— Почему? — услышав вопрос Юй Тун о том, почему Магический Храм выбрал для его брата именно Духовную печь Святого Лотоса, Лун Кункун весь обратился в любопытство.

Юй Тун ответила:

— Потому что это связано с особенностями Духовной печи Святого Лотоса. Не стоит недооценивать её только потому, что сейчас она первого ранга. На самом деле у неё есть одна уникальная черта, которой не обладает ни одна другая духовная печь.

— Какая черта? — Лун Кункун стал ещё более любопытным.

— Умиротворение, — спокойно произнесла Юй Тун.

— Умиротворение — это тоже черта? Тогда моя лень тоже считается? — хихикнул Лун Кункун.

Юй Тун недовольно сказала:

— Это твоя особенность, но скорее недостаток. Не стоит недооценивать умиротворение. Умиротворение имеет множество значений: когда природа энергии спокойна, она легче поглощается. Духовная печь Святого Лотоса — это одна из немногих духовных печей, энергия которой может быть воспринята любым человеком.

— Но она же посредственная! — не удержался Лун Кункун.

Юй Тун продолжила:

— Дослушай. Помимо лёгкости в поглощении, у неё есть ещё одно свойство — это способность к интеграции. Духовная печь Святого Лотоса может сливаться с другими духовными печами, создавая новые виды духовных печей. Именно это делает её по-настоящему ценной. Когда Духовная печь Святого Лотоса завершает слияние с другой духовной печью, обязательно происходит определённое усиление — его степень зависит от свойств обеих печей и от характеристик самого владельца.

Лун Кункун удивился:

— Так круто? Тогда давай и нам раздобудем Духовную печь Святого Лотоса, может, и тебя получится прокачать?

Юй Тун покачала головой:

— Мне это не нужно. К тому же ты ведь рыцарь. Хотя Духовная печь Святого Лотоса подходит для всех, наибольшую пользу она приносит магам, которые управляют элементами.

Лун Кункун сказал:

— Но всё равно как-то бесполезно звучит. Кто захочет сливать две духовные печи вместе? Даже слабая печь в отдельности даёт лишнюю возможность для роста. Лучше пусть будет больше печей!

Юй Тун кивнула:

— Именно поэтому её ценность не считается особенно высокой. Мало кто готов пойти на слияние духовных печей. Духовная печь, даже не самая сильная, всё равно укрепляет духовную полость и способствует развитию. А обычным профессионалам получить духовную печь крайне сложно.

Лун Кункун спросил:

— Так какую духовную печь мне тогда выбрать?

Юй Тун ответила:

— Ту, которая тебе подходит лучше всего. Только ты сам знаешь себя. Успокой сердце, как это сделал Дандан, прислушайся к себе. Почувствуй, какая из духовных печей отзовётся на тебя — и ты сам поймёшь, какой выбор сделать.

Лун Кункун удивлённо посмотрел на неё, поднял палец и указал на себя:

— Мне самому выбирать? Тогда я точно выберу такую, чтобы либо быстрее убегать, либо хорошо защищаться!

Юй Тун сказала:

— Тогда иди выбирай. Следуй зову сердца.

— Но я же даже не знаю, что это за духовные печи, — всполошился Лун Кункун. — Откуда мне знать их свойства?

Юй Тун обратилась в золотистый поток света и скрылась в его лбу, оставив после себя только одну фразу:

— Чувствуй сердцем.

— Да это просто безответственно! — Лун Кункун был готов заплакать. Сотни духовных печей — как тут выбирать? Как "чувствовать сердцем", если все выглядят отлично?

И именно в этот момент он вдруг почувствовал что-то. Резко обернувшись, он посмотрел на Лун Дандана, сидевшего в позе лотоса.

И тут же Лун Дандан резко распахнул глаза, подпрыгнул и, словно стрела, бросился в одну сторону.

Лун Кункун опешил.

— Ээ... Что он делает?

В следующую секунду он увидел, как алый луч молнии сорвался с места, устремившись прямо к Лун Дандану. Алое сияние было неимоверно стремительным, словно раскалённая искра. Лун Кункун даже на расстоянии ощутил исходящую от него дикую ярость — такую сильную, что у него по всему телу побежали мурашки.

— Вот это жесть! — была его первая мысль.

А Лун Дандан в это время уже оказался перед алым светом, вскинул правую руку, пытаясь его перехватить.

Однако алый свет резко изменил траекторию и метнулся прямо к его груди, будто хотел пробить её насквозь. В этот миг Лун Дандан резко развернулся спиной вперёд навстречу летящей атаке.

Раздался глухой "Бум", и его спина взорвалась кроваво-красными всполохами. Всё тело Лун Дандана затряслось, а на лице тут же проступило выражение боли.

