я вспомнил, какая у неё была влажная промежность, когда я трогал её низ бикини.

Я кончил довольно быстро, обкончав стену душевой. Я вымыл руку, а затем вытер стену. Всё это скопилось за весь день.

После того, как я одел какую-то одежду, я больше часа просидел, упражняясь в игре на пианино.

Я хотел успеть подготовиться к экзамену в консерватории в течении четырех недель, и несмотря на то, что я не мог терпеть экзаменов, я знал, что практика очень важна. Я точно не был уверен, но надеялся на хоть какую-то музыкальную карьеру или, по крайней мере, хотел научиться играть полупрофессионально. На этой неделе должно пройти совместное практическое занятие в группе, и я хотел убедиться, что ничего не забыл.

После ужина я позвонил Кэти и Дэвиду. Кэти ответила на звонок и тут же сказала:

— О, я рада, что это ты. Дэви тоже хочет поговорить с тобой, но первая — я. Ну, так что, ты хочешь завтра снова пойти со мной на пляж?

— Да, конечно хочу, мои родители не против. Я разговаривал по телефону в зале, остальные члены семьи были в гостиной в другой части дома и смотрели телевизор.

— Ты это уже сделала? — прошептал я.

— Ну-у-у-у, да, — произнесла она, — я это сделала. Как только ты ушел, я пошла принять душ и сделала это там. А что насчет тебя?

— Я тоже, — ответил я, — в душе, я вспоминал, как прикасался к тебе. На это не потребовалось много времени.

— То же самое со мной, — сказала Кэти. — Я уже был довольно мокрым, и сперва сидя в туалете, тёрла себя. Я представляла, что это ты касаешься меня, и я стала еще более влажной. А потом, угадаешь, что я сделала? Я проскользнула моим мизинчиком в свою киску до самого основания, и мне не было больно. Также я попробовала всунуть указательный палец, это было на много труднее сделать, но я смогла почувствовать его во мне. Внутри влагалище было такое мокрое и горячее, и я, немного пошевелив им, представила, что это был твой член, и мы сейчас занимаемся сексом. И я испытала очень сильный оргазм, и я была така-а-а-ая мокренькая!

— Я сделаю это ещё раз, когда лягу спать, — сказал я.

— В общем, Дэви сейчас уже здесь, и он хочет о чем-то тебя спросить, — сообщила Кэти, — До завтра!

— Хорошо, Кэти, до завтра, — ответил я.

— Уилл, приятель, — услышал я голос Дэвида.

Кэти была единственным человеком, которая называла его Дэви.

— Здорово, Дэйв, — сказал я, — как проходит учеба?

Бедный парень, торчал на летних курсах, чтобы повысить свою успеваемость, которая резко снизилась за последнее время.

— Ну, учителя там действительно знают свой предмет, — сказал он, — и они кажутся довольно крутыми. Кроме того, Джина Джефферис со мной в одной группе, и мы весь день напролет сидим вместе.

Дэвид уже много месяце был влюблен в Джину, но, несмотря на это, так как она очень далеко жила, ему приходилось встречаться с другими девушками. В отличие от меня, у него уже были две полусерьезные подружки, но мне казалось, что он больше всех любил Джину.

— Мы хотим с Джиной собраться в среду вечером и прошвырнуться в кино, в Колларой, — сказал он. — На этой неделе новый фильм о Кунг-фу, и мы с Джиной подумываем, что можно было бы сходить на него. Но ее родители вряд ли отпустят одну только со мной, так что, может бы вы с Кэти тоже присоединились бы к нам?

Лично мне, меньше всего на свете хотелось посмотреть какую-то банальную кунг-фу киношку. Но это послужило бы хорошим поводом для того, чтобы мы с Кэти вместе сходили куда-нибудь, и так же это будет услугой для них.

— Позволь мне просто спросить разрешения моих предков, — ответил я.

Я пошел в гостиную и сообщил, что Дэвид, Кэти и несколько ребят, собираются в кино, и я спросил можно ли и мне с ними.

Как только я задал этот вопрос, мама и папа единогласно согласились.

— Да, — сказал я Дэвиду, — я могу идти. Позвони завтра уточни все детали, и назови точное время.

— Спасибо, приятель. Ты спас мою жизнь. Я твой должник. Ты и Кэти завтра собираетесь на пляж?

— Да, если погода будет хорошая, — ответил я. — Здесь больше нечем заняться.

Мы поболтали ещё немного о том и о сем, а затем повесили трубку.

Я вернулся обратно в гостиную, и мой отец задала вопрос:

— Завтра ты на пляж, сынок?

— Да, — произнес я, — Если погода не испортится.

— Не слишком устал для нашей вечерней пробежки? — спросил он.

Так он шутил почти каждый вечер. Около года мы каждый вечер наматываем милю или около того. Это был его способ заниматься спортом, и я присоединялся к пробежке.

