"Вот… просто вдумайся" снова начал Разеаль. Его голос звучал спокойно, но теперь в нем появилась странная тяжесть, словно он больше не просто отвечал на её вопрос, а раскрывал нечто более глубокое. То, о чем он думал уже слишком много раз. "Я ненавижу их... каждой клеткой своего существа".

Он не повысил голос, не стал говорить резче. Тон оставался ровным, почти отстраненным, но за ним скрывалось нечто, не нуждающееся в крике, чтобы быть понятым.

"Я знаю это… и по моим глазам это тоже видно" Медленно он поднял руку, указав двумя пальцами на свои глаза, и чуть наклонился вперед, не отрывая взгляда от Марии. "Смотри... видишь?"

Мария инстинктивно всмотрелась в его глаза, привлеченная и самим вопросом, и тем, как он прозвучал. И то, что она увидела... оказалось совсем не тем, чего она ожидала.

Его глаза — глубокого, почти неестественно яркого багрового цвета, были абсолютно холодными. Не просто спокойными. Не просто контролируемыми. Холодными до такой степени, что казались... пустыми.

В них не было ни ярости, ни видимой ненависти, ни жгучей обиды — ничего. Только абсолютная, почти неестественная неподвижность, словно она смотрела во что-то, что давным-давно выгорело дотла. Она не могла понять: то ли он слишком хорошо себя контролировал... то ли это всё, что осталось от его эмоций. Так или иначе... она не видела того, о чём он говорил.

"Да... я могу их убить" продолжил Разеаль, слегка опустив руку.

Выражение его лица не изменилось.

"Но... что потом?" Он чуть склонил голову, словно даже сейчас искренне обдумывая этот вопрос "Что дальше?"

На его губах появилась слабая, почти насмешливая улыбка, и он слегка развел руками.

"Их больше нет. И всё. Конец истории. Ничего не изменится"

Теперь в его голосе звучала тихая, почти философская нота.

"И знаешь, что самое забавное?" Его взгляд оставался твердым "Как бы сильно ты кого-то ни ненавидел... как бы ни презирал... как только они мертвы... ты больше не можешь их ненавидеть".

Это заявление прозвучало странно. Не громко, но тяжело.

"На этом всё заканчивается" продолжил он тихо, но твердо "Как бы ты ни старался... как бы ни хотел продолжать их ненавидеть... ты уже никогда не испытаешь тех же чувств"

Его губы скривились в саркастичной улыбке.

"Потому что именно это делает смерть. Она обрывает всё... даже твою ненависть" Он снова откинулся назад, расслабленно, но его слова таковыми не были "И вот в чём суть..." Его взгляд на миг метнулся в сторону, прежде чем вернуться к ней "Подумай сама... когда кто-то убивает того, кому хочет отомстить... продолжает ли он ненавидеть его вечно? Даже после смерти?"

Он слабо покачал головой.

"Нет. Не продолжает" Его тон стал более задумчивым, почти аналитическим. "И я думаю... большинство людей даже сами этого не понимают... но истинная причина, по которой они хотят кого-то убить... в том, что они больше не хотят их ненавидеть".

Его пальцы легко постучали по подлокотнику стула.

"Это чувство... эта постоянная, всепоглощающая ненависть... она съедает тебя изнутри" голос стал чуть тише "...и в глубине души они знают... как только они убьют этого человека... всё прекратится" его глаза слегка сузились "...они наконец-то освободятся от своего гнева или ненависти"

С его губ сорвался тихий смешок, сухой и лишенный юмора.

"Вот почему люди гонятся за местью... не потому, что это что-то исправляет... не потому, что это что-то возвращает..." Он покачал головой "...а потому, что им нужно облегчение" его взгляд стал жёстче "потому что хотят жить дальше"

Он медленно выдохнул.

"...ведь если они не отомстят... эти чувства сожрут их заживо".

В комнате снова повисла абсолютная тишина. И Мария, и София не сводили с него глаз, впитывая каждое слово, каждую мысль, скрытую за его монологом.

"Но есть нюанс..." снова заговорил Разеаль спокойным тоном "...месть ничего не меняет"

Он смотрел ей в глаза.

