Разеаль чуть прищурился, не сводя с Марии спокойного, но внезапно заледеневшего взгляда. В нем не было гнева — скорее холодный анализ. Он словно изучал её мотивы, отказываясь вестись на провокацию. То, что она сейчас несла... то, чего от него требовала, напрочь расходилось со здравым смыслом. На секунду в его голове даже промелькнула абсурдная, но вполне закономерная мысль:

'Она что, мазохистка?' Ведь то, как она на него давила и открыто нарывалась, походило не столько на чувство вины, сколько на отчаянную попытку выдавить из него хоть какую-то реакцию. Втянуть его в игру, в которую он играть не собирался. Или просто заставить его причинить ей боль, чтобы таким извращенным способом искупить свои грехи.

"Вот видишь? Ты не можешь" тихо усмехнулась Мария. На её губах проступила слабая улыбка. То, что он замер, казалось, лишь подтвердило её правоту. В её глазах смешались обречённость и странная уверенность.

"Я так и знала... ты ничего не сделаешь". В ее тоне не было насмешки, только та тихая уверенность, которая появляется, когда человек свято верит, что понимает тебя от и до.

"МАРИЯ, ПРЕКРАТИ!!" голос Софии резко разрезал повисшую тишину. Теперь она звучала куда серьёзнее и жёстче, чем прежде. Сделав шаг вперёд, она нахмурилась. На её лице ясно читалась тревога, потому что она чувствовала, как меняется напряжение, как разговор сворачивает туда, куда не должен.

Но прежде чем она успела вмешаться, Разеаль слегка поднял руку и спокойно произнес.

"Нет... я сам с ней разберусь" Его голос не был громким, но этого хватило, чтобы София остановилась. Не медля ни секунды, он шагнул вперед. Движения были неторопливыми и выверенными. Он дотянулся до стула, с тихим скрежетом подтащил его по полу и поставил прямо перед Марией, всего в паре шагов от неё. А затем сел. Теперь они оказались лицом к лицу. На одном уровне. Глаза в глаза. Он не нависал над ней, не смотрел сверху вниз. Просто сидел напротив, словно это был простой дружеский разговор.

София внимательно наблюдала. Её тело всё еще было напряжено, мысли лихорадочно перебирали возможные варианты. Она боялась, что он может сорваться, отреагировать так, что сделает только хуже. Но, увидев, что он просто сел, немного выдохнула. Напряжение спало, хотя и не до конца... оставалось совершенно неясно, к чему всё это приведёт.

Мария же не шелохнулась и не дрогнула. Она просто смотрела на него твёрдым выжидающим взглядом. Будто ждала чего-то конкретного, какой-то реакции, которая подтвердила бы всё, что она только что сказала.

Разеаль слегка откинулся на спинку стула, небрежно положив руку на подлокотник. Он посмотрел на неё со спокойным, почти равнодушным выражением лица, а затем заговорил.

"Ты ошибаешься"

Слова прозвучали тихо, но уверенно. Мария моргнула, явно сбитая с толку, потому что это был совершенно не тот ответ, которого она ожидала.

"В чём?" переспросила она, искренне застигнутая врасплох. Её брови слегка нахмурились, пока она пыталась понять, к чему он клонит. Разеаль тем временем откинулся ещё чуть назад, его лицо оставалось спокойным и даже слегка насмешливым.

"Во всём" продолжил он, издав короткий тихий смешок "В том, что я не могу причинить тебе боль? Потому что я 'мягкий', 'добрый' и всё то, что ты там наговорила" В его голосе звучало откровенное сомнение. Он отвергал саму суть её логики

Мария тут же покачала головой и снова тихо рассмеялась, хотя на этот раз в её смехе было больше настойчивости.

"Не пытайся выкрутиться" ответила она тихим, но твёрдым голосом "Это правда... это же очевидно. Как бы ты ни пытался это отрицать, таков уж ты есть... ты просто не сможешь"

В её словах не было ни капли сомнения. Она не гадала, она была в этом абсолютно уверена.