Ранее исходящая от красного света жестокая аура теперь хлынула из его тела наружу. Лун Кункун увидел, как на коже брата вздулись вены. Лун Дандан раскрыл рот, будто хотел закричать, но не смог издать ни звука.

— Ого, что он, поглотил какую-то дичь? — Лун Кункун перепугался и быстро метнулся вперёд, тут же применяя "Благословение Ангела".

Но — безрезультатно! Свет "Благословения Ангела" был тут же оттеснён красным сиянием, не сумев даже коснуться тела Лун Дандана.

В этот момент из его груди полилась мягкая белая вспышка — это проявилась Духовная печь Лунный Свет Безбрежного Моря. Белоснежная духовная печь медленно перевернулась в воздухе, а на лбу Лун Дандана засиял тонкий полумесяц. Поток мягкого лунного света из печи начал струиться в его тело, и боль на его лице немного утихла. Нежный голубоватый свет окутал Лун Дандана, немного сдержав буйство алой ярости, но полностью подавить его пока не удавалось — лунный свет и красное сияние явно вступили в борьбу.

— Старина, ты меня ещё помнишь? — раздался голос Цанхая.

Бурлящее и неукротимое красное сияние будто бы замерло на долю секунды, но уже в следующий миг снова рванулось вперёд с прежней яростью, ничуть не ослабевая.

Цанхай тяжело вздохнул:

— Дандан, держи разум в узде, не дай ярости пробить защиту сердца. Иначе даже боги тебя не спасут. Как ты мог выбрать его… Даже неполный, он — не то, что может вынести человек.

Когда Лун Дандан начал высвобождать духовную силу, чтобы ощутить духовные печи, он словно погрузился в странный мир, населённый множеством существ. Некоторые были к нему дружелюбны, другие отталкивали, а большинство просто проявляли любопытство.

Войдя в это пространство, он уже знал, какую духовную печь хочет найти. То, чего ему сейчас больше всего не хватало, — это боевых навыков. Из трёх имеющихся у него духовных печей "Духовная Печь Лунный Свет Безбрежного Моря" была вспомогательной, "Духовная печь Святого Притяжения" — тоже, а "Священный Лотос" — защитная. Значит, теперь ему нужна была действительно мощная, обладающая потенциалом к развитию атакующая духовная печь.

Он быстро отсеял все те, что излучали мягкую ауру — это были преимущественно вспомогательные, защитные или усиливающие духовные печи. А он искал нечто острое и яростное.

Вскоре он действительно нашёл несколько подходящих. В конце концов, в хранилище Святого Зала были не только печи для Рыцарей-Хранителей, но и для Рыцарей Возмездия. Эти боевые печи явно были агрессивнее. Некоторые из них даже захотели установить с ним связь — пусть их было и немного.

Лун Дандан продолжал искать, мысленно всё сужая круг, — он хотел найти ту, которая могла бы стать его основной. Ведь из пяти природных духовных полостей у него оставалось всего две. Надо было беречь их.

Когда он уже начал колебаться, его духовная сила случайно скользнула по одному углу — и вдруг зацепилась за нечто странное: тусклую, покрытую пылью серую духовную печь. Казалось, она столько времени провела в одиночестве, что стала частью фона. И всё же, несмотря на то что его духовная сила коснулась её, та никак не отреагировала. Даже когда он усилил свою силу за счёт энергии Сяо Се, печь продолжала оставаться холодной и безразличной — будто не желала иметь с ним ничего общего.

Но Лун Дандан заметил одну странную деталь: в зоне вокруг этой печи не было больше ни одной другой. Все остальные духовные печи словно нарочно избегали её и держались подальше.

Это только подогрело его интерес. Что же это за печь, от которой шарахаются другие?

Он сосредоточил духовную силу и попытался прорваться внутрь, чтобы узнать её сущность. Но печь оказалась словно скала — непоколебимой. Она будто презирала все его попытки, а его сила не могла проникнуть даже на волосок внутрь.

Что же делать?..

Неужели это потому, что я недостаточно хорош, и потому духовная печь не желает меня признать? — мелькнуло в голове Лун Дандана. Если моей духовной силы недостаточно, может, стоит добавить особую ауру? Тогда он начал направлять в свою духовную силу частичку дыхания Сяо Ба, окрасив её волной духовной ауры Императора Драконов. Будто сам Сяо Ба, на уровне духовного мира, испустил в сторону этой печи глухой рык дракона.

Поначалу серая духовная печь осталась равнодушной. Но уже спустя мгновение она затрепетала. Из её глубин распространилось странное чувство древней тоски. А в следующее мгновение Лун Дандан резко почувствовал: в пространстве контракта Сяо Ба начал бурно волноваться.
Беспокойство было настолько сильным, что казалось, ещё чуть-чуть — и Сяо Ба вырвется из пространства контракта и бросится прочь.