"Прошлого не изменить" он сделал лёгкий жест рукой "И того факта, что... тебе разрушили жизнь, заставили почувствовать боль и потери, тоже не изменить."

Слабая улыбка вновь появилась на его лице, но на этот раз его взгляд не оставался пустым.

"Так что да... месть бессмысленна" Он тихо выдохнул "Она не про справедливость... не про баланс..." Он посмотрел на неё в упор. "…Месть нужна лишь для того, чтобы почувствовать себя лучше"

Снова пауза. А затем его тон изменился. Едва уловимо. Но всё же изменился.

"А это..." тихо произнес он "...именно то, чего я категорически не хочу."

Его взгляд стал острее.

"Потому что эти чувства..." Он слегка постучал себя по груди "эта ненависть, этот гнев... это единственная причина, по которой я всё ещё жив".

Слова повисли в воздухе, тяжёлые, неоспоримые.

"Я не хочу, чтобы эти чувства исчезли" продолжил он спокойно, но твёрдо "...Потому что если они исчезнут... тогда что от меня останется?"

Выражение его лица не изменилось, но в глазах появилось что-то глубокое.

"...Я хочу доказать, что они ошибались... абсолютно каждому из них.".

Он слегка наклонился вперёд.

"Я хочу, чтобы они это увидели...насколько они ошибались... насколько я был прав... и какую ошибку они совершили".

За этими словами последовала тишина, более тяжелая, чем когда-либо.

"Это единственное, что держит меня в живых", тихо добавил он. "...потому что без этого?" Он слабо, почти равнодушно пожал плечами. "...у меня нет причин жить."

В комнате снова воцарилась тишина.

Мария смотрела на него. В ее взгляде не было ни шока, ни растерянности — лишь глубокое, болезненное противоречие.

"Значит..." наконец заговорила она, её голос стал мягче, но всё так же оставался уверенным. "...ты хочешь продолжать ненавидеть их... всю свою жизнь?" Она слегка покачала головой. "...поэтому ты их не убиваешь?" Она едва заметно нахмурила брови. "...потому что если они умрут... ты больше не сможешь... чувствовать гнев? ненависть?" Её голос стал тише. "...это неправильно..."

Она посмотрела на него. "...ты не должен..."

Разеаль тихо выдохнул, обрывая её прежде, чем она успела закончить.

"Я знаю" его голос был спокойным, почти смиренным "Я знаю, что ты собираешься сказать" он снова откинулся назад, его взгляд на миг рассфокусировался, словно он что-то вспоминал "...что жить ради мести — глупо"

"...Что надо жить для себя, быть эгоистом, наслаждаться тем временем, что у меня есть... даже если его мало, найти свой собственный смысл жизни" его взгляд вернулся к Марии "...и не жить ради других"

Последовала тихая пауза. А затем, почти неслышно, он добавил: "...я уже всё это слышал". Словно вспоминая свой прошлый разговор с Тонг и Зарой.

"Да ты вообще понимаешь, что несёшь?" Она потеряла всякое самообладание, в её голосе сплелись паника и отчаянная потребность достучаться до него.

Нахмурившись, она наклонилась вперёд и заговорила быстро, умоляюще:

"А что, если они умрут как-то иначе? Что тогда?" Её глаза лихорадочно изучали его лицо, словно она пыталась заставить его посмотреть в глаза этой вероятности.

"Что ты тогда будешь делать? Просто... что? Тоже убьешь себя? Потому что у тебя больше не будет причин жить?" Она покачала головой, отчаяние смешалось с недоверием. "Ты не должен жить ради ненависти... ради людей, которых ненавидишь. В этом нет никакого смысла"

Голос Марии стал жёстче, эмоциональнее.

"Если ты так сделаешь, они победят. Всё, что они сделали, всё, чего хотели, всё сложится именно так, как они и задумывали" её голос чуть смягчился, но не стал менее уверенным "В этот момент ты просто причиняешь боль самому себе... и никому больше"

Она махнула рукой, словно говоря оглянуться вокруг.