Разеаль слегка склонил голову, изучая её несколько мгновений, прежде чем заговорить снова.

"Я бы поспорил" спокойно произнес он, затем чуть наклонился вперед, и его взгляд снова стал острее. "Но давай-ка лучше ты мне кое-что скажешь. С чего мне вообще тебя убивать? Или вообще причинять тебе боль?"

Этот вопрос заставил Марию запнуться. Не потому, что ей нечего было ответить, а потому, что она уже всё объяснила.

Она издала тихий, почти недоверчивый смешок.

"Ха?.. Я же тебе только что всё объяснила" ответила она так, словно это было очевидно.

Но он легко покачал головой.

"Ага... объяснила" согласился он всё тем же небрежным тоном "Но во всём этом твоём объяснении я не услышал ни единой причины, которая реально бы оправдывала это действие"

Его лицо оставалось спокойным, без капли злости или эмоций.

"Вот, давай я приведу тебе пример" продолжил он ровным, почти непринуждённым тоном "Мы с тобой стоим здесь. И вдруг София..." он легким жестом указал на неё, даже не обернувшись "...подходит и пытается меня убить. Я слишком слаб, чтобы отбиться. А ты стоишь и не помогаешь. По любой причине, вообще неважно, по какой" продолжил он небрежно, словно эта причина вообще не имела значения "И каким-то чудом я выживаю. Сбегаю. Но, скажем, навсегда остаюсь без руки или ноги. Проще говоря, остаюсь калекой на всю жизнь"

Он немного молча подождал, позволяя этой картине укорениться в её голове, и посмотрел ей прямо в глаза.

"А теперь скажи мне... заслуживаешь ли ты за это наказания?" Его тон оставался спокойным, почти аналитическим. "С точки зрения морали, закона или какой либо ещё?"" И не дожидаясь её ответа, он продолжил.

"Зачем мне вообще тратить время или силы на то, чтобы преследовать тебя, только потому, что ты мне не помогла?" С его губ сорвался тихий пренебрежительный, но не насмешливый смешок

"Это же бред" сказал он "То есть... да, пойти за Софией имеет смысл, это она на меня напала". Его взгляд на миг метнулся к Софии, прежде чем вернуться к Марии. "Но за тобой?" Он слегка склонил голову. "Ты же ничего не сделала"

Он чуть понизил голос, выделяя свою главную мысль.

"Так почему мне должно быть дело до того, чтобы тебя наказывать?" В его словах не было враждебности, только логика, холодная и прямолинейная.

"Ты чувствуешь вину за то, что не помогла? На здоровье" добавил он, слегка пожав плечами. "Но это твое собственное чувство". Его глаза не отрывались от её лица.

"Зачем ты вешаешь их на меня?" Этот вопрос повис в воздухе, тяжелый, но не агрессивный "Почему ты ждёшь, что я причиню тебе боль... или убью тебя... за то, чего я от тебя вообще никогда не ждал?"

Он снова слегка откинулся назад, поза стала более расслабленной.

"Я же не жду помощи от случайных людей" спокойно сказал он "Так с чего бы мне таких наказывать?" Его взгляд не дрогнул. "Скажи мне... с чего бы?"

"Но я тебе не какой-то случайный человек!" Голос Марии резко сорвался. Она наклонилась вперёд, вцепившись пальцами в ткань наряда, словно пытаясь удержать себя на месте одной лишь силой воли. Дыхание сбилось, глаза цепко впились в Разеаля.

"Я... я обязана тебе своей жизнью!" Слова вырывались сквозь стиснутые зубы, пропитанные отчаянием "Я обязана была помочь! Я должна была быть рядом с тобой и помочь... но я ничего не сделала!"

Её плечи заметно тряслись. Вина, которую она больше не могла сдерживать, накрыла её с головой.

"И это дает тебе полное, абсолютное право как угодно наказать меня!" Она уже почти кричала, цепляясь за эту мысль, как за спасательный круг. Ей было жизненно необходимо, чтобы эта выдуманная ею реальность оказалась правдой.