Что происходит? — Лун Дандан внутренне вздрогнул. И тут он увидел, как из той тусклой, незаметной духовной печи одна за другой начали вырываться багровые всполохи. Вместе с их появлением прежняя древняя скорбь сменилась неукротимой яростью — безжалостной и свирепой, словно в недрах печи проснулась древняя ужасная тварь. Чудище раскрывало пасть, обнажая когти, и источало ужасающую мощь.

После испуга в сердце Лун Дандана вспыхнула радость.Такое яростное давление наверняка означало одно: эта печь была предназначена для атаки. Более того, вместе с налетевшей на него волной свирепости он ощутил странную радость и трепет, будто человек, у которого внезапно зачесалась спина, и который тут же увидел перед собой спасительное чесало.

Эта ярость возбуждала его духовную силу, заставляя её вибрировать, и вместе с этим в глубине его тела будто бы пробуждалось нечто ещё — нечто жаждущее вырваться наружу.

Следующим мигом вся эта свирепая мощь рванула из серой духовной печи наружу, подобно древнему копью или тяжёлому штурмовому тарану, несущемуся прямиком на Лун Дандана.

Он не колебался ни секунды: тут же открыл духовную полость на спине и, напрямик, принял на себя удар этой печи. Раз уж эта духовная печь так свирепа, он встретит её той же силой и покорит её своей решимостью, чтобы сделать частью своей силы.

Когда поток ярости ворвался в его тело, Лун Дандан ощутил, будто тысячи острых клинков вонзились в его меридианы. Куда бы они ни проходили, меридианы мгновенно вздувались и разбухали. Если бы его внешняя духовная сила не превышала шести тысяч, его каналы, возможно, мгновенно были бы разорваны на части. Даже с его текущим уровнем его тело испытывало чудовищную нагрузку: меридианы на глазах раздувались, по всему телу вздувались вены. Он даже почувствовал, что в его меридианах начали появляться трещины. И всё это — всего за несколько вдохов!

Неужели она настолько ужасна?

В этот момент пролившийся свет месяца от Духовной печи Лунный Свет Безбрежного Моря наконец добрался до него. Под его смягчающим воздействием трещины в меридианах были временно залечены, что позволило хоть как-то стабилизировать ситуацию. Но рвущаяся изнутри энергия становилась всё яростнее и свирепее.

Что это вообще за духовная печь? Почему от неё исходит такое ощущение, будто она хочет уничтожить всё, убить всё вокруг? Сдерживая острую боль в теле, Лун Дандан с трудом сохранял ясность разума, как советовал Цанхай, ведь он заметил, что красное сияние стремится пробиться к его морю духа, словно желая разрушить его сознание.

В это время Сяо Ба дрожал в контрактном пространстве, как лист на ветру. Такого раньше никогда не случалось. Даже тогда, когда новорождённый Сяо Ба впервые столкнулся с Королём Крыс, он испытывал только напряжение, но не страх в такой степени. А сейчас он словно встретил своего заклятого врага.

Лунный свет, изливающийся из Цанхая, непрерывно омывал тело Лун Дандана, но он всё равно ощущал, что его тело вот-вот не выдержит. Поток красного сияния вливался бесконечно, не утихая ни на мгновение. Мощная зловещая воля уже начала влиять на его разум, и в сердце всё ярче вспыхивала жестокость.

Лун Кункун наблюдал со стороны. Сначала он был поражён, радуясь, что брат нашёл подходящую духовную печь, но вскоре ощутил неладное — тело Лун Дандана дрожало слишком сильно, он явно едва держался. Слова Цанхая только усилили его тревогу.

Как близнецы, их души были тесно связаны. Когда Лун Дандан испытывал сильную боль, Лун Кункун тоже начинал ощущать отголоски страдания. В эту минуту он ясно почувствовал, как старший брат всё больше впадает в неистовство, и даже его самого начало охватывать беспокойство и раздражение.

— Юй Тун, что это за духовная печь? Что делать? Мне кажется, с братом что-то не так! — взволнованно спросил Лун Кункун.

— Я... я тоже не знаю, что это за духовная печь, — золотистый силуэт Юй Тун появился в воздухе, её лицо выражало крайнюю растерянность. Даже она, мудрая Духовная Печь Святого Покровительства Юй Тун, не могла определить, что это за духовная печь. Это могло означать только одно: перед ними духовная печь, возраст которой превышал её собственный, возможно, ровесница Цанхая.

— Тогда что делать? Что делать?! Спаси моего брата! — Лун Кункун запаниковал окончательно.

Перевод: = mESSiAh =