"Посмотри на свою жизнь сейчас... просто посмотри на неё" Мария пыталась показать ему реальность "У тебя есть сила. Власть. Всё, чего ты когда-то хотел... и даже больше" она не сводила с него глаз "Теперь ты женат... ты зять всего Атлантиса, целого королевства" в её голосе почти зазвучало неверие "У тебя есть жизнь, Разеаль. Настоящая жизнь. Огромная". Она тихо выдохнула, снова покачав головой. "Сейчас ты можешь взять от мира всё… без грязи и боли, в которых барахтался раньше"

Голос стал тише, но интенсивнее.

"Ты хоть понимаешь, сколько людей отдали бы жизнь, лишь бы оказаться сейчас на твоём месте?" Она сделала паузу, давая словам осесть в его голове "...ты мог бы просто быть счастливым. Делать то, что хочется. Строить будущее. Кем-то стать" её глаза смягчились, но выражение лица оставалось серьёзным "...я вижу перед тобой бесконечное море возможностей"

А затем голос Марии вновь посуровел, и в него вернулось отчаяние:

"Так почему ты так уперся в эту месть?" она снова покачала головой, на этот раз решительнее "Брось это... не позволяй этой ненависти поглотить тебя... именно поэтому я говорю тебе убить их... или поэтому хотела, чтобы ты убил меня"

Это заявление прозвучало резко, почти противореча тому, что она только что сказала, но объяснение последовало незамедлительно.

"...Покончи с этим. Закончи с местью... а потом просто... живи своей жизнью" голос стал тише, зазвучал серьёзнее и непоколебимее "Потому что то, что происходит с тобой сейчас... Это ненормально"

Она смотрела прямо на него, и её тревога была очевидной.

"...это просто неприемлемо"

И она говорила это не от злости, а из искреннего страха перед тем, во что он превращался.

София, молча наблюдавшая за всем этим разговором, она чувствовала ту же тревогу. Но, в отличие от Марии, её реакция была куда более решительной. Глядя на Разеаля, по-настоящему глядя на него, слушая каждое его слово, она полностью изменилась в лице.

Её лицо, до этого выражавшее лишь беспокойство, стало холодным. Сосредоточенным. Серьёзным до такой степени, что это казалось почти опасным.

'Он так лишь сам себя губит' подумала она, слегка сжав челюсть 'и даже не понимает этого'

И в этот момент она приняла решение. Без колебаний в её глазах вспыхнуло аквамариновое свечение, острое и яркое, а в следующее мгновение в её руке материализовался плотный предмет. Табличка, вырезанная из тяжелого океанско-синего камня, древняя на вид и слабо пульсирующая энергией. София тут же шагнула вперед, сокращая расстояние до Разеаля, и, прежде чем он успел хотя бы осознать, что она делает, вложила её прямо ему в руку.

"Вот" её голос был спокойным, но отнюдь не мягким. Он был твёрдым, как у человека, который всё решил.

"Что?" Разеаль моргнул, застигнутый врасплох. Разговор с Марией был резко прерван. Он посмотрел на предмет, лежащий на ладони, затем поднял взгляд на Софию. На его лице явно читалось непонимание. "...что это?"

"Это призывная табличка" без колебаний ответила София, и её тон не дрогнул "Только сломай её... и она призовет всю армию Атлантиса". Она смотрела ему в глаза с абсолютной серьезностью "Давай убьём их"

Никаких колебаний. Никаких сомнений.

"То, что ты делаешь... то, о чём ты думаешь... это неправильно" её голос стал чуть резче "Я не собираюсь с этим мириться". Она шагнула ближе с жёстким выражением лица "Я не позволю, чтобы единственной причиной для жизни моего мужа была ненависть" Слова несли в себе вес, авторитет, тревогу и нечто глубоко личное "...это действительно неприемлемо, как она только что сказала..." София не моргала, не отводила взгляд "...мы покончим со всем этим. Сейчас же".

Короткая пауза.

"Что бы ни случилось потом... мы с этим разберемся".

Разеаль просто смотрел на неё, затем на табличку. Его лицо выражало нечто среднее между неверием и лёгким шоком, словно разум не поспевал за столь резкой сменой событий. И прежде чем он успел ответить... снова заговорила Мария.