Разеаль всё это время молча наблюдал за ней. Выражение его лица не изменилось, взгляд оставался твердым. Вместо того чтобы разозлиться, он лишь едва заметно, почти понимающе улыбнулся. Не с насмешкой, а спокойно и сдержанно, словно наблюдал, как человек отчаянно цепляется за иллюзии, отрицая очевидное.

"Хорошо..." медленно продолжил он "Давай представим, что на моём месте был не я... а твоя мать"

Его голос оставался ровным и размеренным. Он слегка поправил позу, всё так же сидя прямо напротив неё.

"На твою мать нападают, она в опасности. Ты рядом... но не помогаешь.". Он слегка склонил голову "Испугалась? растерялась? Не суть.".

"А теперь скажи мне... когда ты вернешься домой... твоя мать тебя убьет? Будет пытать? Спросит, почему ты не помогла, а потом вот так накажет?" Его взгляд не дрогнул. "Или ты сама подойдешь к ней и скажешь: 'Почему ты меня не убиваешь? Почему не делаешь мне больно?'"

Его губы снова едва заметно изогнулись.

"А если она этого не сделает... ты назовешь её мягкой? Доброй? Слабой?" Он слегка откинулся назад, его голос был спокойным, но уверенным.

"Она может разочароваться... может отстраниться... ей даже может быть больно... но то, чего ты сейчас требуешь от меня" Он медленно покачал головой "...так никто не поступает"

Он смотрел ей прямо в глаза.

"Это просто нелогично" просто подытожил он, слегка кивнув, словно констатируя факт.

На мгновение Мария замолчала.

Её губы слегка приоткрылись, глаза дрогнули, когда его слова осели в сознании. Но даже тогда... даже тогда что-то внутри неё отказывалось это принимать.

Она покачала головой. Сначала медленно. Потом сильнее.

"Нет..." пробормотала она себе под нос низким, отрицающим голосом. "Нет... это другое..." Она замотала головой ещё решительнее, почти яростно "Это не одно и то же...!"

Разеаль слегка выпрямился.

"И в чём же разница?" тут же спросил он. Его тон был спокойным, но теперь более прямым, словно он заставлял её посмотреть правде в глаза. "Объясни мне".

А затем он встал.

Стул тихо скрипнул, когда Разеаль шагнул вперед, сокращая и без того мизерное расстояние между ними. Он остановился прямо перед ней, слегка наклонившись. Его лицо теперь было так близко, что она могла разглядеть каждую деталь в его спокойном, сосредоточенном... выжидающем вражении лица.

"Объясни" тихо повторил он с той же слабой улыбкой.

И тут её прорвало.

"ПОТОМУ ЧТО ЭТО НЕ ОДНО И ТО ЖЕ!!"

Её голос сорвался на истеричный крик, ломая последние остатки самоконтроля.

"Почему до тебя не доходит?!" Её тело уже не дрожало, оно тряслось, явно и неконтролируемо "Почему ты вообще такое говоришь?! Это разные вещи!!

Её глаза, широко распахнутые и отчаянные, впились в него, ища хоть что-нибудь. Что угодно.

"Ты спас мне жизнь!" закричала она, и голос её отчаянно задрожал. "Ты чуть не умер ради меня!" Её грудь резко вздымалась, она с трудом хватала воздух между словами.

"Неужели ты не ненавидишь меня за то, что я бросила тебя... за то, что оставила одного?!" её голос на мгновение стих, но тут же снова стал громче "Да... если бы всё было как ты сказал... моя мать не стала бы меня убивать... Это логично! Но это совершенно разные вещи!"

Её голос упал почти до шёпота, но прозвучал он только тяжелее.

"Я знаю..." прошептала она, глядя ему в глаза "Если бы всё было именно так... если бы я так поступила с ней... после всего... что ты для меня сделал... точнее, если бы на твоем месте была она..."

Из груди вырвался надломленный всхлип.