— Я готов, если ты готов. — ответил я.

Я надел кроссовки, и мы прошли в конец дороги.

— Снова дальний забег? — спросил он.

— Почему бы и нет, — ответил я.

По сути том-то мы называли дальним забегом

забери мы делали итак каждый вечер весь прошлый месяц.

Мы пробегали около полутора миль и это было лучше, чем наши изначальные перебежки до главной трассы и обратно

— Скажи мне, ты и Кэти Парсонс встречаетесь? — спросил он меня.

— Э-э-э ну, я думаю, да, — ответил я, — Мы всегда болтаемся вместе.

— Хорошо, Уилл, даже если и так, мы с мамой не возражаем, — сказал он, — Кэти — милая девочка, а ее родители хорошие люди. Просто не наделай никаких глупостей, ведь ты так молод.

— Пап, — сказал я, — я имею в виду, она сестра моего лучшего друга. Я вряд ли сделаю глупость!

— Послушай, Уилл, — сказал он, — не так давно мне было столько же лет, как и тебе, и я знаю, что это такое. Просто не торопись, не дави на нее, я знаю, что вы благоразумны и все такое, но все может выйти из-под контроля, прежде чем ты поймешь, что всё уже случилось.

— Окей, — сказал я, — Спасибо, пап. Мы будем благоразумны, я понимаю, что ты имеешь в виду, и обещаю не наделать никаких глупостей…

— Хорошо, — сказал он, — я доверяю вам обоим. Теперь посмотрим, удастся ли нам уложиться в пятнадцать минут. На этих словах он побежал наверх, и я последовал за ним. Я набрал приличную скорость, и мы вскоре поднялись на верх и продолжили бежать к главной дороге.

Когда я бежал, я думал о тех словах, что сказал мне папа, и задавался вопросом, откуда мама и папа могли узнать. Нужно, лучше рассказать Кэти; возможно, наши родители уже поговорили между собой.

Мы добрались до главной дороги — до автобусной остановки оставалось полмили, и я посмотрел на часы, мы опережали график.

— Хочешь передохнуть? — спросил мой отец.

— Нет, — сказал я, продолжая бежать.

Что, если кто-то, увидел нас сегодня, и рассказал моим родителям? Моя мама знает почти всех, ведь она училась в местной школе в течение нескольких лет. Было бы очень неловко, для нас с Кэти жить с этим. Но потом я подумал, что это если бы это и так, тогда вряд ли бы они разрешили пойти мне с ней на пляж завтра или в кино. И это у меня вызывало недоумение.

Мы обогнули второй последний угол, и я был уже опережал на десять метров отца. Я, должно быть, думал о Кэти и не уделял особого внимания, куда бежал, потому что провалился ногой в сточную канаву. Я не сильно забился, но это задержало меня, и мой отец опередил меня. Я попробовал, растирая мою ногу, она чуток болела, а затем помчался за ним. Я догнал его в конце нашей улицы и ускорился на последнем отрезке к нашим воротам.

Проверив мои часы, я сказал

— Четырнадцать минут, сорок пять секунд. Новый рекорд!

— Ага, — сказал он, — хорошая пробежка. С тобой все в порядке?

— Да, я просто немного повредил ногу, — ответил я. — Возможно, нам придется согласовать еще более длинный маршрут.

— Может быть, — сказал он. — Хочешь окунемся в бассейн и сделаем пару кругом, чтобы охладиться?

Мы поднялись наверх, и прыгнули в бассейн, чтобы остыть.

Я проплыл несколько кругов, и продолжая оставаться в воде, несмотря на то, что отец, сделав пару кругов, пошел в дом, всё еще размышлял, откуда обо всём узнали родители…

Наконец, я выбрался из бассейна и вытерся.

Мне не хотелось с ними идти смотреть телевизор, потому что они обязательно начнут задавать новые вопросы, поэтому я оставшееся время просидел у пианино.

Недавно я получил книгу с нотами музыкальных произведений джаза и блюза, и попытался исполнить что-то из этого.

Игра на пианино отвлекла от моих тяжелых мыслей.

Около девяти, я решил лечь спать и пожелал спокойной ночи родителям.

В ванной я вспомнил слова Кэти, что, когда она вставила палец внутрь киски она представляла мой член.

Я обнаружил в ней совершенно новую сторону, которая, как я мгновенно понял, что мне это очень нравится.

Когда я сидел на унитазе, медленно поглаживая мой член, я закрыл глаза и представлял в своем сознании, ее груди и её прекрасную киску — первую киску, которую я действительно увидел, и насколько она может быть мокрая, когда она раздвинула ее губы — ее половые губы (теперь я уже знал, как они правильно называются)

Я едва успел осознать, что кончаю, и почти успел прицелиться брызнувшим членом в унитаз.

Это было чертовски круто, подумал я про себя.

Когда я лежал в постели, я задавался вопросом, что принесет следующий день.