"Я с ней согласна" её голос был спокойным, но на этот раз не пустым, он был полон решимости. До сих пор она молчала, просто слушая, но теперь подняла на него взгляд. "...знаешь что? Давай сделаем это"

В её голосе не было ни капли сомнения.

"...я всё равно собиралась умереть" на её губах появилась слабая, почти горькая улыбка "...звучит не так уж плохо".

Она верила, что это решение было правильным. Потому что, по её мнению, путь, по которому Разеаль шёл сейчас, был хуже некуда.

"Эй..." наконец произнес Разеаль, и его голос разрезал напряжение вокруг. Он переводил взгляд с одной на другую, с явным раздражением на лице. "Вы можете обе... остановиться на секунду?" Он слегка поднял руку, словно пытаясь физически поставить происходящее на паузу.

"Хотя бы выслушайте меня нормально"

голос не был гневным, скорее в нём слышалось усталое неверие, будто он не понимал, как всё могло так быстро выйти из-под контроля.

"Я всё понимаю" добавил он, легко выдохнув "...правда понимаю".

Его взгляд переместился с Марии на Софию.

"...эту вашу тревогу... намерения, стоящие за всем этим". На губах появилась слабая, почти ироничная улыбка. "Это... впечатляет, честно говоря". Затем лицо слегка помрачнело. "...Но это?" Он посмотрел на табличку в руке, а затем снова на них. "...это ничего не решит". Голос стал серьёзнее. "...если на то пошло, это сделает только хуже".

И, не делая из этого драмы, без лишних эмоций и колебаний, он слегка расслабил пальцы. В следующее мгновение тени плавно обвили табличку в его руке, полностью поглотив её, и она исчезла в его теневом пространстве.

"...вот так..." легко пробормотал он, по большей части себе под нос, убедившись, что София не совершит ничего импульсивного.

Затем он снова посмотрел на обеих, его лицо стало спокойнее, хотя в нём всё ещё читалась скрытая усталость "...а теперь вы можете, пожалуйста... дать мне закончить?"

"В смысле 'ничего не решит'?" резко перебила София, её лицо ещё сильнее напряглось, раздражение и тревога слились в нечто куда более напористое. Брови нахмурились, она смотрела прямо на него "...Ты вообще слышишь себя сейчас?"

Её голос не сорвался на крик, но стал куда более резким и настойчивым.

"Ты прямым текстом заявляешь, что не сможешь жить, если их не станет. Ты хоть понимаешь, как это звучит?" Она покачала головой, явно отказываясь принимать услышанное "...это так... так глупо, Разеаль"

В её словах больше не было мягкости, только суровая честность, смешанная со страхом

"Тебе нужно закончить с этой местью. Поставить на ней точку. И если потребуется… я сама тебя заставлю."

Она сделала шаг вперёд "Нравится тебе это или нет... это единственный твой выход" голос стал тише, но весомее "После этого... у тебя наконец появится настоящая цель в жизни... потому что та, за которую ты сейчас держишься? Она неправильная".

Разеаль отреагировал не сразу. Он просто смотрел на неё какое-то время, с чересчур спокойным выражением лица, а затем медленно, почти устало покачал головой. "...это потому, что ты ничего не знаешь" его голос был тихим и уверенным "...и не можешь понять всю ситуацию"

"Так просвети нас!" тут же встряла Мария. Её голос окреп, перестал дрожать и зазвучал требовательно. Она слегка наклонилась вперёд, глядя ему прямо в глаза.

"Что ещё ты от нас скрываешь?!" В тоне зазвучало раздражение, смешанное с отчаянием. "Потому что прямо сейчас всё, что ты говоришь, звучит так, будто ты психически болен и тебе нужна помощь" В её голосе не было желания оскорбить, только голая, безжалостная правда, какой она её видела.

Комната на секунду затаила дыхание.

И затем Разеаль наконец заговорил.

"Ну, дело в том, что мне осталось жить всего пять или шесть лет".

Слова прозвучали буднично. Никакого нагнетания. Никаких пауз. Просто констатация факта.

И всё внезапно... остановилось. София и Мария окаменели. Их лица исказились, словно им только что объявили смертный приговор.