"Она бы меня убила... Не задумываясь... Любой бы убил..." Она не отводила от него взгляда " Потому что я была бы обязана ей своей жизнью..."

Тишина продлилась лишь секунду. А затем её голос снова сорвался на крик.

"Но ты... ты этого не делаешь!"

И именно это... именно это её сломало.

"И я не могу этого принять!!" выкрикнула она, сотрясаясь всем телом. "Я хочу это увидеть!"

Голос резко сорвался, эмоции окончательно вышли из-под контроля.

"Я хочу видеть ненависть в твоих глазах, когда ты смотришь на меня... Глубокую, чистую НЕНАВИСТЬ!!" Слёзы хлынули из глаз, она больше их не сдерживала "Я хочу, чтобы ты сделал мне больно...!" Слова вылетали всё быстрее, хаотичнее, отчаяннее. "Сделай же мне больно! Пытай меня! УБЕЙ МЕНЯ!!"

Слова повисли в воздухе, тяжелые, удушающие.

"Я хочу, чтобы ты убил меня... а потом плюнул на мою могилу... И ненавидел меня до конца своих дней..!" продолжала она, задыхаясь и выдавливая из себя слова "Возьми всю свою злость... всю ненависть... ВСЁ... и вымести на мне...!"

Её дыхание стало рваным, почти судорожным. Теперь она тряслась без остановки. Всем телом. Голосом. Дыханием. Всем своим существом.

А Разеаль... не пошевелился и не перебивал. Он просто стоял и молча смотрел на неё сверху вниз... пока она рассыпалась на куски прямо у него на глазах.

"ПОЧЕМУ?!" снова закричала она, и голос окончательно сорвался "Почему я не вижу ненависти в твоих глазах, когда ты смотришь на меня?!" Слёзы застилали ей зрение, но она не отводила взгляда "Где твоя ненависть?!" её голос яростно дрожал. "Где ты её прячешь?!"

Она ещё сильнее сжала кулаки.

"Вымести её на мне!" заплакала она "Я же видела... Ты даже на собственной матери сорвался!"

Её глаза слегка расширились, переполненные отчаянием.

"Так почему не на мне?..."

Этот вопрос прозвучал тише других.

"Я заслужила..." прошептала она.

А затем она снова закричала.

"ДАВАЙ!! ВЫМЕСТИ СВОЮ НЕНАВИСТЬ НА МНЕ!!"

ЕЁ полный отчаяния крик, сдирающий горло, разорвал тишину комнаты, пока по лицу безостановочно текли слЁзы.

А потом... силы покинули еЁ.

"Просто... почему...?" слабо прошептала она, давясь слезами "Почему ты не можешь меня ненавидеть...?"

Она медленно, беспомощно покачала головой.

"Как... как ты можешь не ненавидеть меня...?" Дыхание снова сбилось, рваное и неровное "Даже я ненавижу себя... так как... как ты можешь не..."

И наконец... она сломалась окончательно.

Её плечи затряслись, крики сменились тихими всхлипами, она слабо качала головой, словно пыталась понять то, что её разум просто отказывался принимать.

"Какая же я дура..." прошептала она "Как... как ты можешь меня не ненавидеть...?"

И всё это время... Разеаль молча стоял рядом. Смотрел на неё. Но не со злостью и не с ненавистью. А с чем-то таким, чего она не могла понять.

Наконец... спустя несколько секунд.

"Что ж... вероятно, потому, что..." в этот раз голос Разеаля прозвучал неожиданно спокойным "...у меня нет никаких воспоминаний о том, что между нами было"

Он сказал это, глядя прямо на неё. Не холодно, не оправдываясь, просто как факт. Словно наконец озвучил то, что для него всё объясняло. То, что должно было быть очевидным с самого начала.

Услышав это, Мария внезапно застыла. Полностью.

Её всхлипы оборвались, словно кто-то резко выключил звук. Дрожь прекратилась. Даже слёзы, падавшие мгновение назад, казалось, полностью остановились и повисли на ресницах, когда она медленно, почти механически подняла голову и посмотрела на него.

