— Я выполню ваш приказ.

Верный подчинённый Баркана послушно кивнул. Ему было неприятно убивать такую безобидную на вид женщину, но выбора не было. Его господин не из тех, кто оставляет свидетелей в живых.

— Выясни, где она живёт. И отправь ей цветы.

— Да, по вашему приказу, цветы… Что?

«Я ослышался? Не убить, а отправить цветы?»

Подчинённый, уже склонившийся в поклоне, удивлённо поднял голову.

— Да. Такие, чтобы все ахнули от их размера и великолепия.

К несчастью для слуги, Баркан был серьёзен как никогда. С кривой улыбкой глядя на ошеломлённого подчинённого, он повторил с нажимом:

— Делай, как я сказал.

Раз уж он так сказал, подчинённый обязан подготовить всё безупречно. Баркан считал, что это меньшее, что он может сделать. Ведь скоро из-за него жизнь этой женщины будет разрушена — разве не справедливо дать ей хоть что-то перед этим?

— …Я выполню ваш приказ.

Наблюдая за удаляющимся подчинённым, Баркан достал сигару и прикурил. Зажигалка для этого не понадобилось: он просто поднёс к сигаре кончик указательного пальца, и из него вырвалось пламя.

— Фух…

Глубоко затянувшись, он почувствовал, как ощущения притупляются, а голова мутнеет. Боль, разъедающая кости и плоть, характерная для Масака, немного утихла.

Сигара, которую он курил, была ядом для обычных людей, но для него — лишь слабым обезболивающим. Однако в его жизни, пропитанной наркотиками и алкоголем, наконец забрезжил луч света.

«Кто бы мог подумать, что я найду Райсевру в таком месте.»

Выдохнув, он вспомнил образ девушки, расплывающийся, как сигарный дым. Неудивительно, что с первого взгляда он не захотел её убивать. Чуть было не совершил большую ошибку.

Райсевра — та, кто делится жизнью. Единственное существо, способное облегчить боль от могущественной силы Масака. И потому… сокровище, которое все они жаждут заполучить.

Райсевру не так просто найти. Кто бы мог подумать, что в этой дыре он наткнётся на такое сокровище.

«Пряталась в этой глуши, вот её и не нашли».

Ему повезло. Баркан медленно облизнул губы, вспоминая наивную красавицу, которая сама забрела в логово зверя.

Он ещё не получил от неё то, что хотел. Вспомнив сладкий аромат её белой кожи, он почувствовал определённого рода голод. Его вкусы всегда склонялись не к спасению принцесс, а к их похищению и подчинению.

* * *

Вернувшись домой, Ирель долгое время чувствовала себя плохо. Возможно, это была остаточная тошнота, а может, простуда от долгого блуждания на улице.

Но настоящая причина была иной. Мужчина с красными волосами из её снов.

В реальности он оказался ещё опаснее и непредсказуемее. Встреча с ним потрясла Ирель во многих отношениях.

«Ха Машт. Его фамилия…»

Значит, он точно Масака. В мире игры «Спасение» фамилию «Ха Машт» могли носить только Масака.

Человечество почитало Масака как единственных, кто мог победить монстров-людоедов — китанов. Они были особыми существами, наделёнными богом Хашивой сверхъестественной силой. Их фамилия «Ха Машт» означала «дети Бога».

Но чем ярче свет, тем темнее тень. Масака обладали смертоносной силой, способной убивать китанов, но, будучи людьми, страдали от собственной мощи. Чем сильнее Масака, тем больше его терзала невыносимая боль, разрушая тело и разум.

Поэтому задача игры «Спасение» заключалась в том, чтобы завоевать их сердца и избавить от страданий. Это была основа системы симпатии.

«Но я… не могу этого сделать».

Ирель глубоко вздохнула. Она вселилась в тело Ирель Эллоранс, неизвестной второстепенной героини. У неё не было особых способностей, чтобы спасать обезумевших Масака.

«Баркан. Неудивительно, что имя показалось знакомым.»

Вспомнив его лицо и имя, она наконец пришла к выводу. Баркан Ха Машт — один из многочисленных персонажей игры «Спасение», злодей, стоящий ближе всех к финальному антагонисту.

«Он уничтожил целое королевство.»

И не только: он сжёг заживо всех членов королевской семьи и их верных подданных. Вспомнив его жестокую историю, Ирель почувствовала тяжесть на сердце.

Честно говоря, он был вообще не в её вкусе. Злодей, пропитанный жестокостью до мозга костей, без совести и чувства вины.

Ей нравились персонажи с добрым и мягким характером, но с болезненным прошлым. Из-за этого она ни разу не прикасалась к сюжетной линии Баркана. В мире «Спасения» было множество других интересных персонажей для завоевания.