"...что?" одними губами прошептала побелевшая Мария, широко распахнув глаза "...что ты имеешь в виду...?"

София словно потеряла дар речи. Её взгляд впился в него, острый и полный неверия, желая найти ложь там, где её не было.

Разеаль ответил не сразу. Вместо этого он на мгновение задержал взгляд на их потрясенных лицах, а затем, словно желая убедиться самому...

'Виллей… вычисли вероятность того, что я смогу освободиться от цепей своей судьбы в моём нынешнем состоянии… учитывая все переменные: изменения среды, ресурсы, мой потенциал на ближайшие пять-шесть лет… всё. И выдай мне в процентах… каков шанс на провал и каков шанс на то, что я умру', внезапно спросил Разеаль в своей голове.

[Анализ...]
[Анализ...]
[Анализ завершен...]
[97.999973%... Учитывая все известные переменные, потенциал и изменения среды... вероятность выживания остается критически ничтожной. Вывод: ты не выживешь. Нет... мы не выживем.]

Разеаль никак не отреагировал внутренне. Ни внешне. Он просто снова посмотрел на Марию и Софию, всё ещё застывших на месте, и заговорил.

"97.9999 процентов... такова вероятность того, что я умру". Цифра повисла в воздухе, удушая одним своим присутствием.

"И это с учетом того, что я буду лезть из кожи вон… делать абсолютно всё, что в моих силах… ближайшие пять-шесть лет.".

"Так что теперь..." продолжил он, слегка склонив голову и переводя взгляд с одной на другую "...вы понимаете?"

Его голос оставался спокойным, но под ним крылось нечто куда более тяжелое.

"...почему я не хочу так называемо 'покончить с этой местью и жить своей жизнью'?" Он слегка откинулся назад, слабо выдохнув "Потому что даже для того, чтобы сдвинуть эту цифру... хотя бы на один процент..."

"Мне придется пройти через полный ужас" в его голосе не было преувеличения "через боль, страдания... выходы за пределы, которые вы даже не можете себе представить"

Он смотрел прямо на них.

"...вы понятия не имеете, что я уже сделал, чтобы просто оказаться здесь... просто чтобы дожить до сегодняшнего дня... и даже этого… едва ли хватает."

"Ни один нормальный человек не захотел бы такой жизни" тихо добавил он

Его взгляд на миг расфокусировался, а затем снова впился в них.

"...Такой жизнью не живут... её выносят стиснув зубы" а затем он озвучил то, что связывало эту кровавую картину воедино "...И единственное, что позволяло мне не сломаться..." Его взгляд стал жёстче "...это они".

"Ненависть..." Теперь он смотрел прямо на них обеих "именно ненависть заставляла меня двигаться дальше... так скажите мне... если вы их убьете..." он смотрел им прямо в глаза "...вы правда думаете, что эта ненависть во мне останется?"

Ни Мария, ни София не ответили. Потому что не могли.

"Потому что, если бы дело было только во мне..." продолжил Разеаль, и его голос чуть смягчился, не стал слабее, но наполнился искренностью "...если бы это была только моя собственная цель… мое жалкое, эгоистичное желание жить…"

Он слабо покачал головой. "...я бы покончил со всем этим давным-давно"

"Потому что то, что ждёт меня впереди..." тихо продолжил он. "Это только боль, страдания, жертвы и нечеловеческие старания."

"И ради чего?"

"Ради шанса, который не дотягивает даже до двух процентов?" Он снова покачал головой "…Будь это ради лишь меня самого… оно бы того не стоило"

И наконец он посмотрел на них со всей искренностью.

"…Чтобы идти такой дорогой, нужно опираться на нечто большее, чем ты сам", его голос был твёрдым и уверенным. "На Великую цель." Короткая пауза. "...а простое сохранение моей жизни?" Он слегка покачал головой. "...это не тянет на Великую цель."

"И я пройду этот путь до конца" сказал Разеаль, и на этот раз не было ни колебаний, ни тихих размышлений, его голос обрел резкое, решительное звучание, нечто окончательное, то, что было решено задолго до начала этого разговора. Его багровые глаза смотрели на них со странной интенсивностью.