В её глазах читалось непонимание. Не легкая растерянность. А то чувство, когда сама реальность внезапно перестает совпадать с тем, во что ты верил с абсолютной уверенностью.

"Что...?" она не произнесла этого вслух... но этот вопрос ясно читался на её лице.

Разеаль увидел это. И вздохнул.

Долгий, тихий выдох сорвался с его губ. Он медленно покачал головой, словно их разговор наконец достиг той точки, где нужно было прояснить нечто крайне важное. Слегка выпрямившись, он отступил назад, вернулся к своему стулу и сел. Он откинулся на спинку с контролируемой расслабленностью, будто собираясь с мыслями перед продолжением.

Мария не шевелилась.

Она просто смотрела на него. Пустым взглядом.

Пытаясь осмыслить.

Пытаясь понять, что он только что сказал.

Разеаль посмотрел на неё и снова заговорил. Ровно и прямо.

"Мои воспоминания... о том времени, что я провел с тобой..." он сделал короткую паузу, словно тщательно подбирая слова "...все они были стёрты. Мерисой Вирелан"

Его взгляд не отрывался от нее, наблюдая за произведенным эффектом.

"С моей точки зрения... я впервые увидел тебя в академии"

Тишина. Тяжелая и абсолютная.

"Так что..." он слегка развел руками "...у меня нет особых причин тебя так уж ненавидеть"

Тон его оставался спокойным, почти отстраненным, но не безразличным.

"За исключением тех мелочей, что произошли между нами недавно... и с ними, я думаю, мы уже разобрались".

Он чуть откинулся на спинку стула, выражение его лица не изменилось.

"Я не настолько мелочен, чтобы убивать кого-то из-за такого".

И на этом... он закончил.

"Так что да... Вот и всё".

Слова осели в воздухе.

И что-то внутри Марии... рухнуло.

Она не отреагировала сразу. Не заговорила.

Даже не моргнула.

Она просто... смотрела на него.

И медленно...

Очень медленно...

К ней начало приходить понимание... Не как облегчение. Не как ясность. А как нечто гораздо более тяжелое.

'Ну конечно...' Осознание накрыло её безмолвной волной, смывая всё, что она только что сказала, всё, что чувствовала, всё, что, как ей казалось, должен был чувствовать он.

'Конечно, он меня не ненавидит... Потому что он даже не помнит... и не знает'

Её губы слегка приоткрылись, но она так и ничего не сказала. В голове проносилось всё: её вина, её извинения, её отчаянная жажда наказания, её уверенность в том, что она совершила непростительное, и одно за другим всё это теряло смысл.

Потому что с его точки зрения...

Ничего этого не было.

Он ничего не знал.

Он ничего не помнил.

Он не чувствовал того, что должен был чувствовать.

И это... это сломало её окончательно

Она полностью прекратила плакать. Не потому, что ей стало легче. А потому, что её охватило нечто более глубокое.

Шок? Оцепенение? Какая-то пустота?

Она не знала. Она просто смотрела на него пустым взглядом. Словно её разум отправился куда-то далеко, пытаясь собрать всё это воедино.

"Мария...?" тихо позвала София, в голосе которой зазвучала тревога, она заметила внезапную, неестественную перемену. Её рука мягко и осторожно опустилась на плечо Марии, словно София боялась, что та сломается от малейшего давления.

Но Мария никак не отреагировала.

Она даже не показала, что заметила её.

Мария оставалась неподвижной, всё так же не сводя глаз с Разеаля. Словно мир вокруг неё перестал существовать.

Тревога Софии мгновенно усилилась. Что-то было не так.

Заметив то, что Мария перестала плакать, она сразу поняла, что дело было не в том, что она успокоилась.

Разеаль тоже это заметил. Он слегка нахмурился, глядя на неё. Эта абсолютная неподвижность, это отсутствие реакции, это было ненормально. Для человека, который мгновение назад кричал, плакал и разваливался на части, эта тишина казалась... неправильной.