«Знала бы, что так будет, хоть немного изучила бы его рут…»

Но сожалеть было поздно. Она попала в «Спасение» и, из всех возможных персонажей, встретила именно Баркана Ха Машт.

Как было бы хорошо, если бы он просто забыл о ней. Она всё ещё отчётливо помнила его крепкое тело, придавившее её, и горячую, сильную руку, сжимавшую её шею.

Закусывая губу, Ирель зарылась в одеяло, закрыла уши и свернулась калачиком. БВозможно, будь она здорова — ей было бы легче. От постоянной тревоги её и без того слабому телу, становилось всё хуже и хуже.

— Рель! Ирель!!

В этот момент дверь распахнулась, и кто-то ворвался внутрь.

— Что случилось, брат?

Ирель вздрогнула и высунула голову из-под одеяла, но, увидев Михаэля, успокоилась. Однако, в отличие от её облегчения, лицо Михаэля было мрачным.

— Ты была здесь и не отвечала? Знаешь, сколько раз я звал?

На его лице застыло напряжение. Ирель сразу поняла — что-то не так.

— Я не слышала. Что-то случилось?

— Ещё как случилось.

Нахмурив брови, Михаэль тут же ответил. Он кивнул ей, чтобы она следовала за ним.

— Выходи. Тебе нужно это увидеть.

Ирель была озадачена, но последовала за ним к входной двери. Но не успела она спуститься, как заметила — в особняке творится что-то странное.

Слуги семьи Элоранс сбились в кучки, перешёптываясь с удивлёнными или растерянными лицами. Увидев Михаэля и Ирель, они, как по команде, разошлись в разные стороны.

— Посмотри.

У входа Михаэль указал на открытую дверь, за которой виднелся двор. Сначала Ирель не поняла, но вскоре её глаза расширились в изумлении.

— Что это… всё это?

Огромная карета, доверху заполненная цветами, преграждала входные ворота особняка. И не одна — за ней стояли ещё минимум десять карет, каждая — под завязку забитая цветами.

«Лилии?»

Да. В открытых каретах были белоснежные лилии. Их сильный аромат, собранный в таком количестве, был удушающе плотным.

— Видишь, Ирель?

Михаэль выдернул её из оцепенения и указал на карету.

— На каретах надписи…

Он был прав. Присмотревшись, она увидела, что в центре каждой кучи белоснежных лилий алыми буквами из роз было выложено имя:

— Б… А… Р… К… А… Н… Х… А… М… А… Ш… Т…

Михаэль дрожащим голосом прочёл надпись. Тут же мужчина с розовыми волосами, стоявший неподалёку, подошёл и вежливо поклонился.

— Мой господин специально послал этот подарок для юной леди Эллоранс. Пожалуйста, примите его.

В отличие от его ярких, как цвет сакуры, волос, лицо мужчины было бесстрастным. Одетый во всё чёрное, он выглядел так, будто пришёл на похороны. Ряды белых лилий позади него только усиливали это впечатление.

Ирель невольно посмотрела на него, и их взгляды встретились. Благодаря этому она смогла прочесть короткую информацию в его светло-зелёных глазах.

[Челлос Азелика: симпатия 41]

Неожиданно, но посланник Баркана, Челлос, испытывал к ней довольно высокую симпатию. Конечно, на то была причина.

«Бедняжка…»

Челлос долгое время работал под началом Баркана. Он хорошо знал, какая участь ждёт тех, кто привлёк внимание его господина.

«Либо сломаться, либо умереть»

Ему было любопытно, что ждёт Ирель Эллоранс, и он втайне сочувствовал ей. Конечно, его профессионализм не позволял это показать.

— Это что, подарок для моей сестры? Цветы, которые приносят на похороны?

Михаэль, стиснув зубы, вмешался. Его лицо, оправившееся от шока, пылало чувством долга защитить сестру.

— Кто вообще дарит подарок с собственным именем, а не с именем получателя?!

— Если подарок вам неприятен, приношу извинения. В следующий раз мы постараемся лучше.

Челлос ответил, не моргнув глазом. Его сухая реакция ещё больше разозлила Михаэля.

— Послать такой броский подарок, да ещё и с таким шумом прямо к воротам. Неужели вы думаете, что мы не поймём ваших грязных намерений?

Тут Ирель опомнилась. Всё это было ловушкой с самого начала.

Отправить вереницу карет с цветами, чтобы привлечь внимание, и написать на них не её имя, а своё — всё это было намеренно сделано Барканом.

Это было объявление войны. Публичный смертный приговор. Он собирался заявить о своей добыче на весь мир, чтобы никто не посмел вмешаться.

---

Команда — RoseFable.

Переводчик — Saimon.