"Я буду сражаться... и я дойду до самого конца этого пути" Его пальцы слегка сжались, словно цепляясь за само это решение.

"Не из-за себя... а из-за мести". В его словах не было гнева, но была решимость.

"И моя месть касается не только их… Есть много… очень много людей. Влиятельных людей. Которые возомнили, будто могут управлять каждым моим шагом" Его губы слабо изогнулись, но это была не улыбка, а нечто холодное, почти насмешливое.

"Они свято верят в свою правоту. Верят, что все их действия оправданы" Взгляд пожестчел "Их лицемерие… лицемерие всего этого проклятого мира"

"Я хочу, чтобы до них всё дошло. Хочу, чтобы они захлебнулись той болью, в которой тонул я. И я заставлю их понести ответственность за всё"

С каждым словом воздух в комнате словно становился тяжелее.

"Вот зачем я всё это делаю" добавил он уже непреклонным тоном "и я уже пообещал себе..." В его глазах мелькнуло нечто опасное. "...Легко им не будет"Теперь в его голосе звучала тихая окончательность.

"Я сам добьюсь справедливости. Настоящей справедливости. Я заставлю поплатиться каждого… за всё то, что они со мной сотворили."

Он медленно выдохнул.

"Так что, пока я не закончу с этим..." он слегка поднял свой взгляд "да, я буду жить ради мести"

В нем не осталось ни капли сомнений.

"...я нашёл свою цель" А затем, будто невзначай, но с абсолютной, леденящей четкостью он добавил: "А после этого... может быть, я подумаю о себе и своей жизни"

Он слегка поднял руку, легко постучав по собственной груди.

"Но сейчас?" Его голос стал ниже, твёрдым и абсолютным. "Пока я не добьюсь своей цели... я не остановлюсь... и не позволю кому-то втаптывать мою мотивацию и решение " Его взгляд слегка потемнел, и теперь интенсивность в нём была неоспоримой.

"Потому что... это… моя единственная цель."

Повисла тишина. Не пустая, а наполненная тяжестью всего сказанного. София и Мария не двигались. Не перебивали. Потому что теперь... они это чувствовали.

Ненависть. Уверенность. Безумие, которое было не бесконтрольным, а выбранным. Направленным. И оттого куда более пугающим.

Губы Марии слегка приоткрылись, но она так ничего и не сказала. Её взгляд метался по его лицу в отчаянных поисках хоть чего-то человеческого — слабины, сомнения, усталости. Но там была лишь холодная уверенность и непоколебимость.

"Но... что насчёт твоей жизни?" наконец спросила она, и её голос стал тише, в нем слышалась неуверенность, которой не было раньше "...почему... почему она такая короткая, как ты говоришь?"

Брови нахмурились, страх смешался с непониманием.

"...что с тобой произойдет?" она сделала маленький шаг вперед "что случилось?" Теперь её голос слегка дрожал, несмотря на все попытки сохранить самообладание. "Скажи мне".

Разеаль посмотрел на неё, затем перевел взгляд на Софию. В их глазах больше не было желания спорить. Только страх, болезненная тревога и отчаянная жажда всё понять.

Он видел это ясно. И всё же... для него это ничего не меняло.

"Просто знайте вот что" спокойно произнес он почти равнодушным тоном, словно объяснял какую-то банальность. "Для этой эпохи... я был избран стать так называемым 'божественным злодеем'".

"Называйте это судьбой... предназначением... космическим порядком... как хотите", добавил он, слабо пожав плечами. "...но такова реальность." Его взгляд оставался смертельно спокойным. "...и согласно судьбе, я должен умереть. так что да... на этом всё."

"Что...?" Мария моргнула, окончательно сбитая с толку, замешательство подавило всё остальное "...что ты имеешь в виду под божественным злодеем и Судьбой?"

Она слегка покачала головой "...что ты вообще такое несёшь?"

Но София... София ничего не спрашивала. Она отреагировала. Как только эти слова слетели с его губ, она сделала два шага назад. Выражение её лица изменилось на нечто первобытное, близкое к ужасу.

"...не может быть..." пробормотала она себе под нос, её глаза впились в него, словно она видела нечто, в чем никогда не хотела убеждаться "...нет... этого не может быть..."