Слишком внезапной и слишком отчётливой.

Он слегка приоткрыл рот, собираясь что-то сказать.

Но прежде чем он успел...

Мария наконец заговорила. Ее голос был тихим. Слишком тихим. На ее губах медленно появилась слабая улыбка... не от радости, не от облегчения. В ней крылось нечто куда более сложное: понимание... и что-то ещё, погребенное под ним. Не сводя глаз с Разеаля, она едва заметно кивнула.

"В этом есть смысл..." Её руки, которые еще секунду назад сильно дрожали, теперь совершенно спокойно лежали на коленях. Она медленно переложила их, положив обе ладони ровно на колени, выпрямила спину. Поза стала собранной, контролируемой, почти... изящной, словно она внезапно вернула себе полный контроль над собой. Внешне она выглядела спокойной. Слишком спокойной. Но в её глазах... глубоко внутри них... было что-то ещё. Печаль, настолько глубокая, что больше не нуждалась в выражении. И именно это... пугало больше всего.

"Может быть..." прошептала она тихо, почти самой себе "...так даже лучше...".

Разеаль уловил эти слова и слегка нахмурился, чуть наклонившись вперёд.

"Хм?" в его низком голосе слышалось любопытство "Что ты имеешь в виду?"

Но Мария ничего на это не ответила.

И когда он посмотрел на неё, что-то в её лице подсказало: она не просто так ляпнула эти слова. Словно... словно она говорила, что лучше ему не помнить. Лучше не знать. Лучше быть свободным от того прошлого, что они делили вместе. Словно эти воспоминания... были тем, чего у него быть не должно. Словно они принесли бы ему только боль. Будто и впрямь лучше, если он ничего не вспомнит.

"Ты... в порядке?" спросил Разеаль. Теперь его голос звучал тише, осторожнее, без всякого давления. Он внимательно вглядывался в её лицо, пытаясь прочесть хоть что-то за этой её внезапной непроницаемой маской. И Мария, которая всего несколько минут назад была полностью разбита и сломлена перед ним, теперь просто мягко, почти нежно улыбнулась, но её взгляд оставался совершенно пустым.

"Я?" переспросила она, чуть склонив голову, словно сам вопрос был почти не имеющим отношения к её нынешнему состоянию. И вместо прямого ответа она тихо выдохнула и продолжила.

"Теперь я понимаю... почему ты не ненавидел меня... и не убил..." В её голосе больше не было ни обвинений, ни отчаяния, только тихое принятие, ощущавшееся тяжелее всего, что она произносила до этого.

"Я понимаю..." она сделала паузу, слегка опустив взгляд, а затем снова посмотрела ему в глаза "...просто это... грустно... я не знаю..." И это было всё, что она ему сказала. Никаких разъяснений, никаких деталей, только этот незавершенный, пустой вывод, повисший в воздухе. И прежде чем он успел расспросить её, она полностью сменила тему, словно намеренно отстраняясь от собственного эмоционального состояния.

"Что ж... по крайней мере, это отвечает на один вопрос..." спокойно сказала она, и её собранность казалась неестественной после всего случившегося "Как насчёт перейти к следующему?" Её глаза снова впились в него, твёрдо и уверенно, почти слишком уверенно.

"Скажи мне... почему ты не убил тех, кто на самом деле за всё это в ответе?" В её голосе не было гнева, только логика, тихая и острая. "Да, хорошо, причинять боль случайным людям, что не помогли, будучи рядом, это глупо... мелочно... тут я с тобой согласна."

Она слабо кивнула, соглашаясь с его прежними доводами.

"Но что насчет тех, кто это сделал?" Она снова слегка склонила голову, не отводя взгляда. "Почему не убить их?"

Вот и он... Вопрос, куда более важный, чем любой произнесённый до этого.

"Потому что, если мы говорим о моих догадках..." спокойно добавила она "...то я всё еще считаю, что права". И с этими словами в комнате снова повисла тишина. Но эта тишина была другой: не тяжелой от хаоса, не дрожащей от эмоций, а жутковато неподвижной, почти неестественной. Потому что сама Мария изменилась слишком внезапно, слишком радикально.