Одной только этой реакции хватило, чтобы воздух в комнате изменился.

Разеаль мгновенно это заметил. "...что ж" сказал он, небрежно указав пальцем на Софию. "...похоже, она в курсе?

В его тоне даже промелькнула легкая нотка любопытства, словно он сам этого не ожидал 'Я удивлен, что она тоже об этом знает'

Мария тут же повернулась к Софии. Замешательство теперь смешалось с нарастающим страхом. "...что это?" быстро спросила она, шагнув ближе.

"И... почему ты так реагируешь?" её голос стал более настойчивым "...это плохо?"

Она почти мгновенно снова повернулась к Разеалю, и её сердце теперь явно билось быстрее "...что это такое?"

Разеаль спокойно пожал плечами, совершенно не смущенный созданным им напряжением.

"Ничего особенного" и то, как он это сказал, сделало ситуацию только хуже "Моя судьба просто... очень паршивая"

Он слегка склонил голову, почти небрежно.

"Там сказано, что... мне пиздец, мне придётся уничтожить мир, меня будут пытать, предадут и вообще, всё плохое, что только может случиться... случится" его голос оставался спокойным и почти безразличным "А потом я умру... так что да... вот, в общем-то, и всё"

"Ах да... это неизбежно. ...что бы я ни делал... я не могу этого изменить" он добавил эту последнюю часть почти как запоздалую мысль.

И пока он это говорил, лица девушек стали белее мела.

Мария застыла на месте, её разум явно изо всех сил пытался переварить только что услышанное. Прежняя решимость полностью испарилась, её губы дрогнули, пытаясь выдать хоть какой-то осмысленный ответ, но не смогли.

София, с другой стороны, выглядела хуже. Она была не просто шокирована, она выглядела так, будто понимала всё достаточно, чтобы прийти в ужас.

И Разеаль... тоже это заметил. Слабая ухмылка появилась на его лице, не из жестокости, а из странного веселья.

'Может, рассказать им было не такой уж плохой идеей' лениво подумал он, наблюдая за тем, как меняются их реакции, как их лица ломаются под тяжестью его слов 'Это... довольно интересно'

"Эй... София, это правда?" Голос Марии разорвал удушающую тишину. Он звучал тише, чем раньше, но в нём звучала острая, отчаянная потребность в ответе. Она почти инстинктивно повернулась к Софии, ища на её лице отрицание, противоречие, что угодно, что сделало бы слова Разеаля менее реальными, потому что его спокойствие лишь ухудшало дело.

Однако София ответила не сразу. Она стояла с пустым, почти безжизненным выражением лица. Взгляд был расфокусирован, словно разум всё еще пытался обработать нечто, что наотрез отказывался принимать. Губы были слегка приоткрыты, но она молчала. И то, как она медленно, едва заметно качала головой из стороны в сторону, давало понять: она отрицала саму реальность.

"София..." Мария шагнула ближе, тревога росла. Она протянула руку, схватила её за плечи и слегка встряхнула "Да ответь же! То, что он сказал... это правда?" Голос чуть повысился, и напряжение прорвалось наружу, несмотря на все попытки сохранить самообладание "Скажи мне!"

София моргнула, наконец вынырнув из оцепенения. Её взгляд медленно сфокусировался на лице Марии, но даже тогда выражение её лица не вернулось к норме.

Голос прозвучал глухо, натянуто, почти отстранённо: "...это... плохо... нет... намного хуже, чем просто плохо". Она слегка сглотнула. "...я не хочу в это верить".

От одного этого ответа у Марии перехватило дыхание.

"Нет... нет, так не бывает" быстро заговорила Мария, почти сразу же отворачиваясь от Софии к Разеалю.

"Должен быть другой выход, верно?" её голос был пропитан отчаянием, попыткой превратить ситуацию в нечто исправимое "Ты можешь изменить это, чем бы оно ни было... судьбой, предназначением? Или как ты это там называешь..."

Она твёрдо покачала головой.

"...ничто не бывает по-настоящему неизбежным" её глаза впились в него: ищущие, требующие "Верно?"

Разеаль смотрел на неё с абсолютным спокойствием и ответил так, словно сам вопрос был очевидным: "Конечно, судьбу можно изменить". В его голосе не было ни колебаний, ни драматичности, это было простое утверждение. "...именно это я и пытаюсь сделать"

Он слегка откинулся назад и чуть пожал плечами.

"Ради чего, по-твоему, я всё это время сражался?" Этот ответ должен был успокоить... но вышло ровно наоборот. Из-за того, насколько обыденно он это произнес.

"Я не позволю тебе умереть" голос Марии внезапно прорезал воздух: твёрдый, непреклонный, полный серьёзности, которой не было раньше. Она смотрела прямо на него, её пальцы сильнее сжались. И это заставило Разеаля замереть на долю секунды. Не из-за самих слов, а из-за убежденности, стоявшей за ними.

"...что ж" ответил он спустя короткое мгновение с лёгким пожатием плеч "Я тоже не планирую умирать". Простота его ответа лишь усилила напряжение.

"Тогда скажи мне как" тут же надавила Мария, снова шагнув ближе. Её выдержка сменилась настойчивостью "Что ты должен сделать?" Теперь её взгляд был острым, сосредоточенным, отчаянно ищущим хоть что-то, за что можно было зацепиться. "Что это за путь, о котором ты всё это время говорил?" Она покачала головой, пытаясь собрать всё воедино. Её голос стал тише и серьёзнее: "Должен же быть способ освободиться от этой судьбы"

Она смотрела прямо на него.

"...ничто не абсолютно" Даже София, несмотря на свою первоначальную реакцию, вернула достаточно самообладания, чтобы снова сосредоточиться. Она слегка прищурилась, прислушиваясь, потому что лучше многих знала, что означает "неизбежно" в контексте судьбы и космического порядка... и всё же Разеаль говорил так, будто нашел способ всё решить. Одно это уже не имело смысла.

"Способ есть" спокойно произнес Разеаль, и его тон остался прежним "...я уже нашел его" Он слегка склонил голову "Но всё не так просто... видишь ли, всё довольно... сложно".

"Насколько сложно?" тут же спросила Мария без малейших колебаний. Её взгляд был прикован к нему, она не желала тратить ни секунды "И в чем именно он заключается?" Теперь в её вопросе не было страха, только решимость.

Разеаль смотрел на неё мгновение, а затем спросил в ответ: "Как думаешь, каковы мои шансы... убить Императрицу?"

Вопрос мог показаться случайным… но он определенно таковым не был.

Мария моргнула, застигнутая врасплох.

"Императрицу?" повторила она. Её разум мгновенно переключился на самое сильное существо, которое она знала, на абсолютную вершину власти в их мире. Не задумываясь слишком долго, она ответила честно: "...ноль".

А затем быстро добавила, словно пытаясь поправиться: "Ну нет, не совсем ноль... может... может быть, со временем, с помощью... с планированием... если мы будем работать вместе, если используем ресурсы, если... Может, отец Софии, и ну... Эмм..." Она остановилась, понимая, что на самом деле у неё нет четкого ответа.

"...я не знаю" она снова посмотрела на него, сбитая с толку.

"Да" Разеаль слегка кивнул, словно подтверждая нечто. примерно так..."

"Ну, смотри в чём дело..." продолжил он непринуждённо. "...мне нужно победить не просто сильнейшую в этом мире". Он слабо пожал плечами. "...мне придётся сражаться с богами... с существами, сильнее сильнейших этого мира... а затем... с существами, которые ещё сильнее". Он смотрел на неё абсолютно серьёзно, но говорил так, будто перечислял мелкие неприятности.

"Мне даже придется сражаться с сущностями вселенского масштаба".

"Даже с верховными богами и всем прочим" Сам воздух, казалось, замер. "С сильнейшими существами во всём космосе".

Мария теперь просто смотрела на него, её лицо медленно теряло всякое выражение.

"А после этого" добавил он почти легкомысленно, "...мне нужно будет пойти против самой структуры реальности и изменить весь мир или космос, чтобы он был на моей стороне".

Он слегка откинулся на спинку стула, совершенно расслабленный.

"Ну, как-то так... в общем, вот и всё"