И Разеаль мгновенно это почувствовал. Контраст между девушкой, которая только что кричала, плакала и умоляла о наказании, и той, что сейчас сидела перед ним, собранной, спокойной, контролирующей себя, был ярким... не было похоже, что она успокоилась. Было больше похоже, что она подавила собственные эмоции.

И София, стоявшая чуть позади и сбоку, тоже это заметила. Она слегка прищурилась, наблюдая за позой Марии, за её дыханием, за тем, как её руки теперь абсолютно спокойно лежали на коленях, без единой дрожи...

'Она точно не в порядке...' мгновенно подумала София. Инстинкты кричали, что такое спокойствие — это ненормально и опасно 'Всё очень плохо...'

И всё же что-то её удержало, что-то подсказывало, что сейчас не время вмешиваться, не время давить на Марию. Потому что нужно было дать этой ситуации идти своим чередом, по крайней мере, пока.

В то же время её мысли ненадолго переключились на Разеаля. Она нахмурилась, осмысливая то, что он только что раскрыл.

'Его воспоминания стёрли?...'

'Да что за мать вообще способна на такое?...' Эта мысль обожгла её разум. В её глазах образ этой женщины упал ещё ниже, хотя, казалось бы, падать было некуда.

'Сколько же она с ним сделала...? Что еще она у него отняла и сотворила такого, о чём не знаю ни я, ни, возможно, даже он сам...?' София слегка сжала челюсти, дав себе тихое обещание, что не оставит это просто так. Что когда-нибудь, как-нибудь, она заставит эту женщину заплатить за то, что та с ним сделала. Но пока она отодвинула эти мысли, сосредоточившись на настоящем, на этой опасной и хрупкой ситуации, разворачивающейся перед ней.

Сам же Разеаль на мгновение заколебался. Его первым желанием было вернуться назад, ещё раз спросить Марию, действительно ли она в порядке, может, предложить ей воды, дать время... Но когда он снова заглянул в её глаза, он понял. Не всё, но достаточно, чтобы осознать: она не хочет сейчас туда возвращаться, не хочет снова касаться той темы. И на этот раз он без вопросов проявил уважение к её личным границам, решив ответить на её вопрос.

Слегка откинувшись на спинку стула, он задумчиво потер подбородок. Его лицо приняло более философское выражение, и он тихо выдохнул.

"Ну... этот вопрос..." медленно начал он, возвращаясь к своему привычному спокойствию "...на самом деле очень интересен".

Слабая, почти ироничная улыбка появилась на его лице.

"Веришь или нет... я и сам задавался этим вопросом очень долгое время" Улыбка не исчезла с его лица, но в ней не было веселья "...почти всё время с тех пор, как получил хоть какую-то силу" он слегка прищурился "...почему я не могу их убить?" В его голосе не было отрицания. Не было увиливания. Только честность.

"Что меня останавливает?" Он замолчал, легко выдохнув "...долгое время я думал, что дело в слабости"

Его взгляд на миг дрогнул.

"...что я мягкий... как ты и сказала" Он слабо пожал плечами. "Что я просто не способен на это"

А затем, медленно, что-то в его выражении лица изменилось. Не резко, а едва уловимо, словно он пришел к выводу, который наконец был готов произнести вслух.

"Но..." продолжил он, откидываясь ещё дальше на спинку стула и слегка расслабляя позу, закинув ногу на ногу "...какое-то время назад..." его голос зазвучал тише, но весомее "...я нашел ответ"

Он снова посмотрел прямо на Марию, его взгляд был твердым.

"На то... почему я не могу их убить... почему я продолжаю находить причины этого не делать"

А затем, почти неслышно, он добавил: "Теперь ответ у меня есть."

Его пальцы легко постучали по подлокотнику стула. Тон был спокойным, почти задумчивым. "И он... довольно занятный, если подумать.".